47. Моника

– Лариса? – немного удивленно произносит Олег. Конечно, ни он, ни я не ожидали увидеть ее здесь. И что-то подсказывает мне, что этот ее визит ничего хорошего не предвещает.

– Вот, зашла посмотреть, с чем мне теперь придется иметь дело, – она деловито обошла кабинет Олег, разглядывая мебель и полки с папками.

Мы с Олегом молчали.

По нашим лицам Лариса поняла, что мы ждем дальнейших объяснений.

– Никита в тюрьме, а я – его законная супруга. Развод отменяется, так как он не явится в ЗАГС в положенное время. Теперь, до оглашения приговора, только я могу инициировать наш развод. А я этого делать пока не буду. Меня все устраивает.

И она победно смотрит только на меня.

– Зачем тебе это, Лариса? – спрашивает Олег. – Вы же с Никитой все решили.

– Как видишь, ничего еще не решено окончательно, – отвечает она, усаживаясь на свободное кресло напротив меня. – Ну, что, Моника, как поживаешь?

– Лариса, – перебивает ее Олег, – а сюда-то ты зачем пришла? Уж не собираешься ли ты заняться юридической практикой?

Лариса отвлекается от меня и переводит свой взгляд на Олега.

– Нет, конечно. Для этого есть профессионалы, вроде тебя, Олег. Но я, как жена одного из партнеров, в его отсутствие имею право принимать участие в руководстве компании. Это мне подойдет.

Сказать, что я испытываю шок от услышанного, – не сказать ничего. Лариса возглавит компанию Ника.

– И начну я пожалуй с чистки рядов, – Лариса внимательно рассматривает свой идеальный маникюр, а потом резко переводит взгляд на меня. – Ты уволена, Моника.

Мне не хватает воздуха, чтобы произнести хоть что-то в ответ. Вот так запросто она ломает все.

– И ты больше не помощник адвоката по делу Никиты, – отрезает она.

Она наслаждается моей реакцией на ее слова. А я ничего не могу СС собой поделать. Слезы готовы хлынуть из моих глаз. Даже встреча с бывшим женихом и его папой не была настолько трагична для меня.

– И да, Олег, – Лариса не скрывает своего удовольствия от эффекта произнесенных ею слов, – ты тоже больше не можешь защищать Ника.

Олег удивленно вскидывает на нее взгляд.

– Почему это?

– Потому что тут, как это выразился мой консультанта, «конфликт интересов». Вот.

– Так-так, – произносит Олег, – поясни, в чем же выражается этот «конфликт интересов».

– Я вашими красивыми фразами говорить не умею. Расскажу, как поняла я. В компании два партнера: ты, Олег, и Никита. Никита сейчас под следствием, значит, управлять не может. Его права переходят законной супруге. То есть мне.

С этими словами Лариса опять бросает на меня ехидный взгляд.

– Я, как представитель партнера, против того, чтобы ты защищал Никиту. Ты, разумеется, – за. Получается, нет большинства в решении этого вопроса. А поскольку у меня, как жены Никиты, 51% доли в компании, то я принимаю решение о назначении нового адвоката.

Мы с Олегом напряженно ждем, когда она озвучит свое решение.

– Я тут посовещалась с подчиненными, поспрашивала, – Лариса делает паузу. – Никиту будет защищать Измайлов. Имени его не запомнила.

Я чуть не вскрикнула, а Олег лишь усмехнулся.

– Нет, – наконец, не выдержала я, – ты не можешь так поступить!

Для защиты Ника она выбрала самого слабого адвоката в практике. Он еле держался на своем месте только благодаря отцу, ради которого Ник с Олегом давали ему возможность получить необходимые пять лет практики, чтобы потом пойти в судьи.

– Не забывайся, девочка, – осадила меня Лариса, – с кем ты разговариваешь. Сбавь-ка тон.

– Ты не оставляешь ему шанса! – не унималась я.

– А у него его и не было, – усмехнулась она. – Ты еще не в курсе, кто все это начал?

Олег попытался ее остановить. Ведь он думал, что и я, правда, не в курсе.

– Краснов, – торжественно произнесла Лариса. – А это означает только одно: у Никиты нет шансов, Моника.

Она многозначительно посмотрела на меня.

– Ну, ничего, будешь возить ему передачки и ждать его. Тебе ведь не привыкать? – она злобно сощурила глаза. – Кто-то донашивает за старшими сестрами джинсы или играет оставшимися от старшей сестры куклами. Но ты была лишена этого в детстве. У тебя все было новое. Тогда ты решила «доносить» за мной мужа?

Я закрыла лицо руками. А ведь она права.

– Лариса, – неожиданно жестко произнес Олег, – прекрати этот спектакль. Никита запретил мне говорить об этом Монике, но ты меня вынуждаешь. Это ты изменила Никите. Ты заставила его принять решение о разводе.

Слова Олега отрезвляют меня. Я опускаю руки и сквозь слезы, которые катятся по моим щекам, перевожу взгляд с Олега на Ларису и обратно.

Лариса изменила Никите? Когда? С кем? Почему я об этом не знаю? А знает ли об этом мама?

– Ладно, – Лариса внезапно встает и идет к двери, – я все сказала. С завтрашнего дня Измайлов – адвокат Никиты. Передай ему дела, Олег.

И она уходит, не попрощавшись и даже не взглянув на меня.