Глава 6. Сафо

Чтобы вы правильно меня понимали… В двадцать лет я собрала рюкзачок, закинула его на плечо и отправилась покорять сначала Азию, потом Европу. Я побывала в невиданной жопе, спала под открытым небом и оставалась одна на тёмной улице недружелюбного района. Но ни-ког-да моё сердце не колотилось, как сейчас.

Грудную клетку давило, а меня крючило. Оф! Оф! Оф! Три раза оф! Я прямо-таки была готова умереть. Мяу… котикам не положено такого решать…

Я всегда и со всем справлялась при помощи смеха, с тех пор, как услышала заклинание Риддикулус из Гарри Поттера. Всё просто: страхи — в нашей голове и не более того. Нужно только шепнуть: “Риддикулус”, вспомнить что-то смешное и всё жуткое пропадёт.

— Риддикулус, — шепнула я, прижав кончики пальцев к пересохшим губам.

А на ум пришли только “влажные” дождевые воспоминания…

— Мышка? — дверь толкнули, и какая-то противная воспитанная девочка внутри меня, послушно отступила.

А смысл прятаться, ну сами-то подумайте? Это его дом. Я — его гостья. И я не сбегу… Только через минуту я подумала, что в общем-то вполне можно было выбраться ночью или вроде того? Не станет-же он при Кире караулить меня под дверью?

Я знала, что у Киры есть кавалер, которого жёнушка дяди Кости нахваливала так и эдак.

“Ян — то, Ян — это” — а я всегда посмеивалась. Нет, я искренне желала счастья Кире, но в моём представлении парень “сестры” был противным богатым мужиком, или избалованным сынком “богатого мужика”. С другой стороны, слова Карины, матери Киры и женушки моего дяди, нужно было делить ми-ни-мум на два, а то и потом ещё на два.

Я влюбилась в парня сестры!.. Мало нищих ело с моей руки, что такая карма прилетела? (Простите, шучу)

Ян вошёл в комнату и в ней тут же не стало ни пространства, ни воздуха. Запах футболки, который уже не был таким отчётливым, померк перед владельцем и завилял вялым хвостиком.

Незнакомец, как прекрасный сон, стоял напротив, и как дурак улыбался.

— Чего улыбаешься?.. — всхлипнула я. Не в слезах, а так, чисто для порядка.

— Ты милая, ты прелесть, — с улыбкой говорил он, раскручивая тюрбан-полотенце с моей головы, будто рассчитывал, что по плечам посыпятся шикарные локоны.

Мои три пера упали тонкими жгутами на спину, и ещё на лицо парочка.

Я не стеснялась и не стесняюсь своей внешности. Я милая — и мне это нравится. У меня не много волос, но они мои. Как можно жить в нелюбви к себе, не понимаю! Я собой горжусь, а уж не верить в женские чары и собственную красоту, когда так влюблённо кто-то смотрит… ну бред же!

Только если это не парень твоей сестры, Сафо, окстись!!

— Я вот сейчас должен паниковать и просить тебя не говорить о вчерашнем… А не хочу… — его трогательная улыбка касалась губ, глаз, играла в ямочках на щеках.

Незнакомец — очарователен. В красоте мужчин я не разбиралась, потому что особенно не интересовалась их классификацией, за ненадобностью, но я отличала обаяние, очарование и искренность — от сотни других черт.

— Н-незнакомец… — шепнула я, и Ян тут же оказался в шаге от меня, в полушаге, а потом коснулся подушечками пальцев моих щёк и губ. — Не подходи ко мне, не прикасайся, — он меня поцеловал.

Он не набрасывался как вчера, но до нежности там было рукой подать, он просто отчаянно медленно водил своими губами по моим. Снова… снова…

И обвёл кончиком языка мою губу…

И запрокинул мою голову, глотая мой сорвавшийся вдох.

— Сафо, — шепнул он.

Горячее дыхание не хуже языка проскользило по моим губам и нагло нырнуло мне прямо в горло, разливаясь раскалённым солнцем в желудке.

— Уйди, пожалуйста… Ты какой-то бес… крайний, я не могу… — бормотала я ерунду, цепляясь за его плечи, футболку, ломая ногти от чрезмерных усилий.

— Готова?

— Да твою ж мать, — в последнюю секунду вздохнула я, уже зная, что будет дальше.

Оф…оф…оф… Ян меня смял, как невесомую ткань сминает порыв ветра, и я сложилась пополам, поднимая ноги и оплетая ими его тело. Ни за что не забуду этот момент, когда легковоспламеняющаяся жидкость в венах нашла искру, чтобы начать гореть-гореть-гореть.

