Глава 4

Ольга провела в доме Халлы весь день. Ей было с ней гораздо спокойнее, чем с Агнаром, но все же она поймала себя на мысли, что ждет и боится его прихода за ней. Боится потому, что она должна быть его женой не только по браслету. А почему ждет, Ольга и сама не знала.

Халла научила ее нескольким простым словам из языка северян и сказала, что с каждым днем будет учить все больше. Она жила одна – ее сын находился в плавании уже не одну неделю, а муж давно отправился к праотцам. Халла вела хозяйство ничуть не хуже мужчины, и это удивляло Ольгу – на ее родине женщина не могла сама содержать дом и управляться со всеми делами. Здесь, похоже, вес женщины в обществе был не намного меньше, чем у мужчин.

Ольга получила от Халлы гребень для волос, ножницы, пару иголок и моток ниток, а также пару украшений в виде бронзовых брошей. Все это хозяйка уложила в кожаный мешочек, перевязанный шнурком.

- Завтра я буду занята, - сказала она Ольге. – Да и тебе надо дом в порядок привести. Свиньи и то чище живут, чем этот славный воин.

Ольга подавила улыбку. Она не поблагодарила Халлу, хотя чувствовала, что должна была. Но она по-прежнему не могла принять того, что ей уготовано, без всяких роптаний. Для того ли ее воспитывала матушка, чтобы иноземцы решали ее судьбу и делали с ней то, что им вздумается?

Но вот уже и Агнар. Он выглядел немного уставшим, волосы его спутались, а куртка запылилась, однако воин казался довольным. Оглядев Ольгу, он расплылся в искренней улыбке, голубые глаза засияли, и даже Халла улыбнулась в ответ.

Она что-то спросила у него, Агнар кивнул в ответ. Он положил руку на талию Ольги, от чего та невольно вздрогнула, и повел ее прочь.

Меж тем, темнело. Огромные деревья отбрасывали странные тени, и Ольга отчего-то поежилась, невольно придвинувшись к Агнару поближе. Ей вспомнился дневной разговор Халлы с той женщиной у калитки. Что-то тревожное чудилось Ольге в нем.

«Надо бы скорее выучить их язык», - с досадой подумала она. Не то, что бы ей очень хотелось, но так ей было бы куда проще.

Дом Агнара вновь встретил ее неуютной пустотой. В нем было холоднее, чем в жилище Халлы – видимо, воин не мерз, и топил меньше.

Агнар выложил в сундук какие-то вещи из мешка, а на стол – снедь. Сыр, куски вяленого мяса, немного яблок и маленький бочонок медовухи. Видимо, он купил это сегодня.

Ольга не знала, каковы размеры этого поселения, есть ли здесь рынок, кто управляет этим местом. Она впервые задумалась, что не имеет ни малейшего понятия о жизни северян. Они как-то не были расположены рассказывать о ней, когда посещали ее родной край…

Агнар поманил ее к столу, но Ольга покачала головой – она не была голодна. Пожав плечами, мужчина приступил к еде, а Ольга, улучив минутку, сняла с себя накидку, куртку и расчесала волосы гребнем, перевязав их лентой. Со стороны могло показаться, что муж и жена проводят обычный вечер в их доме, но на самом деле в душе Ольги трепетала каждая струнка. Она боялась Агнара, ей не хотелось быть здесь. Словно дурной сон, который никак не кончался.

Она тихо сидела на углу скамьи и вздрогнула, поймав взор мужчины. Он снова чуть улыбался, глаза его блестели в свете очага. Нимало ни сдерживаясь, Агнар скользил взглядом по ее волосам, лицу, телу… После мытья локоны Ольги заблестели, пышной волной ниспадая на плечи, лицо стало нежнее и светлее. А ее платье, сшитое руками северянки, по-видимому, очень нравилось Агнару. Особенно на Ольге.

Агнар, наконец, закончил свою трапезу. Расправив широкие сильные плечи, он встал из-за стола и направился к кровати, на ходу снимая куртку.

Ольга попыталась проскользнуть к своему импровизированному ложу на досках, но Агнар перехватил ее и настойчиво толкнул к постели.

- Нет! – сказал он, Ольга это поняла. Внутри нее все задрожало, девушку замутило. Неужели сейчас… Боги, за что все это?

