76. Алисия

Солнце уже вступало в свои права, озаряя лучами бескрайние просторы. Но нам этого не было видно. В Бездне, как всегда царила тьма. Лишь только магические светильники могли хоть на чуть заменить яркое светило, которого даймоны уже долгое время были лишены. И вот, наступал тот торжественный миг, когда они увидят солнце.

«Бред какой-то», — подумала я, ступая за матерью. В происходящее мало верилось. И как, интересно, мать нашла хоть какие-то данные по этому ключу, который мог вернуть Бездну в мир? Сам процесс изъятия ключа меня очень сильно удивил, но, можно сказать, что не шокировал. Что-то в этом роде и можно было ожидать. Слишком простого решения и не должно было быть. И, судя по всему, что мать все-таки нашла это решение, придумал это не отец. А кто-то другой, задолго до него и, наверняка, Бездна уже не впервые скрывается и поднимается. Но это все можно выяснить позднее, если будет случай. А сейчас, задумавшись, я чуть было не пропустила торжественный выход матери из замка. Никас, идя впереди, распахивал для нее двери. А она, с легкой улыбкой на лице, шла, сжимая в руках перед собой тот самый ключ от Бездны.

— Настал наш час! — громко возвестила Эстелия даймонам, собравшимся возле замка. И поднял вверх руку с ключом. В ответ ей был одобрительный гул. Эстелия широко улыбнулась.

— И что теперь? — спросила я у самой себя.

— Ты все сейчас увидишь, красавица моя, — раздалось над моим ухом и, развернувшись, я увидела рядом с собой ухмыляющегося Никаса. После посещения моей тетушки он очень сильно постарел. В чем была причина такого удивительного старения, я так и не узнала.

— Ага, — фыркнула я и отвернулась от этого престарелого даймона. А мать, тем временем уже сошла со ступеней парадного входа и направилась к небольшой колонне непонятного для меня назначения. Колонна располагалась в паре десятков метров напротив замка. И сейчас не была видна за даймонами, столпившихся на небольшой площади. Но, видя, целеустремленные шаги, подданные расступались перед своей Правительницей, словно волны, в период отлива. А я, идя следом, внезапно для себя, увидела, что на этой каменной колонне было углубление, в точности повторяющее форму цветка ликоцеи.

— Вот почему ключ такой? — ахнула я приглушенно. А Эстелия уже вставляла ключ в предназначенное для него место. И когда ключ вошел в колонну полностью, та вспыхнула алым цветом и земля задрожала у нас под ногами.

— Что это? — воскликнула я, пытаясь удержаться на ногах. Вместо ответа, мое лицо озарил свет. Я подняла голову вверх и ахнула. То, что еще недавно было мрачными каменными сводами, расходилось, уступая место бесконечному пространству голубого неба. А земля поднималась вверх, словно желая объединиться с этой бесконечной голубизной и впитать в себя яркие лучи небесного светила.

— Солнце, — пронеслось благоговейное со всех сторон. А кто-то из даймонов упал на колени, воздевая руки вверх.

— Солнце! — радостно воскликнула Эстелия. И по всему пространству разнесся радостный крик даймонов. Они кричали, яростно потрясая мечами, готовые хоть сейчас ринуться в бой, чтобы только у них этого больше не могли отнять. После того, как земля остановилась, воцарилась тишина. Все ждали дальнейшего приказа от Правительницы, а та жестом подозвала к себе всех Глав кланов и что-то им рассказала. Главы, как один, склонили головы, и отошли к своим кланам. Передали им информацию и даймоны ушли, выходя уже за пределы Бездны. Хотя не все. Группа даймонов отделилась и осталась ждать в стороне.

«И что же она задумала?» — подумала я, разглядывая одинокого мужчину, стоявшего возле кромки леса и к которому уже направилась Эстелия. «Неужели это тот самый архимаг, о котором Никас шептал матери? Наверно, стоит прислушаться», — и я навострила уши.

