Отрывок 4
Ещё через три дня Орловский сообщил мне, что нас с ним ждёт участие в вечеринке, которую организует Милена в одном из особняков, принадлежащих её семье. Прямо в центре Питера, практически в исторической его части, где дома стоили дороже, чем резиденция Президента в Кремле.
- Там будете не только вы с шефом, - шёпотом заверила меня Вера во время обеденного перерыва в ресторане. - Ещё приедет пара участников, так что думаю, не лишним будет с ними познакомиться.
- Иногда мне кажется, что всё это шоу - чётко спланированная акция. И взяли меня туда только потому, что им не хватало какого-то элемента, - буркнула я, вяло ковыряясь в тарелке с припущенным шпинатом и совсем не подходящими к нему сосисками.
- По первому пункту согласна, - кивнула Вера. - Создателям таких проектов неинтересно участие каких-нибудь серых масс. И я не про тебя! - добавила она, заметив мой взгляд. - Ты отлично готовишь, плюс у вас такая история интересная с шефом.
- Нет у меня никаких историй с Орловским!
- Есть и не спорь. А что касается второго пункта…
Она задумалась, перемешивая в тарелке еду, пока та не стала похожа по консистенции на детское пюре.
- А что касается второго пункта, тебе нужно немного больше уверенности в своих силах. Босс не стал бы брать тебя в команду, если бы не твой потенциал.
- Угу. Только теперь что-то радость от участия уже не такая лучезарная.
- И зря. Я бы многое отдала, чтобы побыть частью «Законов вкуса».
- Так давай я уговорю Орловского взять тебя вместо меня.
- Знаешь, что, Рита… Иногда тебя слушаю и диву даюсь.
- Почему это?
- Потому что это - твой реальный шанс в жизни. Даже если тебе его подсунули нарочно, даже если всё спланировано - играй ты в свою игру, и будет тебе счастье.
- Легко сказать. Особенно когда у руля такие экземпляры как Милена.
- Да. У руля они, но участвует в проекте Андрей Николаевич - с тобой.
- С этим не поспоришь.
- Вот именно. Так что соберись. Сходи на вечеринку. Разузнай о конкурентах. И иди на это шоу вооружённая до зубов.
Я хмуро взглянула на су-шефа, навалила шпинат на остывшую сосиску и потыкала вилкой в получившуюся горку. Наверное, она права. И мне стоит прислушаться к советам Веры, потому что играют они исключительно на моей стороне. Вот только как быть с теми чувствами, которые рождаются внутри?
Впрочем, что об этом думать сейчас, когда впереди у меня несколько дней на то, чтобы смириться с неизбежным?
Дом Милены и вправду похож на дворец. Хоть с виду и обманчиво-скромный, но каждый элемент лепнины на фасаде буквально кричит: «Я стою больше, чем твоя зарплата за три месяца!». Если организаторы шоу будут обращать внимание в первую очередь на внешний вид ресторана, боюсь, мы с Орловским проиграли несколько позиций ещё на старте.
- Пухляш, ты чего встала? Пойдём? - мягко говорит мне Андрей, который привёз меня на вечеринку, идти на которую нет никакого желания. Но он заверяет, что так нужно. Ни ему, ни мне - нашему будущему. Как будто и вправду есть у нас какое-то общее будущее. Хотя, я понимаю, что имеет ввиду Орловский, и ценю его доверие в мою сторону.
- Пойдём, - вздыхаю я, прогоняя ненужные теперь мысли.
Во-первых, я не любила подобные сборища от слова «совсем». В первую очередь потому, что мне всегда было довольно тяжело влиться в чужую компанию. Во-вторых, данное конкретное сборище я не любила заранее, ибо его хозяйкой станет выступать Милена. А её парень, как вы помните, - Андрей.
- Что-то не так? - спрашивает он, когда я тащусь ко входу во «дворец», едва переставляя ноги. Мысленно ругаю себя за то, что оделась довольно скромно, но изменить в этом уже ничего не могу.
- Всё так, - вру я, и секундой позднее Орловский распахивает передо мной двери особняка.
Меня сразу окутывают запахи, исходящие от множества вайпов, а так же аромат какого-то грейпфрутового алкоголя. Здесь уже веселятся, несмотря на то, что вечеринка началась пару минут назад. Кто-то танцует, кто-то сидит возле стойки, которой бы позавидовали даже самые крутые бары Питера.
