Глава 44

Габриэль

— Где ты сейчас? Мира с тобой? — руки дрожали. Не было времени выяснять отношения и говорить о их с Майклом обещании. Сейчас мне нужно найти Лиору.

Часы на прикроватной тумбочке показывали, что мне нужно идти на смену. Гребаные тридцать минут, а потом не знаю. Получится ли у него подключиться к моему наушнику?

— Дома. Мира вместе с остальными ищет ее. Просмотрел все камеры, но она, как будто испарилась.

Тяжело дышал. Его слова набатом отдавались в моих ушах, а вместе с ним и эхо. Колокольный звон, от большого колокола, сменялся на средние и малые.

— Мы найдем ее Габи. Найдем. — твердил без перерыва.

Они найдут, но в каком виде?

— Она не могла далеко уйти.

Перед глазами пронеслось наше прощание. Как она плакала, вгрызаясь в мое плечо. Так сильно сжимала своими руками, не отпуская. Как просила прощение, а я… нашел гребаный предлог, чтобы ее наказать. Поиграть в очередную из ее игр. Уйти, оставив после себя одни воспоминания. Гребаный Ник. Гребаная причина.

— Майкл позвонит мне, как удастся найти хоть что-то. Любое упоминание о ней. У нас есть люди. Ты знаешь об этом.

— Куда она собиралась? Может упоминала, конкретное место? — не узнавал свой голос, пропитанный испугом.

— В Париж.

Большой колокол в моих ушах звоном едва не разорвал перепонки.

— Ч-что? — в зеркале напротив отражалось мое лицо. Округлившиеся глаза и открытый рот. Я встал, потому что сидеть больше не мог. Да и стоять я не мог. Я теперь вообще нихрена не мог, пока ее не найду.

— Прости, ладно? — вздохнул Пол. Сейчас наверняка выдирает свои волосы на глупой голове. — От части это моя вина.

— Объясни.

И теперь я понял. Она доверяла ему больше всех, а его холодный взгляд и жесткий отказ все разрушили. Но девочка не сдавалась, решив взять его шантажом.

— Досматривайте все машины. Подключись к моему наушнику. Мне нужно сделать другой звонок.

Отключился. Решив сначала подумать. Десять минут до начала смены, а я до сих пор расхаживаю по комнате в чем мать родила. Переоделся в черные карго и того же цвета футболку. Подсоединил наушник, пока еще не слыша Пола. Нацепил ненавистные линзы.

Правильно ли я делаю, что не еду к ней и не ищу? Не иду у нее на поводу. Улететь она не могла или могла? Неужели наши люди в аэропорту ее пропустили? Исключено. Если только она не поймала машину и не выехала за пределы города.

— Черт. — ударил по столу двумя руками, сбив вазу с протухшей водой на пол. Они стояли здесь целую вечность. Сам не представляю, где Изи их раздобыла.

— Ты слышишь меня? — прогремел голос Пола в ухе.

— Лучше бы не слышал. — прошипел сквозь зубы. Обул ботинки, достав пистолет из сейфа.

— Всегда думал, что Бланч еще та заноза, но Лиора переплюнула даже ее. — слышно на фоне, как он усердно клацает по кнопкам клавиатуры и я все ждал, что в любую минуту он выкрикнет мне заветное “НАШЕЛ”.

Он и не подозревает, какая она. На что эта девочка способна. Насколько она верна тому, что любит и всегда придет на помощь тем, кто этого точно не заслуживает. Что она простит Пола, потому что успела его полюбить.

Вышел на улицу, прихватив ключи от байка Изи. Горячее солнце опаляло, а воздух обжигал лицо, а за ним и все открытые участки кожи. Дышать на таком пекле нереально, но я добрался до места через пять минут. Пол в моем ухо на том конце провода молчал.

Клацанье кнопок меня немного успокаивало, тем, что он просто так не сидел, а черт возьми работал, искал. Девочку, без которой не смыслю дальнейшей жизни. Не покладая рук он, не спал ночь и как долго не будет? Въехал на улицу, под апельсиновым деревом паркуя байк. До дома Милады пришлось пройтись пешком. Заранее натянул маску. Войдя в ворота, кивнул остальной охране, спешно взбегая по лестнице замка, в котором насильно держали хрупкую девушку. Золото ее жених- мудак обожал. А еще все антикварное. Никогда меня не прельщала старина. Старый хлам, которому место на помойке. Кроме картин на стенах. Они мне нравились. Только не в той последовательности, в которой украшали стены. Прошелся через длинный холл, взбираясь по лестнице. Около двери, ведущей в хозяйскую комнату, а их здесь дюжина, стоял охранник, которого сменил. В доме никогда не играла музыка. Не слышно было и каких-то голосов. Посторонних звуков. Нихрена, кроме гнетущей тишины. И Милада сроднилась с этим домом, став почти подобием призрака. Посмотрел вниз, перекинувшись через перила балюстрады. И там никого, и здесь тишина. Приложил ухо к двери, вслушиваясь. НИЧЕГО!

