Глава 11. Ян

Девчонки опаздывали, хотя сами настояли, чтобы я по пробкам их не забирал. Встреча уже минут пять как шла, и клиент даже отправил сообщение, уточняя, ждать ли нас. Ждать. Только хрен бы знал, где потерялась Кира, на своей погремушке. Когда красная букашка сверкнула вдали фарами, у меня даже отлегло.

— Поехали? — Кира свесилась из окна.

— Заказчик ждёт, конечно, поехали.

— Кто-то без настра? — улыбнулась она.

— Кто-то без часов?

— Пф, мы после встречи в клуб, ты — как хочешь, — она подняла стекло и газанула так, что пыль из под колёс повисла столбом.

— Сук… зачем быть стервой?

Но я ответ знал, и на этот счёт можно было расслабиться. Кира — не изменится. Вас может заинтересовать вопрос: зачем она мне такая плохая?

Она хорошая. Она очень ранимая. И она глубоко несчастная.

Сколько Киру не люби, это всё упадёт в огромную пропасть, на дне которой будет сидеть Карина и вопить: “Ещё-ё-ё-ё-ё!”.

Девчонки попали в мои руки сразу комплектом и первые несколько недель вообще приходили только ради секса и только вместе. Они целенаправленно меня соблазнили после первой же нашей встречи, на которой мы подписывали договор о сотрудничестве. Их маленькое агентство “КиСа” стало партнёром моей мастерской “Дровосек”, а Кира и Алиса — стали партнёрами Яна Григорьева. Партнёрами — не возлюбленными. И это было весело.

Потом всё стало усложняться. Алиса сюрпризами не сыпала, была тихой и послушной, хоть и с претензией на “мне палец в рот не клади”, а Кира… оказалась взрослым, самоуверенным и самовлюблённым ребенком, который дико хочет тепла.

Мы припарковались у великолепного коттеджа, где на входе торчали два “костюма” с гарнитурами и каменными лицами, которые видимо шли в паре. Девчонки уже вышли из машины и ждали меня, так что стоило мне подойти, как они чуть ли не в голос заявили: “Мы к Александру Сергеевичу!” и оба охранница повернули к ним головы.

— Давайте я, как в первый раз, ну камон! — я оттеснил девчонок и подошёл к охраннику, протягивая телефон с электронным пропуском. “Костюм” кивнул, что-то пробормотал в петличку и ворота открылись.

— Заезжать не будете? — поинтересовался охранник.

— Не, пусть стоят. Посторожите, да? — шутка парням не зашла, а Алиса хихикнула.

Александр Сергеевич, имея поэтичное имя и простую русскую фамилию Петров, был на деле настоящим “молодым повесой”, ну тем который “Острижен по последней моде, как dandy лондонский одет”.

Меня такие персонажи всегда веселили, а Кира от них просто с ума сходила, я знал.

Отчаянный натуральный блондин, с крупным носом, улыбчивым ртом и вечно хитреньким выражением на гладком лице. Он не вызывал неприязни при этом. Его хотелось в русскую баньку затащить, на рыбалку позвать. Потрепать нервы русским колоритом, потому что имея прекрасную простецкую фамилию, и ещё более прекрасное имя, Александр Сергеевич был сущим иностранцем в наших краях.

— О! Привет, ребята! — в белых брючках и кремовой футболочке-поло, Александр Сергеевич лёгким пружинистым шагом спустился, чтобы начать жать нам руки. — Как доехали? Заблудились, как я полагаю?

— Немного, — улыбнулась Кира, искусно кокетничая. — Я — Кира Кирова, дизайнер интерьера!

— Алиса Лисина, — сверкнула улыбкой Алиса, протягивая в свою очередь руку. — Вы общались со мной!

— Да! Да. Алиса, очень рад встрече! — Александр Сергеевич улыбался во все свои молодые и здоровые тридцать два.

— Ян Григорьев, просто столяр, — я любил так представляться.

Рассказывать, что дерево — это искусство, что это сложная и тонкая работа, которую проделывают мастера… что-то новомодное и чуждое простому русскому человеку. Может мне ещё инсту вести?

