Глава 31

Как больно знать, что все случилось

Не с тобой и не со мною,

Время не остановилось,

Чтоб взглянуть в окно резное.

О тебе, моя радость, я мечтал ночами,

Но ты печали плащом одета.

Я, конечно, еще спою на прощанье,

Но покину твой дом я с лучом рассвета…

Песня «Королевна» группы «Мельница».

Проснувшись, Рагнейд испугалась. Она не могла понять, где находится, и что случилось. Торопливо поднявшись на постели, королева хотела встать, но ее остановила сильная рука.

Оглянувшись, она встретила взгляд Вестара. Они лежали рядом в кровати, накрытые шкурами.

- Тише… Иди сюда, - проговорил он вполголоса, и Рагнейд позволила ему увлечь себя обратно на ложе.

У нее кружилась голова, а мысли путались, точно клубок ниток у нерадивой хозяйки. Но ей так не хотелось ни о чем думать… Спрятав лицо на груди воина, Рагнейд зажмурилась и вздохнула, а Вестар крепко обнял ее.

Оба молчали. Рагнейд закрыла глаза и погрузилась в думы о минувшей ночи. О том, каким счастьем было любить Вестара… Наконец, позволить себе это сделать. Никогда бы королева не посмела отдаться кому-то, кроме супруга, но сейчас, перед лицом смерти либо разлуки, она не смогла преодолеть своих чувств. Почему судьба так несправедлива? Разве боги не хотят счастья для детей своих, коль заставляют страдать?

По ее щеке скатилась слеза, и Вестар отер ее, а потом поцеловал Рагнейд. Она ответила на его поцелуй, и ей казалось, что она могла бы вечно оставаться в его объятиях…

- Не печалься, - прошептал лучник. – Все случается так, как должно. Ты ведь и сама знаешь.

- Знаю, - проговорила Рагнейд, невольно прижавшись к нему сильнее. – Но я люблю тебя! И не хочу расставаться.

- На все воля богов. – Вестар прижался губами к ее волосам. – Быть может, нам суждено погибнуть сегодня. Но мы постараемся победить. Будем биться до конца. Нашего или этой нечисти… Но ты, Рагнейд, с нами не пойдешь.

- Как я могу? – в отчаянии проговорила она. – По доброй воле оставить вас, моих воинов?

- Ты – не воин, а, прежде всего, королева, - возразил Вестар. Голос его звучал твердо. – И женщина, которая ждет наследника.

Его голос дрогнул, а Рагнейд, не в силах более спорить с ним, замолчала.

Они могли бы оставаться в этом доме вечно, но было нельзя. Северяне не привыкли поддаваться чувствам, они знали о своем долге прежде всего остального. Поэтому вскоре оба поднялись, умылись и оделись, а после поели то, что нашли в доме.

Никто из них не проронил более ни слова, пока Вестар не облачился в доспехи. Поврнувшись к Рагнейд, он молвил:

- Тебе следует быть с остальными женщинами. Позаботься о них, о себе и своем будущем ребенке. Ради себя, Рагнейд, ради него, ради всей нашей земли. Ты нужна нам живая.

Впервые Вестар говорил с ней так, будто был ее мужем, и мог указывать ей, что делать. Но Рагнейд чувствовала, что он прав. А потому королева, которая сейчас была просто любящей женщиной, лишь кивнула в ответ.

Лучник подошел к ней и обнял, а Рагнейд в последний раз прижалась к нему. Запечатлев на ее губах поцелуй, воин отстранился, взял меч и лук и направился к двери. Рагнейд провожала его глазами, силясь подавить вновь выступившие слезы.

На пороге Вестар обернулся и окинул ее пламенным взглядом:

- Я буду любить тебя всегда, - проговорил он. – До самой смерти. Помни это.

С этими словами Вестар вышел из дома, закрыв за собой дверь. А Рагнейд казалось, что это закрылась дверь в ее счастливую жизнь. Навсегда.

***

Рассвет окончательно вступил в свои права. Утренний свет безжалостно обнажил останки мертвецов, хоть и многое убрали северяне. Хенрик растерянно бродил по двору, то и дело, натыкаясь на части тел драугров, которые не заметили впотьмах, как то руки или ноги. Горло мальчика сжимало отвращение, но ему не хотелось поддаваться страху и дурным мыслям.

