Глава 8

Обязаны пожениться?! После ночи?! – Что, извините? – шепчу, а сама отодвигаюсь подальше от голого мужика. Испуганно осматриваю себя – платье на месте, да и никаких следов “бурной ночи”. Я всё в том же хлеву, в котором и засыпала. Вокруг кучи сена, у входа в загоне стоят лошади. Пахнет сухой травой и сыростью. Ящерка запрыгивает мне на плечо и шипит на незнакомца, открыв беззубую пасть. Мужчина, ничуть не смущаясь наготы, ерошит свои волосы, словно демонстрируя, какой он красавчик. Сено прилипло к его животу, к ногам и к … Зажмуриваюсь от стыда. Щёки горят. Я, должно быть, красная как рак! “Так, надо срочно свалить подальше от этого извращенца!” – решаю я. Пытаюсь встать, но мужчина вдруг хватает меня за руку, притягивает к себе и жарко шепчет: – Куда ты, куколка? Я же ради семьи стараюсь, ради нас! – Отпусти! Я тебя даже не знаю! – обморочно выкрикиваю я, упираясь ладонью в горячее тело. Пытаясь отпихнуть подальше, но не тут-то было! Незнакомец держит цепко, томно заглядывает в глаза. Вдруг раздаётся какой-то шум, словно ломаются ветки. Дверь в хлев распахивается. От удивления у меня глаза на лоб лезут, потому что в дверях стоит аристократ с золотыми глазами. С очень знакомыми глазами. В руках он держит трость… ту самую, из-за которой у меня теперь синяки на предплечьях. “Он-то что тут забыл?! – в панике вопят мысли. – Что, блин, происходит?!” – О нет, нас застали, – сокрушается голый мужик, притягивая меня ещё ближе. – Я тебя скомпрометировал… Точно придётся жениться, теперь некуда отступать. – Отойди от неё! – сверкая золотыми глазами, требует аристократ. Он уже направляется к нам, а добравшись, замахивается тростью. – Ой! – пищу я, втягивая голову в плечи. А потом раздаётся истошный крик. Золотоглазый лупит по голому мужику тростью, а тот катается по полу и вопит. – Господи боже, – бормочу, прикрываясь руками. Голый мужик уже встал на карачки и отползает к выходу, а потом, улучив секундочку, вскакивает и убегает, да так быстро, что сверкают пятки. – Как ты? – спрашивает золотоглазый, подавая мне руку. – Этот человек ничего не успел сделать? Мне хочется ущипнуть себя. Что вообще происходит? Что это за комедийная сценка из дешёвого фильма? Нервный смех подбирается к горлу. – Дурдом, – бормочу я. – Что, простите? Дур… что? – хмурится аристократ. Лицо у него сказочно красивое, но во мне оно вызывает лишь прилив злости. Я прекрасно помню, как вчера этот гад сначала меня оскорбил, а потом ударил тростью! На лбу мужчины замечаю шишку, значит, ему тоже хорошо прилетело. Хоть какая-то справедливость! – Что ты здесь забыл? Кто ты вообще такой? – спрашиваю я. Проигнорировав руку, встаю самостоятельно. – Ох, позволь представиться! – торжественно говорит мужчина. – Моё имя Гордониос Энси Вилариас Пятый, старший сын и наследник графского дома Вилариас, рыцарь ордена Славы. Но ты можешь звать меня Гордон. – А можно я буду звать тебя… никак! – я демонстративно отряхиваюсь от соломы, а потом иду к выходу. Аристократ идёт за мной. – Мы плохо начали, – говорит Гордон, – но я осознал свою ошибку. И теперь, когда мы квиты. Я резко поворачиваюсь и поднимаю брови: – Квиты? – переспрашиваю. – Да. – С чего это? Гордон теряется, но говорит вполне твёрдо: – Я уберёг твою честь! Спас от домогательств. – А может, меня не надо было спасать? Может, меня вполне всё устраивало?! – Но, – растерянно хлопает глазами аристократ, а потом возмущается: – ты что ли из таких?! – Каких "таких"? – Доступных женщин! – Даже быть дешёвой женщиной лучше, чем заносчивым снобом, который готов оскорбить и ударить девушку, – гордо говорю я. – Поэтому