Саби или как я развелась.

Один раз я пришла в себя, когда меня куда-то несли. Горло все еще саднило, а Рос в голове, что-то отчаянно кричал. Но я не могла разобрать ни слова, снова выпадая из реальности. Единственное, что уловило мое сознание —  запах миндаля, так приятно обволакивающий меня всю.

Второй раз, когда я пришла в себя, Рос уже не кричал, меня все еще окружал приятный запах, я предположила, что это так пахнут руки, по-прежнему крепко прижимающие меня к себе. Меня привлекло жгущее ощущение в области шеи.

Когда я очнулась в третий раз, я была в большой мягкой кровати, заботливо укрытая воздушным одеялом. Моему телу было так уютно и тепло, что шевелиться не хотелось. Болело где-то в районе ключицы, при чем с двух сторон сразу. Я поморщилась и прикоснулась к ноющему месту.

—  Болит? —  спросил кто-то сочувственно.

Я повернула голову в ту сторону, откуда исходил голос. Перед моей кроватью сидел мужчина.

—  Знаю, что болит. Но скоро пройдет, не переживай. Когда разрываешь брачные метки, всегда больно.

—  Кто вы? —  спросила я, разглядывая брюнета с практически желтыми глазами. У него были красивые мужские скулы, немного овальное лицо, что, впрочем, его не портило, а даже наоборот, придавало какой-то очаровательной мужественности. Широкие брови, высокий лоб, упрямый взгляд. Что бы ни крутилось в его голове, было ясно, что он будет стоять на своей идее до конца. Тонкие, слегка поджатые губы, мощная шея. Телосложение мужчины говорило о том, что он хорошо знаком с мечом. Сильные руки, широкие плечи. Кто бы ни был этот мужчина, шутить я бы с ним не стала.

—  Воды хочешь? —  спросил он, а я дернулась, выныривая из своих мыслей.

—  Где я? Где мои мужья? —  вопросом на вопрос ответила я, изучая желтые глаза собеседника.

—  Ты в моем доме, Саби, —  сказал мужчина. Я насупила брови. Какая еще Саби? —  А мужей у тебя больше нет. Эти чудовища, похитившие тебя и клеймившие своими брачными метками… Им повезло, что у меня не было времени разобраться с ними. Но теперь ты в безопасности. Хорошо, что они не успели надругаться над тобой. Было бы гораздо сложнее снять с тебя их отметины. Но я никогда не сомневался в тебе, любовь моя. Ты всегда умела выкручиваться. О, я так рад, что ты вернулась и мы снова можем быть вместе!

—  Воды хочу, —  произнесла я, пытаясь переварить всю информацию. Он меня точно с кем-то спутал. Но как он снял брачные метки. И что мне теперь делать?

Я провела его взглядом, когда он подскочил, чтобы исполнить мою маленькую просьбу и достаточно быстро покинул комнату. Также быстро, как и я покинула постель, пытаясь понять где я и что, лед побери, здесь твориться.

Первым, на что я натолкнулось —  было большое зеркало, стоявшее на резных деревянных ножках и отвести от него взгляд было достаточно сложно. В своей, уже практически, прошлой жизни, я любила такие красивые и привычные части убранства дома. Никогда не задумывалась о том, сколько они могут стоить, пока не попала в гостеприимный домик бабушки Тоши. Там таких сокровищ было не найти, зато душевного тепла там было в разы больше, чем в сотнях таких домов.

Мысли о старушке, подарившей мне столько драгоценных минут погрузили меня в совершенно неправильный настрой. Когда я поняла, что теряю драгоценное время, еле отдернула себя от этой части интерьера. Бросив последний мимолетный взгляд на зеркало, а точнее на свое златокудрое отражение, я уже намеревалась проверить большой платяной шкаф, как ощутила, что что-то пошло не по плану. И сейчас я говорю не о плене, а о своих волосах. Они были привычного мне цвета. Прекрасно!

Просто прекрасно!

—  О, ты уже встала, —  сказал зашедший с бокалом в руках мужчина. —  Что ж, это прекрасно, значит тебе уже намного лучше, но я бы все же попросил тебя, дорогая, сегодня оставаться в постели. Уверен, ты испытала огромный стресс с этими мужчинами, а потом еще и этот ужасный пожар! Слава Богам, что мне удалось вытащить тебя оттуда вовремя, пока эти невежды тебя не затоптали. И подумать только, бросить свою жену в таком хаосе. Нет, определенно, они тебя недостойны. Чудесно, просто восхитительно, что нам так легко и практически безболезненно удалось избавить тебя от этих ужасных меток. Но ты не переживая, Саби, уж я позаботился о том, чтобы эти ужасные создания тебя не нашли. И да, твой новый цвет волос —  восхитительный. Подумать даже не мог, что солнечный цвет тебе так к лицу, но когда я очищал твое тело заклинанием, краска сама сошла с твоих чудесных кудрей. Уверен, ты не станешь на меня сердиться. А это платье так чудесно село. Твоя фигура такая же очаровательная, как и прежде. Загляденье! Ну что же ты не пьешь. Пей, пей.

