Глава 15

Я окинул взглядом кабинет, на столах у других служащих подобного мастодонта древности не наблюдалось, все они работали с небольшими электронными калькуляторами, ну небольшими для семидесятых годов, конечно.

Мужчина, которого представил мэр, как Улле Хедберга заметил мое удивление и, погладив арифмометр по крышке, сообщил:

– Хорошая машинка, еще мой дед с ней работал.

Магнус за его спиной развел руками, мол, у каждого свои тараканы, хорошо еще счетами не пользуется, после чего ушел, оставив меня на растерзание старому чинуше. Но Улле оказался действительно кладезем знаний. В той прошлой жизни я мимо такого кадра никогда бы не прошел. Да и сейчас, разговаривая с ним, думал, что было неплохо уговорить такого специалиста работать на меня.

В общем, поговорили мы с ним плодотворно. Из беседы я понял, что поручение для меня составить бизнес план, было именно его идеей. Как ни странно, но мне эта работа позволяла, подумать и над своим проектом. Все-таки в России я мог пользоваться только своей памятью, а здесь к моим услугам имелась университетская и муниципальная библиотеки с десятками справочников и прочей литературой.

Беседа наша длилась почти два часа, пока Улле рассказывал об интересующих меня объектах да искал у кого сейчас ключи от них, поэтому, когда вышел на улицу, то обнаружил там Эрикссона, возившегося со своим Вольво.

Увидев меня, он пожаловался.

– Автомобиль не заводится.

– Вольво не заводится? Не может быть! – удивленно воскликнул я. – Впервые такое слышу.

– Смотри сам, – буркнул Эрикссон и, усевшись на сиденье, повернул ключ зажигания. Никакого эффекта это действие не произвело.

Я попросил тестя дернуть ручку открывания капота и поднял его. Да, не самая дорогая модификация, обычный карбюраторный движок. Но зато все сияло и блестело, как будто машина не эксплуатировалась три года. Наклонившись, хотел ближе рассмотреть работу шведских мастеров и локтем задел провод массы, на что его клемма послушно провернулась на отрицательном выводе аккумулятора.

– Шведы есть шведы, – насмешливо подумал я. – Их бы к нам водителями на недельку, тогда бы поняли, что такое автомобиль и как с ним бороться. Не знают даже, что под капотом находится.

Плотнее закрепив клемму на выводе, я предложил Эрикссону вновь завести машину, на что та ответила тихим рокотом двигателя.

– Алекс, я сегодня первый раз сам открыл капот, – радостно сообщил тесть.

Видя, что я непонимающе смотрю на него, он пояснил.

– Обычно машину смотрит мой приятель, старина Вилли Брандт, у него через улицу от нас небольшая автомастерская. Неделю назад я заезжал к нему, все было в порядке. Кстати, что ты сделал? Мне из машины не было видно.

– Клемму закрепил на аккумуляторе, надо дома будет затянуть нормально, – сообщил я. – Ну ладно, я тороплюсь, мне нужно в муниципальную библиотеку записаться, там необходимо, что-нибудь кроме паспорта?

– Ничего больше не надо, – сообщил Магнус, вытирая носовым платком вспотевший лоб. – Я еду в ту сторону, садись, довезу.

Ну, а что? Если предлагают, чего отказываться? Я уселся рядом с мэром и на виду у всего честного народа покатил с ним по улицам Умео.

По дороге мэр ерзал на сиденье, как будто что-то не решался мне сказать.

– Магнус, тебя что-то беспокоит? – в конце концов, пришлось спросить мне.

Мы как раз подъехали к библиотеке, и тесть остановил машину у бордюра.

– Понимаешь, Алекс, – замялся он, – Дело в соседке, Этой стерве не понравилось, что ты живешь с нами в квартире. Дом у нас кооперативный и соседи вправе требовать, чтобы иностранцы не проживали с ними рядом.

– Можешь не продолжать, – засмеялся я. – Все и так понятно. Не был бы ты мэром, можно было бы её послать и оставить все, как есть, но дорогой тесть, ты наверно хочешь баллотироваться еще на один срок, и скандалы нам не нужны. Думаю, выход можно найти всегда, было бы желание. Давай сегодня вечером подумаем, что можно по этому поводу предпринять. Так, что до встречи.

В библиотеке всё же без проблем с записью не обошлось. Престарелый библиотекарь без звука заполнил формуляр и даже записал место учебы, университет города Умео. Пришлось ему долго объяснять, что я не студент, и буквально вчера приехал из Советского Союза.

Сошлись на том, что в формуляре записали адрес мэра, а профессию – эмигрант.

После чего я зарылся в каталоге в поисках нужных книг. Отвык я от таких приключений. Всего лишь год назад по моему личному времени, для поиска нужной информации нужно было всего лишь зайти в Интернет.

Выбрав несколько справочников, подошел к библиотекарю, а тот, пользуясь отсутствием посетителей, натурально похрапывал за своим столом.

