= 17 =

Евгений ошеломлённо рассматривал свою находку. Его Лена ведь совсем ещё девочка. Маленькая и невинная. Зачем ей подобный препарат?

Евгений сжал пачку с таблетками в руки и с силой стиснул челюсть. Он ведь видел, что с его девочкой что-то происходит. Кажется, что Лена не просто общалась с парнем, но и пошла с ним куда дальше в своих отношениях.

Хотелось отправиться к жене и посоветоваться с ней. Но не хотел волновать любимую женщину. Надо самому для начала хоть что-то понять, а после уже общаться на эту тему с Ларой.

Засунул упаковку в задний карман брюк одним быстрым и резким движением, когда в холле показались женщины и гость.

Слава богу, что Ветров уже уходит. Полина щебетала вокруг Артёма, вызвалась провести его до ворот.

Пусть идёт.

— Жень, а Лена где? Она ушла, даже с Артёмом не побеседовала. Я удивлена, — Лара подошла к мужу.

— Лена она… устала она очень. Голова болит. Пусть отдохнёт, — процедил Евгений, отводя в сторону взгляд от личика жены.

Артём был неплохим физиономистом, долг службы обязывал. Прекрасно видел по обеспокоенному лицу Евгения, что мужчина говорит жене неправду. В груди Ветрова всё сжалось от волнения за глупую девчонку. Но не будет же он сейчас выпытывать у хозяина дома подробности, давая понять, что не верит в то, что Лена просто устала!

Артём попрощался с Ларой и направился прочь из дома под руку с Полиной. Поля точно не успокоится, пока не доведёт его прямо до машины.

Артём не мог сосредоточиться на том, что говорила Поля. Все мысли были лишь о Лене.

Наверное девушка переживает, что он может рассказать родителям о её обмане?

Только Артём не может так вот сразу признаться в подобном. Возможно, что созреет для серьёзного разговора, но чуть позже. Сейчас слишком ошеломлён и обескуражен. Надо подумать обо всём хорошо, прежде чем беседовать с Ларой о дочке.

Совесть терзала Артёма. Сильно.

Чувство вины перед Ларой, Полей и их родителями просто убивало Ветрова. Эти люди к нему, как к родному, а что он сделал? Совратил и поимел их ребёнка.

.

— Лара, ты иди с Иришкой и нашим сыном. А я пойду к Лене.

— Жень, ты себя странно ведёшь, впрочем, как и Лена. Я же вижу.

— Я поговорю с ней, а после ты, хорошо?

— Надеюсь, что без перегибов, Жень! Лена такая ранимая стала, впечатлительная.

— Не переживай, — фыркнул, едва сдерживаясь, чтобы не сказать жене, что именно вытворяет их дочь.

Лариса доверяла мужу. Если он хочет первым поговорить с дочкой, пускай. Лена с отцом всегда так хорошо ладили.

.

Женя вышел на улицу и направился к флигелю. Вошёл в помещение и хмуро уставился на зарёванное личико любимого ребёнка. Он оставил её здесь одну, чтобы девочка собралась с мыслями, а она всё это время прорыдала.

Всхлипывает, икает и смотрит на отца глазами, в которых разверзлись две бездны, заполненные чистейшей болью, выворачивающие отцовскую душу наизнанку.

— Лена, это что? — он положил на кровать перед девушкой упаковку с таблетками.

Лена сначала не поняла, что это. Схватила в руку и побледнела ещё больше. Внутри всё затряслось. Руки задрожали. Разжала пальчики и упаковка упала на пол возле кровати.

Евгений наклонился и медленно поднял. Положил находку на небольшой столик, стоящий в углу у кровати.

— Лен, только прошу тебя, не стоит сочинять, что это не твоё. Ты ведь не будешь лгать своему папе аж до такой степени! Объяснись, Лен, зачем тебе такие таблетки?

