Глава 12

Я замираю, забывая, как дышать. Горящие глаза расширяются, в них прорезается хищный звериный зрачок. Теперь я вижу огромную зубастую голову, шипастое тело, лапы с острыми лезвиями когтей. Монстр рычит так громко, что дрожат половицы. Он сейчас прыгнет и вцепится мне в горло! Но тут Якоб встаёт передо мной и несколько раз складывает пальцы в странные символы. Коридор заливает светом… страшный рык превращается в писк, а жуткий монстр скукоживается до размера котёнка. Вот только котёнок необычный, шерсть отсвечивает синевой, а на голове красуются самые настоящие рожки! – Пшёл отсюда! – машет на него дворецкий. Котёнок шипит, показывая острые зубки, а потом, с гулким “тыгыдык” убегает куда-то вглубь дома. – Ох, надо бы проверить печати, – сокрушается Якоб, проходя в коридор и зажигая магический светильник. – Мало ли каких ещё тварей наползло. – Божечки… а что это за существо? Котёнок? – удивлённо спрашиваю я, оправившись от шока. – Если бы! Это магическое существо под названием “банеко”. Свирепая животина! – Но он был довольно миленьким… – Неужели? А что вы увидели, когда только зашли? – Эм-м… мне почудился монстр с шипами, – признаюсь я. – Во-от! Это была иллюзия банеко. С её помощью они запугивают своих жертв, а потом питаются их страхом. Если страха много, то иллюзия банеко становится реальностью и сжирает человека. – О, боже… – бормочу я, обхватывая себя за локти. – Что столь жуткое существо делало в доме?! – Ну, грелось, наверное… Проклятый лес рядом, – пожимает плечами дворецкий. – Поместье как раз стоит на перепутье. Главный вход смотрит на белый дворец, а задний на лес, за которым находится чёрный замок. Этот дом – последняя безопасная точка. – Не похоже, что тут безопасно, – паникую я. – Это не зверинец, а какой-то контактный зоопарк. – Не-е, в доме монстров обычно не бывает, а вот на лужайке за усадьбой полно. Властитель приказал их не трогать, пока не переходят границу поместья. Они вроде живого щита, никто лишний раз не попытается добраться до чёрного замка. – Ясно… – Да вы не бойтесь, милая леди. Меня они тронуть не посмеют, знают, что им будет за такое. Сейчас я на магиобатах печати обновлю. Они отпугивают диких существ, никто сюда не сунется. Вы главное на задний двор не ходите, и всё будет хорошо! “Успокоил, называется… – ёжась, думаю я. – Может, дракон меня сюда отправил, чтобы накормить своих питомцев? Закинул мышку в террариум к питонам, так сказать…” Вместе с Якобом мы проходим в гостиную. Я оглядываюсь, боясь наткнуться на очередного монстра, но поместье выглядит мирным, хоть и несколько заброшенным. Ящерка тоже крутит головой, а потом вовсе спрыгивает на диван и по-деловому его обнюхивает. Якоб подкручивает на окнах магиобаты, потом проверяет остальные помещения. Я хожу за ним следом как хвостик. Обстановка богатая, мебель украшена драгоценными камнями, окна высокие в пол, кровати с тяжёлыми балдахинами. Но всем этим, похоже, давно не пользовались. В усадьбе обжит только первый этаж, остальные тонут в пыли. Имеется небольшая библиотека, пара спален, гостиная, кухня. Последняя выглядит так, словно к ней не прикасались тысячу лет, хотя благодаря магии в подсобке все продукты свежие. – Ну вот, теперь тут точно безопасно, леди, – объявляет Якоб, закончив настраивать магиобаты. – Я отправлю к вам камеристок, чтобы взяли мерки, а вы пока отдыхайте. – А кухней я могу воспользоваться? – Да, конечно, – кивает дворецкий. – Пользуйтесь здесь чем, захотите. – Хорошо, благодарю