40. Виктор

40. Виктор

Не знаю, хорошо это или плохо, но я ни разу не убивал человека. Как-то не приходилось. Пиздился, было дело, стрелял, но не до убийства прям. А потом у меня охрана появилась, так что мне самому пушкой размахивать надобность отпала.

Вот такой я неправильный бандит.

Как я буду убивать Дикого я придумал моментально, по пути к сортиру. Да и чего выдумывать? Сомнения — самые страшные враги, а в этом деле нельзя промаху дать. У меня одна попытка.

И всё.

То, что Славяна непременно замочить следует, это я решил железобетонно. Толку с ним пиздеть? А главное — о чём? Угрожать ему, запугивать? Вроде пуганный мужик?

Решено. Навсегда избавлю Дашу от него, себя тоже, а заодно, и весь мир.

Права Даша, слишком много бандюганов в одном городе собралось, тесно нам стало. Уже как пауки в банке. Меньше народа — больше кислорода. Мы бы с Зотовым всё равно Славяна грохнули, он один хер нежилец. А теперь и договариваться ни с кем не придётся. Пусть Никита спасибо скажет, что я за двоих порешал. Может, и скажет. А нет, так бояться меня будет пуще прежнего.

Мы с Дашей прям Бонни и Клайд. Всех мужей Алининых перехуярили. Даша первого, я второго. Мы ещё могём, пусть хоть пять раз потом замуж выходит. Тётенька уже опытная, овдовеет не впервой. Переживёт поди? Ей от мужа такое наследство достанется, что горевать она будет недолго.

Я уже бывал в этом ресторане, интерьер толчка помню до мелочей. Зашёл почти сразу за Славяном, дёрнул дверцы. Одна кабинка заперта — в ней Дикий расположился. Вторую я проверил — свободна.

Встав у раковин, я разглядывал себя в зеркале, ощущая какой-то внутренний мандраж. Муторно, пиздец. Я сюда не посрать зашёл, а человека наебнуть. Насовсем. Живого. Пока ещё.

В кабинке послышался звук смыва, дверь открылась, и вышел Славян. Я надеялся, что он моет руки после туалета, потому и ждал его у раковин, наблюдая за его движняком в зеркало.

Дикий подошёл, потянулся рукой к крану, чтобы открыть воду.

Сказать ему что-то напоследок?

Типа: "Это тебе за Дашу, гандон!", "Гори в аду, мразь!" Что там ещё в фильмах говорят?

В фильмах вообще пиздят дохуя. И пока пиздят, случается какая-то незапланированная херня. Оно мне надо? У меня план короткий был, там базар не предусмотрен. Не зря говорят, молчание — золото.

Не говоря ни слова, я резко схватил его за затылок и со всей дури, что была во мне, приложил мужика об раковину башкой. Дури во мне было много, а раковина слабая, как и черепушка Дикого. Она треснула, как арбуз, разбрасывая по кафелю кремового цвета бурую кровищу вперемежку с мозгами.

Фу, как неприятно! Но, сука, красиво!

Вот и всё.

Открыв кран в соседней раковине, я тщательно вымыл руки с мылом. Всё-таки говно трогал. Как с немытыми руками в зал идти? Мне ещё ими любимую женщину обнимать.

Я вытерся бумажным полотенчиком и пробежался глазами по своей одежде, выискивая мозги Дикого на себе. Ничего подобного я не обнаружил. Поправил бабочку, пригладил волосы рукой, и вышел из туалета.

Удача сопутствовала мне. Никто пока не ломанулся в сортир, значит, Дикого найдут не сразу. В ресторане, как и везде, стояли камеры, но это ничего.

Первым делом нашёл глазами Дашу. Она сидела там же, где я её оставил, за нашим столиком. А вот компания её мне не нравилась.

Сколько меня не было? Минут пять? А уже шакалы напали на девчонку. Точнее, одна Дикая овца.