“Сегодня я покажу вам, как обработать оливковое дерево…”

Так что проще шокировать человека, и прослыть мужиком с перегаром, чем вдаваться в тонкости и подробности с применением умных слов.

— Ян — краснодеревщик, — важно добавила Кира, как будто это о чём-то могло сказать Александру Сергеевичу.

Он промычал что-то вроде “О-о-о” и кивнул.

С тем же успехом Кира могла сказать: “Вы отвалите этому мужчине туеву хучу бабок!” — и похлопать “Онегина” по золотой ручке.

— Са-а-ань, — прозвенел откуда-то сверху женский голос.

— А-а? — ответил “Онегин” запрокидывая голову, и пытаясь рассмотреть что-то на верхнем пролёте лестницы.

— А фен есть?

— Да!

— Супер! Тогда я в бассейне! Фу, жара, ужас какой-то!

Вот, чтобы вы понимали, насколько я был в этот момент убит, вам мало просто это представить. Я попытаюсь пояснить.

Смотрите, представьте, что… да какие к чёрту метафоры?!

САФО, подложив под задницу полотенце, съехала по перилам, в бикини и с двумя аккуратными шишечками на голове, мягко приземлилась рядом с “Онегиным”, который даже бросился её поддержать (познакомим его загребущие руки с обушковой пилой, как считаете?). Сафо нас пока не заметила. Она явно не рассчитала силы и теперь вопила, потому что прыгнула прямо на ногу, и вот тут я уже “Онегину” не доверял. Первым бросился и поднял её повыше, так что задница в бикини (мать её) оказалась на уровне глаз. (Уж не знаю какое чудо меня остановило, но я был на грани того, чтобы её укусить).

— Ты с ума сошла, так скакать, — даже Кира вспылила.

— Кира, Алиса, вы начнёте?.. — я только заикнулся, а девчонки тут же повели Александра Сергеевича, как две цыганки, во двор.

— Стойте! Сафо?

— Я их всех знаю! Кира моя сестра, — проблеяла Сафо, где-то над моей головой. Ей явно было сложно оставаться в вертикальном положении, потому она вцепилась ногтями в моё плечо. Больно, но того стоит. — Мне Ян поможет.

— Хорошо! Если что, Лёва там коктейли для тебя делает…

— Ага, — она даже засмеялась.

А как только дверь за цыганками и Онегиным закрылась, я со всей дури шлёпнул Сафо по заднице, отчего она тут же стала шипеть и вырываться, а потом просто бессильно повисла животом через плечо, как бы намекая, что сдалась. Я понёс её к закутку под лестницей, где стояла низенькая лавочка, но стоило туда усадить девчонку, как она тут же влепила мне пощёчину.

— Дура! — выдал я, первое, что пришло на ум.

— Дикарь! Даже в Африке себя так не ведут!

— Ты мне ещё Дагестан вспомни! Ты какого хрена тут в неглиже разгуливаешь, зараза? — я не хотел злиться, но подмывало рубить головы с плеч.

Э… я говорил, что ревнивый? Ну так, вброс на всякий пожарный.

Я, сука, очень! Очень ревнивый. Но, опять-таки, Сафо как бы мне не девушка. И вот тут начиналась настоящая головомойка в моём собственном исполнении. Какого хрена я мечусь?..

А с другой стороны, ну вот так чувствую! Очень сильно! И ограничивать себя — смысла не вижу. Зато его видела Сафо.

— Это он твой ММ? — спросил прямо, чтобы не играть в молчанку.

— Переписку мою читал, — тихо констатировала она.

— Да.

— Поздравляю, Шарик, ты балбес. Отойди! Я пошла валяться в бассейне. Не хочу тебе ничего объяснять. Я же говорила, что мы не-со-вме-сти-мы. Ты будешь вечно меня ревновать!

— Но ты же не…

— Я-то не, но вот ты-то думаешь, что да… В любом случае. Не своё тело, не твоё дело! — она щёлкнула меня по носу, встала, и хотела, видимо, уйти, но была поймана за руку и возвращена на место.

Целовал я её и правда, как дикарь, но с другой стороны, так ли оно важно? Ну вот так чувствую! Очень сильно! И ограничивать себя — смысла не вижу.