Мужчина вложил бокал мне в руку и слегка подтолкнул ее ближе к моему рту. Скорее всего, мой растерянно-напуганный вид был не совсем тем, чего бы ему хотелось увидеть. Но вот этот поток информации порождал гораздо больше вопросов, чем давал ответов.

Я отхлебнула несколько глотков, пытаясь снова увязать события в своей голове. То есть, цвет волос мой его не смущает. Не знаю, какой был цвет волос у его Саби, но, вероятно, прически она любила менять чаще, чем платья.

Кстати, о платьях. Чье он сказал на мне? Этой загадочной особы? Я еще раз посмотрела на свое отражение и только сейчас заметила, что действительно, на мне было надето розовое платье, которое крестьянка не смогла бы себе позволить даже в смелых мечтах. Это было одно из домашних нарядов, поэтому корсет в нем не предполагался, но дорогой шелк, так приятно холодящий тело было невозможно спутать с чем-то другим. Единственное, что удручало —  необходимость донашивать чьи-то вещи. Хотя о чем это я. Гораздо больше меня удручал тот факт, что я находилась в спальне с неизвестным мне мужчиной, который меня каким-то образом в это поношенное платье засунул. Боюсь даже представить себе, каким именно. Нет, лучше не думать.

—  Приляг, моя дорогая. Сон —  лучшее лекарство, а тебе стоит отдохнуть. Завтра будет новый день и у нас будет достаточно времени, чтобы поговорить, —  заботливо щебетал мужчина, ласково смотря на меня своими большими желтыми глазами.

—  Но я не хочу спать, —  сказала я и противореча сама себе зевнула, широко открыв рот. Мужчина лишь усмехнулся, нежно проведя рукой по моим волосам, потом каким-то совершенно ненавязчивым движением рук направил и уложил меня в постель, заботливо подоткнув одеяло.

—  А теперь спи, —  сказал он, целуя меня в лоб. Сам же он присел в кресло подле моей кровати и улыбнулся мне очень по доброму. Так, как совсем недавно мне улыбался мой тигр. Тигр, где же ты.

С этими мыслями я и покинула этот мир, отправляясь в мир грез. Не знаю, то ли в бокале было снотворное, то ли впечатлений за день и так было выше крыши, но сон не заставил себя ждать.

Это был странный сон. Даже на фоне всего того, что мне снилось ранее. В этом сне меня не было. То есть, совсем не было. Зато были они. Те, о ком я думала весь разговор с тем странным мужчиной, чьего имени я так и не узнала.

—  Вы, должно быть, издеваетесь, —  сказал Алиш. Патрульный выглядел растерянным и злым одновременно. Это вызывало дополнительный интерес с моей стороны и я прислушивалась внимательнее. —  Как можно потерять собственную жену такое количество раз за столь короткий промежуток времени. При этом вас же целая толпа, лед вас побери! Не справиться с одной хрупкой девушкой!

—  Ты будешь нас отчитывать? —  Эсфир даже не пытался сдерживаться, он буквально набросился на орка, так мало того, я видела, что его руки начинают трансформацию. Что же он творит? Рос и Дор перехватили этого безумца и буквально силой оттащили от “цели”.

—  Тебе не кажется, что он прав? —  спросил мой тигр, сплевывая на землю. —  Мы никудышные мужья. Были.

И с такой болью он это произнес, что меня словно молнией прошибло. Были? Неужели это правда? Желтоглазый не соврал?

—  То, что вы перестали ее чувствовать, еще ничего не значит, —  мирным голосом говорил Доран, но его правая рука слегка дергала край рубахи, а так он делал каждый раз, когда врал. Значит правда…

—  Доран, я пусть и не был женат ранее, но точно могу тебе сказать, нашей связи больше нет. Всё. Ты представить себе не можешь, какую боль я сейчас испытываю из-за этого! —  рычал Эсфир, снова пытаясь ввязаться в драку, но на этот раз с целителем.