Осознание того, что я совершил убийство, не успело меня настигнуть, потому что меня захлестнула новая волна гнева. Я не мог знать, о чём Даша и Алина разговаривали, но судя по расстроенному виду девушки, не она была инициатором разговора, и за столик Алину никто не приглашал.

— Пошла на хер отсюда! — рыкнул я на маман, вальяжно рассевшуюся на моём стуле. Алина уставилась на меня, как дура, и захлопала глазами. В натуре, дура! — Чё, блять, оглохла? Или помочь жопу со стула сдёрнуть? — чуть громче сказал я.

— Ну, и хамло же ты, Витенька! — оскорбилась до глубины души несостоявшаяся тёща. — Нехорошо так с будущей тёщей разговаривать!

— Какой я тебе Витенька? Ты чё, блядина, попутала? Думаешь, я тебя, шкура драная, к нашим детям подпущу?

Я понимал, что это Дашина мать, и мне следовало бы подбирать выражения, но как я ни искал капельку уважения к этой курве, найти не смог. Только брезгливость и жалость откликнулись в моей душе на этот зов.

— Я сейчас позову Славу! — пригрозила Алина. — И он научит тебя, козла, хорошим манерам.

— Обосрусь щас со страха! — от души рассмеялся я. — Двое суток тебе даю, чтобы из города слинять. Иначе вместе со Славочкой на погосте будешь прохлаждаться!

— На каком погосте? Ты чё несёшь? — завопила Алина, но стул мне всё же освободила.

— Всё, давай! Иди, Славика зови! Где он потерялся? Начинаю ждать!

Бешенно сверкнув глазами, Алина побежала искать мужа, а я плюхнулся на стул и наполнил коньяком стакан до краёв.

Руки мелко задрожали — откат от убийства начинал меня накрывать, гулко ударяя по вискам. Надо выпить, что ли. Надеюсь, поможет.

Даша молча смотрела, как я жадно закидываюсь коньяком, а потом шмыгнула носом.

— Спасибо, Витя!

— Что она тебе наговорила?

Коньяк пробрал меня так резко, что спина взмокла. Боже, сердце сейчас выскочит из груди!

— Ничего нового, Вить. Сказала, что я ей жизнь испортила и что счастье не в детях, а в мужиках…

— Не расстраивайся, мармеладка! Ты сама хотела с ней встретиться? Получи! Она больше тебя не побеспокоит, как и Славян.

— Ты прав, чёрт побери! К детям её точно не следует подпускать, да и вообще… Думаешь, мама послушается тебя и уедет? Я боюсь её, Витя! Она же сейчас реально Славяну нажалуется!

Я знал, что Славяну уже всё до пизды, поэтому только усмехнулся мысленно.

— Я Славяна не боюсь, Даша! И ты перестань трястись! Ты теперь со мной. Когда ты уже поймёшь, что мне можно довериться? Алина уедет. Не сомневайся!

Даша хотела что-то мне ответить, но не успела. Нашу беседу прервал кипиш, начавшийся в ресторане. Дикого нашли, и теперь всем гостям в срочном порядке предлагали покинуть помещение. Больше задерживаться здесь не было нужды, поэтому мы с Дашей тоже пошли на выход вместе с остальными.

— Что там случилось? — с любопытством вытянула девушка шею в сторону туалета.

— Без понятия, — пожал плечами я, придерживая её за талию.

Алина была безутешна. Выла так, что стены ресторана дрожали. Уже приехали скорая и полиция, наводя ещё больше тревоги на присутствующих.

Среди гостей волной пробежался шёпот об убийстве Дикого, Даша не могла его не услышать.

— Славяна грохнули? — удивлённо спросила она.

— Похоже на то.

— Слава богу! Радость-то какая, Витя! — возбуждённо шептала девчонка, повиснув на мне. — Погоди… Это чё ты, что ли? Как?

— Да, ну, зефирка… Скажешь тоже…