— Я рада, что ты пришел, — мать протянула незнакомцу руку и тот, слегка склонившись, поднес ее к губам и поцеловал.

— Я тоже рад нашей встречи, — улыбнулся мужчина. А потом они начали о чем-то говорить, приглушив голос почти до шепота.

— Я заблокирую все перемещения и порталы… Будет охранный купол… Драйкен не сможет разбить…Никакой магии… Не будет действовать… Если все пойдет, как надо… Все произойдет очень быстро… Отвлечь… К эльфирам… А там и к человеческим землям… Я помогу тебе, а ты мне… — вот и все обрывки разговора, которые я смогла услышать и мало что поняла из этого. Скорее всего, архимаг будет блокировать перемещения и порталы и кого-то закроет охранным куполом. И никакой магии. Все это нравилось мне меньше и меньше. А мать тем временем уже отошла от архимага и направилась ко мне. От ее ликующего взгляда захотелось убежать, но пришлось сдержаться.

— Девочка моя, неужели ты не рада, что мы, наконец, свободны? — воскликнула она, беря мои руки в свои.

— Рада, — пожала я плечами и спросила ее: — Ты все-таки отправила даймонов на завоевание?

— Да, — просто ответила она с легкой улыбкой, — а что тебя смущает?

— Нельзя было обойтись без этого? Ведь все уже свершилось. Бездна поднялась. Мы тут. Они все равно не смогут загнать нас обратно, потому что ключ у тебя.

— Нет, моя дорогая, нет. Мне нужен весь наш мир. А они просто так его не отдадут.

— Зачем? — задала я глупый вопрос.

— Какая же ты еще дурочка, — рассмеялась мать, — все это будет наше. Мое и твое? Неужели ты этого не хочешь?

— Не хочу, — буркнула я, отвернувшись. Почему-то мне действительно не хотелось всего этого.

— Да что с тобой случилось за то время, что ты пробыла в Летарии? — удивленно воскликнула мать.

— Ничего, — ответила я и опустила глаза.

— Ладно, это легко будет исправить, — хмыкнула Правительница, а она действительно теперь была ей, а не просто моей матерью. И продолжила, — у меня для тебя есть очень важное задание.

— И какое же? — нахмурившись, спросила я, понимая, что меня сейчас опять куда-то пошлют.

— Очень важное! Ты откроешь проход в Запретный лес эльфиров.

— Почему я? — то, что проход к эльфирам ей тоже будет нужен, это было и так понятно, после того, как она отправила даймонов на завоевание.

— Да потому что тебе был дан на это доступ тем жалким ордони.

— Нет, я не буду помогать тебе.

— Почему? — удивилась мать.

— Потому что не хочу и вообще, отправь меня обратно?

— Куда это? — брови Правительницы от удивления взметнулись вверх.

— В Летарию. Я хочу там остаться, — смело посмотрела я в ее темные, словно ночь, глаза.

— Нет, нет. Никакой Летарии. Потом, может быть, но не сейчас. Ты нужна мне здесь, — быстро ответила она.

— Чтобы открыть проход? А потом? Что потом? Ты так же, как братца, отправишь меня к тетушке в бессознательном состоянии? — я даже и сама не поняла, как это все вырвалось из меня. Видимо так повлияла на меня почти полное лишение сил у Элигоса, после того, как он выполнил требование матери.

— Ну что ты, что ты? — возмутилась мать, — как я могу так поступить с тобой?

— Можешь, можешь и уже поступила, — воскликнула я, — ты и так с самого рождения лишила меня жизни. Это из-за тебя до недавнего времени я даже не знала, как на самом деле выгляжу. Была вынуждена все время притворяться вирресой, обманывать всех.

— Так надо было, — жестко отрезала мать.

— Кому? Тебе? — с горечью рассмеялась я ей в лицо.

— Да, мне, — кивнула она, — на кон была поставлена моя жизнь.