Кашлянув, я разбудил старца, и он принялся заносить в формуляр названия выбранных книг.

Вернувшись, домой съел бутерброд с колбасой и собрался поработать. Сегодня кабинет тестя был предусмотрительно открыт для меня. Я с удовольствием устроился в его кресле за письменным столом и, заправив три листа бумаги с копиркой в пишущую машинку, начал творить.

Будильник поставил на четыре часа, чтобы встретить Эмели, но обед, заработавшись, пропустил. Поэтому, когда зазвенел звонок, уже изрядно проголодался, но было уже не до перекуса, пришлось быстро собираться и отправляться к университету.

На этот раз вокруг Эмели собрался кружок девиц, жаждущих поглядеть на мужа одногруппницы.

Долго рассматривать меня им не удалось, Поздоровавшись с девушками, я, подхватил Эмели под руку и повел в сторону дома.

– Саша, куда ты так торопишься? – спросила жена, едва успевшая попрощаться с подругами.

– У нас сегодня много дел, – загадочно сообщил я.

– Каких еще дел? – удивилась Эмели.

– Сейчас дома перекусим и пройдемся по городу, мне нужно пройтись по нескольким адресам, – объяснил я. – Надеюсь, ты составишь мне компанию?

– Конечно, составлю, – сообщила жена и сразу забросала градом вопросов; для чего, куда и каким образом.

После того, как мы поели, я тут же на кухонном столе расстелил карту города и показал Эмели три точки, которые нам надо сегодня посетить.

– Мы сегодня не успеем до темноты, пешком нам только в одну сторону нужно час добираться, – сообщила жена, увидев адреса, обведенные кружками.

– Хорошо, – согласился я, – прогуляемся вот сюда, как раз времени хватит, чтобы по приходу сделать ужин.

– А, я вспомнила, в этом месте кафе раньше было. Только оно уже года два, как закрыто! – воскликнула Эмели.

Мне оставалось только улыбнуться. В отличие от жены, я уже выяснил всю подноготную этого заведения. Улле Хедберг не даром хлеб ел, много лет работая в муниципалитете, и досконально знал все крупные и мелкие предприятия в Умео. Небольшое кафе на выезде из города в сторону Стокгольма существовало лет тридцать. Но два года назад владелец умер, не оставив наследника. Небольшое здание являлось собственностью муниципалитета, объявившего конкурс на его аренду. Но то ли цена аренды была высока, то ли у желающих не хватало средств, но второй год кафе было закрыто.

Сейчас ключи от него лежали у меня в кармане и мы, вдвоем, радуясь погожему осеннему дню, отправились на смотрины.

Эмели оживленно болтала, рассказывая мне, где, что находится. Я с удовольствием слушал её щебетание. Тем более что в Умео я первый раз попал лет пятнадцать тому вперед, и для меня многое здесь оказалось в новинку.

Через минут сорок, пройдя по мосту через реку Умеэльвен, мы оказались на выезде из города. По шоссе в сторону Стокгольма шел довольно интенсивный траффик.

На заправке, мимо которой мы проходили, имелась небольшая закусочная. А вот на другой стороне дороги располагалось одноэтажное здание, несколько выделяющееся своими размерами среди десятка частных домов.

Это здание и было целью нашей прогулки.

Подсознательно я рассчитывал, что оно будет походить на кафе Ритты в Йоэнсуу, но это здание явно было намного старше. Плиты на дорожке ведущей к входу были покрыты неубранной павшей листвой, и кое-где через неё пробивалась трава, а всего то прошло два года.

Удивительно, но стекла в окнах здания оставались целыми. Да и около него явно давно никто не проходил.

Достав ключи из кармана, я попытался открыть висячий замок. Эмели молча следила за моими действиями, никак их не комментируя. Наверно дар речи потеряла от неожиданности. Но когда я скрипом провернул ключ в замке, она вернулась к жизни.

– Алекс, откуда у тебя ключ? И почему ты без разрешения хочешь попасть в чужое владение? – эмоционально спросила она.

– Почему же без разрешения? Твой отец и разрешил, – ответил я, пытаясь сдвинуть с места одну из створок дверей.

Наконец это произошло, и мы прошли вовнутрь. А там не все было так уж печально. В зале для посетителей стояли приличные столы и скамейки.

В рабочих помещениях тоже все осталось на своих местах. Бывший владелец особо не страдал по новизне, поэтому вся кухонная утварь имела выраженный налет времени. Впечатлили огромные медные колпаки вытяжки над двумя плитами и не менее огромные медные трубы, покрытые темной патиной. Эмели молча следовала за мной и в какой-то момент взяла под руку, как будто боялась, что из-за угла появится страшное привидение.

– Саша, для чего ты все это затеял? – спросила она, когда мы, открыв дверь в конце зала для посетителей, прошли в хозяйскую половину.

Та представляла собой довольно большую гостиную, двери двух спален выходили в коридор, а узкая лестница вела на мансарду. Зная о сложном квартирном вопросе в Умео, я все больше удивлялся, что никто не берет в аренду это кафе.