вас Якоб. Дворецкий важно кивает, а потом направляется к выходу. Но у самой двери вдруг останавливается и говорит: – Леди, я бы хотел вам дать один совет… если можно. – Да, конечно. – Мы все стараемся лишний раз Властителя не волновать. Постарайтесь и вы не добавлять ему проблем. – Постараюсь, – бормочу я, а сама думаю о том, что здесь именно дракон самая большая проблема. К тому же не только моя. Дворецкий уходит. Я остаюсь одна. Первые минут пятнадцать я брожу по комнатам, дёргаясь от каждого шороха, но потом привыкаю, и уже без зазрения совести сую нос в каждый угол. Дом оказывается довольно скучным, никаких тебе скелетов или сундуков с сокровищами, просто всеми забытая усадьба на краю леса. Завалившись на диван, я размышляю над всем, что случилось за два дня. Например, над тем, как там Витя поживает, над глупой причиной не любить попаданок, и о том, свяжется ли со мной янтарный дракон и что расскажет. “Интересно, – думаю я, – почему Стальной был ранен, когда я встретила его в своём мире? Явно же, что Шейн тут сильнее всех! Кто мог нанести ему ту жуткую кровавую рану? И зачем стальному понадобилась моя судьба?” Я вспоминаю слова дракона о том, что если докажу свою полезность, тогда, может быть, он поможет мне вернуться на землю… “Нет, ну что за странная формулировка! – возмущаюсь я. – Я, значит, докажи! А он, может быть, поможет. Не Дракон, а хитрый торговец! Но всё же это лучше, чем смерть от навязанного замужества… Интересно, какая дракону может быть от меня польза?” Мысли начинают кружить по кругу, от безделья клонит в сон. Так что я хлопаю себя по щекам и поднимаюсь с дивана. Оглядываю обстановку. – Ну что ж, – говорю я вслух, закатывая рукава. – Как говорила наша смотрительница в интернате, если не знаешь, чем заняться, займись уборкой! Я нахожу всё нужное в подсобке. Прохожусь со шваброй по первому этажу, особенно уделяя внимание кухне. Стряхиваю с полок пыль, собираю её мокрой тряпкой. Ящерка бегает за мной следом с таким любопытством, словно впервые видит, как кто-то убирается. Она нюхает ведро с мыльной водой и даже пробует его на язык, а потом долго недовольно фыркает. За второй этаж я решаю взяться завтра. Если дракон сегодня так и не явится, то спать лягу в гостиной. После уборки заглядываю на склад продуктов. Придирчиво нюхаю, но всё в порядке, никаких неприятных запахов. Пусть часть овощей мне не знакома, но по плотности, форме и запаху можно понять, что с ними делать. Вот, это похоже на картошку, это на помидор, пусть и фиолетовый… это салатная зелень, куча приправ на любой вкус и цвет. В холодильных камерах хранится отборное мясо. Камеристки заглядывают примерно через час после того, как я начинаю готовить жаркое. Это две женщины с очень важными лицами. Едва зайдя, они с любопытством принюхиваются, так что я предлагаю им отведать блюдо. В итоге камеристки с удовольствием съедают по две тарелки. В благодарность обещают уже завтра передать несколько сшитых по моим меркам платьев, а перед уходом оставляют мне стопку одежды на смену. Ящерка тоже не отказывается от еды и с аппетитом кушает овощи. Похоже, она вегетарианка. А наевшись, лежит на моих коленях зелёным пузиком кверху. Я осторожно чешу его, заставляя малышку дёргать задней лапкой от удовольствия. Потом Ящерка лениво моргает и зевает во весь беззубый рот. Оставив малышку сопеть на диване, я решаю покопаться в библиотеке. Но меня ждёт неприятный сюрприз… Я ни словечка не понимаю! Если задуматься, то и местный язык