Милада, как тень. Она вообще там дышит? Сделав пару шагов назад, посмотрел направо и налево. Даже пыль не летает.

Еле уловимый щелчок двери. Повернул голову на звук. Милада аккуратно выглянула в образовавшуюся щель. Еще сильнее похудела с нашего последнего раза. Под глазами черно-серые круги. Щеки, которых уже нет, впали насколько вообще можно было это сделать. Бледная, почти светится. Белый сарафан до колен висел на ней, как мешок.

— Привет. — тихо произнесла, сглотнув.

Кивнул ей, продолжая разглядывать фигуру, застывшую в двери. Кожа, обтянула ее кости.

— Тебе нужно есть. — маска заглушала мой еле уловимый шепот. Нам нужно действовать аккуратно. Даже у стен были уши. Тем более в этом доме, напичканном охраной и камерами.

Она согласилась, закрыв глаза. И тоже кивнула. От меня не ускользнуло то, что одной рукой держится за стену, пытаясь не упасть.

— Что случилось? — подошел к ней шепча на ухо, взяв за руку. Она оперлась на меня.

— Упала.

— Если не начнешь есть, то я не смогу тебе помочь. Возьми себя в руки. Я вытащу тебя из этого ада. — быстро проговорил, осматриваясь по сторонам в поисках свидетелей.

Пол в моем ухе не переставал напряженно печатать. Молчал, наверное, тоже, как и Милада боялся, что-то мне сообщать.

Мы спустились вниз. Слишком медленно. Девчонка едва перебирала ногами. Я бы мог ее нести, но меня тут же убили бы. Дорога до столовой показалась мне вечностью.

На столе слишком красиво сервирован завтрак. Тысяча блюд из хрен пойми чего. Мне на завтрак требовалась чашка кофе, омлет, лист салата и возможно ломтик лосося. В этой же стране завтрак был чем-то особенным. Мед, оливки, маслины, свежеиспечённый хлеб. Яичница тоже была. И почему-то всех видов. От рассматривания стола меня отвлек слишком громкий звон закрывшейся двери. Тяжелые шаги гремели по мраморному полу в холле.

Вот он.

Начищенный костюм с белой рубашкой — идеальный контраст с темной кожей мудака. Высокий, но ниже меня. Худой, как одна из моих подруг. Изи, нет, Бланч смогла б в два счета надрать ему задницу. Черные волосы идеально уложены гелем. В этой стране, среди многих мужчин, эта утренняя процедура пользовалась большим спросом. Суровое выражение лица и черные глаза не предвещали ничего хорошего. Этого мудака боялись все, дрожали, когда он входил в комнату и резко теряли дар речи. Как и Милада, в данный момент. Опустила голову, нервно сжав кулачки под столом. Я видел, как дрогнула венка у нее на шее. Девчонка боялась его, как черта.

— Доброе утро. — бросил он, скорее ей, чем мне. Сел на стул, напротив ее и взяв вилку зачерпнул горсть омлета.

Нам нельзя разговаривать с ним пока он сам не обратится. Стук клавиш в ухе становился реже. А мое дыхание чаще. Ожидание — эта пытка круче всех пыток, о которых знал и сам не раз проделывал.

— Доброе утро. — прошептала Милада, настолько тихо, что нужно было прислушаться.

— Что ты сказала? — мудак нахмурил лоб, прожевывая. — Перестань мычать и ответь нормально, как я тебя учил.

— Доброе утро, ашкым. (в пер. с турецкого — любимый) — сказала, прилагая усилия.

На его лице расплылась довольная улыбка. Настолько безобразная, похожая на улыбку шакала.

— Хорошо, но я не доволен. — отпив из стакана воды, он плеснул все остальное содержимое в лицо девушки.

Она сначала не дрогнула. Только закрыла глаза. Капли потекли по лицу, а затем подбородок задрожал.

Моя челюсть сжалась. Одним захватом я мог сломать ему горло.

— Ты гребаная проститутка, которая толком не может пожелать доброго утра своему хозяину. Ты. — показал вилкой в ее сторону. — Мой приз. И сегодня снова останешься голодной, пока не научишься ублажать своего жениха.

Ах, вот в чем дело. Психопат, морящий девушку голодом.

Выпил чай и распорядился, чтобы со стола все убрали. Милада еще больше склонила голову, не встречаясь с ним глазами. Невозможно понять, плачет она или нет.

Один выстрел и я покончу с ее страданиями, но не все так просто. Мысленно молил, чтобы не сдавалась.

Мерт подошел к девушке, схватил за волосы на затылке, резко подняв ее голову. Она не вскрикнула, не издала ни звука. Вжался губами в ее рот, думая, что целует ее страстно.

— Будь хорошей девочкой. Перестань летать в облаках. Скоро наша свадьба. И ты полностью будешь моей. — расхохотался отпустив ее.

На меня даже не взглянул, не подозревая, кто стоит в двух шагах от него. Его люди тоже ищут меня. Я покормлю Миладу, как только он уйдет.

В наушнике повисла тишина, а потом радостный голос Пола резанул в ухо:

— Нашел.