ГЛАВА 1

- Новая жизнь, новый город, новый университет. Только от тебя теперь зависит – будут ли новые друзья, а то и сердечный друг… в перспективе, – мечтательно улыбаясь, говорила бабушка, доставая посуду из ящика и расставляя ее в шкафчике.

Она так хотела, чтобы у меня все наладилось, моя замечательная бабушка. В общем-то, нормальное желание, я тоже хотела бы, но вот так сразу друг сердечный…

- Бабушка, зачем нам друг? Я понимаю, что ты переживаешь за меня. Не переживай, все будет нормально. Сейчас основная цель – получить образование. Остальное приложится, потом… после. Друг… блин… - проворчала я тихонько, помогая ей.

- А я о чем? Постепенно втянешься, привыкнешь. Сейчас, само собой, сосредоточишься на учебе, это будет непросто – могут аукнуться пропуски. А я обеспечу надежный тыл. Прорвемся, не бойся. Все продумано.

И, Маша… Я не для того столько лет старалась привить вам грамотную и правильную речь, чтобы в последнее время, когда тебя уже можно назвать человеком разумным, слышать это «блин», «по фиг», «приколы». Прекращай, – бабушка взлохматила мои короткие теперь волосы, - косу я тебе не прощу… Хватит рассиживаться, давай заканчивать, осталось всего ничего…

Осталось, и правда - « всего ничего», а точнее - отгладить и развесить шторы и тюль. Квартира была съемной и бабушка не успокоилась до тех пор, пока в ней не был наведен идеальный порядок. И когда уже поздним вечером мы закончили все дела, то поняли – здесь можно жить. На приготовление полноценного ужина не хватало уже ни сил, ни времени, поэтому просто пожарили яичницу и упали спать, вымотавшись до предела.

А утром я шла в университет. Третий раз с момента смены места учебы. Сначала в процессе оформления, когда приезжала с папой, потом просто пришла ознакомиться с расположением аудиторий, расписанием занятий, переписала имена-отчества преподавателей. Привыкала к нумерации дверей в переплетении проходов, этажей и лестниц. Бродила по почти пустым на тот момент помещениям, осваивалась, посидев на подоконниках коридоров и в спортзале. Он, кстати, не шел ни в какое сравнение с тем, что был в моем прошлом учебном заведении. Там спортзал являлся отдельным зданием, соединенным с учебным корпусом застекленным переходом. Собственно, их там было два зала. И по две раздевалки с душевыми к каждому.

Конец января в этом году выдался снежным и холодным, просто аномально холодным и поэтому мне, как и всем нормальным людям, хотелось скорее попасть в теплое помещение. Топая по ступенькам и ускорившись, обогнала группу парней, не спеша поднимавшихся ко входу в универ.

- О, крошка! Попка, ножки... Покажи личико, Гюльчатай, – глупо заржали сзади…  В груди что-то противно дернулось, просквозил холодок страха. Они просто так общаются - одернула я себя. Убогий словарный запас не позволяет грамотно выражать свои мысли - вспоминались объяснения психолога. Сейчас ко мне это не имеет никакого отношения, они просто не умеют иначе, не способны, - успокоилась я окончательно..

Проскользнув в вестибюль, который гудел от разговоров, как улей, прошла к раздевалке. Протиснулась между вешалок, на ходу стараясь быстрее снять холодную куртку и шарф с шапкой. Перчатки спрятала в сумку, понимая, что нужно переходить на варежки – пальцы покалывало. Вокруг толкался народ,  мелькали незнакомые лица, доносились обрывки разговоров. Все почти так, как и раньше, но здесь я пока не чувствовала себя своей. Но это вопрос времени,  освоюсь в конце концов, куда я денусь? Освежила в памяти расписание занятий, как будто даже вспомнив, где должна проходить первая пара. И все-таки немного не рассчитала…

Заглянув в помещение, для проформы стукнула в дверь, шагнула внутрь и постаралась как можно приветливее представиться одногруппникам и преподавателю, потому что первое впечатление о человеке очень важно. Это подтвердит любой психолог.

- Здравствуйте, я новенькая – Маша Ростовцева. Перевелась к вам из другого университета из-за смены места жительства. Простите за небольшое опоздание – как ни старалась заранее изучить расположение аудиторий, все равно заблудилась, – это уже преподавателю.