звучит странно… но я разговариваю на нём, как на родном. Мне вспоминаются фэнтези книги, в них люди при переходе в другой мир всегда получали способность говорить на местном языке. Может, портал мне загрузил “языковой модуль”? … вот только, почему читать-то не научил? Что у меня за демоверсия попаданки! Ну, раз почитать нельзя, значит надо изучить окружение "методом тыка". Следующие минут тридцать я кручусь возле магиобата. Стучу по стеклу пальцем, наблюдая за чёрным вихрем внутри. Если коснуться гладкой поверхности, то кожу покалывает, а если медленно отвести палец, то за ним протянется чёрная ниточка магии. Если же прижать всю ладонь к стеклу и посидеть так минут пять, то магия начинает оплетать руку невесомой шелковой пряжей, в груди становится щекотно, а глазам почему-то жарко. Ух, чувствую себя юным натуралистом! Главное пальцев не лишиться. Я держу ладонь на магиобате ещё немного, и к мышцам приливает сила. Хочется немедленно бежать, что-то делать, с кем-то спорить или даже воевать. Держу руку ещё дольше, и кожу начинает неприятно пощипывать. Внезапно накатывает страх, да такой крепкий, что сердце проваливается в пятки. И тут же следом врывается горькая злость, столь отчаянная, что хочется кого-то загрызть, сжать чужую шею и душить. Слёзы пробиваются к векам. Тяжело дыша, я заставляю себя отдёрнуть руку. Магические ниточки, словно обиженные, отступают, а наваждение откатывается волной, оставляя на языке неприятное послевкусие чужих эмоций. Если верить Якобу, то магия связана с эмоциями дракона. Значит, вот какие чувства в нём живут? Если так, то Стальной – это сплошной ходячий негатив. Оголённый нерв. Ненависти в нём столько, что хватит на всех живущих. Да уж… такого лучше лишний раз и правда не злить. Пришибёт и не заметит. Когда наступает вечер, я вдруг вспоминаю про монстров на заднем дворе. Любопытство пересиливает, и я осторожно выглядываю в окно. Двор оказывается огромным. Да это целый аэродром! При желании сюда можно дирижабль посадить. За двором виднеется чёрная гряда леса. Деревья торчат, словно гнилые зубы, туман зловеще стелется у земли. Жуть… в злых сказках такие леса населяют ведьмы и монстры. Последних тут с достатком. Я примечаю в тумане чью-то горбатую спину с длиннющими иглами. Между деревьев мелькает двухвостая тень, размером с трактор! А в десяти шагах от входа в усадьбу я замечаю того самого рогатого котёнка с синеватой шерстью… Как там его называл дворецкий? Вроде банеко… Банеко выглядит щупленьким, на спине торчат косточки лопаток, он сидит, нахохлившись, и сверлит меня недружелюбным взглядом круглых, как блюдца, глаз. Ещё бы, он, наверное, пригрелся в доме, а тут пришла я, и беднягу выгнали. “Монстра!” – напоминаю я себе, а сама грожу ему пальцем через окно. Чтобы не думал, что его боятся. "А может попробовать с ним подружиться?" Недолго думая, я уже начинаю набирать в блюдце приготовленного мяса. Подойдя к двери и проверив, что монстрёнок далеко, выставляю за порог тарелку. Тут же захлопываю дверь и кошусь на печать – небольшой камешек возле магиобата. Тот мерно светится в темноте. “Будем считать, работает”, – думаю я и аккуратно подглядываю в окошко. Монстрёнок банеко шевелит усами, а потом ловко вскакивает на мягкие лапки и крадучись подбегает к тарелке. Его розовый носик дергается, синяя шёрстка топорщится, а потом банеко наклоняется и быстро, едва не давясь, заглатывает мясо. “Голодный… – понимаю я, умильно рассматривая маленькие рожки, что торчат на пушистой