Глава 20

В следующие выходные, Роман и Маргарита приехали в загородный дом Молотова, чтобы девушка смогла перегнать свой «Ferrari» в гараж неподалеку от дома. Погода стояла чудесная, и Роман предложил девушке прогуляться по лесу. Неспешно бродя по тропкам, они вышли к реке. К той самой реке, что некогда и свела их лицом к лицу.

— Марго, помнишь, ты лежала вот здесь? — спрашивал Роман, когда они действительно оказались на том самом месте, где так неосмотрительно уснула Рита.

— Помню. А ты племянницу искал…

— Да уж, — засмеялся Молотов, — На самом деле тут в доме у меня до Гены охранником был Эдик, и пока меня тут нет, любил девиц притаскивать. И в тот раз притащил. А она-то не больно и хотела. Этот придурок напился и привязал ее к батарее. Я приезжаю, чтобы маму встретить, а там Эдик на диване пьяный дрыхнет, и у батареи веревки валяются. Сбежала. Вот мы ее искать-то и пошли. Не нашли. Она вперед ментовку нашла. Короче, посадили Эдика. А я и отмазывать его не собирался. Я ему категорически запрещал из моего дома бордель устраивать, поэтому получил по делам, — поучительно заметил Молотов.

— А зачем тебе понадобилась я? — спросила Рита о том, что всегда так ее интересовало, но она ни разу не спрашивала.

— Как зачем? Переспать с тобой хотел. А ты такая гордая, неприступная, просто английская королева, а не девушка из провинции.

— И конечно ты не мог такого допустить, чтобы девушка ответила «нет»? — улыбаясь, спокойно спрашивала Рита, в то время, как внутри раскатывалась волна ненависти, а желание залепить ему пощечину буквально жгло ладонь.

— Что-то вроде. Меня тогда вообще взбесило, когда ты буквально бросила трубку. Но, что было, то было. Прошло. Сейчас же у нас все по-другому, — улыбнулся Роман, а Рита не стала уточнять, что он имеет в виду под фразой «по-другому», — Слушай, мы же так на залив и не съездили. Пойдем домой, возьмем мотоцикл и прокатимся? — неосознанно перевел тему Роман.

— Пойдем, — с мнимой радостью согласилась Рита.

Они действительно прокатились до залива, посмотрели сказочный закат, занялись «страстным» сексом на природе, и уже глубокой ночью вернулись домой.

— Ты завтра в Москву? — поинтересовалась Рита.

— Да, а ты не собираешься со мной?

— Я хотела здесь в магазинах поработать, если ты не против?

— Да, пожалуйста, если нужно, значит нужно. Я понимаю, работа дело святое.

— Правда, дел накопилось. Я бы ближе к выходным приехала к тебе, как ты на это смотришь?

— Я в пятницу утром снова улетаю в Швейцарию, на денек, — признался Роман, поскольку собирался лично забрать заказанное обручальное кольцо, — А потом я собирался заскочить к маме в Эстонию, она говорит, что приболела. Так что вернусь скорее всего только в воскресенье. Давай я сам в воскресенье в Питер сразу прилечу.

— Хорошо. Меня Алла в понедельник на кинофестиваль позвала. Она там работает ведущей, я хотела сходить, ты как? Пойдешь со мной?

— Думаю, получится. Ну, там ближе к понедельнику созвонимся, еще неделя впереди, — предложил Роман, намереваясь все же прилететь в Питер в воскресенье и сделать Маргарите официально-деловое предложение руки, ну, и сердца, разумеется.

— Хорошо, — согласилась Рита, — Давай спать.

— Давай, — крепко прижав к себе девушку, поддержал ее намерения Роман.

Роман вмиг вырубился, а Рита никак не могла уснуть. Она лежала в постели, смотрела по сторонам и невольно думала о том, что именно на этой постели три года назад она стала женщиной. На этой постели, с этим мужчиной. Она же обещала себе в ту ночь, что больше никогда не увидит его, а что вышло? Она не сдержала данного самой себе слова.

