Глава 21

Я была на грани оргазма от одного его вида. А когда попала в плен его сильных и горячих ладоней взвыла. Степа схватил меня за талию и резко притянул к себе. Настолько, что я ахнула и чуть не прикусила язык. Он развернул нас обоих и вдавил меня в плитку на стене ванной. Мужчина действовал напористо и неожиданно, мне это понравилось. Представлялись немыслимые позы и руки в волосах, а еще горячие ладони по всему телу. Пока я думала о разврате, он творился со мной наяву. Степа поднял одну мою ногу и закинул на свое бедро, прислонившись таким образом ко мне вплотную, и мы оба застонали, стоило его эрекции соприкоснуться с низом моего живота. Тело покрылось испариной, что несло за собой возбуждение, струящееся по венам на немыслимой скорости. Большие ладони крепко держали за ягодицы, и он прошелся всей длиной по влажным складкам, двинув бедрами вперед, так как я была полностью открытой в такой провокационной позе. Моя вторая нога почти согнулась от переполняющих эмоций, поэтому я вцепилась в его плечи и попыталась приблизиться к губам напротив, но он не позволил. – Хочу смотреть на тебя, – прорычал в мои губы и отстранился, продолжая массировать мое женское естество распаляя до предела. Дыхание сбивалось на каждое покачивание, а глаза томительно изучали меня, растрепанную и мокрую. – Степа, у меня не было мужчины… Э… долго, и я тебя умоляю… Договорить он мне просто не позволил. Он ушел. Нет. Убежал. Я же не ошиблась? Я успела заметить не только сверкающие пятки, но и сверкающий голый зад, скрывшийся за дверью. И пока его не было, я не могла решить, мне плакать начать или прежде выматериться пожестче? Только я не успела ничего из того, о чем подумала. Он вернулся и на ходу вытащив из коробочки один презерватив, бросил ту на пол, открыл фольгированный пакетик и стала мастерски раскатывать защиту по своему великолепному пенису. У меня поджались от переизбытка желания пальцы на руках и ногах, концы волос и все нутро в целом. Да я сама скрутилась в бараний рог. Внутри все трепетало и моя матка, яичники и все, что отвечает за эту часть женского счастья, пело балладу сексу и этому великолепному мужчине. – Я бы хотел опуститься на колени и… – но я не могла позволить ему больше ни секунды разговоров и промедления, поэтому перебила: – Прошу, заткнись. Ощутила, как вспотели ладони. Мы стояли рядом с душем, но так в него и не вошли. Степа встал на свое прежнее место, моя нога вернулась на его талию, а красивые и мягкие губы, наконец-то, поцеловали меня. Мы соприкасались языками, а от бурных и голодных ласк сталкивались зубами и каждый раз улыбались на очередном клацанье. Мы точно два изголодавшихся человека, но так оно и было, к тому же пора это исправлять. Я подалась бедрами вперед, когда его ладонь опустилась вниз, между нами, словно желая проверить готова ли я. Неужели он сомневался? Да у меня внутренняя сторона бедер мокрая. Ни разу в жизни не было со мной подобного. Я бы скорее подумала, что это ненормально, но не рядом с объектом всех моих сексуальных фантазий. – Черт побери, ты истекаешь вся, – рык стал более зверским, и я укусила его, желая выпустить свою злость. – Ауч… Он отстранился и провел языком по вмиг покрасневшей губе. – За то, что заставляешь меня ждать, – обвинительно и без стыда ответила. Он подмигнул и, проведя по моей промежности горячей головкой пару раз, будто смазывая ее в моей влаге, аккуратно вошел под наш общий стон сразу и до конца. От счастья я встала на носочек одной ноги, но тут же взмыла по стене вверх. Мы замерли почему-то, словно перед стартом? – Ну поехали, – сказал дико Степа, и как сказал он ранее, в самом деле поехали. По стене. Как я рада, что она из кафеля. Он резко врезался в меня своими бедрами, выходя почти до конца и снова толкаясь обратно. Я ощущала каждый сантиметр его плоти и то, как великолепно он скользил во мне, заставляя стонать все громче, срываясь на слишком высокие ноты. Сладко выдыхая в его губы, я принимаюсь их целовать, но из-за этих скачков вверх и вниз, мы больше тремся носами и губами. И все равно я умудряюсь облизывать его рот. Пошло и грязно, но так эротично. Выгибаюсь, находя новую точку входа, под другим углом и Степа, не сдержавшись, переносит меня на стиральную машинку. Укладывает на нее спиной, а ноги продолжает держать, чтобы не сползла и снова входит. – О… черт… – не выдерживаю, потому что меня моментально скручивает. Я ни разу не испытывала оргазм именно от секса. Рома всегда доводил меня до полового акта или после, к финишу, но, чтобы во время него… Не хочу думать о другом, потому что сейчас… То, что здесь вытворяет этот мужчина, меня просто возносит к небесам и лишает рассудка. Я теряюсь в частом дыхании, движениях наших тел и, кажется, вместо стонов теперь скулить начинаю. Проворные пальцы опускаются вниз и стоит ему пару раз провести по клитору, меня вкручивает и сводит судорогой оргазма все тело. Я кончаю так долго, до ярких вспышек в глазах, потому что Степа продолжает двигаться, а затем схватив за бедра дергает на себя особенно сильно и удерживает, не двигаясь, пульсируя и извергаясь горячим семенем в презерватив. Меня отпускает спустя какое-то время. Дыхание приходит в норму, а разум возвращается на место. Его голова лежит на моей груди, которую я поглаживаю. Ноги держатся в замке на талии парня. – По-моему, – начинает говорить и шевеление губ щекочет ореолу соска, что я хихикаю. – Ты смеешься? Это особенность такая у тебя? – Нет, щекотно. Он понимает, о чем речь и намеренно двигается ближе, чтобы лизнуть сосок языком, а после подуть на него. – М-м-м… приятно. Что ты хотел сказать? – спрашиваю на выдохе, погладив щеку. – Что нам надо помыться и оставить открытой дверь в твою комнату, чтобы услышать Агату, если она проснется, потому что я готов продолжить. – Уже? – неожиданный напор. – Ага, мы же только начали. Он впивается в мои ягодицы своими ладонями и ставит на пол, аккуратно, чтобы не закружилась голова. Избавляется от презерватива и тянет в душ, улыбаясь и обещая долгую и весьма приятную ночь.