Глава 8. Испытание ядами

В свои комнаты я вернулась, едва забрезжил рассвет. И стоило переступить порог, как открыла глаза в собственном теле. Полностью выспавшаяся и полная сил. Чего нельзя было сказать о Жаке.

— Что-то меня в сон клонит, — пошатываясь, сказал он, запрыгивая ко мне на кровать. — Ты не возражаешь, если я…

И тут же уснул.

Я усмехнулась, стараясь не тревожить больше несчастное животное. На самом деле, конечно, ничего страшного не произошло бы, если бы я еще немного осталась в лесной сторожке и встретила рассвет не в замке. Но меня пугала перспектива, что Жак самостоятельно может вовсе домой не вернуться. Вдруг он забудет дорогу? Или по пути провалится в какой-нибудь овраг? В общем, меня это все совершенно не устраивало.

А теперь кошак мирно спал на моей постели, не вызывая ни капли беспокойства.

Мне же предстояло обдумать все случившееся. Мало того, что Роксар оказался вовсе не таким засранцем, как я думала, так он еще и рассказал довольно много интересного.

Ночь прошла не зря, и теперь я знаю, как пройти следующее испытание. Однако, расслабляться не стоит. Еще предстоит удачно войти в роль святой простоты и “прелесть какой дурочки”. Это в любом случае мне на руку. Мужчины любят женщин, которые в чем-то оказываются наивнее и глупее них.

В общем, я находилась в весьма приподнятом настроении. По крайней мере на ближайшие несколько дней страх превратиться в кота отступил.

Днем заходил Тангиаш, но обнаружив меня в полной боевой готовности, довольный убрался восвояси. Ближе к вечеру мы с Жаком попытались поиграть в игру “в каком стакане шарик?”. Но это оказалось довольно скучным занятием, потому что кот каким-то неведомым образом все время выигрывал. А еще мой пушистый друг был просто в восторге от того, что чуть ли не весь день я не переставая гладила его.

Когда наступила ночь, и магия колдуна перенесла меня в тело животного, мне, конечно, вновь не терпелось погулять. Я осторожно прошмыгнула за дверь, с удовольствием вынюхивая новые ароматы. К сожалению, к обонянию хищника быстро привыкаешь.

Потрусив по коридору вдоль многочисленных комнат, около одной из дверей я замерла, как вкопанная. От порога доносился знакомый, тонкий и чуть сладковатый запах, не ассоциирующийся ни с чем хорошим. Только через секунду размышлений я поняла, что это запах шели Лианары. Принцессы, которую я подозревала в покушении на собственную жизнь.

Лапы нервно дернулись. Внезапно очень зачесалась попа, и захотелось вернуться обратно к себе. Но я переборола трусливое желание и тихонько подкралась к двери. Кажется, прямо сейчас никто выходить не собирался, а потому я села прямо у порога, ненавязчиво прислонив ухо к дереву.

— …ты всегда была трусихой, Эллура, — говорил высокий женский голос. Вне всякого сомнения принадлежавший принцессе. — Поэтому и королевой тебе не быть.

— Конечно, ваше высочество, — лепетал голосок рядом. Очевидно, это была ее подружка.

— Ты же не метила на это место, правда? — тут же грозно спросила принцесса.

— Конечно нет, ваше высочество.

— Я же говорила тебе, зови меня Лианара. Я пока еще не королева. А любое другое обращение кроме “вашего величества” меня раздражает.

— Да, ваше… Лианара.

Голос подружки был довольно тусклым. Но в нем явственно проскальзывали нотки раболепного поклонения.

Я поморщилась, замечая, как шевелятся усы. Уже хотелось отойти от двери, чтобы никогда не слышать ничего подобного, но вдруг Лианара сказала:

— Когда служанка отнесет этот бальзам Диальяне, мы избавимся от еще одной нахалки.

Сердце пропустило удар. И я стала слушать еще внимательнее.

— Но зачем, ваше… Лианара? Вдруг вас… нас поймают? — лепетала Эллура.

— Не бойся. Принцессу сложно в чем-то обвинить. Тем более в отравлении. Бальзам для губ — идеальное вместилище для яда. И тогда к следующему испытанию нас снова станет правильное количество.

Девушка засмеялась высоким, переливчатым смехом, от которого у меня на спине поднялась шерсть.

— Но почему вы хотите передать этот бальзам шели Диальяне? Ведь она ни в чем не провинилась перед ва…

— Не провинилась?! — громко перебила ее принцесса. — Она перечила мне! Мне! Будущей королеве! Защищала эту неизвестно откуда взявшуюся нахалку! То же мне, племянница мага… Почему я никогда о ней не слышала?

— Говорят, она с детства жила в провинции. Далеко от города.

Я почти увидела через запертую дверь, как Лианара презрительно пожала плечами.