Пожилая женщина улыбнулась:

- Что с вами делать? Проходите, Ростовцева, садитесь. Постарайтесь больше не опаздывать. Подойдете ко мне после занятия – уточним, забежали вы вперед или отстали от нас. Покажете зачетку. Так, все, внимание на меня – сегодня у нас тема …

Я приземлилась на скамейку у входа, чтобы и дальше не отвлекать группу. Девушка, сидящая там, подвинулась, давая место. Я сидела и слушала лекцию, постепенно успокаивая дыхание. Эту тему я, конечно же, не проходила. Слушать было интересно, и примеры она приводила свои, свежие и наглядные. Этот преподаватель мне понравился и конспект по психологии я строчила с удовольствием.

- Как ты так быстро? Что ты там чиркаешь? – шепотом спросила симпатичная светленькая соседка, заглядывая ко мне в тетрадь.

- Бабушка всю жизнь проработала секретарем у моего дедушки, - ответила я так же тихо, улыбнувшись и отметив ее красивые серые глаза, - хотя она и инженер. Раньше не было мини-диктофонов, поэтому хороший секретарь в обязательном порядке должен был владеть техникой скорописи - стенографией. Она обучила меня. Очень удобно.

- Кому как… У тебя же не спишешь, – разочарованно прошептала девушка, представившись потом: – Я Женя.

- Ага. Я могу научить тебя, хочешь? Все-таки еще половина обучения впереди – пригодится.

Тут я увидела, что преподаватель смотрит в нашу сторону и, улыбнувшись ей, снова застрочила в тетради.

После второй пары, во время обеда в университетской столовой, я разговорилась с новой знакомой. И узнала много интересного о преподавателях,  нагрузках, о спортивной и культурной жизни университета. Ну и, как водится – сплетни о местных знаменитостях. Они сидели за отдельным столом и ели, не отвлекаясь на окружающих. Правильно, в общем-то делали, бабушка одобрила бы.

- Это наши звезды, полюбуйся на красавчиков… - шептала Женя, наклоняясь ко мне через стол.

- Да они везде одинаковы. А почему звезды только мужского пола? Где звездочки? У нас была одна очень красивая девочка, даже в кино снималась… – мазнула я взглядом по незнакомым парням.

- Да ты глянь, чего ты, боишься, что ли? Они не смотрят.   

- Жень, да на фиг они мне сдались? Мне бы в учебу втянуться благополучно. Чтобы без хвостов и прочих неприятностей. Думаешь, легко среди года на новом месте, да еще с опозданием? Я не вундеркинд, между прочим... А такие есть в каждом ВУЗе. Это своего рода традиция – негласно выбирать лидеров. Кто-то всегда выделяется из толпы и бывает отмечен особым вниманием. Их популярность зависит или от тяжести родительского кошелька или от степени смазливости и наглости, – повторила я слова моего психолога и добавила от себя: - Но мне больше нравится наблюдать за поведением популярных девочек. Это что-то... Нормально тут у вас кормят, мне нравится, - подытожила, поглажывая себя по сытому животику.

-  Ага... Ну, девочки тоже есть, только девочкой я бы назвала только одну. На остальных пробы ставить некуда. Я покажу потом. И завтра появится Инга - моя подруга, латышка. Она тебе понравится, только не особо обращай внимание на ее внешность - не любит. Она совершенно бесцветная, а не красится принципиально. Поэтому выглядит, как бледная моль.

- А учится как?

- Нормально учится.

- Она мне уже нравится. Ни разу  не дура  твоя Инга.

И додумала уже для себя – не то, что некоторые.

Инга оказалась и правда – совершенно белесой и неяркой, с длинноватым носом и худой фигурой. Но при этом вполне себе симпатичной. Она оглядела мою не накрашенную физиономию, простые джинсы с высокой посадкой, свободный темный свитер, теплые кроссовки и выдала одобряюще, совершенно безо всякого прибалтийского акцента:

- Одобрямс, наш человек, – и крепко пожала мою руку.

Сразу стало ясно, кто в этой паре лидер. Мне оставалось присмотреться и присоединиться, если знакомство и дальше продолжит быть приятным. Девчонки мне понравились, даже нравилось, что Инга всегда командует. Сейчас я с удовольствием соглашалась на вторые роли и на место в тени. Неважно – в чьей.