Вся заледенев, она едва заставила себя присесть на край кровати. Агнар подкинул еще дров в очаг, проверил, заперта ли дверь, а затем подошел к постели и сел рядом с девушкой.

Ольга застыла, как изваяние, когда мужчина протянул руку и нежно провел ею по ее волосам. Его сильные пальцы скользнули по шее девушки, а следом спустились на грудь, чуть сжав ее.

Ее сердце колотилось как сумасшедшее, руки похолодели. Агнар не сводил с нее пристального взгляда, но Ольга не могла заставить себя посмотреть на него. Она понимала, что ей некуда деться, и невольные слезы выступили на ее глазах.

Когда слезинка сбежала по ее щеке, Агнар шумно выдохнул. Он убрал руку, и Ольга осмелилась поднять глаза.

Северянин отвернулся от нее, глядя на огонь очага. Ольга видела, как он напряжен – жилы на его шее вздулись, грудь вздымалась. Она вдруг поняла, что ему не нравится ее нежелание делить с ним ложе. И он не хочет овладевать ею против ее воли.

Ольга не знала, что делать. Она боялась пошевелиться, боялась, что Агнар передумает. Сжав руки на коленях, она опустила глаза.

Шло время, но он не думал прикасаться к ней, без движения сидя рядом. Наконец, Ольга решилась посмотреть на него.

Словно почувствовав это, Агнар повернул к ней голову. Он хмурился, его голубые глаза были холодны, как льдинки. Сказав что-то резкое и короткое, он встал и направился к доскам, на которых вчера спала Ольга. Мужчина улегся на них, накрывшись шкурой, и повернулся лицом к стене.

Ольга не верила своим глазам. Мало того, что Агнар не стал брать ее силой, так он еще и уступил ей свою кровать! Она не могла понять, почему он так поступает. Что должно твориться в душе этого северянина, что он забыл свои привычки и нравы, боясь обидеть девушку, которая была здесь никем…

Огонь в очаге догорал. Как и накануне, она не могла решиться лечь. Наконец, Ольга стряхнула с себя оцепенение, она сняла сарафан и осталась в одной длинной тонкой рубашке. Стараясь шуметь как можно меньше, девушка забралась под шкуры и облегченно вытянулась на постели. Как мягко… Совсем не как на досках.

Сон завладел ею гораздо быстрее, чем она ожидала, и потому Ольга не заметила, как повернулся в ее сторону северянин. Он не сводил с нее глаз, покуда огонь в очаге совсем не погас, и дом не погрузился во тьму.

***

Утро встретило Ольгу шумом и громкими голосами. Во дворе Агнар громко переговаривался со своими земляками. Немедленно встревожившись, Ольга торопливо покинула постель и оделась, волосы стянула лентой, которую ей вчера дала Халла.

Она не решалась выйти наружу, но все же приоткрыла дверь и осторожно выглянула во двор.

Агнар стоял посреди двора, выпрямившись и сложив руки на груди. Напротив его трое мужчин, ниже его ростом и хуже одетых, явно пытались что-то ему доказать. Один из троицы, грязный человек с темной редкой бородой, хлопал себя по бокам и махал пальцем перед подбородком воина – до носа он ему не доставал.

Ольга притаилась, наблюдая этот разговор. Лица Агнара она не видела, так как он стоял спиной к дому, но она заметила, как вздымались его мощные плечи. Явный признак того, что он в ярости. Видимо, стараясь этого не показывать, он неспешно и, казалось, лениво отвернулся к чурбаку, на котором лежали его ножны с мечом. Словно думая о чем-то своем, Агнар медленно проводил пальцами по рукояти меча.

Наконец, неприятному на вид северянину надоело орать. Он перевел взгляд на дверь и внезапно увидел Ольгу, все так же выглядывавшую из-за приоткрытой двери. На губах его появилась мерзкая усмешка, и он сплюнул на землю и выкрикнул что-то, похожее на ругательство. Будто слова тоже были плевком в нее.

В этот момент Агнар резко повернулся, выхватив меч из ножен, и в одно мгновение разрубил человека одним ударом чуть ли напополам.