— Не важно, до этой Марильяны я рано или поздно доберусь. Но сейчас ее трогать слишком рано. Не отошла еще от моего скорпиона. Будет бдить. А значит, нужно пока заняться кем-то другим. Ты поняла, что от тебя требуется?

— Конечно, принцесса, — ответила с готовностью девушка. — Я подложу этот бальзам одной из служанок, которые понесут Диальяне косметику накануне следующего конкурса.

— Молодец, — раздался ответ. — Быстро схватываешь. Но смотри, чтобы никто тебя не заметил.

— Конечно, Лианара. У меня есть знакомая служанка из придворных камеристок. Я смогу пройти к ней в комнату незамеченной.

— Отлично, — радостно воскликнула принцесса. — Тогда иди, мне уже давно пора спать.

Я отпрыгнула от двери, как ошпаренная. И пулей помчалась по коридору до своих комнат. Лишь когда знакомый полумрак скрыл меня от чужих глаз, маленькое кошачье сердечко смогло успокоиться. Но я еще долго не могла уснуть, решая, как поступить со знаниями, открывшимися мне так внезапно.

Утро наступило неожиданно. Я резко открыла глаза и вскочила с кровати так, будто и не ложилась. И первое, что мне пришло в голову, это — предупредить бедняжку Дию.

Но как узнать, в какой из комнат она живет? Не стучаться же в каждую дверь! И спросить не у кого…

Решение проблемы получалось не самым изящным. Я надела халат и вышла в туалетную комнату, надеясь простоять там ровно до того момента, как Диальяна не решит заняться водными процедурами.

К сожалению, я не подумала о том, сколько недовольных физиономий мне придется увидеть до этого счастливого момента.

Жак вяло поплелся за мной, ворча по пути, что если я и дальше буду продолжать шляться в его теле по ночам, он за себя не ручается.

— Поверь, если бы ты был в курсе того, что мне удалось узнать за эту ночь, твое мнение резко изменилось бы, — тихо ответила я, когда одна из конкурсанток прошла мимо меня в душевую, бросив мимоходом подозрительно-удивленный взгляд.

— И что же там такого важного? — фыркнул кот, взявшись вылизывать шерсть.

— Чуть позже, Жак, чуть позже, — еще тише проговорила я.

— Ну конечно, — говорил он, причмокивая во время своего занятия. — Утром в душе — лишние уши. Я все понимаю!

Не успела я усмехнуться, как дверь открылась, и в помещение вошла немного всклокоченная после сна принцесса.

— Занозу в заднице вызывали? — спросил кот, направив ленивый, желтый взгляд на девушку. — Я — нет.

— Я тоже нет, — не удержалась от ухмылки.

— Опять сама с собой разговариваешь? — с презрительным высокомерием бросила он. — И как ты вообще попала на отбор невест, непонятно.

— За то понятно, как попала ты, — не удержалась от ответа я.

— Что ты имеешь в виду? — приподняла тонкую, темную бровь она.

В сочетании со снежно-белыми волосами это смотрелось великолепно. Я в очередной раз обратила внимание, что Лианара — одна из самых красивых конкурсанток. Ведь большинство из них были столь бледны, что красивыми в привычном понимании их назвать оказывалось сложно. Белые брови сливались с молочными ресницами и терялись на мучных лицах. Светлые губы были лишены контраста, а нежно-голубые глаза терялись на фоне всей этой блеклости.

— Только то, что, не будь ты принцессой, с такой рожей до отбора точно не добралась бы, — ответила я.

Глупо, конечно, но очень хотелось отомстить и за скорпиона, и за пустые колкости, и за угрозу, которая нависла надо мной по ее вине.

Лицо Лианары исказилось от гнева. Все волшебство ее тонких черт мгновенно исчезло.

— Да как ты смеешь, мерзкая деревенщина?! Я принцесса крови! Прикажу тебя высечь и буду наслаждаться твоими криками! К принцессе нужно обращаться на “вы”!

— Ну все, — с пола прокомментировал Жак. — Какахи забурлили. Вот-вот выплеснутся из горшка.

Его слова начисто смыли всю серьезность момента.

— Ну, я же деревенщина, — ответила с улыбкой. — Где уж мне учиться этикету. Но если у вас все принцессы выглядят так же, как ты, боюсь, его величеству придется выбрать себе в жены пастушку.

Лианара от ярости начала синеть.

— Посмотри, как пульсирует вена на лбу, — шепнул кот. — Какая ужасная вена. Она меня пугает, Марианна.

Я громко фыркнула, не сдержав смех.

— Тебе смешно? — почти задыхалась Лианара. А на ее белом лбу и впрямь набухла жилка. — Я тебя уничтожу, клянусь…

— Повтори это погромче, — перебила ее я. — Чтобы все слышали, кого в случае чего винить в моей смерти.

Принцесса сжала челюсти. Ее губы тряслись.