голове. – Хорошо, что я порезала мясо на маленькие кусочки, а то бы подавился”. Когда солнце заходит, я уже перестаю надеяться, что Шейн ко мне заглянет. За окном такая темень, хоть глаз выколи. “А если он вообще про меня забыл? – думаю я, переодеваясь и забираясь в постель. – Драконы же долго живут. Вспомнит обо мне лет через сто, а я уж успела состариться, да помереть”. Но едва моя голова касается подушки, как поместье вздрагивает, словно от землетрясения. Снаружи несётся такой свист, что у меня перепонки в ушах чуть не лопаются. Я испуганно вскакиваю с постели и несусь к окну, выглядываю на задний двор. А там, посреди поляны приземлился огромный, покрытый стальной чешуёй дракон с совершенно чёрными пустыми глазами. Вокруг него кружат светящиеся огоньки магии. А потом на моих глазах, дракон начинает стремительно уменьшаться в размерах. Вскоре вся мощь огромного ящера прячется за человеческой личиной. Одежда трансформируется мгновенно. Шейн выпрямляется, поправляет тёмные волосы, одергивает стоячий воротник, а потом направляется к поместью. Через десяток секунд я слышу, как хлопает дверь, а потом в гостиную, где я устроилась спать, входит Властитель Шейн собственной персоной. Я так и стою возле окна в одной сорочке. Шейн окидывает меня нечитаемым взглядом, щелчком пальцев включает свет, а потом садится в свободное кресло, устало откидывается на спинку и впирает в меня тяжёлый взгляд. – Ну что ж, теперь, когда свидетелей нет… познакомимся снова, Алиса? – говорит Шейн. Его голос пробирает до мурашек. Меня начинает потряхивать от волнения. От дракона исходит настолько подавляющая энергия, что невольно хочется опустить голову и подчиниться любому слову. Язык намертво прилип к нёбу, а сердце стучит в груди как барабан. Я даю себе воображаемый подзатыльник. Не время впадать в ступор! Тем более перед тираном, что может уничтожить меня, не вставая с кресла. Надо, наконец-то, узнать, что ему нужно. На ватных ногах я отхожу от окна и присаживаюсь на край кровати. Нас с драконом разделяет шагов пять. Сорочка на мне довольно плотная, но я всё равно подтягиваю плед и набрасываю на плечи, прикрываю голые коленки. Шейн молча наблюдает, на его красивом лице ледяное безразличие. Но я чувствую, что это лишь маска. – Вы поздно, ваша светлость, – выдавливаю я, поправляя волосы, что волнами лежат на плечах. В них появилось ещё больше белых прядей. – Уже не ждала? – Если честно, нет. – Честность, это хорошо. Она тебе понадобится, – задумчиво говорит дракон. – Как твое полное имя? – Доронина Алиса… – Ты родилась на земле, Алиса? – Насколько я знаю, да. – Кто твои родители? – Эм-м… – я сглатываю ком в горле, – не знаю. Дракон стучит пальцами по подлокотнику. – А кто был прежним хозяином ящерицы? Я удивлённо хлопаю глазами от такой резкой смены темы: – Человек на таможне. – Подробнее, – требует дракон. – С самого начала. Я рассказываю всё без утайки. Про то как меня перестали видеть, про Пиону, чью судьбу я исполнила, про таможню, где всех ошарашило моё предназначение. И про то как ящерка прыгнула за мной в портал. – Вы ведь явно меня помните, – говорю я. – Почему отрицали, что мы знакомы? Кто вас ранил? У меня ещё много вопросов, но дракон недовольно дёргает уголком рта, холодно говорит: – Здесь я задаю вопросы. А ты – отвечаешь, уяснила? – Н-но… хотя бы скажите зачем украли мою судьбу! – Украл… – повторяет за мной дракон, а у меня мурашки бегут от его тона. Я чувствую как ошейник начинает вибрировать, а потом