«Господи, только бы эта ночь оказалась последней для меня на этой кровати. Только бы больше никогда в жизни мне не пришлось спать здесь с ним! Пожалуйста, Господи, если ты есть, прошу, услышь мои мольбы, не дай мне провести в этой ненавистной постели еще хоть одну ночь», — от всего сердца умоляла бога Рита, а по щекам одна за другой катились слезы.

Наступило воскресенье, а за ним понедельник, но у Романа так и не получилось прилететь в Петербург, поскольку в Москве наметились очень важные переговоры.

— Мы же собирались на кинофестиваль, — расстроено проговорила Рита, решив, что посетить мероприятие уже не получится, — Мне нужно прилететь к тебе?

— Нет, зачем? Сходи на фестиваль, как планировала, а я приеду к тебе сам, как только получится, надеюсь, во вторник, — решил Роман, поскольку почему-то сделать Рите предложение ему хотелось на ее территории и перед их поездкой к ее маме.

— Ой, здорово! Спасибо! — не скрывая своего восторга, провизжала в трубку Рита.

— Да не за что. Желаю хорошо там провести время.

— Спасибо-спасибо-спасибо!

Рита собиралась весь день, выбирая лучший наряд, чтобы выглядеть в меру дорого и одновременно элегантно. Прическу и макияж ей сделала ее постоянный парикмахер-визажист Вероника, подчеркнув томный взгляд и пухлые губы, волосы собрали в небрежный валик и выпустили спереди пару прядей.

— Ну что сказать: стильно, дерзко, сексуально, — констатировала Вероника, глядя на полный образ Маргариты.

— А не слишком дерзко и сексуально? — чуть засмущалась Рита.

— Ты с ума сошла?! Просто бомба! Затмишь там любую звезду!

— Никусь, я не хотела никого затмевать.

— А что поделать, красоту не спрятать!

— Спасибо, дорогая. Правда, благодаря тебе, ощущаю себя неотразимой, — Рита прокрутилась перед зеркалом.

— Все, звезда моя, вперед!

— Вперед! — улыбнулась Рита и вышла из дома.

Рита с удовольствием наблюдала, как филигранно работают Алла и Лунев. После официальной части, началась неофициальная, где праздновали все те, кто оказался удостоен статуэтки и горевали те, кому так ничего не досталось. Естественно, Рита находилась рядом с Аллой, а значит и рядом с Луневым. Игорь не отходил от девушек ни на шаг и галантно ухаживая за обеими.

— Девушки, а может быть, рванем в клуб? — предложил он, под конец банкета.

— Да, ну, нет. Мы, наверное, уже домой поедем, я устала жутко, — начала отказываться Алла.

— Аллусь, а может быть, поедем? — поддержала предложение Лунева Марго.

— Нет. Я устала. Ритуль, ты же сама понимаешь, — многозначительно произнесла Алла, имея в виду свое интересное положение.

— Ну, да. Ладно, Аллочка, ты тогда поезжай отдыхать домой, а мы в клуб, — буквально повергнув подругу в шок, заявила Рита.

— Рит, пойдем, отойдем, — ухватив подругу под локоть, Алла потащила ее в сторону, где Алла начала негромко выговаривать Рите все, что думала на сей счет, — Ты в своем уме? Какой клуб? Ты хочешь, чтобы Молотов тебе голову оторвал?

— Алла, посмотри на часы. Сейчас полдвенадцатого, а пока мы доедем до клуба, будет двенадцать.

— Рита, при чем тут время? Или что ты скажешь Молотову, что как только пробило двенадцать, тебя заколдовал злой волшебник, и ты не соображала, что делала?

— Алла, просто в двенадцать, будет уже двадцать восьмое июля, понимаешь? Все, конец контракту! Первый день моей свободы!

— И что? Ты вот так поедешь с Игорем? Чтобы все видели, чтобы завтра все тыкали в Романа пальцем? Люди же вокруг не знают, что у вас какой-то там контракт. Подумай, каково будет Молотову. Это же удар ниже пояса! Он столько для тебя сделал…

— Сколько? Подставил меня на работе? Чуть не оставил меня без образования? Рассорил меня с Владом? Ах, да! Заставил меня с ним спать?! И что мне теперь всю жизнь делать так, как будет хорошо Ромочке, да? А кто спросит чего хочу я? Так вот, если тебе интересно, я хочу ехать с Луневым. Я хочу! Я впервые за три года могу сделать то, что хочу, и я сделаю! Или ты прикажешь мне всю жизнь плясать под Молотовскую дудку? Ничего подобного! Мне ровным счетом на него наплевать, как все эти три года, он плевал на меня! Я поеду с Луневым, и никто мне не помешает! Даже ты! — вспылила Рита и поспешила уйти прочь от Аллы.