Хорошо, что в этот момент в туалетную комнату, наконец, зашла Диальяна. У нее было заспанное лицо, а соломенные волосы красиво спускались на плечи. Я обратила внимание, что без косметики и пудры, слишком сильно осветляющих ее черты, девушка смотрелась значительно привлекательнее.

Постараюсь ей об этом не говорить.

Я схватила ничего не понимающую конкурсантку за руку и вывела из комнаты со словами:

— Диа, с добрым утром, дорогая!

Моя новоиспеченная подруга удивленно захлопала глазами, но ничего не успела ответить, как я потащила ее по коридору к себе.

— У меня к тебе есть пара слов, — добавила я тихо. — Не удивляйся, это важно.

— Эй, куколка, не оставляй меня с этой ведьмой! — Жак быстро перебирал лапами, чтобы поспеть за нами следом.

— Что случилось? — спросила, наконец, Диа, когда дверь за нами захлопнулась.

Я усадила девушку на диван и, нервно расхаживая по комнате, начала еле слышно рассказывать ей все, что слышала ночью.

Когда поток информации иссяк, Диальяна задумчиво опустила голову.

— Это очень серьезное обвинение, — проговорила она, наконец. — Ты уверена, что ничего не перепутала?

— А ты хотела бы проверить? — серьезно спросила я, уперев руки в бока.

Девушка промолчала, но уже через несколько секунд спросила:

— А как ты это узнала?

Вот тут мне, к сожалению, ответить было совершенно нечего.

— Я… подслушала.

Краска залила щеки, но не так уж и сильно.

Девушка снова некоторое время ничего не говорила, очевидно обдумывая мои слова. А потом вдруг выдала:

— Что ж, честно говоря, от принцессы этого следовало ожидать. Но сможем ли мы доказать ее вину?.. Наверняка ни один след не приведет напрямую к ней.

Я кивнула.

— Она заставила подругу выполнить всю работу.

— Ну вот, так и есть, — невесело покачала головой Диа.

— А нет ли какого-нибудь заклятья, которое сняло бы, ну, ты понимаешь, отпечатки чего-нибудь…

Девушка не понимала.

— Ну, что-нибудь, что указывало бы на принцессу?

Диальяна пожала плечами.

— Мне подобная магия не знакома. Может быть король на такое способен.

— Король? — переспросила я, почувствовав, как мурашки пробегают по спине.

— Ну, да. Король — самый сильный маг Ледяной звезды. Что тут удивительного? Ведь на нем — благословение Чарис.

Что-то подобное я уже слышала от Тангиаша. О том, что снежный король — вроде как некое хранилище силы богини, которая передается лишь от одного правителя к другому.

— Значит, нужно обратиться к нему, — сделала я логичный вывод.

— Ты с ума сошла? — чуть ли не выкрикнула девушка, прижав ладонь ко рту.

Я от неожиданности вжала голову в шею.

— Он может казнить тебя лишь за одно предположение, что принцесса крови способна на убийство! — пояснила Дия. — Это поставит пятно на репутацию всей королевской семьи!

Что-то мне немного поплохело. Очень захотелось спросить: об одном ли и том же человеке мы говорим вообще? Роксар, которого я знала, не казался способным казнить кого-то за предположение. Хотя, хорошо ли я знала снежного короля?

Ответ был: нет.

— Но, ведь я правду говорю. И он должен это понять, — ответила неуверенно.

— Даже если предположить, что ты не ошиблась, — грустно сказала Диальяна. — Я бы не рискнула идти с таким обвинением.

— Ну, а я рискну, — вдруг резко прервала я ее. — Как только служанка принесет тебе новую косметику, бери и тащи ко мне. Я разберусь.

Внутри закипала твердая уверенность, щедро сдобренная возмущением. Почему я не могу пожаловаться на человека, который собирался меня убить? Почему я должна молчать?

Девушка недоверчиво посмотрела на меня, но кивнула. И очень скоро ушла. Я же с тех пор с нетерпением ждала кануна следующего испытания, когда принцесса должна была попытаться отравить Дию.

Однако следующие несколько дней девушка не приходила. И даже за сутки до очередного конкурса она так и не появилась. Я довольно сильно нервничала перед испытанием, пытаясь придумать, как сделать вид, что готовлю яд, а сварить в итоге что-то вроде бараньей похлебки. И потому мне было немного не до того, чтобы бегать по замку в поисках Диальяны и подкупленной служанки. Я верила, что новая подруга зайдет ко мне сама, как только появятся новости.

Но случилось это, к сожалению, лишь в самый день испытания. Утром, когда я вертелась перед зеркалом, проверяя, достаточно ли эффектно выгляжу, в дверь постучали. Дия вбежала в комнату, широко распахнув зеленовато-синие глаза.

— Смотри, что принесла мне камеристка! — шепотом выпалила она, вываливая на столик перед зеркалом целый ворох баночек.