Фонтаном брызнула кровь на лица застывших спутников убитого. С глухим стуком тело упало на вытоптанную землю двора, алая жидкость хлынула из огромной раны, уродливо расходившейся от середины плеча и до середины туловища.

Жуткая тишина повисла в утреннем воздухе. Наконец, двое оставшихся односельчан стали пятиться спиной к ограде, а после повернулись и бросились бежать. Агнар опустил свой меч, а после и бросил его оземь с досадой, отвернувшись от мертвеца.

У Ольги ослабели ноги, и она опустилась на пол у порога. Ей прежде не доводилось видеть такую жестокую смерть. И она произошла от руки человека, с которым ей предстояло жить в одном доме!

Но вот и Агнар заметил ее. Выражение его лица стало еще более угрюмым, он подошел к двери и решительно втолкнул Ольгу в дом.

Дверь захлопнулась перед ней. На негнущихся ногах Ольга прошла глубже и села на постель, а после и легла, сжавшись в комок. Как ей выжить среди этих дикарей? А вдруг и ее ждет подобная участь? Таким ударом можно разрубить ее напополам.

Если Агнар решит, что ей пора умереть, никто и ничто не спасет ее.

Она не знала, сколько прошло времени. Наконец, дверь распахнулась. Ольга чуть ли не с ужасом устремила взор к порогу, но это оказалась Халла.

Лицо ее было непроницаемо. Она быстро подошла к Ольге и поманила ее:

- А ну-ка, поднимайся! Чего разлеглась? День на дворе давно!

- Там… Агнар, он… - пролепетала девушка, садясь на постели.

- Да знаю я, - нахмурилась Халла. – Бьорн сам виноват, чего было на рожон лезть? Ярл давно приказал ему убираться отсюда, и дом уже не ему принадлежит.

- Так этот дом – его? – расширились глаза Ольги.

- Говорю же, нет. Этот сын свиньи после второго зимнего похода удумал обмануть господина, и часть добычи припрятал. Но у ярла везде есть глаза! По его приказу у Бьорна забрали землю и дом, а Агнару надлежало следить за тем, чтобы он не проник сюда вновь.

- Так Агнар не жил здесь раньше? – пробормотала Ольга.

- Конечно, нет. Его дом на окраине. Я думала, вы пока поживете здесь, но раз такое дело… Ни к чему тут оставаться, пусть ярл сам решает, кому здесь быть. Агнар велел помочь тебе собраться и перенести пожитки.

- А он сам?...

- Как ты думаешь, чем он занят сам? – раздраженно бросила Халла, снимая накидку и засучивая рукава. – Давай, вставай уже. И вообще, чего ты трясешься? Тебя что ли он обидел? Можно подумать, ты прежде смертей не видала.

- Не видала, - тихо ответила Ольга, поднимаясь с постели. – Когда Агнар и остальные ворвались в нашу деревню, там было столько дыма… Я знаю, что они убили многих, я чувствовала запах крови. Но я не видела мертвых.

При слове «мертвых» Халла заметно вздрогнула, но промолчала.

Спустя некоторое время она и Ольга закончили собирать тот немногий скарб, коим успел обзавестись тут Агнар. У Ольги вещей, понятное дело, почти не было, а то, что Агнар добыл в последнем походе, он уже куда-то унес.

- Что-то обменял вчера, а самое лучшее отдаст ярлу, - пожала плечами Халла в ответ на вопрос девушки. – Зачем ему это хранить?

- Быть может, хоть какая-то вещь осталась… - пробормотала Ольга.

Халла вздохнула, выпрямившись, и провела рукой по вспотевшему лбу.

- Не думай о прошлом, - жестко сказала она. – Его не воротишь… Ты должна быть благодарна судьбе за то, что ты теперь его жена. Пусть даже пока просто названная. Я знаю, что обычно бывает с теми, кого привозят из походов. Девицы становятся рабынями, если, конечно, остаются в живых… И то, ненадолго. Тебе очень повезло, что ты приглянулась одному из нас! Тем более такому, как Агнар.

- А что в нем особенного? – вскинула глаза Ольга.

- Узнаешь со временем, - уголком губ улыбнулась Халла. – Если, конечно, усмиришь свой нрав.

- Откуда вы знаете наш язык? – повторила Ольга вопрос, на который в прошлый раз не получила ответа.

