Глава 21

Ресторан был очень уютным и славился индивидуальным подходом к каждому посетителю. К тому же, здесь и правда варили вкусный глинтвейн. Я погуглила. И ко всему прочему, я знаю, что здесь часто бывает Орлов. И что самое смешное, я сейчас именно его наблюдаю в тёплой компании ему подобных мужчин в строгих костюмах и женщин… очень красивых женщин.

— Даже не вздумай накручивать себя, — услышала я негромкий голос моего друга. — Он обычно здесь встречается после рабочего дня, обсуждает дела или знакомится с будущими партнёрами.

— Да, да, я вижу, как именно одна из партнёрш пытается с ним познакомиться поближе, наглаживая его плечо, как будто он пыльный с прошлого года, — я отворачиваюсь от этой картины, и просто внутри всё закипает.

— Ну, Игорь никогда не был обделён женским вниманием, но, Саш, он с характером и, думаю, не позволит зайти слишком далеко, если сам этого не захочет, а в обществе — тем более. Орлов всегда был со стержнем, и последнее слово всегда было за ним.

— Я сказала, что у нас только секс, и мне не надо рассказывать, какой у него стержень, — на мгновение я застыла и поняла, что мои слова имеют двойной смысл, и невольно улыбнулась. Лёшка тоже заулыбался, но тему развивать не стал, ещё раз взглянув в сторону столика Орлова, нахмурившись, повёл меня вглубь зала.

Мы присели за стол, и, конечно, моя сторона оказалась напротив Орлова. Он сидел полубоком, и мне отлично был виден его профиль, а рядом — профиль незнакомки, которая явно проявляла к нему живой интерес. Её рука невзначай постукивала по его плечу, а потом она сразу же коснулась своей мочки уха, словно специально привлекая внимание и удерживая его взгляд. Эти мелкие жесты говорили больше слов — она явно старалась завоевать его внимание и не упускала ни одной возможности показать свой интерес.

На мгновение Орлов остановил на мне взгляд, но тут же отвернулся, потом снова сфокусировался и не поверил. Натянуто улыбнулся и потом вовсе переключился на ужин и разговор со своими спутниками.

Я уже не находила себе места, и ужин был мне не мил. Лёшка пожалел, что пригласил меня в этот ресторан, но уходить не имело смысла, и мы продолжили ужин, вскользь обсуждая нейтральные темы, касающиеся нас двоих. Я немного успокоилась. Нет, ну а что, в конце концов, я не могла изменить ситуацию, да и зачем?

Момент, когда Орлов появился у нашего столика, я пропустила, скорее всего, беременность сказывается, и я рассеяна.

Подняла голову, встретившись с ним взглядом — я его не отвела, а наоборот, с вызовом смотрела, мол, да, я всё видела, и мне всё равно, видишь, спокойно сижу и ем салат с креветками и нормально себя чувствую.

Игорь смотрел на меня, как будто что-то хотел прочитать во взгляде и явно не чувствовал себя виноватым, ровно наоборот, он спросил:

— Вы почему не подошли? — в его взгляде было столько недоумения. — Я мог вас не увидеть, странно всё как-то. Лёш, почему не сообщил, что будешь здесь? Саш, я не понял? — он ещё что-то хотел сказать, но запнулся. Видимо, потом скажет, не промолчит.

Игорь аккуратно взял меня под локоть и потянул вверх, принуждая встать. Я по инерции поднялась, и мы направились в сторону выхода. Игорь посмотрел на Лёшку, и слов не понадобилось, чтобы второй всё понял.

— Сколько раз ещё я буду наблюдать, как ты показываешь свой характер? Твоё упрямство ни к чему не приведёт, и показывать, как ты безразлична к этой ситуации, тоже не нужно, Саш!

Мы стояли на веранде напротив друг друга. Я чувствовала плечом, как Орлов дышит, и только это выдавало, как он нервничает. Присмотрелась, но его непроницаемый взгляд ничего не выдавал. Я решилась на проявление ласки и прислонилась щекой к его рубашке. На мгновение он застыл и через секунду взял мой подбородок и потянул на себя, мгновенно поцеловав. Это было настолько быстро, что я ахнула и ответила.

— В следующий раз, милая, когда захочешь пощекотать нервы, прояви благоразумие и подумай хотя бы о себе. Тебе нервничать нельзя, — погладил меня пальцами по щеке и заправил локон за ухо. — Хочешь, слетаем на острова, и ты там покричишь в океан вдоволь. Встанешь на корме да как выговоришься. Или в горы, ты ведь любишь горы?

Я прервала поток слов, закрыв пальцем его губы, а он слегка укусил меня. Я улыбнулась и сказала:

— Орлов, я могу снять с себя полномочия сильной женщины, разрешу себя увезти и ведь правда, могу и покричать, мне это так сейчас необходимо, но подозреваю, что тебе это не понравится.

— Не понравится — что?

— Моя слабость. Ты ведь привык играть со мной, а со слабой что играть — неинтересно!

— Поверь — это ещё интереснее, знать, что ты играешь в слабую, а на самом деле ты та ещё штучка, — нежно коснулся моего виска губами. — А сейчас возвращайся к своему спутнику, — он осторожно провёл рукой по моей спине и аккуратно подтолкнул к выходу. — Я вернусь к своим партнёрам и продолжу обсуждения.

— Игорь, я понимаю, что для тебя это может показаться странным, и ты не привык к таким просьбам, но я чувствую себя очень плохо, когда вижу, что некоторые из твоих партнёров ведут себя так, как не должны себя вести на деловых обсуждениях, пусть даже… — он остановил меня, развернул к себе и сказал:

— Я тебя понял. Да, для меня твои слова звучат несколько странно, и я не отвечаю за поступки других людей по отношению ко мне, но я знаю, какой я, Александра. Поверь, я всё вижу и понимаю, но это поступки их, не мои. Давай навсегда закроем эту тему, которая для тебя, видимо, очень горячая, а тебе пылать сейчас нельзя. Думай больше о себе и не додумывай то, от чего могут пострадать наши отношения. Я не люблю разговоры на тему ревности и скажу тебе один раз: чувства у меня могут быть только к одной любимой женщине, и поверь, если они возникают, все остальные становятся просто другими женщинами. Если бы не твоё положение, таких слов ты от меня не услышала бы. Я позвоню, — он снова аккуратно развернул меня в направлении столика, где сидел Лёшка, провёл по внутренней стороне моей ладони пальцами, сжал её и, отпустив, направился к своим коллегам.

Я даже не стала смотреть в их сторону, чтобы не заводить себя снова, так как точно увидела бы то, от чего снова начала бы злиться.

Вот о чем я думаю опять. Сказал же о чувствах к любимой женщине и многое другое, только вот являюсь ли я этой любимой женщиной? Дикий ты, Орлов, не умеешь объяснять все по-человечески. Хотя, судя по всему, и объяснять ничего не собирался, просто сказал, чтобы сцены не устраивала. Развернувшись, заглянула в уборную, а когда возвращалась, за их столиком уже никого не было. Вот так, Александра, все живут своей жизнью, и тебе тоже надо подумать о своей, которая скоро поменяется очень кардинально.

С Лешкой мы посидели недолго. Мне расхотелось заказывать десерт, да и поздно уже для него.

О беременности тоже промолчала: не так сообщают новости о малыше. Выпила свой глинтвейн, его тоже не хотелось, но перед Лешкой неудобно было. Попросила его отвезти меня. Дома ждал мой пушистый друг, с которым надо прогуляться и покормить. И подумать есть о чем.