Здесь была и подводка для бровей, и тушь для ресниц, и румяна. Все в одинаковых светлых оттенках. Видимо, яркость при дворе Роксара была не в моде.

— Вот новая паста для губ, — подтолкнула она ко мне пять баночек разных тонов. — И что из этого яд?

Я бросила взгляд в окно, пытаясь определить, как много времени осталось до выхода. Диальяна появилась ужасно не вовремя.

— Полчаса! — раздалось из коридора очень похожее на голос распорядителя. — У вас осталось полчаса!

А мы обе еще не успели наложить макияж. И не мудрено, с такой-то косметикой.

Но вчера вечером я попросила Тангиаша принести мне собственный набор. Чтобы не быть зависимой от средств камеристок. Так что я могла не бояться отравления. Кроме того, теперь у меня в наличии оказался бальзам для губ свежего, натурального цвета и черная подводка для глаз. Эти цвета гарантировали мне хоть какую-то относительную уникальность.

— А у тебя не осталось косметики с прошлого конкурса? — спросила я, осторожно сгребая баночки в тряпичный мешочек.

— Ну… кажется кое-что девушки забыли унести еще с самого первого отбора, — задумчиво ответила Дия.

— Хорошо, — кивнула я. — Тогда иди собирайся. Осталось мало времени. А с помадой я что-нибудь придумаю.

Правда, что именно делать со всем этим теперь я представляла с трудом. Ведь вот-вот начнется конкурс, во время которого все конкурсантки будут варить яды. При желании принцесса вообще может сказать, что отраву в баночки подлила я сама.

Ладно, это я обдумаю чуть позже.

Взглянула еще раз на себя в зеркало и удовлетворенно кивнула. Темно-коричневое платье с золотой оторочкой совершенно не шло блондинкам. Но прекрасно подходило зеленоглазым девушкам. Таким, как я. На этот раз декольте полностью отсутствовало, а ворот был высоким и узким, под самое горло. Зато корсет подчеркивал тонкую талию. Рукавов тоже не было, и обнаженные плечи смотрелись безупречно.

Волосы пришлось убрать в тугую прическу, покрыв сверху золотым ободком.

В общем, среди серебристо-белых бледнушек я планировала оказаться эффектным темным пятном.

На этот раз испытание проходило в широкой, просторной лаборатории. Каждой из конкурсанток предоставлялся собственный стол с кастрюлей и горелкой внизу. Вода в посуде уже тихонько кипела. С правой стороны от рабочего места целой кучей были разложены десятки ингредиентов.

Я снова прихватила с собой сумочку, в которую спрятала все баночки с помадой Дии. Отложив их до лучших времён, стала разглядывать травки и порошки, из которых мне предстояло приготовить “не яд”.

Как только все девушки разошлись по своим местам, дверь открылась, и в помещение вошёл король, оглядев каждую из нас дерзким, немного самоуверенным взглядом.

Конкурсантки мигом поклонились, облизнув пухлые губы и тряхнув бюстами.

Я послушно склонила голову, наблюдая исподлобья за немного ленивыми и повелительными движениями Роксара. В последний момент показалось, что его взгляд скользнул по мне, на долю секунды задержавшись. Но этого хватило, чтобы мое сердце пропустило удар.

Глупая. Глупая курица.

Жак, сидя у меня в ногах под платьем, словно уловив отголоски мыслей, вдруг выдал:

— Сейчас бы жареной курочки… Да с глинтвейном. Я, страсть как, глинтвейн люблю!

В это время в центр комнаты вышел распорядитель и начал говорить.

— Приветствую вас, дорогие конкурсантки, на очередном испытании отбора невест! — он высоко поднял руки, и небольшая кучка придворных, что присутствовала здесь в качестве свидетелей, восторженно зааплодировали. — Сейчас я объясню вам правила, и вы сможете приступить. Не буду вас утомлять… — продолжил распорядитель.

В этот момент из-под юбки у меня донеслось кошачье:

— Поздно!

Я громко фыркнула, пытаясь сдержать смех. Несколько голов повернулись в мою сторону.

Пришлось спешно изображать покашливание.

— … правила просты, — говорил мужчина. — Из представленных на ваших столах ингредиентов вам нужно сварить самый сильный яд. Чем выше будет качества вашего зелья, тем больше у вас шансов пройти этот этап отбора.

Девушки зашуршали платьями, явно нервничая.

Все это время я рассматривала сухие пучки растений, пытаясь понять, что из представленного самое безопасное. Как оказалось, испытание было не очень-то простым. Как приготовить обыкновенный компот, например, из волчьих ягод или ландыша? Как сварить съедобный напиток из листьев белладонны или цветов лютика?

Одним словом, задача оказалась с двойным дном. Возможно, мне стоило приготовить просто не очень сильный яд? Тогда было бы неплохо знать, какие из растений менее ядовиты, а какие — более. А я не припомню, чтобы нас в институте этому учили.