— Ну и дура! Нет, Молотов ее завтра точно убьет… и Лунева тоже…, - вздохнув, покачала головой Алла, но тащить Риту домой силой не собиралась, как-никак у нее своя голова на плечах.

Рита и Игорь приехали в один из самых пафосных петербургских клубов и отрывались там на всю катушку. Лунев и не подозревал, что у Риты был свой весомый повод для веселья. Она неистово отмечала первый день, а точнее первую ночь своей свободы! А Лунев казался самым лучшим вариантом для компании.

— Слушай, а Молотов твой, завтра меня не отмолотит, а? — спрашивал Риту Игорь, когда танцы по ее инициативе становились все откровеннее, а тела все ближе.

— Нет! Он больше не мой! А самое главное — я не его! — радостно кричала в ответ Рита, так, чтобы перекричать музыку.

— Ну, ладно, успокоила!

После нескольких часов зажигательных танцев и множества коктейлей, Игорь решил вызвать такси, чтобы довезти Риту до дома, а сам после этого собирался в гостиницу. В машину они сели вместе.

— Марго, — обратился к ней Игорь, но Рита тут же остро отреагировала.

— Никогда не называй меня «Марго», меня воротит, когда меня так называют! Так меня называл лишь один человек, а я его не перевариваю, и вообще «Марго», звучит как-то пошло.

— Нет проблем. Ритуль, адрес свой называй, сейчас довезем тебя, а потом я в гостиницу.

Рита назвала адрес, и в то время, когда такси уже подъезжало к ее парадной, она уже четко решила, что не позволит Луневу провести ночь в гостиничном номере. И стоило машине остановиться у ее дома, как Рита весьма настойчиво попросила Игоря проводить ее до квартиры. Ему ничего не оставалось, как отпустить такси и согласиться сопроводить свою спутницу до двери. А возможно, и дальше… Обычно Лунев сам делал подобные ходы, но с Ритой он не мог себя вести как банальный бабник. Во-первых, статус у девушки был не тот. Это тебе не клубная тусовщица или фанатка, а бизнес-вумен. Во-вторых, уж слишком влиятельным человеком являлся ее бывший поклонник, чтобы не раздумывая тащить ее в постель. Ну, а в-третьих, сама Рита, казалось, вовсе не похожа на ту, что готова с первым встречным прыгнуть в постель. Но, тем не менее, она прыгнула. И мало того, потащила за собой Лунева.

Наутро Рита проснулась в объятиях Игоря. Свободная и счастливая. Солнечные лучики рассеивались по спальне, отражаясь в ее сияющих глазах. Рядом лежал Лунев. И Рите впервые было приятно смотреть на мужчину и вспоминать его горячие ласки, обжигающие поцелуи, пылкие прикосновения и страстные объятия. Наконец, проснулся и Игорь.

— Ритуля, доброе утро, — потянувшись сказал он, так искренне и по-доброму.

— Доброе.

— Как тебе спалось?

— Прекрасно, — потянулась Рита.

— Нет, это просто безобразие! — несколько ошарашил Риту Игорь, — Нет, ты хоть понимаешь, что нельзя быть такой красивой, а тем более по утрам! Что желает самая красивая девушка на завтрак? — привстав с кровати поинтересовался Лунев.

— Просто кофе.

— Пару минут, и ваше желание исполнено, — пообещал он и удалился на кухню.

Пока Игорь колдовал на кухне, желая все же кроме кофе чем-то порадовать девушку, хотя бы тостами с джемом, Рита блаженно кувыркалась в кровати.

«Вот она — свобода! — восторгалась девушка, накрыв себя с головой мягким одеялом, — Это бесподобно! Как же я счастлива! Наконец-то!»

