Глава 5

— Точно, — тихо произношу я.

Главное, сейчас успокоиться. Руслану никак нельзя знать правду. Убьет сразу. Возможно и выгонит, чтобы с больной не связываться, но скорее всего, оставит умирать без помощи.

Руслан поднимается, усаживаясь на кровать, расставив ноги и уперев локти в колени задумчиво трет подбородок.

— Давай, успокаивайся, Лера. Даже не поиграешь с тобой. Сразу истерику начинаешь, как маленькая. Иди в машину. В багажнике чемодан с моими вещами. Принеси их сюда и разбери. Давай, поработай уже. Хватит притворяться.

Меня не надо просить дважды. Поднимаюсь с покрывала настолько быстро, насколько сейчас позволяет мое состояние. Подхватываю ключи. Нужно быстрее выбраться отсюда. Неистово кружится голова и я спускаюсь по лестнице, вцепившись в перила.

На улице свежо и холодно. А еще пасмурно и пробирает до костей. Быстрей нажимаю на кнопку сигнализации и открываю дверь в салон огромного джипа. Оттуда на меня обрушивается запах дорогой натуральной кожи, парфюма Руслана, будто сам хозяин сейчас находится тут. Автомобиль ему под стать. Такой же мощный и агрессивный. Открываю багажник. Там лежит огромный чемодан, в который я бы поместилась целиком и без труда. Он серьезно? Как я это вытащу?

— Вам помочь? — раздается над головой приятный мужской голос.

Поднимаю глаза. Мужчина. Шатен в форменной одежде охранника.

— Я — Дима. — улыбается он и не дождавшись ответа, легко вытаскивает поклажу.

— Лера. — выдавливаю из себя улыбку.

Украдкой рассматриваю нежданного помощника. Высок. Широк в плечах. В меру накачан. Глаза синие, пронзительные. В целом приятный молодой мужчина. И кольца на пальце нет. Но это — ничего не значит. Влад тоже никогда его не носил.

— Куда отнести? — продолжает лучиться улыбкой Дима.

— Наверх, на второй этаж. — наблюдаю за ним из-под полуопущенных ресниц.

Он легонько поднимает его на крыльцо и катит в дом на колесиках. Закрываю машину. Нет, ну и как Руслан хотел, чтобы я тягала такой баул? Здоровая женщина моей комплекции ни за что бы не справилась, а тут я, со своей болезнью.

Плетусь за Димой. Наперевес с чемоданом он уже преодолел половину лестничного пролета, как наверху показался Руслан, злой, как сотня демонов.

— Дим! Ты что тут делаешь? — рявкнул он на него.

— Девушке помогаю. — спокойно ответил охранник. — Она его просто не подняла бы.

— С чего ты взял? — Руслан быстро в несколько шагов преодолел ступеньки до нас и встал так, чтобы оттеснить меня собой от охранника. — Я ей поручил это задание.

— У девушки сердце больное. — вдруг сообщил Дима, а я похолодела вся. Как он узнал?! — Я по лицу понял, по глазам. У меня мама — сердечница была. А им тяжести вообще поднимать нельзя.

И хотя я стояла ни жива ни мертва, но на Диму взглянула с уважением. Пусть он и не знает, что своими словами топит меня, но догадался по одному взгляду. А Руслан хоть и был так близок ко мне несколько раз, не заметил ничего, несмотря на то, что почувствовал сбои в пульсе.

— Не говори глупостей! — рявкнул на него Руслан и зыркнул на меня так, будто был готов убить, причем нас обоих. — Я только что спрашивал у нее, она уверила меня, что все в порядке.

— Спасибо большое, Дима! Со мной ПРАВДА все в порядке, а лицо… я просто плохо выспалась. — я умоляюще взглянула на парня: пойми, пожалуйста и не выдавай меня!

— Вот видишь? Дима — ты свободен. Возвращайся на свое рабочее место. — рыкнул Руслан на подчиненного.

Тот странно покосился на меня. Я ободряюще кивнула и даже вымученно улыбнулась ему. Дима шел вниз, а Руслан был готов дырку просверлить в его спине.

— Что? Пользуешься своей смазливой мордашкой, чтобы тебе все вокруг помогали? — насмешливо спросил он, когда за охранником хлопнула дверь, но глаза его были злыми.

— Нет, он сам вызвался, я не видела его.

— И мой брат тоже сам?! Ты просто маленькая шлюха! Чувствуешь, какую власть имеешь над мужиками и пользуешься ею! — крикнул он, возвышаясь надо мною.

