Глава 16. Виктория

До меня медленно начало доходить, насколько ловко они все провернули. Сначала усыпили бдительность, развлекая нас и ничем не выказывая своих намерений, потом разделили, дождавшись, когда мы спустимся в бассейн, зная, что Саньку вечно укачивает, а Ленточка от Мирона шарахается как от огня. И этот ключ мажор светил перед моим носом намеренно, провоцируя его украсть!

— Теперь будешь знать, как опасно дразнить мужчину и сбегать, Вика! — рычит на меня Андрей, но больше ничего не делает, так и стоит у моих пристегнутых ног.

— По части сбегать из постели ты у нас чемпион! — от злости вырывается у меня обида годичной давности.

Наверное, я слишком предсказуемая, иначе как объяснить, что не успела я подняться с четверенек и стоя на коленях потянуться к браслетам на ногах, как Андрей молниеносно поймал мои руки, заводя их за спину и украшая такими же кожаными наручниками.

— И за это тоже ответишь! — пригрозил мне мажор, фиксируя мои руки за спиной, дергая их и заставляя прогнуться к нему назад

Его губы прижимаются рядом с ухом, легкая щетина царапает кожу, и мне приходится прикладывать усилия, чтобы не выдать, как быстро его близость действует на меня.

Из вредности дрыгаю ногой и от неожиданности громко охаю, цепь, как шнур от пылесоса, устремляется в угол кровати, подтаскивая за собой мою ногу.

— Да, детка! Чем больше будешь сопротивляться, тем сильнее они затянутся! — довольный произведенным эффектом Андрей наблюдает за мной. — С удовольствием посмотрю на твою растяжку!

Оценив ширину кровати, понимаю, что растянут меня эти цепи на шпагат, на радость мучителю, увлеченно тыкающему по кнопкам на стойке. Приглушил свет и музыку включил. Романтичный садюга какой!

— Моя растяжка ни для кого не секрет! — напоминаю мажору. — Посмотри на канале или в блоге!

Ловлю взгляд Андрея и понимаю, что снова взбесила его. В полумраке комнаты его глаза мерцают черной пропастью и пожирают меня. Черты лица заострились, челюсти сжаты.

Я теряюсь на мгновенье, увидев в крепко сжимающемся кулаке Андрея плеть. Мысли путаются, и я не могу понять, правильно это или нет? Мой взгляд мечется по твердому прессу и вздымающейся груди мажора. Его губы приоткрыты, взгляд сосредоточен на мне.

Икры щекочет плетка, медленно поднимаясь все выше по бедрам. Напряжение от ожидания нарастает, и мой дурной язык делает выбор за меня:

— Нам надо поменяться местами, меня лупить не за что!

Андрей фыркает, показывая мне свое отношение к моей несознанке.

— За то, что мне пришлось искать тебя целый год! — прилетает мне первый шлепок.

Ничего себе, как издалека начал! Я-то думала — за купель и беседку! Пару раз всего!

По коже рассыпаются покалывающие иголочки, словно пробуждая все нервные рецепторы кожи, делая ее более чувствительной, и всплеск адреналина в крови отражается гулом в ушах. «Он меня искал?» мелькает короткая мысль в голове и тут же исчезает от новой порции наказаний за проделки.

— Никто не кидает меня со стояком, стерва! Ты отдашь мне все долги! Смотри на меня, Ви-ки! — приказывает банковский коллектор, удерживая мой подбородок рукой.

— Передай меня другому сотруднику отдела взысканий, от твоих методов мне еще больше напакостить хочется!

— Уже передал. Младшему, — откидывая плетку, сообщил Андрей.

Уголок рта мажора дергается, а мой взгляд опускается на натянутую ткань полотенца.

Узел расслабился, приоткрывая полоску кожи, пересеченную темной дорожкой волос, в точечном освещении рельеф его мышц еще выразительнее, и я снова не могу оторвать от него глаз. Часто вздымающаяся широкая грудь и напряженная шея подсказывают, что Андрей явно сдерживается, растягивая эти пытки.

Мои руки немеют за спиной из-за невозможности до него дотронуться, мне становится нестерпимо жарко от блуждающего по мне взгляда, кожа электризуется от ожидания. Я хочу, чтобы он меня коснулся, каждая секунда промедления запускает неконтролируемые потоки горячих спазмов, отправляющихся к низу живота.