Возле постели послышались шаги, и Рита поспешила вытащить голову из-под одеяла, чтобы принять долгожданный утренний кофе из рук своего героя. Но стоило ей выглянуть, как ее блаженная улыбка тут же спала с лица. Перед ней стоял Молотов с огромным букетом цветов.

— Какого черта ты здесь делаешь?! — тут же подскочила на кровати Рита.

— Что значит, «какого черта»? Вчера не смог, сегодня приехал, — не понимая нападок, отвечал как есть Роман.

— Молотов, не делай из меня дуру! Тебя не должно здесь быть!

— Ритуля, а вот и кофе, — глядя под ноги, радостно сообщил Игорь, но увидев Романа, замер на месте.

— Что это такое?! — вмиг покраснев, рассвирепел Молотов, швырнув в Риту букет алых роз, — Как это понимать?! Как ты могла мне изменить?! И с кем? С Луневым?!

— Закрой рот! — резко оборвала его крик Рита.

— Что? — не веря, что у Риты хватает наглости так с ним разговаривать, изумился Роман.

— Что слышал! Взял свой веник и пошел вон! — кричала она, швырнув букет в своего изначального владельца.

— Ты что совсем нюх потеряла?! Ты — моя! — твердил в ответ Роман.

— Я уже девять часов как не твоя! Сегодня двадцать восьмое июля. Срок годности нашей любви истек! — подметила Рита, и по лицу Молотова стало видно, что он никак не ожидал такого поворота.

Во-первых, он не помнил, что действие контракта и вправду истекло, а во-вторых, был уверен, что и Рита об этом не помнит, и уж тем более, он не мог подумать, что в первую же ночь, она приведет в дом другого!

— Молот, не стой как вкопанный, не зыркай своими дьявольскими глазами, мы — чужие люди. Ты мне — никто! Никто! Не хочу больше ни одной секунды тебя видеть! Пошел вон! — холодно и цинично высказалась Рита и указала Молотову рукой на дверь, в то время, как второй придерживала одеяло на своем обнаженном теле.

От злости у Молотова перехватило дыхание, ему хотелось порвать в клочья Лунева, разнести в пух и прах всю квартиру, но теперь он действительно не имел на это никакого права. Она честно отработала условия контракта, а его срок истек. Молотов проглотил комок своего бешенства и, сжав зубы, молча вышел из квартиры.

«Тварь! — с ненавистью рычал внутри себя Молотов, сбегая по лестнице, — Сука! Убил бы! Как искусно она окунула меня в дерьмо! И эта та девочка, у которой на речке украли сарафанчик, и она смотрела на меня растерянными глазками! Медуза Горгона! И когда она успела так измениться? Неужели, это с ней сделал я?» — спрашивал себя Молотов, и молчал в ответ, поскольку ответ был настолько же очевиден, как и неприятен.

Молотов запрыгнул в машину и с такой силой хлопнул дверью, что Стас даже побоялся спросить, куда ехать и просто тихонько тронулся с места.

— В Москву! — спустя минуту, сам сказал Молотов. Он понимал, что Рита абсолютно права, и сегодня она ему никто, но ощущение, что ему изменили, Романа не покидало. Кровь кипела и, казалось, что внутри все выжигают напалмом.

Игорь еще мгновение простоял на том же месте, и только потом подошел к Рите.

— Ты его видела? Я не знаю, как он меня на куски не разорвал. Нет, я был уверен, что он вцепится в меня бульдожьей хваткой, и меня не спасут ни занятия восточными единоборствами в юности, ни постоянные посещения спортзала в настоящем. Я не понимаю, как ты могла его вот так просто выгнать, и не верю в то, что он вот так ушел?

— Он человек бизнеса, он все понял, — несколько туманно ответила Рита.

— Да, лучше мне не знать, какие у вас там разборки, — решил для себя Лунев, — Слушай, Рит, а на кой черт все это было? Для него? — спросил он, имея в виду секс.

— Нет. Я правда не думала, что он приедет. Мне так хотелось. Ну, я думаю ты понимаешь, что это разовая акция?

— Увы, понимаю. Я сам, как правило, пропагандирую одноразовый секс, но вот с тобой был бы рад постараться построить что-то более долговременное и постоянное, — поразил Риту своим откровением Игорь.

— И за что мне оказана такая честь?