Я видела, как его кулаки побелели от напряжения. Влад бил меня. Я хорошо знала это мужскую агрессию. Я была к ней готова. Просто мы сейчас на середине лестницы, и если он ударит, я не удержусь и улечу вниз. Выдержит ли после это замененный клапан?

— А ну, хватай чемодан и тащи его! Привыкла строить из себя невинную овечку!

На радостях, что удара все-таки не произошло, я вцепилась в ручку. Слегка сдвинула его с места. Чемодан был таким огромным, что едва центр его тяжести изменился, как он стал заваливаться вниз, и меня потащил за собой по инерции. Я зажмурилась, готовая все же упасть с лестницы, но сильные руки Руслана поймали нас обоих. И обоих потащили наверх.

Руслан швырнул меня к шкафу, а следом и чемодан, лишь чудом не зацепив меня им.

— Разбирай! — рыкнул он, стоя позади, широко расставив ноги.

Под его пристальным взглядом я быстро расстегнула молнию и принялась укладывать футболки аккуратными стопками в шкаф.

— Их наверх!

Я поднялась на цыпочки и чуть не ойкнула от прострела слева. Сдержалась. Мне отчаянно не хватало роста, чтобы разложить одежду аккуратно. Внезапно Руслан приблизился вплотную и обхватил мои поднятые вверх руки. Он помог мне забросить свои майки на полку, но отпускать не собирался.

— Ты — моя! Слышишь? Я никогда тебя не выпущу отсюда, никогда не позволю, чтобы ты смотрела на других!

Его дыхание обжигает мою шею, а шепот переходит в рык:

— Не надо, — прошу я, не надеясь ни на что.

— Хочу тебя! — его тело трясет от напряжения. — Как же я тебя хочу! Что ты со мной творишь? Почему отказываешь? С Маратом же добровольно ложилась в постель!

И тут на мое счастье мы оба слышим звонок домофона.

— Я открою, — не без радости освобождаюсь от его тисков.

— А ну стоять! Зинаида Павловна откроет. Я тебе что сказал делать?

Руслан стоит в одном шаге от меня. Не выходит. Его не заботит тот, кто пришел в гости. Больше заботит мой вид сзади и бесплодные попытки разложить его футболки на верхней полке, пока не раздается стук в дверь уже в нашу комнату.

— Да! — раздраженно бросает Руслан.

— Русик, это я…

Сначала в комнату вплывает модный французский аромат, а потом натуральный мех рыжей лисицы и красивые белокурые волосы, рассыпанные длинными прядями по блестящей шубке. И только после этого я могу разглядеть злобный взгляд тигрицы на меня, оберегающий свою территорию от наглых соперниц.

— Оксана, зачем ты пришла? — нахмурившись, Руслан отошел от нее на несколько шагов.

— Я так соскучилась по тебе, любимый! — она припала к нему, повисла на предплечье и подтянулась на шпильках, чтобы поцеловать мужчину в губы.

Но Руслан ловко увернулся и стряхнул ее с себя.

— Оксана, сейчас не время. Я еще брата не оплакал. Тебе не следовало приезжать.

— Я помогу тебе пережить горе, — вновь пошла в наступление обладательница шубы.

Она всё-таки дотянулась до него и припала к его губам. Я разбирала вещи Чернышева, стоя спиной к ним, но видела все происходящее в зеркале шифоньера. Руслан не целовал сам. Лишь позволял роскошной красавице ласкать себя, не разрывая зрительного контакта со мной.

Ревность что ли хочет вызвать? Как будто мне есть дело до него и его женщин! Пускай целуется и спит с кем угодно, только меня не трогает!

Руки Оксаны тем временем не бездействовали, пока одна очерчивала заросшие черным скулы Руслана, вторая скользнула под майку, наглаживая кубики его живота.

— А ты что вылупилась? — словно только что заметив меня прошипела Оксана, прижимаясь к Руслану все ближе. — Не видишь, что хозяева заняты?! А ну пошла ВОН отсюда!

Бросаю его футболки с размаху на пол. Это уже слишком. Мало того, что Руслан относится ко мне как к паршивой кошке, подобранной зачем-то и запертой на чердаке, то есть в подвале, так еще и его любовница будет об меня ноги вытирать? Не дождется! Разворачиваюсь, готовая выйти за дверь.

