ГЛАВА 22
Дом встретил Вадима темнотой и тишиной. Мужчина по началу даже почувствовал укол тревоги, но взглянув на часы заставил себя успокоиться. Время было десять вечера. И приличные девочки, к коим, безусловно относилась его юная жена, сейчас должны были находиться в постели.
Диана действительно ждала его в спальне. Она сидела на перед туалетным столиком и глядя в зеркало расчесывала свои длинные черные волосы. Майор ошарашенно уставился на девушку, пытаясь осознать данную перемену в ее внешности.
– Мне идет? – кокетливо поинтересовалась Дана
– Нет, – честно ответил он, начисто забыв, что говорить такое женщине, как минимум невежливо.
– Ну, и ладно. Это все равно лишь тоник. Стоит пару раз голову помыть, и от него даже следа не останется. Мне просто делать было нечего. Вот и развлекалась как могла. С ребятами пообщалась.
– Как они?
– Сложно сказать. По-моему, не очень. Даже Джейсон выглядит немного пришибленным. А у Марии крупными буквами на лице написано: «Зачем я на это согласилась? Мама, забери меня обратно». Но отступать поздно. Они уже там.
– Твои друзья справятся.
– А еще Лелиан прислала видео и фото со свадьбы. Красиво вышло. Ее шоу я тоже посмотрела.
– И как?
– История про Золушку. Иначе и не скажешь. Но, видимо, людям нравятся простые сказки, поэтому рейтинг Лел взлетел до небес. Кстати на обсуждение нашей свадьбы и предшествующих этому событий ей выделили целых три часа в эфире вместо положенного одного, чем она невероятно довольна. А как прошел твой день?
На новость о том, что Вадим нашел себе новую работу Диана ответила насмешливой фразой: «Не удивил». Более никаких эмоций по данному поводу она не выказала, что мужчину неприятно царапнуло и он, не сдержавшись спросил:
– Тебе все равно?
Девушка удивленно на него посмотрела и осторожно отозвалась:
– Честно ответить? Ты только пойми меня правильно. Мне абсолютно безразлично, где и как ты будешь реализовывать свои таланты вместе с тягой к восстановлению справедливости. Я готова поддержать тебя в любом решении.
– Но…
– Что?
– Ты готова поддержать, но…
– Просто поддержать. Без условий или оговорок. Вадим, я прекрасно понимала, что ты не сможешь усидеть дома долго.
– Я хотел побыть с тобой, пока все не наладится.
– У меня все наладится минимум через полгода. Когда я стану на пуанты. А может и через год. Так, что, тебе все это время за мной хвостиком ходить? Давай будем реалистами. У тебя не такой характер, чтобы стать тенью жены. Пару недель, наверное, выдержишь. А потом? Взвоешь. Спорить готова. В четырех стенах и без дела по сердцу. Милый, зачем тебе так над собой издеваться? Ладно, я – у меня выбора нет. Мне придется строить сейчас свою жизнь именно так, а не иначе.
– Ты не должна проходить этот путь одна.
– Давай ты тоже прострелишь себе ногу, и мы поедем по нему вместе? – Дана сморщила носик и принялась заплетать косу. – Вадим, ну, что за глупости ты говоришь? Я и не буду одна, если ты, конечно, не надумал разводиться.
– У нас еще медовый месяц не то, что закончиться, начаться едва успел, а ты…
– Прости. Это было дурной шуткой.
– Мне кажется, что я поступаю неправильно, сбегая спасать мир. Что предаю тебя. Ведь именно сейчас тебе больше всего нужна моя поддержка.
– Мы уже обсуждали данный вопрос. Хватит к нему возвращаться. Меня уже начинает душить твоя забота. Я люблю тебя. Люблю сильнее всех на свете. И понимаю, ты из самых лучших побуждений так себя ведешь. Нормальная семья. Традиционные ценности. Наверное, так жить правильно. Но в моей жизни никогда не было ничего подобного. То есть, Дэн, конечно, обо мне заботился, и теперь я понимаю, что любил. Только он это делал по-другому.
– Не сравнивай нас. Пожалуйста, – попросил Вадим горько улыбнувшись. – Это нечестно. Он будет выигрывать всегда. Живой человек с его слабостями и недостатками никогда не сравнится с воспоминанием о том, кого уже нет.