Внезапно он увидел королеву – она вышла из небольшого дома на окраине усадьбы и направилась к основным покоям. Заметив Хенрика, Рагнейд улыбнулась и подошла к нему.

- Как ты? – вопросила правительница северян, с искренней заботой глядя на него.

- Все хорошо, госпожа.

- Ты не пострадал во вчерашней битве? Откуда кровь у тебя на плече? – нахмурилась королева.

- Это не моя, госпожа, - проговорил Хенрик. - Вчера я видел ритуал… Как убили барана.

- А… - Рагнейд устремила взгляд вдаль. – Принесли богам жертву. Что ж, надеюсь, это нам поможет. Всем нам.

Хенрик молчал. Королева казалась ему встревоженной и грустной. А еще она была очень бледна. Ее дурное самочувствие огорчало его – он понимал, что жизнь его зависит от этой женщины. Кроме того, она всегда была добра с ним.

- Послушай, - снова обратилась к нему Рагнейд. – Я видела, что ты помогал прошлой ночью – молодец. Храбрость и мужество ценится у нас превыше всего. Ты поступил правильно.

Щеки мальчика заалели от похвалы, он невольно опустил взгляд.

- Но ты также должен помнить о том, что тебе нужно остаться в живых, - продолжила королева. – Твоя жизнь очень важна для нас и для твоего народа. Если ты погибнешь, договора с твоим отцом не будет. А это значит, что наши воины снова станут нападать на западные поселения и убивать жителей. Ты ведь не хочешь этого?

Хенрик покачал головой, чувствуя, как холод ползет по спине. Меньше всего на свете он хотел бы подвести своего отца и народ, которым тот правил.

- Тогда ты понимаешь, насколько важно для тебя спастись, - подытожила Рагнейд, не сводя с него синих глаз. – Поэтому не кидайся в битву очертя голову. А пока будь начеку – не всем в этой усадьбе можно доверять. Держись ближе к Ивару, Агнару или… Вестару.

Называя имя лучника, королева слегка запнулась, но Хенрика взволновало иное.

- Агнар здесь? – радостно воскликнул он, а Рагнейд невольно улыбнулась:

- Да, он приехал минувшей ночью. Должно быть, он с Ингемаром, давай я отведу тебя к нему.

Хенрик отправился вслед за королевой, воспрянув духом – он и впрямь был очень рад приезду светловолосого воина. Ему он верил безоговорочно, хоть и сам не мог бы сказать, почему.

***

Тусклый утренний свет озарил следы вчерашнего побоища. При свете дня все выглядело куда хуже, чем ночью, и Агнар невольно ежился от холода и дурных мыслей.

Немного отдохнув, он оставил Олли в доме спать, а сам с другими воинами продолжил строить укрепления. Колья, рвы и перегородки смогут ненадолго задержать драугров.

Ингемар вскоре присоединился к нему. Глаза предводителя покраснели – видимо, он мало спал ночью, а под ногтями засохла кровь. Агнар слышал, что ночью принесли жертву богам во имя победы, и что Хенрик видел ритуал – славно. Из мальчика получится воин. Только бы выжил.

- Отдохнул? – спросил Ингемар, и светловолосый воин коротко кивнул. Оба глядели на долину, раскинувшуюся перед ними. На доброй земле мертвецы уже оставили свои грязные следы, но то было не все, и северяне это знали.

- Как думаешь, почему это все случилось? – произнес Агнар. – Ходят разные слухи… Колдун был лишь исполнителем чьей-то злой воли.

Ингемар пожал плечами, оставаясь равнодушным, но Агнару казалось – он что-то не договаривает. Он слишком хорошо знал норда, чтобы понимать – Ингемар никогда не отдается на волю судьбе. Он всегда знает, что делает и почему. И лишь богам известно, отчего молчит теперь. Быть может, уже не доверяет старому другу.

- Где Транд? – снова спросил Агнар. При мысли о предателе у него все заклокотало внутри. Слава богам, Олли повезло сказать, кто она такая. Иначе сейчас уже стыла бы в холодной земле.

