Глава 2

— Прекрати девочку смущать, Раш, ты сейчас дырку взглядом в ней прожжешь. Если так боишься… оставить без надлежащего присмотра… то яркой краской напиши, что твое трогать не следует! — кажется, вампирюга от происходящего получал настоящее удовольствие.

— Пожалуй, я так и сделаю, — неожиданно бледные губы дрогнули и Повелитель как будто немного расслабился, — но речь сейчас не об том. Я не выгоняю тебя, девочка. Я хочу тебя защитить. Но здесь и сейчас это сделать невозможно. Будь ты обученным воином и магом — я бы позволил тебе остаться, но подвергать беззащитного человека, пусть даже полукровку, не прошедшего инициацию, я просто не имею права. Поэтому ты отправишься туда, где будешь под защитой и присмотром, но будешь возвращаться в Лес в выходной день.

— В выходной? — она даже подалась вперед, чувствуя, что не может не сунуть любопытный нос в очередное приключение.

— Да, в выходной. В Академии Вассалов Его императорского величества Шеллариона иногда бывают и выходные, — в голосе мужчины сквозила легкая ирония.

— Так вы… вы отправите меня в Академию? В настоящую Академию?! Но… я уже ничего не умею! Даже до нашего захолустья долетают новости — там крайне жесткий отбор.

— Хорошие знакомства открывают любые двери, — последовал невозмутимый ответ, — хотя, разумеется, на первый курс тебя пока никто не пустит — будешь ходить на подготовительные и жить в городе — и у меня, и у Айнирё там есть особняки. А охранять тебя будет твой старый знакомец Ильдис Тайар — он нарушил приказ, оставив тебя одну, и теперь будет за это расплачиваться…. — по губам дана Эрайша промелькнула злая улыбка.

— Фэйри не любят города, — негромко ответил на незаданный вопрос дан Таальен, — так что твоей охране придется нелегко.

Все происходило с такой скоростью, что никак не укладывалось в голове!

— Подождите, но… простите, я не понимаю, — Асайя схватилась за голову, чувствуя, как от волнения ползут по щекам золотые чешуйки — наследие прабабки иршассы, — я ведь не справлюсь с этим курсом, я самоучка деревенская! И вести себя в городе не умею, и денег у меня нет… А зачем мне там охрана, да ещё такая, которой это в тягость будет?

В ушах зазвенело, загудела от волнения кровь, и она едва ли осознавала, что уже шипит, оскалив два длинных тонких клыка, а появившиеся от волнения на руках когти расцарапали недовольно дернувшееся дерево.

— Тише, тише, девочка!

Миг — и её закутали огромные бархатистые крылья вампира, скрывая от остального мира. Они были приятные на ощупь — мягкие, с гладкой нежной кожей и темным пушком, но жесткими мышцами. Перепончатые… так и захотелось их заласкать, загладить, зачесать — даже страх куда-то ушел. Сильная когтистая ладонь поглаживала легко-легко по голове, а одна рука крепко прижимала к темной ткани чужого камзола.

Над головой послышались едва различимые голоса.

Прохладное дыхание Князя обдало ухо, и стало щекотно и смешно — и легко-легко, словно вот сейчас, в этих объятьях, она была… дома?!

— Все хорошо, amaly, не переживай и прости нас. Ты ещё ничего не знаешь о своей природе, и стыдно здесь должно быть нам — довели ребенка до срыва. Слишком давно уже не имели дело с юными беспокойными девочками.

И она, обычно шарахавшаяся от любых объятий и чувствующая лишь ужас и тошноту от прикосновений мужчин, вдруг робко коснулась пальцами бархатного крыла, а потом вцепилась в чужую руку крепко, как утопающий в плот. Вдруг её приподняли легонько над креслом, не размыкая крыльев, вампир сел в него сам и усадил её на колени, бережно прижимая к себе, как самое настоящее сокровище, так, что она даже дернуться не успела.

— Ты слишком ярко и сильно на все сейчас реагируешь, потому что твой организм перестраивается. Наших женщин в такой период вообще никто старается не трогать…

— А то голову откусят, — послышался голос повелителя Эрайша.

— Да, могут, — невозмутимо согласился Князь, — но ты сущий ребенок пока, а вот инстинкты уже просыпаются.

Да, кусячие инстинкты. И обиженные. И любопытственные. И лучше бы никому на них не нарываться — хуже будет.

— И ты просто не понимаешь, что с тобой происходит и как это изменить, — крыло ласково пощекотало её по спине, — но не беспокойся, я все улажу. И инстинкты твои… утихомирим. Постепенно. Ты ведь пила уже кровь?

— Да, — неохотно разлепила губы, мечтая навсегда остаться в мягком коконе крыльев, — несколько раз…

— И как? — в голосе вампира слышалась улыбка. — Понравилось?

— Наверное… — пробормотала неуверенно, чувствуя, как начинает успокаиваться.

— Теперь я понимаю, как ты управляешься со своим выводком подданных, — пробормотал где-то в стороне слуа, — прирожденный вампирский папаша…

— Не слишком-то ты любезен, Тааль. Заведи себе хотя бы одного сначала, а потом уже рассуждай, — хмыкнули над головой.

— Может, мы уже закончим разговор? — в голосе Повелителя слышалось легкое раздражение.

— Малышка, ты как? — под крыло просунулось хищное лицо Князя, сияя белоклыкастой улыбкой. — готова выслушать ответ на свои претензии?

— Простите меня, я не хотела… но, правда…

Что ж она снова лепечет, последние мозги эти вредные инстинкты отшибли!

— Я с удовольствием выслушаю вас, ваши величества, лорд, прошу прощения за мою слабость!

— Не извиняйся, ты не виновата, — крылья распахнулись, но вампир её не отпустил, — когтистая рука обвилась вокруг талии, прижимая крепче к себе. Но, вот странно, она не ощущала от него ни похоти, ни мужского желания — только ровное тепло и заботу.