Но вот испытание началось.

Когда я пересмотрела все травки, взгляд упал на баночки с порошками и жидкостями. Здесь стояли: уксус, моя спасительница — сода, баночка с молоком, спиртом, золой, сушеной сливой, несколько бутылочек с какими-то маслами. Эти ингредиенты показались мне более безвредными. Хотя кто знает, какой эффект в этом мире могут иметь самые простые продукты?

Я стала лихорадочно обдумывать рецепт. С одной стороны, если я приготовлю совсем не ядовитое варево, скажем, из молока и соды, это может натолкнуть судей на определенные мысли. Ведь и коту понятно, что представленные здесь травы гораздо более опасны, чем сода. И значит, раз я их не использую, мне известен настоящий смысл испытания.

— Ну что, ты там уже начала варить свою бормотуху? — раздался голос из-под юбки.

Я глубоко вздохнула, собираясь с мыслями, а потом ответила, беря первый ингредиент:

— Да, Жак. Начала.

Один за другим в воду падали сушеные травки. Для задуманного мной много не требовалось, а потому совсем скоро я закончила. Но продолжая изображать бурную деятельность, как и остальные девушки, крутилась возле кастрюли.

Пару раз Жак норовил выскочить из-под юбки и поглядеть, что это я там такое наготовила. Но я упорно пихала его обратно пяткой. Не хватало еще, чтобы Роксар узнал моего кота и начал задавать лишние вопросы.

Когда пришло время демонстрировать успехи, я послушно отошла от котла, с озабоченным видом переминаясь с ноги на ногу. Все нервничали, значит и мне нужно поддерживать атмосферу.

Первой проверяли варево у какой-то девушки по имени Вантрея. У нее были пухлые персиковые губы, которые она возбужденно покусывала. Роксар подошел к ней вместе с Тангиашем и каким-то усатым мужчиной. Шесть из десяти пальцев у того были чем-то обожжены, два ногтя отсутствовали, одна бровь оказалась выжжена. Сразу стало ясно, что этот человек был здесь кем-то вроде придворного алхимика.

— Ну, шельен Элиас, — потер ладошки колдун, подходя к котлу конкурсантки. — Что тут нам наварила шели Вантрея?

Алхимик подвигал отсутствующей бровью. Наклонился к бурой жидкости и аккуратно понюхал. Затем достал из кармана ложку, зачерпнул немного и капнул себе на тыльную сторону ладони.

Я смотрела на него, выпучив глаза. Если он все яды так проверяет, тогда непонятно, как еще он умудрился сохранить руки.

Тем временем Элиас стер каплю и проверил состояние кожи.

— Яд не оставляет следов на теле, — прокомментировал он, немного шепелявя.

А затем вдруг взял и попробовал жидкость на язык.

Я резко выдохнула, но все присутствующие просто с любопытством взирали на мужчину, словно ничего необычного не происходит.

Элиас почмокал языком и выдал:

— Да, яд знатный. Прищучит на следующий день опосля приему. Но вкус слишком резкий. Как моча кошачья. Такое в суп не положишь. Вмиг вычислят.

Роксар слушал молча, с невозмутимым видом разглядывая краснеющую от смущения девицу. Синий, задумчивый взгляд блуждал по ее лицу, изредка останавливаясь на пухлых, искусанных губах. Эта Вантрея ему явно понравилась. Тем более и яд у нее оказался посредственный.

— Я прошла? — спросила скромно девушка, облизав своими большими, коровьими глазами короля.

Роксар улыбнулся и подошел ближе, приподняв зардевшееся лицо за подбородок.

— Об этом мы узнаем только в самом конце, моя куколка, — ответил он с улыбкой. А мне вдруг ужасно захотелось вцепиться кому-нибудь в космы. Лучше — этой Вантрее.

И что со мной такое творится?

Девушка заулыбалась ещё шире.

Хвала Чарис, распорядитель перешел к следующей конкурсантке, переманив и внимание короля. Некая Элеандора сварила нечто густого черного цвета. Девушка была очень горда собой.

Алхимик повторил свои манипуляции. Сперва капнул жидкость на руку, а потом лизнул. После чего сморщился и закашлялся. Лицо побелело, а губы приобрели синий оттенок. Он даже схватился за стол, чтобы не упасть.

Я сделала резкий шаг вперед, чтобы помочь мужчине, но, увидев, что никто вокруг не двигается, почувствовала себя не то, что глупо, но странно. Роксар при этом посмотрел на меня, изучающе прищурив глаза, и я вовсе застыла, как ледяная статуя.

Что-то здесь было не так. Похоже, Элиас обладал каким-то секретом, о котором я должна была знать. Потому что всего через несколько мгновений он снова распрямился и постучал себя по груди, словно слегка подавился.

— Отменное пойло, вашество, — проговорил он, все еще слегка кашляя. — Каплей лошадь завалит.