— Лера остается. — не терпящим возражений тоном отрезает Руслан. — Оксана, ты кто тут такая, чтобы командовать моими людьми?

— Как хочешь! — фыркает девушка. — Эта… гм… уборщица для меня не более чем предмет мебели. Идем, Руся, ложись, я помассирую тебе спину и плечи.

А Руслан и не думает возражать. Садится на кровать. Через голову снимает футболку, в который раз поражая меня своей совершенной фигурой.

— Ложись, любимый, вот так! — Оксана скидывает с себя шубку и прямо в шпильках залезает на кровать, располагаясь рядом с обнаженной спиной Чернышева.

Стараюсь не смотреть на них, но в отражении зеркала то и дело мелькают порхающие по широкой мужской спине пальцы, они залетают и в волосы и тогда видно, как Руслан, точно огромный мощный тигр сейчас замурлыкает от удовольствия. Я чувствую на себе пристальные взгляды. Понимаю, что этот спектакль актеры, не сговариваясь, играют только для меня, одна утверждая свои права на мужчину, другой, пытаясь вывести меня на ревность и еще бог знает на какие эмоции.

Мне противно и неприятно. Не выдерживаю этого. Просто молча ухожу, прикрыв за собой дверь. Не понимаю своих чувств. Неужели меня и правда задевает то, чем сейчас займутся Руслан и его любовница на нашей с Маратом кровати?!

Иду вниз, мимо кухни. Зинаида Павловна вовсю готовит ужин, и хоть запах оттуда доносится аппетитный, есть мне совершенно не хочется.

— Валерия, зайди! — строго приказывает мне старушенция.

Останавливаюсь на пороге. И тут же экономка втягивает меня на кухню, плотно прикрыв за собой дверь.

— Оксану видела?

Смотрю на нее исподлобья, не отвечаю.

— Это и есть невеста Руслана. А еще она — моя крестница. Теперь ясно кто в доме хозяин?

Мне смешно. Мне правда смешно, дожились. Выясняю с домработницей право подтирать полы и стирать белье барина.

— А еще я буду зорко смотреть, чтобы ты не смела лезть Руслану в штаны! Один раз я увижу твое поползновение в его сторону и тебе не поздоровиться! А со мной лучше не воевать. Я еще и не таких как ты живала и проглатывала!

— А если Руслан сам полезет мне под юбку? — все же не сдержала я ухмылку.

Все же, ну и самомнение у некоторых милых старушенций… Если ее крестница и спит с Чернышевым, то это совсем не обязательно, что он поведет ее под венец.

— Сучка не захочет, кабель не вскочит! — резанула она меня своим блеклым взглядом.

Боже, какое же бессмысленное это выражение, особенно, судя на основании моего личного опыта! Если только оно действительно не относится к натуральным животным.

Руслан

Оксана старалась вновь. Её умелые руки пытались расслабить напряженное, точно струна тело Руслана. Разминали, похлопывали, поглаживали. Массировали шею, перебирая короткие жесткие волосы на затылке, а потом, пробежав по позвоночнику, точно крылья бабочки, останавливались на пояснице, даря острое наслаждение.

Всё портила Лера. Вернее ее отсутствие. Когда зеленоглазое наваждение выбежало из комнаты, Руслан даже крикнул вдогонку, но без толку. Хотел скинуть с себя Оксану и ринуться за девушкой, потому что физически не мог переносить разлуку с ней.

— Милый, потом ее проучишь, — жарко шепнула Оксана, поцеловав его в горячую мочку уха. — Зачем она сейчас? Я же пришла тебе помочь, ублажить, вот так.

Оксана быстро расстегнула пуговицы своей блузки, освободилась от кружевного бюстгальтера.

— Иди ко мне! — девушка перевернула его на спину и потерлась сосками о твердокаменную грудь, — Я хочу тебя! Сколько недель ты не приходил ко мне? Руслан, пожалуйста! — она начала покрывать поцелуями его лицо, а руки заскользили вниз по кубикам живота.

— Оксана, стой! — он поймал ее руку у себя на ремне. — Тебе лучше уехать!

— Как это уехать, Руслан?! Я же чувствую, как ты возбужден! Ты тоже меня хочешь, так в чем проблема?

— Уходи! — рубанул мужчина и отсадил ее на край кровати. — Уйди по хорошему!

В его взгляде вспыхнуло что-то недоброе, и Оксана предпочла не навязываться далее. Подобрала свои вещи, и прижимая их к груди, закусив губу, чтобы не сорваться и не наговорить гадостей, роняя большие крупные слезы выбежала за дверь.

