Глава 17

***

Узнала новость, и мне стало не по себе. Пожар на объекте. И, скорее всего, поджог. Это Лешка сообщил Игорю по пути к месту происшествия. Сергей уже там. Понятно, что тут уже не до Полины. Все быстро разбежались. Полина, потупив взгляд, быстро ретировалась. Орлов вызвал мне водителя. Пока ждали, он не прекращал говорить по телефону, а мне пришлось покорно стоять рядом. Совсем не умеет вести себя с женщинами. По приезду водителя он дал ему указания, помог забраться на заднее сиденье, запрыгнул в свой внедорожник и был таков. Я даже не успела и рта раскрыть, настолько быстро все произошло. Вот это прощание. То отпустить меня не может, а то даже поцелуем не наградил. И что мне делать? Я волнуюсь. Завтра с адвокатом надо будет уладить все дела по имуществу. В агентстве что-то непонятное творится. Макс постоянно пишет сообщения — ищет встречи. Я не отвечаю, но и как поступить — тоже ума не приложу. И с Игорем как-то быстро все развивается. Ещё не развелась, а уже шашни кручу. Да уж, Сашка, допрыгаешься. Всегда же умела справляться с эмоциями, а тут прям залипла на мужике. Хм... залипла, слово то откуда такое прилетело? От Матвейки своего молодёжного сленга нахваталась. Невольно улыбнулась, вспомнив сына. Интересно, как ему придётся? Ведь не так все и просто, как мне может казаться. Если я отпустила ситуацию, то ему тяжело приходится. Отец и мать жили вместе, а тут на тебе — взяли и разошлись. Хотя принял же он версию о залёте от отца чужой девки. И ведь простил. И меня ещё уговаривал. Кто бы мог подумать?! Как так? До сих пор в голове не укладывается. Подумаешь, выпил и изменил. Как для него все просто. Да, раскаивается, но ведь не рассказал бы, если бы она типа не залетела. Вот так и узнают жены об изменах их примерных мужей. А я? Ведь даже и не переживала. Больше унизительно было узнать, что муж предпочёл другую, моложе. Именно гордость мою задел и больше НИ-ЧЕ-ГО. Может, и к лучшему.