оставь меня в покое Гордо-Энси что-то там пятнадцатый. – Пятый, – потерянно исправляет золотоглазый. – Плевать! – заявляю я в удивлённое лицо и выхожу из хлева на улицу. Солнце уже встало, небо ясное, ярко-голубое. Вдыхаю полной грудью свежий воздух. Ящерка тыкается носиком мне в щёку. Глажу её по бугристой головке. Она задирает мордочку, чтобы я почесала ей шею. С удовольствием выполняю желание малышки. – Ты, кажется, не до конца понимаешь, кто я такой, – раздаётся за спиной. – Мне неинтересно, – отмахиваюсь я и направляюсь к трактиру. Может, удастся перехватить поесть? Но не успеваю и шага сделать, как из здания трактира выходит шумная делегация. Тут и хозяин заведения, который вчера отправил меня спать в хлев, и несколько служанок, что отказались пустить к умывальнику, и парочка охранников, что вчера чуть ли не плевались мне вслед. Едва они видят меня, как застывают. Их лица вытягиваются, разговор стихает. Я внутренне напрягаюсь, ожидая оскорблений, но трактирщик вдруг расплывается в улыбке, такой радушной и широкой, что, кажется, у него вот-вот треснет лицо. – Дорогая леди! – сладко говорит он и низко кланяется. – Вчера произошло ужасное недопонимание! Позвольте загладить свою вину! Он делает знак служанкам. Те падают на колени и воют: – Простите нас, невежд! У меня в голове наступает тишина. Понятия не имею, как реагировать на происходящее. Зато всех остальных ничто не смущает. Трактирщик торопливо подходит и берёт мою руку. Прежде чем успеваю отдёрнуть, он прижимается к ней слюнявыми губами. – Фу, не трогайте меня! – не сдерживаюсь я. – Ой, простите, леди! – лопочет трактирщик. – Пойдёмте же скорее! Мы приготовили для вас стол! Мы так хотим загладить вину! Служанки подхватывают меня под руки и ведут в трактир. Аристократ Гордон следует позади, не отставая ни на шаг. Охранники сопровождают процессию, а меня начинают терзать нехорошие мысли. Может, во сне я провалилась в какой-то новый мир? В параллельную реальность? Или… “Или они просто узнали мою магическую судьбу… о том, что мой муж получит силу бога. И теперь хотят любыми способами меня окольцевать…”– думаю я, и мороз проходится по коже. "Не верю в раскаяние этих людей. Едой меня купить не выйдет!” – твёрдо решаю я. Но едва переступаю порог трактира, как мой настрой даёт трещину. В нос бьёт такой вкусный аромат выпечки, что едва не сбивает с ног. Рот тут же наполняется слюной, а голод напоминает о себе болезненным спазмом. Ящерка на плече беспокойно топчется и заинтересованно вытягивает шею. Наши с ней взгляды притягивает один из столиков. На нём стоит поднос со свежим румяным хлебом, лежат диковинные фрукты, исходит паром нечто напоминающее картошку с аппетитным мясным гарниром. Рядом стоит ещё несколько блюд, накрытых колпаком. – Вы явно проголодались, леди! – понимающе подмигивает трактирщик. – Хочу загладить вину за вчерашнее недопонимание! Разрешите угостить вас завтраком. "Ничего мне от вас не надо!" – заявляет гордость. – Разрешаю, – говорит мой рот. За вчера в нём побывала только половинка яблока, да сухой хлеб. А день назад вовсе не удалось покушать. Изумрудная ящерка беспокойно перебегает на другое плечо. "Я согласилась ради неё", – мысленно оправдываюсь я. Трактирщик довольно поправляет рыжие усы и приглашает к столу. Галантно отодвигает для меня стул, кивает кому-то. В углу начинает задорно играть скрипка, а мне уже несут напитки – любые на выбор. Пока осторожничаю, ящерка спрыгивает на стол и деловито принимается пощипывать хлеб. “Помирать, так с полным животом”, – решаю я. И, сглотнув вязкую слюну, пробую картофель. Вкусно! Какая же я