Руслан обхватил голову и помял переносицу. Да, он был возбужден, вот только не готовая на все Оксана волновала его сейчас.

— Блядь! — Руслан подошел к чемодану и пнул его до боли в ноге. Почему он бесится и сходит с ума как пришибленный гормонами прыщавый юнец? Почему занимается самоудовлетворением, лишь представляя себе Леру? Почему не возьмет свое, наконец? То, что принадлежит ему по праву?

Нет, сегодня он это исправит. Может тогда помутнение разума отпустит его немного? Где она там? Куда убежала? Как будто бы в этом доме она сможет скрыться от здорового мужика?

Руслан схватил телефон и открыл приложение с видеонаблюдением. Какое-то время переключал камеры с комнаты в комнату, пока не обнаружил свое безумие в оранжерее. Внимательно вгляделся в скрюченный на земле дрожащий силуэт. Приблизил изображение. Лера всхлипывала, сидя на земле и обхватив руками колени. Она плакала горько и тихо. Не напоказ и от этого на душе становилось еще противнее.

Ну и как сейчас к ней идти и брать свой долг? Руслан еще не оскотинился до такой степени! Издал протяжный стон. Снова пнул по несчастному чемодану. Боль распалила его. Яростно сжимая телефон, он решительно дернул ремень. Пусть так! Снова лишь подсматривая и представляя ее рядом! Лучше так, чем выбивать свое силой из беззащитной плачущей девушки!

Лера

Утро началось для меня относительно спокойно. Ночью никто не потревожил мой сон, просто было очень странно спать в гамаке и при ярком освещении, но зато хотя бы тепло.

Я потянула затекшее тело — всё-таки гамак, каким бы удобным он не был — не кровать, и это сказывалось на мышцах. Набрала лекарств, спрятав их под свитер. Дверь в оранжерею была не заперта, и я беспрепятственно вышла из пленного сада. Руслан объявил мне амнистию? Хотя вряд ли. Небось, вчера развлекался со своей Оксаной так, что про меня и думать забыл, а я еще и хорошенько наревелась. Чего спрашивается? Вон как хорошо, когда к тирану любовница приходит — меня никто не мучает и не запирает.

Дом казался пустым. Я шмыгнула в ванную, выпила лекарства и от души искупалась в горячей воде — ведь Руслан мог в любую минуту запереть меня в подвале, а там только ледяной полив — и душ тебе, и питьевая вода. Но нет, никто не ломился за мной, я даже расхрабрилась пойти на кухню после. Заварила себе чай, позавтракала бутербродами и тут явилась Зинаида Павловна.

Поздоровавшись с бабуленцией я была полностью проигнорирована ею, а потом загружена работой по уши. Старуха охотно пользовалась положением главной и не стеснялась командовать мной и моим временем.

К вечеру я уже просто валилась с ног от усталости. Несмотря на то, что жалела себя, всё делая с отдыхом и перерывами, но нагрузка на сердце, запрещенная врачами, все равно была. И отсутствие необходимых медикаментов, разбитых Русланом тоже ухудшало мое состояние.

— Иди мусор вынеси! — приказала Зинаида, полностью игнорируя мою одышку и не самый здоровый вид.

Я насобирала огромный мешок отбросов, поковыляла на мороз. Было тяжело и страшно. А ну как прямо сейчас оторвется сосуд, и поминай, как звали.

— Лера, добрый вечер! — приветливо окрикнули меня.

Дима подошел и забрал тяжелый мешок.

— Добрый, — простонала я, инстинктивно прикладываясь к месту, где жгло.

— Ох, Лера! Что, сильно болит?

— Что болит? — испугалась я, отбросив руку.

— Сердце. Вы зачем претворяетесь? Я же вижу!

— Дим, с чего вы взяли? Не нужно так думать. Со мной всё в порядке.

Высоченный парень с тревогой оглядел меня и протянул свободную руку.

— В таком порядке, что вы сейчас в обморок упадете. Обопритесь на мою руку! В порядке она!

Я вцепилась в его предплечье и вместе мы двинулись к мусорным бакам.

— Лера… вы же жена Волкова? — вдруг поинтересовался охранник. — Он нанял вас в качестве прислуги? Вы поэтому болезнь скрываете?

Вот только любопытных парней мне не хватало. Даже таких симпатичных, как Дима.

— Это что здесь такое?! — прорычали слева. — Руки свои убрал от нее!