– Тебе тут нравится? – вместо ответа спросил я?

– Нравится, но уж очень все запущено. А почему ты спросил?

– Думаю, не стать ли тебе женой владельца кафе – закусочной, – улыбнулся я. – И жить в этой квартире вдвоем со мной.

– Алекс, ты с ума сошел! Ты же ничего не знаешь о нашей жизни! Как ты можешь быть таким самонадеянным!

В ответ я обнял жену за плечи.

– Эмели, не переживай, у нас все получится, вот увидишь. Но два других объекта мы посмотрим завтра. Хотя здесь мне уже нравится.

Когда мы вышли на улицу, и я приступил к закрытию дверей, к нам быстрым шагом подошла пожилая женщина.

– Здравствуйте, молодые люди, можно поинтересоваться с какой целью вы осматривали заведение покойного Хёглунда?

– Добрый день, фру, смотрели, можно ли взять его в аренду у муниципалитета, – вежливо ответил я.

У нас завязался разговор в ходе, которого женщина призналась, что работала здесь поваром несколько лет до смерти владельца. Сейчас она не работает, но если бы кафе открылось, она с удовольствием вернулась бы на прежнее место.

Ну, что я мог ей сказать? Пока ничего конкретного. Поэтому и обещать ничего не стал.

Дама, однако, разочарованной не выглядела, видимо, что-то смогла прочитать по моему лицу.

Когда мы шли обратно, уже смеркалось. Пришлось прибавить шаг, чтобы успеть домой до прихода тестя.

Дома Эмели уселась за учебники, а я взялся за кастрюли, такова моя судьба во всех жизнях.

Вскоре дома появился и мэр.

Зайдя на кухню, он принюхался к запахам и уселся за стол.

– Как прошел день? – спросил он якобы без особого интереса.

Я коротко посвятил его в сегодняшние события и заодно поинтересовался, почему никто так и не арендовал кафе Хёглунда.

– Эрикссон, криво усмехнулся и принялся рассказывать.

– Понимаешь, Алекс, коренное население у нас довольно суеверно, а Хёглунд пользовался у нас не самой доброй славой, боялись его люди.

Поэтому в основном заходили к нему в кафе приезжие.

Ведь до 1965 года Умео был довольно провинциальным небольшим городком. Все изменилось с постройкой университета. Появилось много молодежи, а с ней много проблем. Но молодым не хочется ехать на окраину, им вполне хватает развлечений в центре.

При этих словах, я судорожно подавил желание расхохотаться. Интересно, что Эрикссон подразумевает под развлечениями? Детскую карусель в скверике, или что-то еще? Я больше никаких развлечений не видел. Если не считать десятка два хиппарей в драных джинсах, сидящих и бродящих около этого сквера.

А Магнус продолжал говорить.

– Подозреваю, Улле тебе не упоминал о Хёглунде. Хедберг спит и видит, как кто-нибудь возьмет в аренду это здание, пока оно не развалилось. С двумя другими он надежду уже потерял. В следующем году мы наверно, отдадим эти участки под застройку. С квартирами у нас в городе дела обстоят неважно. Но сходи, посмотри и на них. Вдруг тебе понравится еще что-то.

– Все секретничаете? – спросила Эмели, заходя на кухню. – Папа, а ты знаешь, что мы сегодня присмотрели себе квартиру?

Если бы Эрикссон пил кофе, то непременно бы поперхнулся.

– Какую еще квартиру? Эмели, о чём ты говоришь?

– Ну, как же, мы сегодня смотрели кафе на Олавёген, там такая хорошая квартира, не хуже чем у нас.

– Понятно, – протянул тесть, пристально глядя на меня. – Вроде бы Алекс, ты все в правильном направлении мыслишь, но твоя идея с квартирой мне не по душе.

Я усмехнулся.

– Лучше слушать ругань фру Урсулы, по поводу иностранцев?

– Папа, а как у тебя продвигаются отношения с Вилмой? – неожиданно спросила Эмели.

– Не лезь в отцовские дела! – неожиданно возмутился Магнус. Видимо отношения желали лучшего.

– А если мы уедем, то ты сможешь начать новую жизнь, – продолжила девушка.

Поняв, что надо заканчивать дискуссию, я ринулся к духовому шкафу и торжественно вынул из него капустный пудинг.

Всё, на ближайшие полчаса все замолкли и наслаждались едой.

– Алекс, ты опять мне о маме напомнил, – печально сказала Эмели. – Она тоже пудинг готовила, только у тебя гораздо вкуснее получился.

Магнус хлопнул себя по лбу.

– Тьфу! Совсем заработался, Эмели, мама звонила мне сегодня, она собирается приехать в ближайшие выходные. Очень хочет посмотреть на твоего мужа.

Как ни странно Эмели особой радости не высказала, а обреченно выдохнула:

– Мама меня убьет, она требовала, чтобы я пока учусь, забыла о молодых людях. И тебя Алекс она тоже убьет.