– Да я совсем не о том. Ну, как же тебе объяснить? Дэн заботился, но не так, как ты. Мы были… свободны. Нет, не так. Каждый из нас в первую очередь жил своей жизнью, своими собственными интересами. Почему мы с тобой так не можем?
– Я меньше всего на свете хочу загонять тебя в клетку.
– Ты не меня – себя в ней запираешь. И кому от этого лучше? Кто выигрывает? Вадим, я очень-очень тебя люблю. Но давай я буду учиться и танцевать, а ты… делать то, что сам считаешь нужным?
– То есть ты просишь меня держать дистанцию? Попробую, если тебе это нужно.
Диана опустила глаза и тихо, почти шепотом попросила:
– Когда поймешь, что больше не любишь меня, просто скажи. Ладно? Я тебя отпущу.
– Если мне не изменяет память, не далее, как позавчера мы клялись быть вместе в печали и радости. Сегодня ты уже второй раз ни с того ни с сего заговариваешь о разводе. Этому есть какое-то логическое объяснение или у моей жены просто сдают нервы?
– Второе, наверное. Я не знаю, Вадим. Все произошло так быстро. Не было времени задуматься, разложить все по полочкам.
– А сейчас оно появилось?
– Да.
– Вот, как знал, что тебя сейчас нельзя оставлять одну. До чего ты еще додумалась?
– Это не днем, а сейчас произошло. Я поняла, что не похожа на женщину, которая тебе нужна.
– Ты, вообще, на женщину не похожа. Особенно сейчас. Подросток подростком. Диана, ты мне необходима. Как воздух. Я без тебя не хочу, не могу жить.
– Почему?
– Не знаю. У меня нет привычки копаться в собственных чувствах, разбираясь, что и почему. Не могу и все.
– Тебе больше подошла бы Катарина Андраши.
– Смеешься? Мы росли вместе и когда-то даже дружили. Но хотел я на ней жениться лишь в нежном возрасте пяти лет. Позже эта идиотская мысль мою голову не посещала. Кати замечательная. Однако моего сердца она не тронула. А в тебя я влюбился. Как мальчишка.
– Мне кажется я сейчас занимаю не свое место. И рядом с тобой должна быть другая женщина. Та, что сможет быть тебе женой по-настоящему. Она бы рожала тебе детей. Разделяла твои интересы.
– Растворялась во мне? Жила моей жизнью, пожертвовав своей?
– Да. Но я слишком эгоистична для этого.
– Может я хочу женщину, которую буду уважать, которой буду восхищаться? Рабы, пусть даже и семейного очага никогда не вызывали у меня подобных чувств – только жалость.
– Тебя очаровали мои крылья? Ты влюбился потому, что я стремилась реализовать себя на сцене, а не через брак?
Мужчина насмешливо фыркнул и делая шаг навстречу, спокойно произнес:
– Люблю тебя. Всем сердцем.
– Но почему?! Я ведь ничего не могу дать тебе. У меня сейчас ничего нет. А то, что было, лежит в руинах. Могу поделиться только проблемами. Их у меня в избытке.
– Справимся. А на твой вопрос, не знаю даже, как и ответить. Сердцу, вообще-то, не прикажешь. Мы просто влюбляемся и все. Помнится, ты недавно пересказывала Рудольфу историю Русалочки. Глупышка отдала все, что имела ради шанса быть со своим принцем. Бросила свой дом, родных. Лишилась голоса. Ходила по земле, как по острым кинжалам. И что в итоге?
– Он женился на другой.
– А почему?
– Потому, что на берегу его нашла принцесса, которая воспитывалась в монастыре. И принц посчитал, что именно она его спасла, а не русалочка.
– То есть ты на полном серьезе полагаешь, что дело было в том, кого он увидел после того, как очнулся? Тогда я такого мужчину даже ничтожеством назвать не могу.
– Но… все не так.
– Да? – протянул Вадим насмешливо. – А может кто-то невинно-наивный себя обманывает?
Дана пожала плечами и опустила глаза.
– Ты ужинал? – спросила девушка нерешительно.
– И даже не обедал.
– Пойдем в столовую? Я тебе мясо разогрею.
– Не нужно. С микроволновкой и сам как-нибудь справлюсь. Тебе сейчас нужно больше отдыхать. К тому же мне самому нужно хотя бы десять минут тишины. Уложить собственные мысли хотя бы в относительный порядок.
– Хорошо.
– Я быстро поем, а потом мы будем пить чай с тортом. Он же еще остался? Я сюда принесу. Идет?