—  О, не сомневайся, когда малышка пропала впервые, я ощущал боль не меньшую! —  сказал мой блондин, а я четко поняла, что сейчас он о том, как я необдуманно шагнула в его портал и заварила всю эту кашу. Да, глупости мне было не занимать.

—  Ты не понимаешь, —  тихо сказал Рос. —  Наши связи рвутся, только когда мы теряем жену…

—  Да понял я, понял. Найдется Эстель, куда она денется! —  продолжал гнуть свою линию мой жених. А до меня начало доходить. Нет, вы же не решили…

—  Она мертва! Ясно! Мертва! Иначе эту связь не разорвать! —  буквально взвыл Эсфир, а через секунду умчался, обернувшись черным гепардом.

Нет, я тут! Я живая! Пожалуйста! Вы не можете в это поверить, кто же тогда меня спасет!

—  Нет, —  словно читая мои мысли, повторил Доран, но с его лица словно краска сошла. —  Ты ошибся.

Он перевел взгляд на Роса, но тот подавленно молчал. И я видела эту боль в его глазах. И не смотря на то, что не могла больше ее ощущать, она вся была со мной.

—  Я не поверю, пока не увижу ее тело, —  категорично заявил Доран, а я сжала кулачки, которых не видела и не ощущала. Не сдавайся. Хоть ты не сдавайся!

—  Тело могло и сгореть, —  покачал головой Алиш, потом посмотрел на двух оставшихся мужчин и, тяжело вздохнув, сказал: —  Мы будем искать Эстель. До тех пор, пока не найдем ее живой или доказательство того, что в живых ее нет. Угомоните своего кота, с ним нам искать будет в разы проще.

И в этот самый момент я испытала невероятную благодарность к этому орку. Не смотря на то, как сильно он меня смутил ровно до этого пожара. Не смотря на все те мысли, что пришли мне в голову в тот момент и как сильно я хотела больше никогда не видеть его лица. Сейчас я бы с радостью бросилась ему на шею, настолько, насколько позволили бы приличия, и благодарила бы его за то, что не позволил отчаянью, охватившему мужчин, отказаться от моих поисков.

—  Никогда не думал, что скажу это, но я надеюсь, что в мире есть возможность разорвать наши брачные узы другим способом, —  покачал головой Рос. —  Я бы все отдал за то, чтобы еще раз увидеть ее улыбку.

Нет, ну ты же не некромант, что за ужасная манера хоронить меня раньше времени. Я буквально злилась на всех этих ужасных мужчин. Я тут, неизвестно где, мне без них плохо, а они! Они страдают! Ухххх! Я бы им сейчас пострадала! Значит, как в постель меня укладывать, так они первые, а как искать —  так фигоньки. Какой-то абсолютно не имеющий к нашей семье орк, им рассказывает, что начнет поиски. Ох вы, голубчики у меня попляшете! Я сейчас как разозлюсь! Как выйду замуж за этого желтоглазого вам назло!

Стоп. Нет, это меня уже сильно понесло, конечно. Но надо ж было так придумать! Не искать собственную жену, потому что у них там где-то что-то пропало!

—  Саби… Саби, девочка моя, это всего лишь плохой сон, открой глазки, сейчас все пройдет, —  нежно шептали мне где-то гораздо ближе, чем были мои мужчины.

Я не хотела отправляться на этот голос, я хотела остаться там, с этими ужасными потерявшими надежду оборотнями, с еще пытающимся меня найти целителем и совершенно непонятным орком. Но голос продолжал меня звать и в какой-то момент я не смогла удержаться.

Мои глаза открылись и все исчезло. Передо мной были лишь желтые глаза, переполненные тревоги.

—  Что с тобой, моя дорогая? Как ты? —  спросил он, я зажмурилась на секунду, чтобы проверить, действительно ли любимые черные глаза моего тигра больше невозможно разглядеть в этой тьме. Но увы.

—  Где я? —  тихо произнесла я.

—  О, Саби, ты дома. В своих покоях. Неужели ты не узнаешь свою комнату? Когда ты стояла возле зеркала, я надеялся, что ты его узнала. Ты его так любила раньше. Могла стоять перед ним часами, любуясь на себя и свои чудесные наряды.

—  Кто ты? —  спорить с ним было явно глупо. Во всяком случае, сейчас. Поэтому я решила узнать как можно больше до того, как он поймет, что что-то пошло не по его плану. Или, что я не Саби…

—  Эдриан, твой жених, родная, ты меня не узнаешь? —  и столько отчаяния было в этом вопросе. Столько же было и в глазах у тигра. Кто бы ни была эта Саби, ее сильно любили. Это уж я точно выяснила.