- Не тревожься, друг – ты успеешь отомстить, - проговорил Ингемар, отпив из рога. Он глядел вдаль, и глаза его, казалось, не видели ничего, кроме туманной долины. – Поверь мне, как верил прежде.

- Я верю, - отозвался Агнар. – Но тот заслуживает смерти.

- Знаю, - мрачно улыбнулся Ингемар и, наконец, взглянул на Агнара. – И он свое получит. Однако, история с договором показалась мне довольно интересной. Ты согласен с Рагнейд?

- Да, - кивнул Агнар. – Иначе не исполнил бы ее волю.

- Верно… - Ингемар допил содержимое рога и отер губы. – Вы, южане, живете иначе. Слишком печетесь о чужеземцах. Но каждому свое…

Агнар промолчал – он знал, что лишь из уважения к нему Ингемар не сказал того, что думает о договоре. Разумеется, предводитель нордов никогда не принял бы того решения, какое приняла королева, но и не был прост. Торговля с другими землями откроет новые пути и принесет на север знания о том, что можно раздобыть. А уж норды не преминут этим воспользоваться.

Только это все – уже не забота Агнара. Он должен спасти свою жену и будущего ребенка, должен защитить свой край. А в остальном пусть правители сами разбираются. Он, в отличие от Ингемара, никогда не стремился к власти.

- Я рад, что ты здесь, - сказал вдруг Ингемар. – Мне не нравится то, что происходит. Словно моя земля предала меня. Лишь мои люди придают мне веры в себя. И ты, Агнар, один из них.

Тот кивнул, не споря. Да, слишком многое они пережили вместе, чтобы забыть друг друга. И Агнар тоже был рад, что Ингемар сейчас рядом – он был одним из немногих, кому по плечу справиться со страшной бедой и не потерять силы в борьбе.

- Ветер не в нашу сторону, - сказал он.

- Да. Дует северный ветер… - Ингемар оперся о забор. – Северный ветер несет с собой холод, но он правдив и искренен. Не обещает тепла, не гладит тебя невидимыми руками, а лишь швыряет в лицо крупицы снега и студит тело. Но ты знаешь, чего ждать от него. А потому и считаешь его другом, ведь он не предаст – он уже сказал тебе все, что хотел. Северный ветер такой же, как и мы, Агнар. Нас не любят и боятся, но мы такие, какие есть, и какими будем всегда. Холодные, несущие гибель – если позабыть об осторожности. Так пусть же ветер станет нам другом и сегодня… Других друзей ждать не приходится.

- Пусть… - эхом повторил Агнар. Оба воина глядели на долину, распростершуюся перед ними, и думали об одном – как им спасти свой народ и родные земли. И были готовы на все ради этого.

***

Ольга работала по дому вместе с другими женщинами, которые теперь сторонились ее меньше. Но, с каждой минутой, тревога все больше завладевала ее сердцем. Вчера ночью счастье от встречи с Агнаром затмила все, но сейчас понимание вернулось – им, возможно, не удастся спастись.

Осознание этого ввергало Ольгу в тоску. Нет, она уже не боялась потерять жизнь – сейчас на первом месте для нее стала жизнь ее с Агнаром ребенка. Малыш, которого они зачали в любви и согласии, должен был выжить, родиться и стать истинным сыном своего народа. Этого Ольга хотела больше всего.

Она невольно думала о своих странных и пугающих снах – будто что-то было ей знакомо там. Но что… Жуткая рыжая женщина говорила на ее родном языке, но это ничего не значило – Ольге частенько снились сны о ее родных.

И все же, ей было спокойнее, чем накануне – Агнар ведь рядом. Но теперь к ее страхам примешивалась тревога за мужа. Ольга понимала, что не хочет терять его, и в первую очередь потому, что любит.

Она не забывала родных мест, не забывала своей семьи. Но обрела новую семью на севере, и человека, который пожелал сделать ее своей женой, любила всем сердцем.

Думая обо всем этом, она собрала со столов кости и объедки в деревянное ведро и понесла во двор к мусорной яме. Агнар был где-то неподалеку, скорее всего, с Ингемаром, но Ольга не собиралась его высматривать – сейчас воинов стоило оставить в покое. Они должны были подумать, как им всем спастись, а не туманить голову мыслями о близких.

