Глава 19

Зима в этом году зима наступила быстро, еще до того, как люди успели перевернуть календари на «Декабрь» месяц.

Преддверие нового год, канун Рождества. Как сейчас помню тот, что был в прошлом году. Худшее время в моей жизни, если не считать того, когда погибли мои родители. Но тогда я была ребенком, плохо понимающим, что происходит, а сейчас…

Сейчас я была уже не одна. Мне было ужасно страшно. Весь тот период времени, что я была беременна, я очень боялась. Родов, боли, осложнений для себя или ребенка, боялась того, что, когда меня с ним выпишут, я останусь совершенно одна. Я боялась растить ребенка в одиночку, я ничего не знала о том, как это делается, а подсказать было некому.

Но все оказалось преодолимо. Всю беременность Игорь был рядом, успокаивал, ободрял, поддерживал, а после рождения малыша, мы все-таки решили разъехаться. Я поняла, что партнерами нам уже никогда не быть. Ни сейчас, ни в будущем. Я полюбила Игоря. Как друга, как брата, которого у меня никогда не было. Но не как мужчину. Это ощущение так и не пришло, хотя, сказать по правде, сложись все так, и было бы проще. Но… у Купидона извращенное чувство юмора, тут ничего не скажешь.

Страшно было сообщать об этом, но Гордеев только улыбнулся в ответ и сказал, что и так все давно понял. Что если бы готова была ему дать шанс, давно бы уже дала. И что он не злится, что нельзя заставить человека чувствовать то, что он не чувствует.

Он дал денег на первое время. Снял мне квартиру, оплатил ее на год, уладил все дела с учебой. Я бы рада была поотнеикваться, но других вариантов у меня не было. У Игоря денег всегда было много, он в них не нуждался, а я как раз отчаянно нуждалась. Мы условились, что, когда я встану на ноги, я все обязательно ему верну. Если бы не Руслан, я бы отказалась. Вышла бы на работу, любую, только бы не быть ни от кого зависимой, но ребенок… он требовал огромных трат.

В планах было закончить бакалавриат и искать работу. Когда-то я мечтала о том, что магистратуру буду оканчивать где-нибудь за границей, однако жизнь распорядилась иначе.

Сейчас у меня был тот, ради кого можно было легко поменять любые планы. Прямо сейчас он лежал передо мной, раскинув свои крохотные ручки и спал сладким сном.

Я часто слышала рассказы молодых мамочек о том, как сильно они любят своих малышей, какие они у них самые-самые, замечательные, лучшие и прочее, и прочее. В такие моменты я лишь снисходительно улыбалась и кивала, чтобы никого не обидеть. Гормоны, инстинкты, само собой, думала я.

Теперь же я была одной из этих мамочек. По правде говоря, я не могла насмотреться на Руслана. Он казался мне идеальным, самым красивым ребенком на свете. Я готова была расцеловать каждый сантиметр его тела, готова была не спать ночами, учиться, работать, делать что угодно и когда угодно, только бы сын рос самым счастливым малышом во вселенной. 

Игорь дал достаточно денег, чтобы спокойно прожить этот год и доучиться и что вы думаете? Я ни рубля не потратила на себя, на привычные шмотки или вещи, все купленное было для Руслана. Идеальная кроватка, самая лучшая одежда, хорошая коляска. Мой сынок, такой еще маленький и совсем беззащитный, он заслуживал все самое лучшее. Я желала дать ему все самое лучшее.

Не было в этом мире большего счастья, чем держать на руках своего здорового малыша и видеть его улыбку или слышать его радостный смех. Руслан лучшее, что когда-либо случалось в моей жизни и оставить его, родить, пускай и не в полной семье, было самым правильным решением, когда-либо принятым мной.

Я очень радовалась тому, что впереди были небольшие, двухнедельные каникулы. Это означало, что можно отвлечься от учебы, забыть об услугах няни и самой проводить время с маленьким солнышком. Я скучала каждую минуту, что не могла провести со своим ребенком и это время, канун Рождества… если в прошлом году я оказалась повергнутой в пучину ада, то в этом я была окрылена счастьем.

Это был первый новый год Руслана. Первый большой праздник. Я развесила по его комнате украшения, недавно прикупила большую букву «Р», о которой давно мечтала и прибила ее на стену. Повесила над колыбелькой маленьких, танцующих ангелочков и зачем-то «попросила» их охранять моего мальчика во сне, пока я не рядом.