Сжимая кулаки, готовый к атаке, как подобравшийся тигр, Руслан хотел убивать.

— А ну иди сюда! — он выдернул меня из рук Димы и зажал подмышкой. — А ты, вали отсюда, пока я тебя сам не вышвырнул!

Глаза Димы сверкнули яростью, но парень не смог возразить хозяину. Он развернулся и пошагал от нас, не оборачиваясь.

А Руслан, видимо не захотев устраивать разборки со мной на улице, грубо потащил в дом. Едва мы вошли в теплое помещение, как я тут же была прижата к стене нависшим надо мной разъяренным мужчиной.

— Не можешь выйти на улицу, сучка, чтобы не крутить задом перед мужиками?!

Меня мутило. Сильно кольнуло, я ойкнула, приложив руку к сердцу. Почувствовала, как намокли лоб и ладони. Холодным потом. Очень плохой симптом. Стало страшно. Очень страшно.

— Лера! — услышала как в тумане крик Руслана. Он продолжал сжимать меня, но я его не слышала. — Да что с тобой?

Кажется, я стала съезжать по стенке. Он подхватил меня на руки и отнес в гостиную. Уложил на диван.

— Лер, Лера, слышишь меня? Если ты претворяешься, то это — очень плохая шутка!

— Мне… нужно в больницу, — губы не слушались меня, а голос превратился в какой-то хриплый. — отвези меня!

— Зачем? Где болит? — Руки Руслана ощупывали меня везде, — я же не сделал тебе плохо! Я тебя и пальцем не тронул, почему я должен везти тебя в больницу?

— У меня… — как же плохо соображала голова, чтобы придумать достойную причину, — у меня аппендицит, кажется…

Руслан

Спектакли она тут устраивает! Руслан и так еле сдержался, чтобы не убить обоих. Он-то ясно увидел каким взглядом смотрит на Леру охранник, и это взгляд, полный мужского неприкрытого интереса очень ему не понравился. Надо будет потом поговорить с Димой. Хорошенько поговорить. Может в морду дать, чтобы лучше дошло: девушка его собственность, и ее не то, что трогать, говорить с ней нельзя!

Прижал ее к стене, чтобы почувствовать всю, без остатка. Его женщину. Его собственность, которую он теперь никому не отдаст. Наорал, еле сдерживаясь, чтобы не ударить. Вообще, Руслан не бил женщин, но Лера — случай из ряда вон, и вся ситуация вокруг нее тоже была из разряда экстраординарного, и тут уж Руслан себя не узнавал. Не понимал грани дозволенного рядом с ней. Страсть и желание, переплетаясь меж собой, отключали ему мозг, высвобождая нечто дикое, первобытное, необузданное.

Лере сейчас либо было плохо на самом деле, либо она очень умело претворялась, чтобы избежать наказания за свое поведение. Ни в какую больницу Руслан везти ее не хотел. Но с другой стороны, если у нее и правда боли, то может дойти до перитонита, и тогда Чернышев не простит себе это.

На диване, после угроз, он решил проверить свои мысли. Задрал свитер до ее пупка, отчего девушка посерела от ужаса. Попыталась натянуть вязаную ткань на белый аккуратный шрамик от удаления слепого отростка, но Руслан не дал.

— Ты охуела мне врать?! — взревел Чернышев, хватая девушку с дивана, — Какой аппендицит у тебя болит, когда его давно нет?!

На жене врага не было лица. И сколько бы она не бледнела теперь, Руслану было все равно. Его терпение лопнуло. Доверие с этой маленькой ложью подорвалось окончательно.

— Сейчас ты мне за все ответишь! За все заплатишь! — прорычав в лицо, Руслан схватил девушку, но та, словно на ногах не стояла. — Сука! — встряхнув ее и поняв, что идти она не собирается, закинул на плечо, двинулся в сторону подвала.

— Руслан Маратович, ужин готов, накрываю? — навстречу ему выбежала Зинаида Павловна, вероятно услыхавшая крики.

— С дороги! — гаркнул Чернышев, размашисто шагая к ступеням, ведущим вниз, так что домработница ойкнула и еле как успела отскочить.

В оранжерее, бросил ее на землю. Запер дверь изнутри. Снова поднял, высоко, как щенка, так что ноги ее заболтались внизу. Глаза закатывает, актриса хренова! Не нужны ему сейчас ее глаза! Возьмет свое сзади! Не будет оценивать лживые гримасы боли на лице!