- Пухлик, располагайся, я сейчас, - перекрикивая музыку, сообщает мне Андрей, отходя к Милене, которая холодно и надменно кивает мне, и тут же теряет всяческий интерес.
И я остаюсь одна. В окружении ароматного пара, незнакомых людей и какого-то сшибающего с ног ощущения, что меня бросили на растерзание толпе.
Толпа, по правде говоря, совсем не обращает на меня никакого внимания, что даёт мне возможность перевести дыхание. Я добредаю до свободного стула возле барной стойки, взбираюсь на него и делаю бармену - да-да, здесь есть даже бармен! - заказ:
- Виски с колой.
Пока он готовит мой коктейль, успеваю оглядеться и составить более подробное представление о происходящем. Тот эпитет, которым обозвал Орловский вечеринку, на мой взгляд, совсем не подходит этому собранию. Андрей сказал, что у Милены будут в основном участники, которые любят «Законы вкуса», я же вижу, что как раз вкуса у собравшихся нет напрочь. Чего стоит одна только девица с зелёными волосами, дёргающаяся в рваном ритме под вполне себе плавную композицию.
- Эй, привет! Я - Марк.
Рядом со мной оказывается парень, который протягивает мне руку с улыбкой на лице. И от того, насколько она открытая и действительно дружелюбная, мне тоже хочется улыбаться.
- Рита, - отвечаю на знакомство, слегка сжав его пальцы ладонью.
- Ты случайно не подруга Орловского? - задаёт новый знакомый неожиданный вопрос.
А впрочем, почему неожиданный? Просто видел, как мы с Андреем зашли вдвоём в дом - и только.
- Она, - киваю я, хотя, определение «подруга Орловского» мне решительно не нравится. У него вон уже есть… подруга. Которую он как раз прижимает к себе и шепчет ей что-то на ухо. А она смеётся в ответ, запрокинув голову.
- Круто. Он о тебе много рассказывал.
- Кому?
Бармен наконец ставит передо мной коктейль, и я отпиваю сразу добрую половину. Пожалуй, информации на сегодняшний вечер уже с перебором.
- Да всем. Он тебя Пухляшом называет, кстати.
- Я в курсе.
- Странно.
- Что странного?
- Ну я себе представлял какую-нибудь толстушку. А тут ты.
- И что?
- Ну, ты клёвая.
- Клёвая - значит худая?
- Не совсем так.
Видно, что Марк в замешательстве. А мне это льстит. Потому что вполне себе привлекательный парень хочет сказать то, что мне понравится. При этом он сам напросился на знакомство. Значит, я ему симпатична.
- Дело вовсе не в полноте. Даже если бы Пухляш оказалась действительно пышкой, но у неё был твой характер, ты бы и тогда мне понравилась.
- А какой у меня характер? Ты меня знаешь минуты три. Уже смог составить полное впечатление?
- Нет. Но ты не отталкивающая. И мне хочется продолжать с тобой знакомство и дальше.
Я поджимаю губы, с интересом глядя на Марка. Он вполне себе прикольный, приятный, интересный… Только почему мой взгляд помимо воли ищет среди присутствующих Орловского?
Который, кстати, весьма успешно забыл о моём наличии и полностью погрузился в общение со своей цаплей.
- Ты давно знаешь Милену? - задаю я вопрос невзначай, допивая коктейль и делая бармену новый заказ.
- Не очень. Но у меня с ней ничего не было, - по-своему истолковывает мой интерес Марк.
- Я разве об этом спрашивала?
- Нет, это я так. На всякий. - Он делает паузу, смотрит на меня, а потом выдаёт суждение, которое бы наверняка не высказал, если бы что-то там себе не нарешал: - Просто она со многими встречалась.
- Вот как? Кажется, сейчас у неё серьёзные отношения с Орловским.
Мне даже удаётся произнести это относительно ровным тоном, хотя от вида того, как Андрей зажимает Милену на диване, внутри всё клокочет бессильной яростью.
- Теперь да. Он ей идеально подходит.
- В каком смысле?
- Ну, он богат. Унаследует семейный бизнес. У Милки тоже папа шишка. Так что…
Марк пожимает плечами, как бы говоря, что всё ясно и без лишних слов. И он прав. И для Милены, и для Орловского эти отношения идеальны. Оба будут управлять общими семейными проектами, зарабатывать море денег, возможно, даже откроют под это дело какой-нибудь совместный бренд вроде «Милая орлушка». Блин, и что мне за мысли в голову лезут? Орловский - всего лишь старый знакомый. Настолько старый, что кажется, я помню, каким было на вкус отнятое у него в детстве яблочное пюре. И мне не должно быть никакого дела до его Милены и отношений с ней.