Отмечать праздник собиралась вдвоем, но Игорь настоял, что придет ко мне и приведет с собой сестру и пару кузенов. Наверное, пожалел меня и решил не оставлять нас в одиночестве в такой чудесный праздник. Нужно было еще успеть купить всем подарки…

Я еще какое-то время полюбовалась своим маленьким солнышком, собрала с пола раскиданные книжки, которые постоянно ему читала и тихо, на носочках, вышла из его комнаты.

Уже в гостиной обнаружила, что на часах еще всего лишь девять вечера и поняла, что можно еще пару часов уделить учебе. Собиралась опуститься на диван, на котором были раскиданы конспекты и книги, но отвлек неожиданный стук в дверь. Я никого не ждала и очень удивилась этому. Кто мог прийти в такое время, да еще и без предварительного звонка? Может быть, соседи?

С такими мыслями я пошла открывать дверь.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

   *****

- Шамиль…

Была ли я удивлена, увидев его? И да, и нет. Да, потому что не ожидала увидеть его прямо здесь и прямо сейчас, а нет, потому что рано или поздно он бы мысленно дошел до правды. Случайно или неслучайно увидел бы ребенка, сложил бы два и два. Не сказать, что я стопроцентно была уверена в таком исходе, но предполагала и допускала мысль о том, что так будет.

Мне пришлось впустить его и выслушать. Просто потому, что я понимала – пока этого не случится, бывший муж не угомонится. А поднимать шум и будить малыша или же позориться перед соседями… ни того, ни другого мне совершенно не хотелось. Проще было единожды поговорить и разрешить все раз и навсегда.

- И?

Мы находились на кухне, где, раз уже мне не дали позаниматься, я решила приготовить себе легкий ужин. На удивление, я была абсолютно спокойна. Много раз представляла себе эту встречу, но никогда не предполагала, что буду холодна, как айсберг. Ни злости, ни страха, вообще ничего. Все ушло с рождением Руслана. Я очень резко повзрослела. Перед Шамилем стояла уже не та Ульяна, которую он когда-то знал.

- Что и? - удивленно протянул он.

- Ну, я выслушала твою историю, кстати, в способностях Зары я никогда не сомневалась, поняла мотивы твоего поведения, но, а дальше что? – Я закончила резать листья салата и отодвинула их в сторону. После родов я слегка поправилась и последние полгода приводила свое тело в порядок. Упражнения в зале, когда оставалось время, потому что рано было запускать себя в моем-то возрасте, но самое главное – правильное питание. Не хотелось пускать насмарку достигнутый результат. Есть на ночь вообще было не самым верным решением, но легкий овощной салат не добавил бы мне уйму килограммов.

- В смысле… что дальше? – Шамиль был растерян. Он выглядел виновато и неуверенно, и это было очень необычно. Такого Цахаева я не видела, не знала.

- А что ты хочешь услышать? Что для меня должна изменить рассказанная тобой история?

- Ульяна, ты меня что, не слушала? Я был уверен, что…

- Что ребенок не твой, это я поняла, - отмахнулась, принимаясь за нарезку помидоров. – Все, что ты мне выложил, все это прошлое, а что ты хочешь от меня сейчас?

- Я хочу…я хочу воспитывать сына.

- У тебя нет сына.

- Лана…

- Нет, вспомни, тогда, на детской площадке, где состоялся наш последний разговор, я говорила тебе, что, когда ты одумаешься, будет поздно. Я предупреждала, что ты не будешь воспитывать сына. Разве такого не было?

- Было.

- Вот именно. У тебя был шанс. У тебя было очень много шансов, но мой ребенок родился без отца. Официально ты ему никто. И на деле тоже – никто. В нем твой биологический материл, да, но это не делает тебя родителем, поверь.

- Ульяна, я виноват, знаю, я признаю это, но Руслан мой… что бы ты не говорила, я его отец. И я хочу его воспитывать, хочу признать его и официально быть вписанным в свидетельство о рождении…

- А луну тебе с неба не достать?

- Перестань…

- Нет, это ты перестань, - зашипела я. Нет-нет, а бывший все же сумел вызвать во мне волну гнева. – Я обещала тебе и, самое главное, дала слово себе, что тебя в моей жизни никогда больше не будет. А если не будет в моей, то не будет и в жизни Руслана тоже. Ему не нужен психованный отец, который не доверяет собственному «Я»! Ему не нужен монстр, который едва не убил его мать, когда стало известно о беременности! Ты что, впрямь думаешь, что такое когда-то забудется, что кто-то в здравом уме простит подобное? В каких радужных мечтах ты живешь?

