1.7. Запах женщины

Себастьян Оберлинг не был дома несколько месяцев. Как глава департамента безопасности Галлии, он постоянно мотался по провинциям. Нет, он не жаловался, такая жизнь ему нравилась. К тому же он обошёл Макса по карьерной лестнице, и это было забавно. Впрочем, Макс был куда более серьёзным, словно он был старше своего брата-близнеца не на пятнадцать минут, а на пятнадцать лет. Максу не интересно пребывать в разъездах, он тяжёл на подъем и оттого редко покидает столицу.

Однако сейчас случилось именно это, Максимилиан, по словам слуг, две недели как уехал, но должен вернуться едва ли не завтра. Тьен переоделся, заглянул в отчёты и откровенно заскучал. Выпил. Заскучал ещё больше. Провести ещё один вечер в одиночестве? Ужасно! Он порылся в ворохе корреспонденции брата (и плевать, что это не этично — у них с Максом друг от друга секретов не было), выбрал приглашение на музыкальный вечер у Цвенгов и немедленно туда отправился.

Потрясающей красоты блондинку он приметил сразу же, как только вошёл в музыкальный салон, а то, что она сидела в уголке с книгой, его ещё больше заинтриговало. Он пялился на нее, как идиот, про себя умоляя поднять на него глаза. Она подняла. Невероятные, огромные, цвета свежей листвы очи сразили его наповал. Ну, и он все же был нетрезв, это тоже нужно учитывать.

Девушка (кажется, он угадал с именем) оказалась смелой, даже слишком. Тьен вообще-то сам предпочитал охотиться, но такой красотке был готов покориться. В беседку? Запросто. Никто ещё не обвинял Себастьяна Оберлинга в том, что он отказывал красивым женщинам. А в беседке она сама накинулась на него с поцелуями, закружила, завертела, соблазнила. Будь он трезв, сразу понял бы, что к чему, но сейчас мог только плыть по течению. Хотя нет, против течения. Не настолько он осел, чтобы поиметь незнакомую девицу, пусть и очень красивую. Потом окажется, что она уже беременная от другого, а кто последний, тот, как известно, и папа. Но дама хочет удовольствия, дама его должна получить, тем более, что зверь принял её как родную, воя и рыча внутри. На миг у Тьена даже мелькнула глупая мысль, что вот такую жену он бы хотел, такая ему и нужна, жениться все равно рано или поздно придется, почему бы не сейчас — а потом она назвала его Максом и все встало на свои места. Это девушка брата. Демоны, неловко вышло. Но не останавливаться же теперь, когда она так сладко стонет?

Хотя… что-то он не заметил, что на ней оборотневая метка, и это не потому, что он был не слишком внимателен. Дальнейшие слова девушки только подтвердили его предложение: она ждала от Макса предложения, а коварный братец, видимо, вовсе не собирался его делать.

То, что она явно спала с Максом, Тьена ни капли не смущало. Брат есть брат, он настолько свой, что сам практически Тьен. Они не один раз менялись любовницами. То, что метки нет — тоже отлично. Девушка красивая, горячая, любви не боится, зверь ее охотно принимает. Из Стерлингов, а значит — хорошая партия. Замуж опять же хочет. Макс слиняет — будет скандал. Да Тьен просто благодетель в этой ситуации! К тому же была в ней какая-то беззащитная нежность. Это ведь не светская львица, а девушка, которая сидела с книгой в углу, скромная, видимо, мягкая. Макс, оказывается, та ещё сволочь.

Себастьян уже воображал себя героем, спасающим принцессу от позора.

А Роберта Стерлинга он знал, парень учился на одном курсе вместе с его племянником Раилем и часто ночевал в их доме. Стало быть, это его старшая сестра. Мелисса. И имя-то какое! Сладкое, свежее… Мелисса!

Прикончил бутылку виски и уснул с блуждающей на губах улыбкой.

Макс вернулся домой ранним утром, пыльный, грязный, усталый как собака. Они все же накрыли банду Глостеров, нашли их схорон и уничтожили всех грабителей. По правде говоря, он собой гордился. Совсем недавно получил назначение — и такой успех! Обнаружив, что Тьен дома, Макс обрадовался — будет с кем обсудить его достижения. Несколько минут ушло на то, чтобы принять судьбоносное решение — сначала поесть или все же помыться, а может вовсе завалиться спать. Старший из близнецов поступил мудро: соорудил себе огромный сэндвич из хлеба, лука и копчёной грудинки и залез вместе с ним в ванну, где едва не уснул. Потом все же заглянул в спальню к брату — и сон вдруг как рукой сняло.

Оборотни чувствительны к запахам. Они легко узнают своих знакомых даже в кромешной тьме, могут сказать, кто был в комнате несколько часов назад. Так вот, от Тьена явственно пахло Мелиссой, его Мелиссой, по которой он настолько сильно скучал, что первым делом по прибытии в город заглянул не в Управление, а в цветочную лавку, где заказал для неё букет цветов. Ее любимых лиловых фиалок.