голодная. Съела бы целого дракона! Закидываю в рот ещё пару картошин, заедаю гарниром, нахожу под колпаком похлёбку – пряную, наваристую. Хлеб хрустит на зубах. Сама не успеваю заметить, как уже пробую всё понемногу. Всё такое аппетитное! Так и хочется забыть тревоги, расслабленно откинуться на стуле и кушать в своё удовольствие. Но обстановка не позволяет расслабиться, ведь за мной следит множество глаз. Золотоглазый аристократ занимает столик в углу. Закинув ногу на ногу, он пилит меня взглядом. Охранники поглядывают от входа, служанки напугано стоят по струнке, всем видом показывая, что готовы выполнить любое моё желание. В трактире есть и другие посетители… и все они косятся на меня с разной долей любопытства, словно я какой-то диковинный зверёк. "Например, двухголовая жаба", – заботливо подсказывает внутренний голос. Осторожно оглядываю себя. К ногам прилипла солома, платье безнадёжно испачкалось. Пахнет от меня слежавшейся травой. Мда, ну и видок. – Леди! – щебечет подошедшая вдруг служанка, водружая на середину стола огромный букет, – вам передали от того столика. Я оборачиваюсь и вижу незнакомца – престарелого богатея. Он поигрывает золотыми наручными часами, на губах его – скользкая ухмылочка. Богатей скользит по мне липким взглядом. Я кривлюсь и вздёргиваю подбородок. – Настойка корня любви от господина в очках! – тем временем говорит служанка и ставит передо мной бутылочку в форме сердца. Я с опаской замечаю струйки розового дыма, поднимающиеся от стекла. Отправитель (длинноволосый парень с тонким лицом) машет мне рукой. – А это вам от месье Гордона, – шепчет вторая служанка, кладя рядом со мной резную шкатулку. – А вот от столика слева! – тут же добавляет вторая, и на стол ложится красный конверт. Кошусь на отправителя. Им оказывает вполне симпатичный мужчина с белоснежной улыбкой. Любопытно. Я заглядываю внутрь конверта. На стол выпадает золотое колечко и записка, с которой, я читаю слова: "О, прекрасный свет в окошке, будь моей! Я подарю тебе звёзды в нашу брачную ночь! Буду богом, что чтит попаданок, людей и зверей! Рабом твоим стану, чтоб несчастным в мире помочь!" "О господи", – мысленно вздрагиваю я. Аппетит пропадает окончательно, а служанки продолжают заваливать стол подарками. У меня возникает чувство, словно я главный приз на шоу: "Холостячка". “Что это, блин, за ярмарка щедрости? Отбор женихов какой-то! – растерянно думаю я. – Вчера носы воротили, а теперь… Да чего уж, до Виктора поговорить было не с кем, а тут выбирай – не хочу. На любой вкус и цвет! Да только мне никто из этих хлыщей не нужен. Сплошные лицемеры”. – Вам что-то не нравится? – беспокойно спрашивает трактирщик, заметив, что я замерла с вилкой в руке. – Кое-что не нравится, – соглашаюсь я, чувствуя, что закипаю, как забытый на плите чайник. Я уже понимаю в чём причина всеобщего странного поведения, но хочу услышать ответ от трактирщика: – Чего вдруг все стали такими добренькими? Вчера сухой хлеб не хотели продавать, а сегодня кормите, как на убой. Трактирщик воровато оглядывается, а потом наклоняется ниже, шепчет: – Леди, понимаю ваше недовольство. Но мы же не знали… – Чего не знали? – Ну, про вашего мужа. Наше дело маленькое, людей кормить, да ложки мыть. Если ваш муж прогневается, так ведь тут всё разнесёт и кирпичика не останется. – Прогневается? – уточняю я. – Муж? – Будущий ваш муж, да, – кивает трактирщик. – Вы, леди, не серчайте. Но в Мортланде встречают по одёжке, а провожают по судьбе. А когда судьба исполняется, принято всех, кто к ней привёл, или благодарить, или слёзы по ним лить. Вот, не хотелось бы, чтобы по моей