- Я не прошу прощать меня. Я не прошу ко мне возвращаться, - кажется, слова давались Цахаеву тяжело, но он старался. – Но я хочу хотя бы видеть сына, принимать участие в его жизни, воспитании…

- Значит, так, слушай меня внимательно. Мой сын – это мой сын, ты не имеешь к нему никакого отношения, но, если ты не зарубишь себе эту простую информацию на носу, я натравлю на тебя Игоря, как бы ужасно это не выглядело со стороны. Ты знаешь, кто его отец и какие у них связи, Гордеев вступится за меня, неважно, вместе мы или нет. Против таких связей ты никто, уж поверь мне. А если и это не сработает, то в один прекрасный момент я соберу вещи, возьму Руслана и укачу за границу. Туда, где ты никогда не сможешь меня найти. Ресурсы у тебя небезграничные, на деле ты не такой крутой, как на словах, ничего не сможешь поделать. Если тебе хоть немного важен сын и осталась хоть капля уважения ко мне, ты исчезнешь из нашей жизни и оставишь нас в покое. Не заставляй меня пачкать руки в грязи или пускаться в бега. – Шамиль хотел что-то сказать, возможно, возразить, но я не дала ему такой возможности. – Тебе здесь не рады.

- Хотя бы дай мне на него взглянуть…

- Выход найдешь сам.  ‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

  *****

Спокойствие, значит? Никакого спокойствия, к черту не было. Сразу как за Цахаевым захлопнулась входная дверь, я выдохнула и опустилась прямо на пол. Сжалась в крохотный комок и заплакала.

Зачем он вернулся в мою жизнь? Чего хотел? Неужели правда собирался преследовать?

Я ведь только начала забывать его, меня только начало «отпускать», а он ворвался в мою жизнь. Снова. Ворвался и собирался перевернуть все верх дном. Начало нашей истории повторялось. Всегда и все решал Шамиль, мне же оставалось только плыть по течению и подстраиваться под его действия.

Я проплакала полночи. Забыла об ужине, забыла об учебе, о планах на будущее, обо всем. В душе забрезжили старые раны, сердце заныло. Во мне было столько чувств и все ни были столь разными, что я терялась. Я была чертовски обижена на него и мне было плевать, что там наплела Зара, он не поверил мне. Любимый человек не поверил мне, вышвырнул из своей жизни, как беспородного котенка и забыл. На целый год. Который я была вынуждена справляться сама. Я была зла на него и мне так хотелось вмазать ему, да с такой силой, чтобы он прочувствовал всю ту боль, через которую заставил пройти меня. Я скучала. Я поняла это, когда увидела его. Сердце заныло, требуя, просясь к тому, кому было отдано уже больше года. Хотелось обнять, прижаться к нему, почувствовать его вкус, запах…

Господи, как я мечтала, что он одумается, что вернется ко мне или позовет назад, как ждала и надеялась этого. Но чем больше времени проходило, тем отчетливее я понимала, что этого не будет. Училась жить без него, свыкалась с мыслью о том, что буду матерью-одиночкой…

И все почему? Потому что в какой-то момент мой дражайший супруг решил, что две жены будут в самый раз. Потому что Зара решила, что ее благополучие важнее. Потому что любимый человек не захотел меня слушать, не захотел мне поверить.

А теперь я должна была закрыть на все глаза.

Ближе к трем мое солнышко проснулась и пошла его успокаивать, хотя тоже самое требовалось и мне. Укачивая его и уговаривая перестать плакать, я в очередной раз ответила, что Руслан очень похож на отца.

Если бы Шамиль только дал мне то время, о котором я просила… здесь даже не нужен был анализ ДНК, все и так было на ладони.

Но ему проще было отказаться от меня.

И он сделал выбор.

А я не собиралась давать ему очередной шанс. Хватит, сколько я себя терзала, хватит, сколько была несчастна рядом с ним. Я больше не желала к этому возвращаться. Нужно было двигаться вперед.

Впрочем, как бывало ранее, мое мнение в расчет не взяли.

Шамиль дал мне пару дней, видимо, прийти в себя и свыкнуться с мыслью о том, что он снова есть в моей жизни, а затем снова заявился собственной персоной.

Мы с Русланом как раз вышли погулять в парке, что располагался неподалеку. В нем часто собирались здешние мамочки и я была не исключением. Бывший застал меня на подступах к нему и перегородил дорогу.

- Здравствуй, Лана.

- Нет.

- Что «нет»? – Я обогнула его фигуру коляской, стараясь при этом несильно тревожить сына и последовала дальше. – Не подходи, - бросила я через плечо, но Шамиль, разумеется, все равно последовал за мной.

- Давай поговорим…

- Не о чем.