Роксар перевел взгляд на широко улыбающуюся и ничего не подозревающую девушку. И синие глаза его задумчиво потемнели.

Алхимик тем временем продолжал:

— И цвет этого пойла, и его вкус совершенно невозможно будет определить в блюде, потому что надобно настолько малый его плевочек взять, что и муха не разглядит.

Король кивнул и, ничего не сказав, прошел мимо. Абсолютно потеряв интерес к персиковой блондинке по имени Элеандора.

Еще несколько девушек демонстрировали свои яды с гордостью. Мимо них Роксар прошел так же безразлично.

Всего трое конкурсанток стояли, нервно краснея. Вот им король улыбался гораздо благосклоннее. И, как и предполагалось, в их котлах плавало нечто бездарное и очень вонючее.

Принцесса Лианара тоже улыбалась довольно широко.

Я уже потирала ручки в предвкушении, рассчитывая, что вот-вот нахалка покинет отбор, как пробка — бутылку из-под шампанского. Но увы, Элиас неожиданно причмокнул ее ядом и проговорил:

— Неплохо-неплохо. Ни вкуса нет, ни запаха. А отравление будет сильное. Плескать у несчастного, кто выпьет хоть глоток этой жижи, станет из всех отверстий. Но смертельный исход практически исключен.

Лианара пожала плечами, и, немного надув красивые губы, пробурчала:

— Это смотря сколько выпить…

Король усмехнулся.

— Ты всегда была кровожадной, Лиа. До сих пор помню, как в детстве ты воткнула мне вилку в руку, когда я попытался украсть краба у тебя из тарелки.

Девушка медленно, но верно становилась пунцовой. Сперва белая кожа на шее покрылась пятнами, потом щеки запылали, а в конце и все лицо.

— Ты точно хочешь за меня замуж? — продолжал с улыбкой король. — После свадьбы я буду брать у тебя из тарелки все, что захочу и когда захочу. Ты готова к таким лишениям?

Роксару явно было весело, в отличии от принцессы, которая что-то мямлила в ответ, вдруг растеряв всю свою запальчивость. И в отличии от меня. Потому что я с каждой минутой злилась все сильнее и никак не могла понять, почему. А тем более — успокоиться.

Но нужно было держать себя в руках. Моя очередь была следующей.

Роксар медленно приблизился к столу, бросив сперва взгляд на меня, затем — в кастрюлю. И опять мне показалось, что его синие глаза слегка прищурились.

В этот момент больше всего на свете хотелось понять, о чем он думает.

— Итак, шели Марильяна, — протянул распорядитель.

Алхимик наклонился над моим варевом.

— Пахнет вкусно, — с удивлением сказал он и тут же попробовал на вкус. — Ух, — фыркнул мужчина. — Такое в борщ капнешь — никто не определит.

Роксар еле заметно нахмурился.

Блин. Вот, блин. Надо было добавить чего-нибудь вонючего.

— А что там с действием, шельер Элиас? — спросил распорядитель под настойчивым взглядом короля.

Алхимик хапнул в рот еще одну полную ложку варева и довольно проговорил:

— Знатная горлопятина! Ух, забористая!

Я округлила глаза, едва не воскликнув: “Ничего подобного!”

Но вовремя удержалась. И через мгновение Элиас прибавил:

— На толчке сидеть будете после этой дряни часов пять, не меньше. Съем еще немного, а то у меня последние дни такой запор!

И под насмешливыми взглядами других конкурсанток снова погрузил ложку в котел.

Я тут же успокоилась. Ведь именно этого эффекта я и добивалась. В моем котле все-навсего варилось молоко с сушеными сливами. Я покидала для вкуса еще несколько относительно безопасных трав. Молоко со сливами дает настой, который отравляет кишечник и вызывает расстройство желудка. А смесь семян подорожника, стеблей ириса и укропа должна была дополнить эффект крепкого слабительного.

Роксар опять посмотрел на меня, на этот раз с открытым интересом. Словно видел впервые.

— Что ж, — усмехнулся он тихо. — Вам удалось меня удивить, Марильяна…

Я поклонилась, чувствуя, как сердце грозит выпрыгнуть из груди.

Из-под юбки донеслось кошачье пение:

— Та-та-та-та-та-та-та! Марьванна — молодец!

Я пнула засранца пяткой, пока он не привлек к себе лишнее внимание.

После меня оставалось не так много девушек, и совсем скоро испытание кончилось. Конкурсантки стояли в нетерпении. Большинство радостно хлопало глазами, радуясь, что удалось сварить сильные яды. Несколько стояли, понурив головы. Но буквально после нескольких слов распорядителя, ситуация кардинально поменялась.

— Дорогие конкурсантки, вот и конец третьего испытания! Многие из вас сварили великолепные яды. Самые лучшие и крепкие зелья получились у пятерых.