— А о моей жизни ты хоть раз подумала? О том, что бросаешь свою родную дочь с чужими виррами, лишая ее собственного я, собственной внешности?

— Ну ты же теперь со мной.

— А теперь мне это, вдруг, вот знаешь, так внезапно, стало ненужным. Верни меня на Летарию, — зло потребовала я. — Не хочу быть связанной с Бездной и с тобой. И Наследие мне твое не нужно.

— Девочка моя, да что с тобой такое? Ты мне нужна, я же люблю тебя, — немного растерянно произнесла она.

— А умеешь ли ты любить? — ехидно спросила я и сама же ответила: — Не умеешь. Ты никогда и никого не любила.

— Да что ты знаешь, девчонка? Тебе-то откуда знать про любовь?

— Знаю, — упрямо ответила я.

— И откуда же? Там узнала, в Летарии? — хмыкнула мать.

— Да, — выкрикнула я ей, — именно там я и узнала, что такое, когда тебя любят родители. Понимаешь? Родители!

— Так, понятно, общение с людишками плохо сказалось на тебе. Ну что ж, — вздохнула она, — эта дурь из тебя еще выйдет.

— Отпусти меня, — попросила я, — освободи меня от себя. Я не хочу и не буду тебе помогать. Дай мне просто уйти, подальше от тебя, если не хочешь возвращать меня в Летарию.

— Ну уж нет, — прошипела мне она, — ты должна открыть проход, и ты его откроешь.

— Нет, — упрямо качнула я головой.

— Я предвидела такой исход, предвидела. Никас, — крикнула она даймону, подзывая его, и снова посмотрела на меня: — Ты сейчас же отправляешь в дом ордони и открываешь проход. А чтобы не сбежала, тебе поможет в этом Никас. И, если ты вдруг думаешь, что сможешь от него ускользнуть, то…, - Правительница на мгновенье замолчала и повернулась к подошедшему Никасу.

— Вот, моя Повелительница, — словно отвечая на немой вопрос, даймон из-под рубашки вытащил старый медальон, со светящейся гравировкой.

— Что это? — спросила я. Что-то знакомое было в этой вещице.

— А это блокиратор силы. Настроен только на тебя, — усмехнулась мать, видя мое ошарашенное лицо.

— А до этого на кого он был настроен? — почему-то поинтересовалась я, рассматривая надписи на медальоне.

— На Элигоса и семерых предателей.

— А вирреса? — почему-то уточнила я.

— А у нее и так был блокирующий браслет.

— Как? За что? — воскликнула я.

— За твои шалости, — усмехнулась мать и посмотрела на Никаса. — Так, времени нет. Идете сейчас к ордони и открываете проход. С эльфирами помогут справиться вон те воины, — Эстелия указала на отдельную группу даймонов.

«Так вот почему они остались», — запоздало поняла я.

— Все, буду ждать вас с результатами. Дочь, не пытайся воздействовать силами и сбежать. На Никаса и даймонов, которые будут рядом, это не повлияет, — добавила Эстелия и махнула рукой, словно спроваживая нас побыстрее.

— Мы что, пешком пойдем? — возмутилась я.

— Порталы заблокированы уже, — растянул рот в улыбке Никас и дернул меня за руку, — пошли.

— Да нам придется идти несколько часов, — ахнула я и попыталась выдернуть руку.

— Ничего, ничего, это нам не в тягость, — гнусно усмехнулся Никас и указал направление для даймонов, которые будут сопровождать нас.

Этот поход я запомню надолго, наверно, на всю оставшуюся жизнь. И что-то мне подсказывала, что она может быстро закончиться. Мать еще припомнит мне этот бунт, который я устроила утром. Уже несколько часов мы шли по яркой земле Эдры. Даймоны, идущие впереди нас, изумленно рассматривали буйство природы, а я вынуждена была терпеть приставания Никаса. Он обнял меня, как свою собственность и все время поглаживал ягодицы.

— Теперь ты не такая гордая и надменная, — шептал он мне. — Такой ты мне больше нравишься.