Оглядевшись, она увидела яму. Неподалеку работали несколько рабов, грязных и уставших, из последних сил они рыли укрепления вокруг усадьбы. Сами северяне справлялись с этим быстрее и лучше, поскольку были очень сильны телом, но сейчас воины отдыхали и берегли силы для следующей встречи с врагом.

Подойдя к яме, Ольга перевернула ведро и опрокинула туда содержимое. Зацепившись сарафаном за сучок на лежавшем рядом бревне, она чуть замешкалась, оправляя одежду, как вдруг услышала приглушенный оклик:

- Ольга!

Девица вздрогнула, услышав родное имя. Она торопливо оглянулась и увидела, как от толпы рабов отделился один и направился к ней. Худой и перепачканный, как и все, но он казался повыше и моложе других. Ольга едва успела осознать, где она видела эти серые глаза раньше, как раб подошел к ней совсем близко.

- Ольга! Неужели это ты? – выдохнул он, лихорадочно глядя на нее.

- Веглас?... – горло Ольги перехватило, она пошатнулась, а тот кивнул, улыбаясь потрескавшимися губами.

Нет, такого просто не может быть! Ольга подумала, что снова видит сон. Откуда здесь взялся Веглас, тот самый юноша из ее родной деревни, о котором она думала до похищения?

Однако это был он. Исхудавший, изможденный и обтрепанный, но он.

- Тебя тоже привезли сюда? – сипло проговорил Веглас, оглядывая ее одежду. Он явно не понимал, почему Ольга так хорошо одета, еще и в одежду северян.

- Да, давно… Но… Как ты здесь оказался? Что случилось? Что с моей семьей? – зашептала Ольга, дрожа, точно лист на ветру. Ее мысли путались, а сердце колотилось так, что было больно в груди.

- Нас привезли сюда вскоре после того нападения, - ответил юноша, проведя грязной рукой по всклокоченным волосам. – Сразу после первого корабля пришел другой… Нас осталось мало – все ушли в леса. Поймали только меня, и еще двоих… Они не выжили. Но тут я встретил других из наших краев! Северяне заставляют нас работать… И даже почти не бьют, если слушаться…

- Постой… погоди… мои родители… - забормотала Ольга. У нее закружилась голова, и она едва не упала, но Веглас ухватил ее за плечи.

- Они спаслись, - торопливо сказал он. – Ушли в леса вместе со всеми…  И сестра твоя тоже. Может, кого и убили из твоих братьев, но я этого не видел. Но мать твоя жива. Была жива, когда я еще оставался там.

- Боги… - прошептала Ольга, а на глазах ее выступили слезы. Сколько ночей она мучилась мыслями о своей семье, и оказалось, что им удалось спастись…

- А как ты тут? Я тебя раньше не видел, ты – рабыня тех, кто приехал вчера? – спросил Веглас, не сводя с нее воспаленных глаз.

Ольга не успела ничего ответить – послышался гневный окрик:

- Раб, отойди от нее!

Обернувшись, Ольга увидела Дунгада, который с перекошенным от злости лицом спешил к ним, на ходу вынимая меч из ножен. Веглас тут же отпустил Ольгу и торопливо шагнул назад, запнувшись.

- Нет, постой! – слабо проговорила Ольга, вытянув руку перед Дунгадом. – Не надо…

- Этот раб посмел коснуться тебя! – выдохнул подлетевший северянин, но все же остановился. Глаза его метали молнии, а Веглас дрожал, точно лист на ветру.

- Нет, я… Мне стало нехорошо, а он поймал меня и не дал упасть, - возразила Ольга, и это было правдой – у нее сильно кружилась голова, а горло сжимала дурнота.

- Тогда чего ты тут бродишь? – нахмурился Дунгад. – Пошли-ка в дом. Ингемар мне голову снесет, коль с тобой чего случится…

Ольга не знала, слышал ли Веглас последние слова северянина, когда тот подхватил Ольгу за талию и повел обратно к дому. Но он явно понял, что его землячка вовсе не в таком незавидном положении, как он сам. Вернувшись к работе, усталый юноша то и дело оборачивался им вслед.