Андрей дергает узел, сбрасывая полотенце на пол, и его твердая эрекция, покачиваясь, опускается перед моим лицом. Может, для этого кровать такая высокая?

Не отводя от меня взгляда, Андрей обхватывает член рукой, проводит до середины и обратно. В его глазах животный голод и ни капли сомнений, что он получит сегодня все что захочет. Я в его власти.

Андрей уходит снова назад, и я мысленно призываю его завязывать с играми. Матрас позади меня пружинит, и я чувствую горячие ладони на своих бедрах. Неторопливо поглаживая, Андрей пробирается к завязкам бикини и ловко избавляет меня от плавок.

Оборачиваюсь на него и вижу, как вожделенно он разглядывает меня, сжимая и раздвигая мои отшлепанные булочки. Забыв про цепи, я снова пытаюсь сдвинуть ноги, смущенная таким откровенным и бесстыжим взглядом нахала. Цепи еще больше растягивают мои ноги, но торжествующей усмешки на лице Андрея нет, он приглушенно хрипит:

— Ты такая красивая, Ви-ки.

Жар возбуждения окутывает меня моментально, когда он обхватывает меня за талию, заставляя подняться вверх и впечатывая в свой разгоряченный торс. Разворачиваю к нему голову, и его губы тут же находят мои. Я будто снова год его не целовала, мне так хочется больше. Еще больше царапающей подбородок его щетины, больше жадно таранящего мой рот языка и обжигающего щеку дыхания.

Рука, обхватившая меня за талию, скользит по животу выше, пока вторая умело скидывает с меня верх купальника.

Я чувствую, как набухает и тяжелеет грудь от того, как Андрей ласкает мои соски, он исследует ее, мнет, жадно сжимает.

К скованным рукам за спиной прижимается его раскаленный младший, потираясь о ладошку. Обхватываю его, чувствуя, как он каменеет в моей руке, влажная головка скользит по запястью, от того, что Андрей начинает двигаться в моей руке, задавая размеренный ритм.

Прерывает поцелуй, ресницы мажора взлетают вверх, впиваются в меня темные котлованы расширенных зрачков, и через мгновенье его пальцы касаются моих половых губ. Мой приглушенный стон его не удовлетворил, и он гладит меня, постепенно проникая внутрь и заставляя ерзать и постанывать. Ему нравится смотреть на мою реакцию, а у меня уже не хватает выдержки скрывать ее.

Смешно подумать, но из всех парней на планете я доверяю только ему. Не потому, что не с кем пока сравнить, а потому, что знаю, что Андрей не причинит мне вреда.

— Люблю твой запах, Ви-ки, — проводя носом по моей шее, снова щекочет меня ресницами Андрей.

Я в его руках словно податливый воск, закрываю глаза, когда губы Андрея спускаются к ключице и прикосновения его языка чередуются с легкими покусываниями.

— Хочу попробовать твой вкус, Вики, — шепчет Андрей.

И я не успеваю понять смысл сказанного, теряясь от ощущений прохладного воздуха на спине, от того, что он отстранился, и через пару секунд оказываюсь опрокинутой на спину с уже расстегнутыми руками.

— А ноги? Расстегнешь?

— Нет, — отрезал Андрей, — у тебя репутация плохая, опять сбежишь!

Ничего не перепутал? У кого из нас еще репутация плохая? Успеваю мысленно возмутиться, прежде чем до меня доходит, какой вкус он хочет попробовать.

Покрывая поцелуями мой живот, Андрей спускается ниже, настойчиво раздвигая мои бедра.

— Доверься мне, малышка, — заметив мои сомнения, просит Андрей.

Я чувствую, как он пальцами раздвигает складки, и зажмуриваю глаза, пытаясь перебороть смущение. Язык Андрея проникает между ними, и меня прошибает током от соприкосновения и движений горячего языка мажора. В ушах звенит от резкого скачка адреналина в крови, и я сжимаю простынь в руках от нарастающего напряжения.

К таким новым ощущениям я не была готова, от одной мысли, что он целует меня там, во мне целое стихийное бедствие чувств.

Внизу живота бешено пульсирует уже через минуту. Андрей словно знает, что я уже на грани, сильнее сжимает губами клитор, заставив выгнуться ему навстречу. Комната вокруг покрылась рябью и взорвалась с моим громким криком.