Ее собеседница чуть вздохнула, помолчала, потом сказала:

- До замужества я жила в покоях ярла. Там было много рабов, твоих земляков, были и девушки… Они и научили меня твоему языку. Жена тогдашнего ярла, Сольвейг, поддерживала мое желание выучить чужой язык, она была любознательной женщиной и умной. Думала, наверное, что это может пригодиться. Но ярл умер, Сольвейг последовала за ним в мир иной. Потом я вышла замуж, и мне пришлось оставить их… Девочек.

В этом моменте своего рассказа Халла запнулась и заметно погрустнела. Видимо, это было трудное решение.

- Ты, кстати, голодна? – спросила она Ольгу, и та кивнула. Впечатления от событий минувшего утра несколько поблекли, и уже давно минул полдень.

Но поесть ей пока было не суждено, поскольку дверь с шумом распахнулась, и на пороге появился Агнар.

Он был еще более хмур, нежели утром, меж широкими светлыми бровями его пролегла складка. Оглядев собранные пожитки, он кивнул Халле в знак благодарности и, взвалив на могучие плечи пару больших мешков, пригнувшись, вышел вон.

Ольга и Халла последовали его примеру, прихватив оставшиеся небольшие мешки. У двери Ольга чуть замешкалась, она боялась увидеть мертвое тело во дворе. Но убитого там уже не было, лишь большое пятно алело на земле.

За воротами их ждала небольшая шаткая телега с грустной лошаденкой. Агнар свалил мешки в повозку, и, дождавшись, когда женщины заберутся на нее, взял лошадь под узды и повел по тропе.

Утоптанную землю и деревья вскоре сменили камни под ногами, а вдали взору представали горы, уходящие белыми вершинами в самое небо. Когда они подплывали, Ольга уже видела их, но слишком переживала из-за происходящего, чтобы обратить внимание. Зато теперь огромные возвышения целиком поглотили ее мысли. На родине она никогда не видела ничего подобного!

Ольга подумала, что она, должно быть, попала в другой мир. Здесь все было иным – люди, природа, нравы и обычаи…

Воздух тут на удивление чист и свеж. Несмотря на то, что вокруг не было многоцветной растительности, как дома, все казалось Ольге ярким и красочным. И очень холодным.

Они все больше уходили от селения, и, наконец, на вершине холма, в ста шагах от небольшого леса, показался дом. Сооружение было довольно длинным, но невысоким, с боков крышу поддерживали множество столбов. Вокруг дома проходила деревянная ограда, также виднелись еще пара небольших строений, один из которых Ольга определила как хлев. Также, внутри огороженной территории находился маленький вспаханный участок земли.

- Это – дом Агнара, - подала голос Халла. Мужчина чуть повернул голову, но, так как не понял, что сказала женщина, не отреагировал.

- Такой большой… - пробормотала Ольга.

- Вот с твоей помощью и заселите его, - засмеялась Халла. – Хватит ему одному мыкаться…

Что-то непростое почудилось Ольге в этих словах, но она не успела ничего спросить – повозка подъехала к забору.

Агнар разгрузил телегу и потащил всё разом внутрь, а Ольга и Халла остались снаружи.

- Вот и он, - задумчиво сказала северянка, глядя на строение. – Давно я не видала этого дома. Все тот же. Только нет никого…

- А кто тут жил? – тихо спросила Ольга.

- Семья Агнара, - ответила Халла. – Родители, сестры, братья…

- И где же они теперь?

- С богами, где им быть, коль не с ними! Харальд и его братья-псы перебили всех, когда Агнар был в походе. Давно это было, зим девять уж минуло.

Ольга побледнела.

- Но за что? – вырвалось у нее.

Халла пожала плечами.

- Ссора вышла у Харальда и Агмунда, отца Агнара. Чего-то они не поделили. Оскорбился шибко Харальд… Вот и отомстил всему роду. Только недолго праздновал, через неделю его самого, всех его братьев и сынков умертвила стража тогдашнего ярла. С вождем шутки плохи, а он зазнался.

- Как Бьорн? – невольно сравнила Ольга.

- Нет, - зло засмеялась Халла. – Бьорн просто трусливый пес, даром, что медведем мать назвала. Нет, Харальд был смел, но слишком много возомнил о себе…

- А что же Агнар?