Волосы Яна полыхали огнём под моими пальцами, и я тянула их, точно хотела вырвать с корнем. Его губы под моими, а мои под его плавились, так что я в какой-то момент почувствовала привкус собственных слёз. Искусанная кожа уже опухала, а не прошло и пары мгновений.

— Не надо… не надо…

Но его руки меня не отпускали, и когда я выдохлась, то просто повисла на его плече, расслабив безвольные руки. Мои ноги всё ещё были скрещены на его спине.

— Риддикулус, — шепнула я, а Ян засмеялся.

— Не поможет…

— Я предательница…

— Нисколько!

— Ты парень Киры.

— Я ей не парень, — усмехнулся Ян и понёс меня по комнате, чтобы усадить на письменный стол.

Он отошёл на пару шагов, потом, будто воображаемая резинка между нами натянулась, приблизился снова и стал целовать мои мокрые щёки.

— Ты плакса? — этот вопрос казался смешным, будто у нас экспресс-свидание.

— Нет вообще-то, просто никогда в жизни я так не боялась…

— А кто ты?

— Я — путешественница… — усмехнулась я, вытирая слёзы и понимая сердцем, как они мне приятны…

Какие они сладкие, как я хочу их запомнить. Они от счастья, на самом-то деле. Люди — эгоисты. Я — эгоист, и мне нравится быть тут, видеть влюблённость и хоть ненадолго стать центром чьего-то мира.

— А ты?..

— Дровосек, — усмехнулся Ян.

Я изучала его массивное, но не пухлое или неопрятное тело, аккуратно остриженные волосы, приличную одежду и даже вспомнила ухоженные пальцы…

— Какой же ты дровосек? Ты — принц из сказки, — мой тихий смех снова подтащил Яна ближе.

Я, даже если бы не захотела, не смогла не прижаться к Яну снова, слишком заманчиво это было. Даже не так. Выбора не было.

Он сам закинул мои ноги себе на бёдра, подтянул ближе и уткнулся губами в мою шею, щекоча дыханием, губами и языком кожу.

— Сафо… Я думал, что если ты мне не напишешь…

— Не напишу!

— Нет же, слушай! Я думал… что переверну город в поисках тебя!

— Не перевернул бы. И не перевернёшь. Меня завтра же тут не будет, Ян! Это всё плохо, очень плохо… Я не хочу быть плохой…

— Придётся, Сафо, — усмехнулся он, хоть я и видела, что это чистой воды шутка, а всё равно приняла её на свой счёт.

“Я не плохая… я — котик!”

— Уйди. Уйди, — пришлось биться в его руках, пока не выпустил, и даже заехать ладонью по причинному месту. Он охнул и на долю секунды отскочил.

— Прости… прости, — выдохнула я, но Ян стоически пытался держаться, возвращаясь ко мне, только Сафо Катракис шустрее… Я подобрала ноги, вскочила на стол и хотела прыгнуть на кровать, но Ян чуть ли не в полёте меня поймал и закинул на плечо, а потом упал прямо так на покрывало. Под нами прогнулся и скрипнул матрас.

Ян обнимал мою талию, уткнувшись в обнажившийся живот, и лобком, сквозь белье, я чувствовала его дыхание. Шумные вдохи и шумные выдохи…

— Сафо, — серьёзно произнёс Ян, щекоча очередным потоком воздуха мою кожу. — Я не отстану.

— Тогда я уйду.

— Нет, — он покачал головой, будто отвечал на мой вопрос, а не протестовал. Потом взял в зубы край голубого кружева, и чуть потянул вниз, оставив на коже лёгкий, невесомый бабочкин поцелуй.

Ян смотрел на мою татуировку и улыбался.

— Какая крутая ты всё-таки, — произнёс он и поцеловал изящно парящее на моём боку пёрышко.

Пёрышки падали вниз, под голубое кружево пропадая где-то на бедре, и Ян следовал за ними.

— Не надо, не надо, — просила в очередной раз, но он только покачал головой, без смеха и шуток. И снова зубами потянул вниз бельё. — Нет, нет, нет!

— Уйди… — попросила я, когда его губы коснулись кожи ещё ниже, там где последнее пёрышко уже скрывалось из виду на внутренней стороне бедра.

Нежно так, сдержанно. Но его пальцы то на моей талии, то на моих бёдрах мяли и терзали, отдавая невыплеснувшуюся силу. Ян перевернул меня на спину, поцеловал пупок, линию загара по бикини, особенно тёмного на этот раз. И всё-таки спустился ниже.