— Ты мне просто нравишься. Ты не похожа на все тех, что постоянно роятся вокруг меня. Ты же мне давно понравилась. Еще тогда, года полтора-два назад в клубе. И все сами виснут, а ты меня посылала и посылала.

— Что ж вы, мужики, так болезненно реагируете на отказ? Вы же на всё готовы, лишь бы затащить отбрыкивающуюся барышню в койку. Это что дает дополнительные баллы к вашей самооценке?

— Вероятно. Но я не пытался тебя никуда затащить, просто хотелось быть с тобой рядом. Честно, я благодарен за эту ночь и жаль, что она больше не повторится, но это не значит, что я не хочу с тобой общаться как с другом, например.

— Друзья? Здорово, у меня никогда не было друзей мужчин, — улыбнулась Рита.

— Приятно хоть в чем-то быть первым.

«О-о! Знал бы ты, что ты первый мужчина, которого я сама хотела, вообще бы возгордился», — усмехнулась про себя Рита.

— Может быть, в пятницу вместе поедем в Москву, сходили бы на одну фотовыставку моего знакомого?

— Нет. Я в четверг к маме на день рождения уезжаю.

— Тебя проводить? Я как раз до пятницы по работе пробуду в Питере.

— Нет, спасибо, я на такси.

— Нет. Я провожу тебя, помогу довести чемодан, — категорически заявил о своем намерении Игорь.

— Да какой там чемодан? Сумка небольшая если только наберется, я же на пару дней.

— Отказ не принимается, я за тобой заеду в четверг. Говори во сколько?

— Ну, хорошо. Часов в десять утра за мной зайдешь, хорошо?

— Договорились.

— А вернусь я скорее всего не одна, — улыбнувшись, заинтриговала Игоря Рита.

— А с кем?

— С сестрой. Слушай, будь другом, познакомься с ней, — попросила Лунева Рита, — Ну, ты ей нравишься. Сходи разок в кафе, я даже счет могу оплатить.

— Какой счет?! Познакомлюсь, конечно. Только потом не предъявляй мне статью за совращение, — засмеялся Лунев.

— Ну, тут я не переживаю, вы люди взрослые. Только, если что, расстанься с ней красиво, ну, как ты умеешь.

— Для тебя, все что угодно, — заверил Риту Игорь и поцеловал в шею.

— Спасибо, ты — настоящий друг.

— Ну, что завтракаем?

— Да, — наконец-то взяв в руки свой кофе, согласилась Рита.

На следующее утро Молотов проснулся в пять часов, мигом собрался и спустился в комнату Стаса.

— Чего спим?! — завопил он, открыв дверь, после чего бедный Стас подскочил на кровати и упал на пол, — Подъем! Я пью кофе и через пятнадцать минут мы выезжаем в Санкт-Петербург. Все ясно?!

— Да! — громко, четко и коротко ответил Стас, а через пятнадцать минут уже подогнал машину к крыльцу особняка Молотова.

Рита сидела на кухне, когда кто-то настойчиво позвонил в дверь. Девушка открыла, даже не спросив, кто там, почему-то решив, что это может быть Лунев. Но на пороге вновь стоял Молотов. И снова с огромным букетом алых роз, только свежих, естественно.

— Молот, что тебе надо? — без напускного дружелюбия, поинтересовалась Рита.

— Я пришел извиниться, — сообщил он, входя в квартиру, хотя его никто и не приглашал.

— Что? — нахмурилась Рита.

— Я пришел извиниться. Я вчера оказался несколько несдержан. Ты одна?

— Допустим.

— Значит, мы сможем спокойно все обсудить.

— Молотов, что обсудить? У нас больше нет общих тем для разговоров, — заметила Рита.

— У меня есть к тебе одно предложение.

— Где-то я это уже слышала.

— Я даже готов простить тебя за вчерашнюю оплошность.

— Что? — перебив Молотова, переспросила Рита, — Простить меня? За что? За оплошность?! Оплошность — это то, что было между нами! Ты еще имеешь наглость приходить ко мне и говорить, что готов меня простить?

— Ну, хорошо, хорошо, успокойся, я не так выразился. Не простить, а закрыть глаза. Выходи за меня замуж, — буквально сбил с ног Риту Молотов своим предложением.