Он назвал имена счастливиц, которые уже чувствовали себя безусловными победительницами, высокомерно глядя на соперниц.

— Но, увы, я вынужден вас огорчить.

Улыбки начали медленно и с подозрением исчезать с лиц.

Театральная пауза затянулась.

— Королева не должна уметь варить яды. А потому вы выбываете из отбора.

Голос прозвучал жестко, как удар. Кто-то из девушек заплакал.

Роксар не моргнул и глазом, когда по приказу распорядителя тех вывели из помещения.

— Остальные могут готовиться к четвертому испытанию!

Постепенно все покинули зал. Я собиралась последовать их примеру, но вдруг заметила, как Лианара подошла к Роксару и начала что-то говорить.

Мне это совершенно не понравилось.

Тем более, что через мгновение король повернул ко мне голову.

— Шели Марильяна, будьте добры подойти, — сказал он.

У меня мурашки пробежали по спине.

“Что там наговорила ему гадкая принцесска?”

Приподняв голову, мягким и плавным шагом прошла к королю. Даже в опасной ситуации не стоило пренебрегать правилом внимания. И походка — одно из важных факторов. Хотя Жак у меня между ног сильно мешал эффекту.

Подойдя вплотную, я широко улыбнулась.

— Да, ваше величество?

Лианара посмотрела на меня с вызовом.

— Повтори, Лиа, — попросил Роксар.

— Ваше величество, — сладко пропела принцесска. — Когда шели Марильяна покидала оранжерею после испытания магии, она громко и презрительно сказала: “Как меня достал этот самоуверенный и гадкий тип!”

Я широко раскрыла глаза, не веря своим ушам. Неужели банальное стукачество? Я ждала от Лианары чего-нибудь посерьезнее.

Роксар перевел на меня спокойный, синий взгляд.

— Кого вы имели в виду, шели Марильяна? — спросил он, вдруг скользнув взглядом по моим губам.

Проклятье. Всего секунда.

Жарко.

— Кота, — ничуть не смутившись, ответила я, вспоминая, как злилась на Жака, после испытания. Он едва не сорвал мне все приготовления, требуя глажку.

— Кота? — ахнула принцесса.

В этот момент из-под юбки вылез Жак.

Роксар повернулся к девушке и, надменно изогнув бровь, проговорил:

— А ты кого имела в виду, Лиа?

Принцесса жадно хватала ртом воздух.

— Килька несчастная, — бросил кот, деловито выхаживая вокруг меня.

Роксар задержал взгляд на животном, склонив голову на бок и задумчиво проговорив:

— Интересно…

— Ваше величество, я… — забубнила принцесса. — Я думала она…

— Не утруждайся, дорогая, — бросил король, уже и вовсе не глядя на дальнюю родственницу. Он сел на колени возле кота, попытавшись погладить того по голове. — Иди, Лиа, ты свободна.

Принцесса злобно выдохнула, сжигая меня глазами, даром, что голубыми, а не пламенно-красными. И, резко развернувшись, пошла прочь. Только каблуки стучали по каменному полу.

— Значит, это ваш кот, Марильяна? — спросил, улыбаясь, Роксар, когда Жак убежал от него, деловито задрав хвост.

— Да, ваше величество.

— И как же его зовут?

“Да, уж, не Снежок”, - чуть было не ответила, но вовремя сдержалась.

— Скажи милашке Рокси, что мое имя — Аверьян Жакот Добромысл, — гордо ответил кот. — Для него, так и быть, можно просто: “шельер Жакот”.

Я прыснула со смеху, тщательно маскируя хохот под кашель.

“Милашка Рокси… Обязательно запомню”, - пронеслось в голове.

— Его зовут Аверьян Жакот Добромысл, — ответила я. — Но он ужасно не любит длинных имен и формальностей.

Кот бросил на меня мрачный взгляд желтых глаз, которые медленно сужались. В этот момент я прибавила:

— Он просит звать его просто: “Жак”.

Кот резко выдохнул, зашевелив усами.

— Я буду мстить, — фыркнул он и демонстративно отвернулся, начав вылизывать левую ногу.

— Приятно познакомиться, Жак, — кивнул Роксар, вставая с корточек.

Синие глаза медленно перенесли все внимание на меня. Я замерла, будто завороженная, не в силах оторваться от мужского лица.

Что ни говори, а король был ослепительно красив. От него веяло уверенностью и властью. Веяло силой. В отточенных линиях подбородка, в жесткой усмешке чуть полных губ, в широких скулах и пронзительном взгляде светилось нечто незнакомое мне. Нечто, чему хотелось подчиняться. По собственной воле.

Меня это пугало.

Через несколько секунд ненормального, густого молчания, во время которого мы просто смотрели друг на друга, радужки Роксара потемнели, превратившись в два озера глубокой воды, на дне которых полыхает северная заря.