— Какой такой? — спросила я.

— Такой покорной, — улыбнулся даймон. — Да и внешность твоя настоящая мне еще больше нравиться. Теперь ты похожа на настоящего даймона. Более яркая, вызывающая.

— И что же я у тебя вызываю? — ехидно переспросила я. — Эрекцию?

— Что? — не понял даймон этого слова, которое было лишь одним из многих, что я нахваталась в интернете.

— Ну… — хмыкнула я.

— А, я понял, — рассмеялся Никас. — А ты шалунья. И да, ты вызываешь у меня безумное желание овладеть тобой.

— А у тебя там хоть что-то работает? — уточнила я, намекая на его преклонного возраста вид. — Я считала, что старики в этом смысле достаточно немощны.

— Ах ты ж, дрянь, — возмутился Никас и прижал меня к себе так, чтобы ягодицами я ощутила его возбуждение и потерся об меня.

— Ничего не чувствую, — прохладно произнесла я и зашипела от боли, когда Никас сильно сжал мне ягодицы.

— Почувствуешь, еще как почувствуешь, — прошептал он мне на ухо и подтолкнул в спину. — А теперь иди.

— За все это, ты у меня будешь сломанными пальцами собирать выбитые зубы, — пообещала я ему, очень жалея, что на данный момент ничего не могла предпринять. Даймон ничего не ответил и ущипнул за бедро.

«И зачем я его так злю?», — вопрошала я саму себя, но ответ не приходил в голову. Понимала, как беспомощна сейчас, но все равно злила. Мне очень хотелось вывести его из себя, невзирая на последствия. А еще я жаждала мести. И за сегодняшнее, и за прошлые приставания. Он и раньше не давал мне прохода, когда мать ничего не видела. Но тогда я могла ему противостоять.

— Ты мне за все ответишь, старый козел, — прошипела я Никасу, после того, как он в очередной раз сжал мои бедра.

— Мы верно пришли? — переспросил один из даймонов и я, оглядевшись, поняла, что да, мы дошли до дома Райза. Как странно, ворота распахнуты, никого нет. Мне стало интересно, куда это все так убежали, что бросили неохраняемыми врата в Запретный лес.

— Давай, веди к вратам, — грубо подпихнул меня Никас. Мне ничего другого не оставалось, и я повела даймонов.

— Открывай, — приказал мне Никас, когда мы уже подошли к самой сердцевине хитросплетения деревьев.

— Нет, — мотнула я головой, отказываясь подчиняться. Не убьет же он меня.

— Да, — даймон выругался, схватил меня за руку и прижал ее к деревьям. Врата тут же приглашающе распахнулись. Не растерявшись, даймоны кинулись внутрь. Они все еще осматривали Запретный лес, остановившись и решая, куда же направляться, как вокруг них начали появляться эльфиры с мечами. Возглавляла их почему-то Алисетия и еще какая-то незнакомая мне эльфира.

— Кто ее освободил? — вслух удивилась я, а Никас оттаскивал меня в сторону от врат.

— Ничего, они и без нас справятся.

— Что, самому страшно вступать в бой? — усмехнулась я, заваливаясь на даймона, так как он слишком резко дернул меня назад.

— Вот еще, — фыркнул он, — для этого есть и другие, — и, прижав к себе, облизнул мою шею. От омерзительного ощущения меня даже передернуло, и я чуть не пропустила новых действующих лиц. Непонятно откуда, возле врат появилось около десятка даймонов и вступили в бой, помогая эльфирам. Меня с Никасом, они, похоже, не заметили.

— Что? — не поняла я произошедшего, даже не обращая внимания на домогательства Никаса. А, потом все неожиданно прекратилось, исчезла тяжесть тела и чужие руки, хватающие меня. Что-то упало сзади, и я слегка пошатнулась. Другие крепкие руки поддержали меня, не давая упасть.

— Развлекаешься? — вкрадчиво произнес сзади знакомый голос.