- Ульяна, это же мой ребенок…

- Поздно вспомнил! – рыкнула я. Цахаев поравнялся со мной и зашагал в одном темпе, устремив взгляд на солнышко. Тот, в свою очередь, тоже с интересом смотрел на отца.

- Знаю. И знаю, что мне нет прощения, потому и не прошу его. Лана, я не прошу тебя извинять меня или вернуться, не прошу стать даже друзьями, но Руслан мой сын и я буду сражаться за него, если это потребуется. Я не хочу этого, не хочу больше делать что-то, что причинит тебе какой-то вред, но от ребенка, от собственной крови я никогда не откажусь, - твердо заявил Цахаев.

- Ты уже отказался, - прошипела я, останавливаясь и бросая на него разгневанный взгляд. – Забыл? И не надо мне тут Зарой прикрываться! Заведи себе еще жен, роди с ними детей, а обо мне забудь! Руслан только мой.

- Не хочу.

- Чего не хочешь?

- От других не хочу. Хочу детей только от тебя…

Сердце замерло и пропустило удар, а затем забилось с удвоенной скоростью. В животе будто бы что-то зашевелилось. Я не рассчитывала услышать таких слов… и не думала, что они смогут произвести на меня такое впечатление.

Шамиль замер напротив меня, словно чего-то выжидая, а затем как-то тяжело вздохнул.

- Мне очень жаль, что все так вышло. Жаль, что не поверил тебе и разрушил наш брак, не был рядом, пока ты носила нашего сына под сердцем, жаль, что ничем и никак не поддержал, жаль, что причинил тебе много боли. Но я уже ничего не могу исправить. Я был плохим, хреновейшим мужем, но я знаю, что могу стать хорошим отцом для нашего ребенка. Пожалуйста, Ульяна… не затевай эту войну. Я не хочу очередных ссор, скандалов, не хочу, чтобы страдала ты или сын. Я только хочу с ним видеться. Иногда. Когда ты позволишь. Я буду приходить только когда ты скажешь, если боишься, можешь не оставлять его мне наедине, будь всегда рядом, но я… я не откажусь от Руслана.

- Но это автоматически значит, что ты вернешься в мою жизнь.

- Да…

- Я этого… не хочу.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

   *****

Хочу я или нет, Шамиля это никогда не волновало. Он всегда делал то, что считал нужным сам и на сей раз исключения не сделал.

Со дня, когда он объявился в нашей с сыном жизни прошло около двух недель. Цахаев появлялся четыре или пять раз. Когда не приходил, звонил и даже писал. По-прежнему умолял ему дать возможность видеться с Русланом.

С одной стороны, могу отдать ему должное, я понимала, что Шамиль и впрямь мог затеять войну, причем с ходу, ведь речь шла о долгожданном ребенке, о первенце, о сыне, а, с другой, сколько можно было играть по его правилам?

Самым неприятным во всем этом было то, что я не знала, чего ждать дальше. Будет ли Цахаев и дальше вымаливать прощение или же снова возьмется за топор войны? Если второе, то насколько далеко сможет и захочет зайти?

Впрочем, гадать пришлось недолго. Не успели отгреметь праздники, как мне неожиданно позвонил никто иной, как дядя Дима. Мы не общались с ним больше года и для меня стало большим удивлением увидеть его имя на дисплее телефона. Разговор у нас случился недолгий. Родственник сухо поздравил меня с рождением сына, а затем попросил о встрече.

Я очень долго думала, что ему могло потребоваться от меня, столько времени спустя. После всего того, что они с Ингой сотворили. Но и отказаться я не смогла. Интерес… мне было жутко интересно, что его сподвигло на такой звонок.

Что ж… такого я действительно не ожидала.

- Как тебе это удалось? – вместо приветствий выдала я, набрав номер бывшего мужа. Я уже находилась дома, Руслан сладко спал в своей комнате, и мне предстояло выяснять кое-что очень важное. Я все еще прибывала в шоке, несколько часов и вовсе провела в раздумьях и тишине, но затем поняла, что хочу поговорить с Шамилем.

Нет, не так. Нам обязательно нужно было поговорить.

- Здравствуй, Ульяна, - послышалось на другом конце провода.

- Ответишь на мой вопрос?

- М… ты про что? – задумчиво протянул Цахаев.

- Не валяй дурака, дядя Дима ведь не сам вдруг решил стать совестливым человеком, не сам додумался пойти мне навстречу?

- Ну, я не знаю, может, он правда переосмыслил свою жизненную позицию и свои действия.

- То есть, дело не в тебе.

- Конечно, нет.

- Тогда как ты понял, о чем конкретно идет речь?