Он даже не стал разбираться, что к чему, просто стащил брата с постели и с силой пнул его в бок.

— И тебе доброе утро, Макс, — приоткрыл глаз Тьен.

— Ты… прикасался к Мелиссе! — рыкнул Максимилиан, сдерживаясь только потому, что бить лежачего не по-мужски.

— А, к этой красавице с нежными губками? Ага, — нагло ухмыльнулся Тьен. — Прикасался. В кои то веки у тебя нормальная любовница, я одобряю.

— Это моя невеста! — взревел Макс, все же пытаясь пнуть брата.

Тьен ловко откатился в сторону, вскочил на ноги и предельно серьёзно взглянул на старшего:

— Никакая она тебе не невеста. Метки нет. Макс, она тебе не нужна. Ты поиграешь и бросишь ее. Отдай мне девочку.

— Как будто тебе она нужна!

— Нужна. Я на ней женюсь.

— Зачем? — Макс настолько удивился, что даже кулаки опустил.

— Дубина! — закатил глаза Тьен. — Зачем люди женятся? Семья, дети, наследники…

— Наследники чего? — ядовито уточнил Макс. — Особняка в столице? Замка-развалюхи?

— Титула и семейных богатств, — серьёзно ответил Тьен.

— У Ви пятеро детей.

— Ага. Двое из них явно из Степи носа не высунут, Раиль в Катае, Лили так вообще Императрица, а мелкая… ну замуж она выйдет и зачем ей твой титул?

— Откуда только ты всё знаешь?

— В смысле, откуда? Это моя семья, Макс! И твоя, между прочим, тоже! Я стараюсь быть в курсе всех событий и с Ви переписываюсь, и с Лили, и с Раилем.

— Хорошо, я тебя услышал. Наследник. Но почему именно МОЯ Мелисса?

— Она красивая, воспитанная и из подходящей семьи. И так сладко стонет, когда кончает…

Как Тьен и ожидал, Макс взревел, как раненый буйвол, и бросился на брата. Себастьян заржал и увернулся, ловко мазнув брату кулаком по скуле. Он рассчитывал немного поддразнить его, но Макс неожиданно разозлился по-настоящему. Он рычал, как волк, и явно намеревался его, Тьена, убить. Пришлось отпрыгивать за кровать.

Максимилиан зарычал как-то слишком натурально, перекидываясь в волка, и младший из близнецов испугался по-настоящему. Что на него нашло? Никогда они не дрались из-за женщин, никогда не стремились действительно причинить вред друг другу. Тьен замер, тяжело дыша, поднял руки ладонями вверх. Он не стал перекидываться, понимая, что в таком случае лёгким ущербом не отделаться.

— Ма-а-акс, Ма-а-акс, — протянул он успокаивающе. — Хороший пёсик. Ну давай, успокаивайся. Это же я, твой брат Тьен. Мы не ссоримся из-за женщин. Мы любим друг друга. Где-то в глубине души…

— Ты с ней спал? — тяжело спросил Макс, переворачиваясь обратно в человека и трогая опухшую скулу.

— Нууу…

— Ах ты ж гад!

— Слушай, Макс, ну я же не знал, что это твоя женщина! Ты сам… метки не было, запаха тоже!

— И ты с ней спал?

— Ну, она явно приняла меня за тебя.

Макс свистяще выругался, осел на пол и схватился за голову. Тьен опустился рядом.

— Отдай ее мне, — снова попросил он. — Тебе не нужно. Я буду ее беречь.

— Не отдам.

— Макс, ну давай честно. Сколько ты уже с ней спишь?

— Почти месяц.

— И метки нет. И замуж ты ее не зовёшь. А она хочет. И что на выходе? Скомпроментированная девица.

— Я на ней женюсь, — упрямо пробормотал Макс.

— Ха-ха!

— Вот сегодня пойду и сделаю предложение.

— Куда пойдешь-то? Она уехала в поместье. Полнолуние.

— Значит, поеду.

— Я с тобой.

— Иди в задницу.

— Ну уж нет, она имеет право знать. И право выбора тоже. Ты козёл, Макс. Она выберет меня и будет права.

— Если ты еще раз посмеешь притвориться мной…

— Мне не нужно никем притворяться, я хорош сам по себе. А ты точно не хочешь… ну… вдвоем ее? Я не против.

Макс повернулся и ударил брата кулаком в лицо. Не то, чтобы сильно — все же позиция неудобная, но, кажется, разбил губу.

— Да понял я, понял, — хмыкнул Тьен. — Словами через рот мы разговаривать не умеем. Что ж, у меня явно будет куча преимуществ.

Макс зарычал, а потом тоскливо выплюнул:

— Мать его, отчеты!

Тьен кивнул.

— И у меня.