- Агнар… - Халла вздохнула. – Вернулся домой, а нет уж никого. Всех схоронили. И мстить некому… Шибко переживал он тогда. Но, что было, то прошло. Он – сильный воин, отважный. Не пропадет!

Тем временем герой ее рассказа показался на пороге дома. Ольге показалось, что он бледнее обычного, а может просто слова Халлы так повлияли на нее.

Нечто иное теперь испытывала девушка. Она уже не боялась его столь отчаянно, напротив, в ее душе шевельнулось сочувствие к его семье. Быть убитыми своими же соплеменниками, что может быть горше?

Хотя, разве не он напал на ее собственную?

Снова все перевернулась в ней. Ольга проглотила ком в горле и, сжав губы, отвела взгляд в сторону. Халла, проследив за переменой в ее лице, рассердилась:

- Чего тогда спрашиваешь, коль так он тебе ненавистен? Порадоваться хочешь его горестям? Жаль, что не носила ты железного ошейника! Тогда с радостью приняла бы Агнара, спасшего тебя!

С этими словами Халла махнула рукой Агнару, села в повозку, взяла поводья в руки и хлестнула лошадь. Не оглянувшись на застывшую на месте Ольгу, она поехала обратно в сторону села.

В смятении, Ольга пошла в сторону дома, вслед за Агнаром, который вышел к ограде за ней.

***

Агнар уже привычными для Ольгиного взора движениями разводил в очаге, что был в центре зала, огонь. Она огляделась вокруг.

Дом был гораздо больше, чем жилище убитого Бьорна. Ольга рассмотрела место для готовки, кладовую, сундуки для вещей, а также спальную часть. Там стояла кровать, больше и богаче, чем прежняя. Она была застелена не только шкурами, но и одеялами, а также большим вышитым шерстяным покрывалом. Необычный орнамент привлек внимание Ольги, и он подошла поближе, чтобы рассмотреть его.

Вышито было аккуратно и бережно, хотя, на взгляд Ольги, несколько грубовато. Видимо, шила мать Агнара, а может кто-то из сестер. Интересно, какими они были, те, тут жил? Ведь никого теперь нет…

Обернувшись, Ольга поймала взгляд мужчины, но он тут же отвернулся. После того, как ночью она вновь отказалась принять его, Агнар явно не был настроен любезничать с ней.

Ольге вспомнились слова Халлы про ошейник. Наверное, речь шла о рабском ошейнике, но Ольге не доводилось его видеть. Конечно, она должна быть благодарна богам за то, что еще жива, что жить ей теперь в этом большом доме. И, наверное, за то, что нужна она этому суровому воину.

Должна, но как же быть, коль более всего на этом свете Ольге хотелось вернуться в теплый и светлый родительский дом, к своей семье?

Ей на ум пришла мысль, что теперь, даже вернувшись, она может застать то же, что девять зим тому назад ждало Агнара здесь. Горло девушки судорожно сжалось. Нет, она не сможет пережить такого… Лучше верить, что ее родные живы, пусть и далеко от нее.

Агнар закончил возиться с очагом и окликнул ее:

- Олли!

Ольга вздрогнула от непривычного имени, но все же пошла к нему. Агнар кивнул ей на мешок со снедью, потом указал на очаг. Сам же он, взяв кое-какие инструменты из грубого деревянного ящика у стены, вышел во двор.

Скинув накидку, Ольга послушно последовала его указанию. Она разобрала еду, отнеся в кладовую то, что могло испортиться, оставила лишь необходимое для готовки. Увы, она понятия не имела, что обычно готовят северяне, и могла судить лишь по тому, что ела в доме Халлы. Решив, в конце концов, сварить кашу из пшеницы, зерна которой она обнаружила в одном из мешков, а также пожарить немного мяса на огне, Ольга принялась за работу.

Знакомые действия отвлекли девушку от тяжелых дум, она быстро нашла нужную посуду и прочую утварь. За приготовлением ужина время пролетело незаметно, и вот уже вернулся и Агнар.

Втянув носом воздух, северянин одобрительно улыбнулся. Он по-прежнему не глядел на Ольгу, но уже не хмурился так тяжело. Усевшись возле очага, он собирался, было приступить к еде, как с улицы послышался стук копыт.