Две недели не прошли, а пролетели.    В процессе учебы я ближе знакомилась с Женей и Ингой, а они - со мной. У Женьки дома не было возможности нормально готовиться к занятиям – мешала большая семья, и они с Ингой задерживались после пар в читальном зале. Я присоединилась к ним, даже стала давать уроки стенографии, когда задавали не очень много.  Мы сидели за разными столами часа по два, пока не уставали. Потом они подтягивались ко мне, и я посвящала подруг в азы секретарского профессионализма.

- А кто у тебя был дедушка? – спросила как-то Инга.

- Почему был? Дедушка жив и здоров, до сих пор работает. Только бабушка теперь со мной тут живет, чтобы обеспечить  крепкий тыл. А у дедушки сейчас личный помощник - моя мама, хотя она тоже инженер. Дед руководитель большого завода, умница и трудоголик. Мама очень ранний ребенок, да и я тоже у нее, так что мой дед еще ого-го.

- А почему все-таки перевелась? 

Вопрос был неудобным и неприятным, прошлый раз я ушла от ответа, сейчас это было бы уже неловко. Но и говорить на эту тему была еще не готова.

- Расскажу, но потом, ладно? Ничего интересного, семейные причины. Сор из избы, ну и все такое… - врать было неприятно, да еще и на тему семьи. Я поморщилась.

- Лады, – дала добро на мое молчание Инга, – а парень у тебя там был?

- Учеба и только учеба, - торжественно провозгласила я и тяжело вздохнула, объясняя: - Мне не желательно отвлекаться… Все-таки я, скорее, гуманитарий и математика со всей этой экономикой требует приложения нехилых усилий с моей стороны. Я бы для разнообразия занялась каким-нибудь спортом, чтобы совсем уж не погрязнуть в зубрежке и отвлечься немного, но боюсь, что тогда не потяну учебу.

- По воскресеньям или субботам можно ходить в бассейн, хочешь? – загорелась Женька, - только абонемент купи, а то разовый дорого. Я тоже ходила бы с тобой, а то Инга не умеет плавать. Городской бассейн единственный большой в городе и нормальный такой... Решишься – сходим, посмотришь, - с ожиданием смотрела она на меня.

Я задумалась. А можно и посмотреть. Почему бы и нет? Мы шли по вестибюлю, спустившись по ступеням с этажа. Я задумчиво провела глазами по помещению, наводненному жужжащей толпой, прикидывая в уме - назначать поход в бассейн назавтра или на послезавтра? И встретилась глазами с одним из стоящих отдельной группой парней. Задержала взгляд, отметив неординарную внешность – жгучий брюнет, а глаза светлые, кажется серые. Необычно. И напросилась на комментарий:

- Понравился, детка? Засмотрелась?

- Не бойся – ты не в моем вкусе, – ответила фразой из арсенала таких же типов – наслушалась за два года до чертиков. И сразу же пожалела об этом.

- И что же со мной не так? – заинтересовался брюнет, подходя ближе. Вся его компания тоже обратила внимание на нас троих. Я расстроено обронила:

- Успокойся, ты совершенство. Забудь. Это я не тебе. Так – мысли вслух.

- Узнаю фигурку, Влад. Ну-ка, детка, повернись попкой, – скомандовал его товарищ, русоволосый высокий и худой парень в дорогой дубленке.

- Может тебе еще у шеста станцевать? – прошипела, не обращая внимания на тычки в спину – Инга пыталась подтолкнуть в сторону раздевалки. Повернуться туда - значит выполнить его требование. А это я не могла. Ничего еще не прошло для меня... Иначе не реагировала бы так на идиотские выпады местных придурков. Значит, весь этот переезд, все неудобства, связанные с переводом напрасны. Уроды есть везде, а моя судьба – нарываться на них. И эта мысль заставила меня потухнуть, пропал весь запал.

Я отвернулась и прошла к Женьке, протягивающей мне куртку. Молча намотала на шею шарф и натянула на уши шапку.

- Глаз – алмаз. Кому я говорил? Это та крошка, что крутила перед нами попкой. А теперь пытается обратить на себя внимание иначе. Тебе удалось. Кого ты клеишь, детка? Меня, Влада или Гора? - прозвучало на выходе из раздевалки.

- Не бойся, вам ничего не грозит. Так что гуляйте спокойно, - огрызнулась я угрюмо.