- Э…

- Ты переоцениваешь свои умственные способности, Цахаев, - хмыкнула я, услышав тихий смех в ответ.

- Ладно, может к этому я приложил руку. Совсем чуть-чуть.

- Как ты этого добился?

- Ну… вряд ли тебе будет это интересно.

- Наоборот, мне как раз очень интересно, с чего вдруг они решили отдать мне все мои вещи, автомобиль и вообще… - Тут я резко замолчала.

- И вообще? Это как? Дмитрий предоставил счет на твое имя? – настороженно протянул Шамиль. Я намеренно ответила туманно, чтобы заставить его говорить.

- Предоставил. С очень внушительной суммой. Половина от той, что я должна получить в свои двадцать пять. Как, Шамиль? У меня лишь один вопрос – как?

- У нас с ним… договоренность. Как добился – неважно. Важно то, что когда тебе исполнится двадцать пять и ты получишь деньги отца, то отдашь ему оттуда ровно половину.

- А если не отдам?

- Значит, отдам за тебя ее я.

- Что?! – я даже подскочила на диване, на котором все это время сидела. – Ты рехнулся? Какого черта ты принимаешь такие решения без меня? А, что если…

- Ульяна, ты и Руслан – моя ответственность. И оба ни в чем не будете нуждаться. Тебе нужен свой дом, свой автомобиль, тебе нужно закончить свое образование, желательно, спокойно, а значит, также будет необходима постоянная няня для ребенка, все это стоит денег, если ты не забыла. И так как ты не возьмешь у меня ни рубля, что мне еще оставалось делать? Нужно было хоть как-то о тебе позаботиться…

- С чего ты решил, что я ничего бы не взяла?

- Ну… ты подписала бумаги на развод легко и просто. А могла затягать меня по судам, доказать родство с ребенком, потребовать алименты.

Я вздохнула и промолчала. Да, это было в моем духе – уйти с гордо поднятой головой и не оглядываться. Ни за что бы не унизилась после того, как вел себя Шамиль.

- Ты рискуешь большими деньгами.

- Я переживу. Главное, чтобы ты жила и училась спокойно.

- Шамиль, я понимаю, что ты делаешь, но игра в сказочного рыцаря не сработает. Я все равно… Я не… не смогу простить тебя, и как раньше относиться никогда не буду. Более того, я не хочу впускать тебя в нашу с сыном жизнь.

- Почему?

- Ты серьезно?

- Да, я хочу знать ответ. Почему я так плох, что не могу хотя бы видеться со своим ребенком? Я не прошу совместной опеки, не прошу отдать его мне, просто иногда видеться. Под твоим наблюдением. По твоим правилам. Все, как ты скажешь.

- Ты… непредсказуемый, потому и опасный. Ты очень вспыльчивый, не человек – вулкан. От тебя никогда не знаешь, чего ждать. Я не знаю, в какой момент ты всадишь мне нож в спину, а ты его всадишь, значит, расслабляться рядом с тобой будет нельзя. А мне… знаешь, мне и так хватает проблем и забот. Растить малыша одной, пускай и любимого, желанного и самого чудесного, все равно непросто. Я не хочу добавлять себе хлопот.

- Лана… я не знаю, я был ужасным мужем, у нас все с самого начала пошло не так, но ведь все можно постепенно исправить, мы можем наладить наши отношения, начать с дружеских и…

- Начать? – я задохнулась от его наглости. – Начать?! Ты думаешь, что я когда-нибудь к тебе вернусь?! Знаешь, что, Цахаев, я тебе даже спасибо не скажу за то, что ты сделал, ясно?! Не то, что вернусь!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ульяна…

- Катись ты!

Каким же простым и наглым одновременно он был! Гнев забурлил во мне, перекрывая все радостные эмоции от новости, которую сообщил мне дядя Дима у себя в офисе. Новость о возврате всего моего добра и открытия счета на мое имя была… практически чудом. Но Шамиль считал, что может обращаться со мной, как с псом, захотел – подозвал и погладил, не захотел – пнул ногой и пошел дальше. Но я была человеком! Со своими мыслями, чувствами и ожиданиями! Более того, я была матерью и, в первую очередь, должна была думать о своем малыше, а не о психованном бывшем муже.

- Сволочь, - прорычала я, с силой сжимая в руках ни в чем неповинный телефон.

«Я все равно от тебя не отстану», - пришла смс-ка через пару минут.

Ах, ты ж, свинья!

Я начала тут же строчить ответ, изощряясь в том, как и куда его послать, когда от Шамиля пришло еще одно сообщение.

Сообщение, которое застало меня врасплох.

«P.S. Я люблю тебя»