—  Прости, —  все, что смогла ответить я. Его губы поджались ровно на мгновение, а потом снова расплылись в счастливой улыбке.

—  Что ж, это не беда, счастье мое. Вовсе не беда. Это пройдет и ты все вспомнишь. Если не до нашей свадьбы, то после нее уж точно, —  уверенно заявил он, а я прямо ощутила, как мои глаза расширились от удивления. Еще один жених? Еще одна свадьба, на которой я не хочу быть? Это королевство поистине перенасыщено мужчинами, желающими узаконить со мной отношения. Пора бежать под надежное крыло брата. Вопрос, где здесь выход.

—  Эдриан, я… —  в моей голове, как сумасшедшие носились мысли, пытаясь подобрать какие-то максимально подходящие слова, чтобы обезопасить меня в этой ситуации. Пока все, что я понимала —  я в плену. По-другому это было не назвать. —  Я ничего не помню.

Этот вариант показался мне максимально простым. Что можно взять от того, кто ничего не помнит. Ничего, надо только все объяснить, а это именно то, чего мне так не хватало, понимания того, где я, кто такой этот Эдриан и как отсюда выбраться.

—  О, моя дорогая, я так и думал. В твоей голове наверняка все перепуталось, но ничего. Вместе мы все восстановим. Ты вспомнишь меня, как мы любили друг друга и мы снова станем семьей, —  говорил брюнет.

—  Но, ты сказал, ты мой жених, значит, мы еще не были семьей, —  смутилась я. Эдриан точно был не в себе. Вопрос был только в том, насколько сильно.

—  Дорогая, но ведь это такая формальность. Мы не женились только потому, что твоя семья не давала позволения на наш брак, но их больше нет. И теперь больше никто не сможет помешать нам стать семьей не только в обычном смысле, но и перед лицом наших богов.

Меня это испугало. Не то, что он хочет стать моим мужем, нет. Это уже было даже привычным. А вот то, с какой радостью он говорил о том, что моих родных больше нет. Не он ли причастен к этому?

—  А что случилось с моими родными? —  осторожно спросила я, пытаясь сохранять подобие улыбки на лице.

—  Какие они тебе родные? —  буквально вскочил со стула Эдриан. Его лицо в момент изменилось, на лбу проступили вены, а глаза наполнились яростью. —  Родные —  это мы с тобой! А те жалкие людишки лишь принадлежали к тебе по праву рождения. Но ничего… Ничего… Смерть отобрала у них все права. И указывать, и запрещать… Все!

Это было настолько страшно и неожиданно, что я постаралась прикрыться одеялом, поджав под себя ноги. Мужчина меня пугал, этот приступ гнева совершенно не казался нормальным или обоснованным. Единственное, что я поняла, семья этой Саби была сильно против их отношений и поплатилась за это. А была ли Саби действительно согласна стать женой Эдриана или тоже просто похищена?

Может ее семья просто пыталась ее спасти, как надеюсь, вскоре попытается сделать и моя…

—  Я напугал тебя, —  привычным ласковым голосом защебетал мужчина, но расслабиться не выходило. —  Я не хотел напугать тебя, любовь моя. Вовсе нет. Ты самое ценное сокровище, что дала мне жизнь и я буду беречь тебя, как полагается. Не стоит меня бояться, ведь мы созданы друг для друга.

—  Это твой дом? —  попыталась сменить я тему.

—  Это наш дом, любовь моя. Он принадлежит тебе также, как и мне.

—  Значит, я могу прогуляться по нему? Я ведь его совсем не помню… —  максимально нежно попыталась сказать я.  Эдриан задумался, словно оценивал ситуацию, что еще раз заставляло задуматься о том, насколько добровольно тут находилась его невеста.

—  Конечно же, но давай договоримся, пока ты слаба, гулять по другим этажам дома не станешь. Я боюсь, что лестницу ты не осилишь и свалишься в обморок, а как быть, если меня рядом не будет, —  ласково проговорил он и прикоснулся шершавыми пальцами к моей щеке. Я еле удержалась, чтобы не отпрянуть. Выдавила из себя измученную улыбку, которая его, видимо, устроила.

—  Спасибо, я буду аккуратной.

—  Вот и славно, —  обрадовался мужчина. —  Мне необходимо оставить тебя, Саби. Но я вернусь, как только смогу. Пожалуйста, не скучай и поправляйся поскорее.

После этого я осталась наедине с собой в чужом доме, чужой постели и чужой одежде.