Так почему же всё-таки есть?
Чем меньше времени остаётся до ночи, тем выше градус веселья и крепости алкоголя. И мне уже не так комфортно оставаться едва ли не самой трезвой среди всей этой братии. Марк беспрестанно крутится рядом, а вот Орловского я замечаю не столь регулярно. Порой кажется, он вообще отправился наверх со своей цаплей, и это ощутимо бьёт по нервам.
- Пухляш, ты же не будешь против, если мы задержимся до утра? - спрашивает Андрей, материализуясь рядом практически из воздуха. Значит, всё же совести никуда не уходить пока хватило.
- То есть, я должна спать где-то в незнакомом месте с незнакомыми людьми?
- Ну зачем сразу с людьми? Милка тебе комнату выделит.
Он смотрит на меня с улыбкой, и по его взгляду понимаю: Орловский пьян настолько, что не просто домой отвезти меня не сможет, но даже с вечеринки вряд ли уйдёт на своих двоих, если его всё же вынудить это сделать.
- Милка, угу, - бурчу я, протягивая руку за следующей порцией виски с колой.
- Ты что, ревнуешь? - шепчет он мне на ухо заговорщическим тоном, и мне хочется тотчас возмутиться. Чего я почему-то не делаю. Просто поворачиваюсь к Орловскому, застывая взглядом на его губах, которые сейчас находятся в катастрофической близости от меня.
- А если да? - не сдержавшись, уточняю я, и с мрачным удовлетворением наблюдаю за тем, как брови шефа ползут наверх.
- Тогда скажи мне это.
- Что именно?
- Скажи, что ты меня ревнуешь.
Нет, это переходит всякие границы. Уже перешло. И я сама - инициатор подобной беседы, которая мне нравится гораздо больше, чем фантазии о том, что будет делать Орловский наедине с его цаплей наверху.
- Я тебя ревную. Этого достаточно?
- Для чего, малыш?
Он впервые называет меня так. И от этого я делаю жадный короткий вдох, будто Андрей только что ударил меня этим словом. Сейчас, когда он настолько близко, и когда во взгляде его тёмных глаз, в которых дурман плещется на самом дне, смешиваясь с нотками самоуверенности и вызова, я вижу своё собственное отражение, и это сводит меня с ума. Гораздо сильнее, чем то было раньше. Настолько, что я и размышлять здраво не могу.
- Для того, чтобы ты оторвал свою задницу от стула и проводил меня домой, - нарочито грубо отвечаю я, чтобы возвести между нами то, что поможет мне в моём самосохранении, которое и так трещит по всем швам.
Но Орловский не успевает ответить - рядом с ним возникает Милена, которая, глядя мимо, будто меня не существует вовсе, хватает Андрея за руку и куда-то тащит. А он поднимается с барного стула и идёт, будто баран на верёвочке.
Милена начинает танцевать, обвивает его шею руками, потирается о него всем телом. И внутри меня разгорается такой неистовый пожар, что мне хочется только одного - исчезнуть из этого чёртова цаплиного дома и никогда больше не видеть ни её, ни Орловского.
Но вместо этого я поднимаюсь на ноги следом за шефом, тащу за собой подвернувшегося как нельзя кстати под руку Марка и начинаю выполнять такие па, которых не видывали даже самые профессиональные стриптиз-бары. Даром, что одежда в этот момент остаётся на мне, и то хлеб.
Вижу, как во взгляде Орловского, которым он смотрит за моими телодвижениями, разгорается что-то тёмное, потустороннее. И даже почти пугающее. Почти потому, что если бы я не приняла на грудь столько алкоголя, наверняка бы устрашилась шефова гнева.
Милена продолжает елозить по Андрею, потом тянется к его губам, и мне ничего не остаётся, как сцепить зубы и продолжать танцевать с Марком. А тот, к его чести, весьма неплохой партнёр. Подхватывает, где надо, придерживает. Прижимает к себе, если того требует поза, и не прижимает, если не требует. И мне это нравится. Впервые чувствую себя настолько уверенной в чужих руках. Ещё бы совладать с ревностью, и я была бы вполне довольна этим вечером.