вдруг тянет меня в сторону дракона. Судя по его ухмылке, это Шейн отдал приказ. Похоже, ему даже необязательно произносить его вслух. – Не надо, – шепчу я, но Шейн не меняется в лице. Ошейник больно врезается в шею, и тянет, тянет… терпеть уже невозможно. Я поддаюсь, встаю с кровати. Плед соскальзывает с плеч и с шорохом падает на пол. Едва не плача, я иду к Шейну, а он наблюдает с ледяной усмешкой. А когда подхожу совсем близко, вдруг перехватывает ошейник рукой и притягивает к себе. Я испуганно смотрю в жуткие глаза, у меня дрожат ноги. Руками я упираюсь в подлокотники, а Шейн тем временем изучает взглядом моё испуганное лицо. – Я ничего не крал, Алиса, – тихо говорит Шейн. – Я тебя освободил. Но раз свобода тебе не по душе… то так и быть, я помогу тебе вернуться. Но сначала, ты кое-что для меня сделаешь. Второй рукой он убирает выбившуюся прядь мне за ухо, легко проводит пальцами по моей скуле, а потом касается ложбинки у основания шеи. И тут же комнату заливает сияние. Я жмурюсь, до того становится ярко, а Шейн отпускает ошейник. Я тут же отшатываюсь, да так резко, что не удерживаю равновесие и, рискуя разбить затылок, лечу на пол. Но упасть так и не успеваю. Под спину меня вдруг подхватывает сильная рука и прижимает к горячему телу. – Ох… – выдыхаю. Свет исчезает, я обнаруживаю, что меня держит Шейн. Он уже на ногах, обхватил за талию и почему-то замер, словно прислушиваясь к собственным ощущениям. Меня держит крепко… и слишком близко… Смущение бьёт мне в лицо, жаром прокатывается по позвоночнику. От дракона пахнет дымом, цитрусом и свежескошенной травой, мои губы невольно начинает покалывать, словно они помнят роковой поцелуй. "Какой же этот мерзавец красивый", – мелькает в уме непрошенная мысль. А Шейн уже приходит в себя, отступает, словно сам удивившись, что бросился ловить меня, сухо говорит: – Осторожнее. – Теперь беспокоитесь обо мне? – невольно срывается с губ. – Вы люди такие хрупкие, – кривится Шейн. – А тебе позволено умереть, только если я прикажу. – Ещё чего… Шейн вскидывает брови, словно не понимая, чем я недовольна. Я складываю руки на груди. Меня потряхивает. Лишь усилием воли сдерживаю раздражение, оно настолько сильное, что перекрывает даже страх. – А как же свобода воли? – спрашиваю. Дракон закатывает глаза. Ясно… считает, что в его присутствии все должны делать только то, что его чешуйчатое величество прикажет. Я отступаю к кровати, снова сажусь на край. Голова кружится, а шея ноет. – Можно спросить? – Попробуй, – разрешает Шейн. – Что это за сияние сейчас было? – Сила твоей искры, – отвечает стальной. – Я лишь её проявил, чтобы поглядеть. Удивительно… чтобы у человека с земли была настолько сильная магическая жила. Может быть, ты бы даже смогла… – он замолкает. – Что? Что смогла бы? Дракон неопределённо машет рукой, а мне так и хочется дать ему по лбу. Опять не собирается отвечать! Ну что за… – Хорошо, – терпеливо говорю я, – так что вам от меня нужно? Шейн откликается не сразу, он прохаживается по комнате, хмурится, словно решаясь на что-то. Потом смотрит на ящерку. Та сидит на подушке и, вылупив жёлтые глаза, следит за Властителем. Шейн очень по-человечески вздыхает, проводит рукой по волосам, а потом решительно подходит ко мне и присаживается рядом. Одну руку он кладёт мне на плечо, заставляя подавиться вздохом: – Есть одна задача, – твёрдо говорит, глядя в глаза, – с которой ты, Алиса, возможно сумеешь справиться. А потом дракон начинает расстёгивать свой сюртук…