Пространство вокруг еще не сформировалось в четкую картинку, когда перед глазами возникла довольная моська котяры.

— Ви-ки, — хрипло шепчет мажор, — хочу твой нарядный язычок.

Его голодные глаза блуждают по моему лицу, задерживаясь на губах, и хотя я только что испытала оргазм, искры снова возникают по всему телу от того, как он на меня смотрит. Чувствую прикосновение ладоней к горлу, он поглаживает его и спускается ниже, снова жадно сминая грудь. Я еще дезориентирована и не могу соображать трезво, когда он отстраняется.

— Иди ко мне, — зовет Андрей, усаживаясь к спинке кровати.

В его взгляде снова читается опасность, словно голодный зверь вырвался на свободу и жаждет добычи. Хватаюсь за протянутую руку и смотрю на его член, который, качнувшись, прижался к животу. Одной рукой Андрей обхватывает его, а второй дотрагивается до моего лица, проводя большим пальцем по губам.

— Языком, Ви-ки.

Прижимаюсь языком к основанию и провожу им вверх. Его кожа горячая и нежная, запах возбуждения пробуждает и во мне что-то дикое, необузданное, как древний код, щелкнувший в голове, снова закручивает во мне спирали. Дотрагиваюсь до головки и слышу резкий выдох, с хрипящим свистом покидающий легкие Андрея.

Его рука зарывается мне в волосы, подталкивая ниже. Подаюсь вперед, обхватывая тугую головку, и опускаюсь, пока она не упирается в небо. По тому, как он вздрагивает и напрягается с каждым движением, я понимаю, что ему нравится. Это новый для меня уровень запредельного возбуждения, все мои опасения стираются сильнейшим откликом тела. Во мне словно все вибрирует до головокружения. Воздуха не хватает, а слюну наоборот девать некуда. Член Андрея задевает зубы, трется об язык, и он уже двигается сам, поняв, что я теряюсь, перестаю понимать, что нужно делать.

Неожиданно он толкается так глубоко, ударяясь в горло. Из моих глаз моментально брызнули слезы, и я закашлялась.

Андрей останавливается, с влажным порочным звуком покидая мой рот, и сразу же роняет меня снова на спину, подминая под себя, и через секунду между ног упирается его младший. Его глаза беспросветно черные, будто он потерял контроль.

Наши губы словно сами находят друг друга, одержимо, будто воруя, отбирая эти ощущения. Тугая головка расталкивает мои стенки, и я понимаю, что он не надел презерватив. Мои глаза распахиваются и встречаются с таким же обескураженным взглядом.

— Я успею, — шепчет Андрей и врезается в меня до основания с глухим стоном, который вибрацией проходит по моему телу.



Ощущать его без латекса оказывается еще одним убийственным ядом, просочившимся под кожу. Я словно сорвалась в бездну и лечу. Сжимаю его ногами, не понимая, когда он успел их отстегнуть. Мое возбуждение вырывается из меня стонами и лихорадочным движениями рук, глажу, вонзаю в мускулистую спину ногти.

Сердце начинает грохотать в ушах, заглушая звуки сталкивающийся плоти. От долгожданной наполненности в животе концентрируется напряжение, обещая быструю развязку.

Толчки Андрея одинаково сильные и глубокие, его губы прижимаются к моему виску, а руки скользят вдоль тела, моя грудь касается его, выбивая новые искры. Давление на бедра вынуждает раздвинуть ноги шире, и следующий толчок заставляет глаза намокнуть от глубины проникновения.

Андрей снова смотрит на меня, и его утробный рык одновременно с ускоряющимся темпом откликается во мне пробегающей дрожью и зашкаливающим пульсом.

— Кричи, Ви-ки, хочу слышать!

И я ему подчиняюсь, уже вслух крича: «Еще, Андрей», до того как снова разлетаюсь на миллиард осколков. Я чувствую, как он замедляется, давая мне насладиться этими мгновениями. И понимаю, как ему приходится сдерживаться, по подрагивающим от напряжения плечам и как отчаянно он меня целует, словно компенсирует временную задержку.

Едва мои спазмы стихают, Андрей переворачивает меня и задирает мой зад вверх.

— Как тобой насытиться? — сквозь гул в ушах слышу вопрос Андрея.

И, не успев сообразить, что ответить, получаю новую порцию шока. На моей шее появляется еще один кожаный аксессуар.