таверне слёзы лили. – А кто вам про судьбу мою рассказал? – спрашиваю напряжённо. – Дык, все знают, с самого утра весть по языкам ходит, – пожимает он плечами, а потом добавляет, – вы присмотритесь, здесь много достойных людей, может кто приглянётся. Вот, например, месье Песто, весьма уважаем в городе, в свободное время занимается садоводством… И трактирщик, как самая настоящая сводница, начинает расписывать мне прелести собравшихся в трактире потенциальных женихов. – Нда, приехали, – бормочу я. Настроение падает под плинтус. Теперь понятно, чего все переполошились. Мести боятся! И за место мужа бьются. Чувствую себя Красной Шапочкой в царстве волков. И ведь они думают, что я лёгкая добыча. "Интересно, кто про мою судьбу рассказал? И как меня нашли? Хотя, наверное, не так уж много попаданок приезжает в город. Да и на таможне людей было достаточно. И всё-таки, почему тут настолько не любят попаданок? Это тоже как-то связано с судьбами? Хорошо бы незаметно сбежать и отсидеться где-нибудь. С другой стороны, – думаю я, – можно ситуацией воспользоваться. Хотя бы душу отвести! А-то она со вчерашнего дня требует справедливости”. Нахмурившись, я строго смотрю на трактирщика: – Это всё мне не по нраву, – заявляю я, просто чтобы повредничать. – Где, в конце концов, десерт? И мне хочется кофе, есть у вас такое? – Да-да, леди! – Со взбитыми сливками, – добавляю я. – Хорошо! – трактирщик торопливо достаёт блокнот, записывает. – Клубнику сверху и шоколад самого премиального сорта! – Ванильный? Или фиалковый? – Эм-м… тот, что дороже! А ещё… сахарную вату. Без неё простить не смогу. Трактирщик несчастно чешет усы, вытирает пот: – А что это? – Вата, только сахарная. Неужели нет такой? – Найдём, – бормочет мужчина. – А ещё верните мне мой золотой. За моральный ущерб! – Конечно! – И хорошо бы почистить мою одежду, а на замену дать новое платье местного покроя, и приготовить помыться. Воду погорячее… с эфирными маслами! Эм-м душистыми… – говорю, не зная, чтобы ещё придумать. Никогда не думала, что у меня окажется такая скудная фантазия. Трактирщик кивает и записывает мои требования на листок. “Наверное, он просто не знает, что никто мстить за меня не станет. Я же сразу после свадьбы окочурюсь! – думаю я. – Может, они только первую часть судьбы слышали, а про вторую им невдомёк? Хорошо бы попросить какого-нибудь ухажёра отвести меня к дракону… Точно! Это был бы отличный вариант!” Мне хочется в ладоши захлопать от моей гениальной идеи. Меня к дракону отведут, а я быстренько с ним судьбами махнусь и дело в шляпе! Осталось выбрать, кому тут можно довериться. Попрошу о парочке свиданий, а сама свои дела порешаю. Когда трактирщик уходит, я ласково глажу по головке ящерку, а потом с любопытством оглядываю стол. Теперь он ломится не только от еды, но ещё и от подарков! Столько мне за все двадцать лет не дарили. Заглядываю в шкатулку – подарок золотоглазого. И не могу удержать восхищённый вздох. Внутри обнаруживается удивительной красоты браслет, он состоит из множества тончайших нитей с вкраплениями красных камней. Ящерка шипит рядом, а потом кусает за руку, но я не обращаю на неё внимания. Взгляд мой затуманивается, я вижу перед собой лишь браслет. Он приковывает словно магнит. Манит. Все мысли покидают голову. Обвожу пальцами грани браслета. Звуки таверны приглушаются, а в ушах вдруг начинает звенеть тихая мелодия. “Интересно, как он будет смотреться на моей руке? – проносится в мыслях. – Нужно его скорее примерить… Скорее…” "Скорее", – настойчиво стучит в груди. Точно заворожённая, я расстёгиваю пряжку и прикладываю украшение к запястью.