– Только дай планшет. Я свой потеряла.
– Где?
– Знала бы – давно нашла. Еще днем. Еще до того, как волосы покрасить решила. По всему дому искала. Без толку. Зато я побывала в балетном зале. Сначала боялась туда заходить. А потом все же решилась. Там стоит настоящее фортепьяно. Представляешь? Настоящее? Из дерева! Только оно не настроено. Я попыталась сыграть. Получилась какая-то какофония.
– Ты еще и этому училась?
– Только основам. Но простенькую мелодию наиграть смогу. А там даже интерактивный проектор для нот есть. Здорово, правда?
– Буду рад тебя послушать.
– Вот уж чего делать не стоит. Ты лучше есть иди.
Мужчина кивнул и вытащив планшет из внутреннего кармана пиджака, протянул его Диане. После чего быстро вышел из спальни.
Дана уже была готова войти в сеть и ожидать возвращения мужа, слушая музыку, но неожиданно в ее голову пришла не самая здравая мысль. Совесть попыталась воззвать к разуму. Только любопытство победило. И девушка дрожащими пальцами набрала запрос: «Вирэн Диана». Желание увидеть свое досье было настолько сильным, что она почти не колебалась.
– Я просто хочу знать, что о моей жизни известно ему, – словно бы оправдываясь, произнесла начинающая шпионка.
Но вместо текста, скупо описывающего не такую уж и богатую событиями жизнь бывшей ученицы Танийской Академии классического балета, девушка увидела папку с видеофайлами. Она коснулась первого, запуская воспроизведение.
Закулисный разговор, который давно выветрился из памяти, сейчас вызвал улыбку. Сценка в медицинском кабинете заставила рассмеяться. И она, не задумываясь над правильностью своего поступка открыла третий файл.
Мужчина в белом халате отчего-то казался знакомым. Может от того, что его яркие голубые глаза были именно того редкого оттенка, что она каждый день видала в зеркале? Тихий с хрипотцой голос неожиданно вызвал смятение в ее душе. Вдруг захотелось плакать. А желание… прямо сейчас бросить все и сорваться куда угодно, только чтобы увидеть этого человека, накрыло с головой. Но она не то, что пошевелиться, дышать боялась, чтобы не разбить странное чувство узнавания.
Возвращения Вадима Дана попросту не заметила. И вздрогнула, когда он вытащил планшет из ее побелевших пальцев и привлек к себе. Девушка словно бы очнулась от транса и с силой оттолкнула мужа:
– Где он? Ты ведь знаешь? – Из ее глаз градом покатились слезы еще до того, как он ответил.
– Он умер. Несчастный случай.
– Почему так случилось? Это же не честно!
– Жизнь не всегда справедлива.
– Ты ведь давно знаешь об этом? А когда собирался рассказать мне?
– Не знаю. Когда-нибудь. Но точно не сейчас.
– Я всю свою жизнь считала, что меня бросили. Как не нужную вещь. Что я никому не была нужна, – проговорила она бесцветным голосом. – Во мне жила горячая обида на тех, кто дал мне жизнь. И презрение. Они не согласились на аборт, хотя могли бы и предохраняться, раз не хотят детей. В то же самое время эти люди не приняли на себя ответственность за мое рождение. Остановились где-то посередине. А вот оно как оказалось…
– Если ты хочешь встретиться с этими людьми, то я смогу это устроить.
– Я для них умерла, еще даже до того, как родилась. Так, что не хочу. Но мне нужно хоть что-то узнать о том, кто дал мне шанс выжить.
– Его звали Анатоль Вирэн. И у него не было другой семьи, кроме тебя. Давай попросим Стаса узнать о нем.
– Спасибо. Но ты не должен был скрывать такое от меня.
– Я не был уверен, что это знание принесет тебе пользу. За последнее время на тебя и так многое свалилось. Не хотел добавлять тебе повода для переживаний. Но если бы мне дали шанс вернуться в прошлое и все исправить… я все равно бы промолчал. Прости.
– А мне остается что-то еще? – Девушка горько усмехнулась и покачала головой. – Давай спать?
– Будешь чай?
– Нет. Уже не хочу. Я музыку немного послушаю перед сном, ладно?
Вадим не решился спорить. Он выпустил жену из объятий и с тоской наблюдал, как она, словно строя стену между ними, закутывается в одеяло, надевает наушники и закрывает глаза.