Матвей у отца жить будет. Сама же вызвалась жить в загородном доме. Туда меня и везёт сейчас водитель Орлова. Были бы у меня родственники, считали бы сейчас неудачницей. Ведь как у нас положено? Семья, дети, работа — жизнь удалась. А у меня что? Семьи нет, сын с отцом остаётся, а работа... ну вот только она и осталось, хотя не так давно чуть и ее не лишилась. Снова смс от Макса. «Прошу. Давай поговорим. Умоляю, Александра! Я клянусь, что не причиню вреда. Ну прости ты меня! Не верю я, что все так быстро разрушилось. Ты ведь можешь меня понять. Меня разрывает на части от того, что я сделал» От чего его разрывает? От того, что изменил и раскаивается, или от того, что принудил меня к сексу с ним, с пьяным идиотом? Я смотрела на экран. Не знаю, сколько времени прошло, он давно погас. Скорее всего, осознание, что сейчас происходит в моей семье, придёт позже. А сейчас я ни о чем не жалею. Открыла сообщения и отправила всего одно слово в ответ — «Поздно». Поздно, все поздно. Я поняла, что не любила. Не знаю... Я запуталась. А что тогда сейчас? Меня с невероятной силой тянет к другому человеку. Что это? Любовь? Любовь к мужчине. Ведь не знаю его совсем. Не знаю о нем ничего. Я не гуляла с ним под луной. Не встречала с ним рассвет. Не было романтики и прочей мишуры, за которую типа можно полюбить, как все об этом говорят. За что можно полюбить? За взгляд. Мимолетный. Который запомнится и останется в памяти навсегда. Как сейчас кажется, я оставила своё сердце там, у него в кабинете. За этот взгляд. Как он смотрел. Он полностью завладел мной. Я помню каждую минуту. Думала о нем. Все время. В мыслях ругала себя и ругала его, но все равно думала. О нем. Просто вспоминала его образ. Представляла. И он думал — я знаю. Телефон снова пискнул. Не стала читать. Не хочу. Скорее бы это всё закончилось. Выйдя из машины, я молча кивнула водителю. За мной он не пошёл, а когда я открывала дверь дома, услышала, как машина отъехала. Дом, милый дом. Сама захотела здесь жить, не ной теперь. Неизвестно, что будет дальше, но жизнь продолжается. На скорую руку соорудила салат из того, что нашлось в холодильнике. Опять сообщение. Глянула — Игорь. «Крепко не засыпай. Не люблю долгие пробуждения» И как это понимать? На щеках сразу румянец, а на лице улыбка. Мне завтра нужен трезвый и отдохнувший мозг, но с Орловым, я так понимаю, это невозможно! «Что на объекте? Кто-то пострадал?» И следом другую: «Поторопись. Завтра тяжелый день» Ждать не заставил: «Пострадавших нет. Но могут быть, если вовремя не откроешь. Уже спешу» Снова улыбка на лице. Подумаешь, мало ли кто что не любит. Надо учиться не поддаваться ему. Только он может так писать — дерзко, грубо и в тоже время с намеком на внимание. Кто знает, может, он, как и я, в жизни тоже мало нежности видел. Телефон вновь подал сигнал: «Мы подъехали. Открывай» И что это было? Он что, притащил с собой кого-то? Нет, я, конечно, гостеприимная, но не до такой же степени. На всякий случай сняла носки и сунула ноги в прохладные тапки. Накинула кофту — встречать неизвестных гостей не подобает в шелковой пижаме. С ранней молодости люблю красивое белье и дорогую одежду. В ней я чувствую себя увереннее. Надо любить и баловать себя. Спустившись на первый этаж, бегло глянула на небольшой беспорядок — даже не притронусь, пусть ему будет стыдно за вторжение на ночь глядя, да ещё и с гостем. Открыла входную дверь и, спустившись по лестнице, направилась к калитке. Нажала на электронный замок, она распахнулась, и я застыла от умиления. Орлов, с его мощным торсом, в кожаной куртке, которая придавала ему ещё больший объём, весь такой большой и брутальный, держал в одной руке пушистый белый комок. Милый щенок свисал с его локтя, положив две огромные лапы на его руку, а две другие болтались внизу. Игорь не сразу заметил меня и, повернувшись спиной, что-то доставал из машины и тихо бормотал, видимо, щенку. Развернувшись, застыл. Его взгляд на мне, мой на белом маленьком чуде. — Я тут подумал, — первый заговорил, немного разворачивая щенка в мою сторону. — Тебе, наверное, здесь скучно будет одной? Мне сказали, что девушкам нравятся такие подарки. — Орлов! Ты хоть раз в жизни можешь свои поступки выражать таким же монологом, каков является и сам поступок? — улыбаюсь и подхожу к ним. — Ну, расслабляться то не надо. Да я и не умею мило ухаживать — нет опыта. В растерянности я, знаете ли, — он подтянул щенка выше, потому что по мере моего приближения он начал упираться лапами, и казалось, что он вот-вот выпадет. — Можно я заберу его, раз он для меня и моего скучного настроения? Он хмыкнул и протянул мне подарок. Очень давно, я не испытывала такой радости и трепета от такого мило существа. Получив дозу облизывания лица, я все же посмотрела на Игоря. — Ты случился в моей жизни и уже столько в ней изменил, что мне страшно. Я не хочу, чтобы это заканчивалось. — Мне надо научиться быть с тобой открытым хотя бы немного. Ты призналась мне только что в том, о чем я думал в последнее время, но даже не собирался это озвучить. Ты смелее меня, но я постараюсь быть легче и мягче. Доверять людям, знаешь ли, я совсем разучился, — он посмотрел на меня как-то исподлобья, но спокойным взглядом и направился в сторону дома. — Догоняй, а завтра покажешь, как у тебя тут все работает. Я закрыла калитку и с улыбкой Чеширского кота поторопилась в дом.

Внутри дома все еще пахло новым ремонтом, деревом и чем-то неуловимо уютным, как будто само пространство дышало спокойствием. Я поставила щенка на пол, и тот тут же принялся исследовать незнакомую территорию, неуклюже перебирая лапками по деревянному полу. Я наблюдала за ним, чувствуя, как напряжение последних дней медленно отступает, уступая место тихой радости. Этот маленький комочек жизни, подаренный мне так неожиданно, казался символом чего-то нового, чего-то, что только начиналось.

Игорь стоял у окна, глядя куда-то вдаль, его силуэт был четко очерчен вечерним светом. В его молчании было больше, чем в любых словах. Я подошла ближе, чувствуя, как между нами нарастает невидимая нить, сотканная из общих мыслей и невысказанных чувств. Его слова о недоверии звучали горько, но в них была и надежда. Надежда на то, что я смогу помочь ему снова научиться верить.

— Ты знаешь, — начала я, мой голос звучал мягко, — иногда самое сложное – это просто позволить себе почувствовать. Позволить себе быть уязвимым. Это не слабость, Игорь. Это сила.

Он повернулся, и в его глазах я увидела отражение своих собственных мыслей. В них мелькнула тень сомнения, но тут же сменилась решимостью.

— Я знаю, — ответил он, его голос был тихим, но уверенным. — И я хочу попробовать. С тобой.

Он подошел ко мне, и в этот момент мир вокруг словно замер. Мы стояли так, совсем близко, и я чувствовала тепло его дыхания на своей коже. В его глазах я видела не только страх, но и зарождающееся доверие, хрупкое, но такое настоящее.

Я кивнула, не в силах произнести ни слова. В этот момент слова были излишни. Было только это тихое понимание, это зарождающееся чувство, которое обещало быть долгим и прекрасным. И я знала, что мы оба готовы к этому путешествию.