Лена вперилась взглядом в свои дрожащие руки, крутя пальчики. Невыносимо стыдно смотреть в глаза папы.

— А зачем же ещё такие таблетки, папа? — хрипло произнесла.

— То есть, ты их принимала?

Она едва заметно кивнула.

Евгений встал с кровати и сделал два шага назад. Лена никогда не боялась отца. Но сейчас, бросив беглый взгляд на его посеревшее лицо, ей стало страшно. Папа ни разу не кричал на неё, не обижал, но сейчас чувствовала, что заслужила осуждение и порицание.

Евгений же думал о том, что именно сделает с тем скотом, который посмел использовать его дочь. Всё время считал, что его дочка ещё маленькая девочка. Сейчас понял: дочь выросла. И уже наделала ошибок.

— И много их у тебя было? — хрипло уточнил, но голос звенел от клокотавшей в нём ярости, — тебе же только месяц назад исполнилось восемнадцать! Или ты…

— Нет, папа! Вот значит, какого ты мнения обо мне?

— Я задал тебе вопрос, — строго процедил.

— Не было у меня много. Только один.

— Как давно ты с ним?

— Встретила в клубе в свой день рождения.

Евгений пристально смотрел на девчонку. Он почти впился в её личико острым взглядом, понимая гораздо больше, чем хотел бы понимать. Он помнил в каком состоянии Лена вернулась тогда из клуба. Именно с тех пор дочку словно подменили.

— Хочешь сказать, отдалась мужчине в первый же вечер знакомства с ним? — ошеломлённо уточнил Евгений, хотя знал, что это именно так. Поведение дочки было красноречивее любых слов.

— Если ты собрался осуждать меня, ругать или ещё что в таком духе, то просто уходи, — всхлипнула.

Евгений шумно втянул в себя воздух и метнулся к Лене. Обхватил ладонями бледное личико дочери.

— Лена, я не могу видеть, как ты мучаешься. Скажи мне имя скота, который соблазнил тебя, воспользовался твоими наивностью и доверчивостью. Я разберусь с мразью!

Елена впервые увидела, как глаза отца потемнели от бешенства, а кипучая ярость исказила всегда такие родные и любимые черты его лица.

Девушка отрицательно качнула головой, попыталась отвести взгляд, но Женя не позволил.

— Лена, может он силой тебя принудил? Ты должна мне всё рассказать.

— Папа, он не принуждал.

— Скажи мне, кто он?

— Я не хочу, чтобы ты причинил ему зло. Не вынесу, если с ним что-то случится, а моего папу посадят за решётку.

— Ты за него волнуешься или за меня?

— За обоих.

— Ты полюбила этого… мужлана, Лена?

— Папа…

— Он забил тебе голову всякими глупостями и красивыми словами, да? Использовал, а теперь бросил?

Лена ничего не ответила. Не знала, что говорить. Отец наседал, а она боялась и за него, и за Артёма.

— Никто не смеет так обращаться с моей дочкой, Лена. Я всё равно узнаю имя подонка. И вот тогда этот гад ответит за каждую твою слезинку. А сейчас прекращай плакать. Ни один мужчина не стоит слёз моей девочки.

— Мне так стыдно перед тобой, папа!

— Каждый может совершить ошибку, Ленок. Ты должна успокоиться и перестать убиваться по проходимцу, который и мизинчика моей красавицы не стоит.

Лена прижалась к отцу, обнимая его. Была благодарна, что он не упрекал и не ругал. Она бы этого сейчас просто не вынесла. Голова шумела и болела, и соображать было всё сложнее.

— Папа, не уходи. Побудь со мной. Я не хочу оставаться одна. Только не ругай, я этого сейчас не вынесу.

— Я никуда не уйду, родная. Ты только плакать перестань, — Евгений сжал в объятиях дрожащую фигурку дочери и понял, что ему придётся обсудить эту ситуацию с Ларисой. Необходимо сводить дочку к врачу.