— Вы хотели сказать что-то еще? — тихо проговорил он, вырывая меня из странного оцепенения. Видимо, мне давно уже пора было поклониться и удалиться к себе. Какого лешего я все еще стою здесь?

— Ваше… я тут…

Все, это конец. Такого позора со мной еще не случалось. Я не могла связать двух слов.

— Простите, — выдохнула, попытавшись сделать шаг назад.

В этот момент произошло нечто ужасное. Голова закружилась. Пол взмыл вверх, а потолок закружился, осыпаясь. Каблук одной из туфель подогнулся. Под ногами запуталось что-то мягкое и пушистое, а я, кажется, стремительно летела вниз.

— Эй-эй, осторожно! — взвизгнул Жак где-то далеко-далеко в другой реальности.

Но удара не произошло.

Я открыла глаза, чувствуя, что больше не падаю. Было тепло и уютно.

Даже жарко.

Сильные руки его величества Роксара Ариандел держали крепко.

Так близко, совсем рядом.

Стук сердца. Его. Мой. Мой громче.

Синие радужки всего в паре сантиметров. Глаза в глаза. Горячее дыхание на моей щеке. Тонкий, свежий аромат еловой коры. Почти зимний запах. Кажется, в теле кота я чувствовала больше нот. Сейчас остался лишь пряный жар, от которого покалывало кожу, вызывая мурашки на пояснице.

Через напряженную секунду тишины мужской взгляд двинулся ниже.

Я задержала дыхание, чувствуя, как кружится голова. Он смотрел на мои губы и, проклятье, я смотрела туда же, только зеркально наоборот.

Воздух мгновенно раскалился. Горячо. Трудно дышать.

Я приоткрыла рот, почти чувствуя, как обхватываю губами мужские губы. Почти ощущая горячий язык Роксара.

Я слышала, как участилось дыхание короля. И знала, что он тоже этого хочет.

Одно движение ресниц. Я закрыла глаза. А когда открыла, было уже поздно.

По полу что-то громко прокатилось. В пустом помещении звук оказался особенно неприятным.

Роксар повернул голову, одновременно помогая мне выпрямиться, и отошел на шаг назад.

— Что это? — спросил он, как ни в чем не бывало, указывая куда-то вниз.

А я не могла перевести дыхание. Никак не могла прийти в себя. Все тело горело. В голове расплавились мысли, превратившись в кашу.

Неловко сфокусировав взгляд на том, куда указывал Роксар, я увидела стекляшки с помадой Диальяны. Жак задел одну из них ногой, когда проходил мимо, и они покатились по мрамору. А сами баночки выпали из сумки за пару секунд до того, как я растаяла в руках короля. Как бестолковый холодец.

— Это… помада, — ответила, стараясь взять себя в руки и бросая гневный взгляд на кота.

Жак будто бы все понял и виновато опустил голову.

— Понятно. Давайте помогу собрать, — легко предложил король, снова напоминая мне не дерзкого бабника с безграничной властью, а простого мужчину, который вечерами пьет глинтвейн с лесником, а по ночам спасает девушек.

А лучше всего — одну девушку…

В груди что-то больно кольнуло. Я нахмурилась. Мне это совершенно не нравилось.

— Подождите, ваше величество, — бодро сказала я, присаживаясь на корточки рядом.

“Я должна быть холодной. Только так можно добиться цели и не выйти из игры побежденной…”

Коснулась руки короля, протянутой к одной из баночек, с твердой, но обворожительной улыбкой поймав удивленный взгляд.

— Это косметика одной из конкурсанток, которую ей принесли сегодня утром. Перед самым испытанием. Я думаю, там яд. И, мне кажется, я знаю, кто его туда добавил.

Король нахмурился.

— И зачем же вы взяли их с собой?

— Хотела показать вам.

Роксар провел рукой над каждой из баночек и взял одну. Открутил крышку и понюхал, закрыв глаза.

— Похоже, вы правы, — кивнул он и резко встал.

Снова холодный и надменный снежный король. Снова серьезный и далекий.

— Кого же вы подозреваете? — спросил он мрачно.

Несколько секунд прошли без слов. Похоже, мне впервые стало страшно.

— Шели Лианару. Принцессу.

Снова тишина. Напряженная. Тяжелая. Придавила, как многотонная плита.

— Почему?

Шумно сглотнула.

— Я слышала, как она просила свою подругу подменить баночки.

И в следующий момент король просто кивнул и, развернувшись, ушел. Не прощаясь. Ничего не объясняя. Успокаивало лишь одно:

— Ну, он хотя бы забрал одну из стекляшек с собой, — бросил снизу кот. — Так что, я думаю, можно не волноваться. Так ведь?

Как только дверь за королем захлопнулась, я упала в одно из кресел и грустно сказала коту:

— Наверное, Жак. Наверное.

— Эй, ты чего грустишь, Мариан?

— Я не Марианна, Жак. Я — бестолковый холодец.