- А что ж ты глаз с меня не сводила, крошка? – поинтересовался Влад.

Я задумалась, вспоминая, когда это было? Не вспомнив, ответила:

- Прикидывала, как бы ты смотрелся в «сраниках».

- И как же? – заржали придурки.

- Забавно. Как обосравшийся, – спокойно и обреченно ответила я и пошла на выход. Все!  Как под копирку!  Почему, ну почему я не могу промолчать?

Сзади послышалось: - Не надо. Пошли, уже опаздываем. Пусть погуляет пока.

Инга безразлично спросила, когда мы шли к автобусной остановке:

- Ты дура или они правы? Хочешь таким образом привлечь к себе внимание? Тебе удалось, радуйся.

Я уронила сумку в снег у ног. И дрожащим голосом ответила, сжимая кулаки:

- Если бы ты только знала, как я ненавижу таких, как они! Лютой ненавистью ненавижу, до белого каления, до взрыва мозга!

- Ого, какие страсти. На фига же тогда задиралась?

- Потому, что ненавижу и контролировать свою ненависть, оказывается, совсем не могу. В морду дать хочется, – добавила уже тише. Чего я, действительно, перед ней прыгаю, африканские страсти изображаю? Она здесь при чем? Подняла сумку, почистила от снега. Инга притопывала на месте, успевая и внимательно наблюдать за мной, и отслеживать приезд своего автобуса.

– Пошли. Не обращай внимания – нервы.- вздохнула я тяжело.

- Ну, в морду пока не за что, но ты засветилась и напросилась. Держись подальше от них. Влад еще ничего, а вот те двое… Хотя… все они… Это уже сложилось и так оно и будет – четверо больших жаб в нашем маленьком болоте. У Гора и Михи папы при деньгах. Влад спортсмен и сам крутой, ну и красавчик – сама видела.

- А четвертый кто?

- О! Четвертый… Там экземпляр… Нужно видеть, Маш. Зря ты с ними… Ладно, пока, – попрощалась она и побежала к своему автобусу.

Лучше бы мы задержались в читальном зале, как во все предыдущие дни. Не напоролись бы на этих… До дома добралась вприпрыжку – замерзала. А на улице было классно - снега полно, празднично как-то от этого, будто опять скоро Новый год будет. Нужно вытащить бабушку погулять или уговорить ходить с нами в бассейн.  Заскочила в квартиру, стащила с себя холодную куртку и обувь. Ба позвала из кухни:

- Переодевайся, мой руки и иди сюда – суп готов, согреешься. Я смотрела – утром было двадцать восемь мороза. Ты бы перешла опять на длинную дубленку, Маш. Попу отморозишь.

- С понедельника, бабушка, обязательно. Кто ж знал, что опять так давонет?

Суп был гречневый, с кусочками свинины и листочками и перышками зелени. Очень вкусный, как и всегда, когда готовила она. Я поела и уставилась на бабушку, сидевшую напротив. Мы были похожи с ней - обе темноволосые и темноглазые, роста тоже одного и даже комплекции. Я пошла в нее, как и мама.

- Ба, все зря. И переезд, и перевод. Здесь учатся такие же уроды. И я не высовывалась, и не наряжалась, и не красилась, и косу отрезала, а опять нарвалась. Нахамила в ответ, как водится… Ненавижу этот тон, эту «детку», «крошку». Я ненавижу их, бабушка, хотя они просто стебались походя, по привычке...  А я в ответ готова открыть автоматный огонь. Это пройдет когда-нибудь или нет? У меня теперь что-то необратимое с психикой? Скажи мне, пожалуйста. Психолог рекомендовала обговаривать такие ситуации, выяснять все для себя, не замалчивать. Я обговариваю. Что мне делать? Опять бежать? Я просто прошла по лестнице перед ними. Просто. Тупо. Прошла.

- Попробуй общаться нормально, - спокойно ответила бабушка, а в темно-карих, почти черных глазах – беспокойство. - Нет-нет, не нужно завязывать знакомство, просто отвечай вежливо и культурно, не как они. Забудь все эти их словечки. Знаешь, вежливое общение не дает повода ответить хамством или непристойностью. Попробуй, если будет случай.

- Поздно. Да им и не нужен повод… Ладно, попробую. Если будет случай.