— Что?

— Ну, дело в том, что я планирую на будущий год баллотироваться в государственную думу, и для моего имиджа необходимо семейное положение. Все знают, что мы вместе не первый год, значит и женится мне нужно на тебе, — как есть, разложил по полочкам Молотов.

— Пошел вон! — просто ответила Рита, не желая слушать его бредовые идеи.

— Постой. Что ты теряешь?

— Свободу, — перебила его Рита.

— Марго, пойми, это же выгодное предложение.

— Молотов я хочу нормальных отношений, я хочу семью, а не выгодное предложение!

— А у нас и будет семья. Поженимся, родим малышей, все как у всех! — с каждым словом больше и больше поражал Риту Роман.

— Молотов, семья и рабовладельчество — это не одно и то же. Или тебе в детстве не объясняли? Ой, извини, не буду про твое детство, а то ты опять сочтешь это за оскорбление кого-либо из родителей, и я снова получу по лицу или по хребтине. А может быть, и туда, и туда! — не могла не припомнить Рита.

— Я больше никогда не подниму на тебя руку. Я же давал слово. Марго, подумай над моим предложением.

— Нет! Ни за что на этом белом свете я больше не буду с тобой! И если ты решишь заполучить меня любой ценой, как ты обычно и делаешь, то единственный способ — убить меня. Убей, забальзамируй, как Ленина, и делай со мной, что хочешь! Поставишь меня в своей спальне и будет у тебя свой маленький Мавзолей! — иронично предлагала Рита.

— Марго, но нам же было хорошо вместе, может быть, не всегда, но было.

— Молотов, «нам» и «тебе» — это тоже не одно и то же! Неужели ты не понимаешь, что я просто качественно выполняла свою работу? Будь так добр, оставь меня в покое!

— Ну, неужели я совсем тебе не нравлюсь?

— Представь себе — нет! — безапелляционно ответила Рита.

— Что во мне не так? — никак не мог взять в толк Молотов, — Лично я себе очень даже нравлюсь.

— Вот и выходи за себя замуж! — вполне логично предложила Рита.

— Неужели я и вправду так тебе не приятен и привлекали тебя лишь мои деньги?

— Ну, почему же? Ты мне сперва даже понравился, тогда, на речке. И если бы ты просто начал ухаживать за мной, а не покупать, я и сама с радостью сдалась. Я не верила Владу, когда он говорил, что ты страшный человек. А теперь я знаю, так оно и есть. Ты привык брать все, что хочется, но сейчас у тебя ничего не получится. Ты не сможешь меня заставить остаться с тобой. Можешь забрать у меня все, от бизнеса до квартиры! Можешь выдворить меня из города. Можешь избивать меня до полусмерти. Можешь даже убить, но я больше никогда, слышишь меня, ни-ког-да, не буду с тобой! — смотря прямо в глаза Молотову размеренно и уверенно говорила Рита.

— А чего ты хочешь? С Луневым быть? Нужна ты ему сто лет в обед! Он меняет одну на другую со скоростью света.

— Молотов, как тебе еще объяснить, что моя жизнь тебя никак не касается? Оставь меня. Найди другую.

— У меня выборы…

— А мне все равно! Тебе тоже было все равно, чего я хотела, не так ли? Ты же посмеялся над моими мечтами, надеждами, прошелся по ним своими нечищенными ботинками, потоптался и плюнул. Тебе же было все равно, что я мечтала о любви, о том, чтобы меня любили. Я никогда не забуду твою самодовольную рожу, когда ты понял, что я девственница. Это был взгляд какого-то хищного извращенца! А то, что я в принципе не хотела с тобой спать, тебя же тоже не особо волновало. Ты — мужик, тебе никогда не понять, какого это, когда на тебя наваливается туша, килограмм на тридцать тяжелее тебя, когда он трогает тебя, целует и лыбится тебе в лицо. Тебе не понять, какого это, когда тебя трахают в любое время как и где хотят, а ты не вправе сказать «нет». Даже больше того, ты должна делать вид, что сама этого хочешь, и что тебе это нравится! Тебя унижают, швыряют от стенки к стенке, потом говорят, что такого больше не повторится и снова швыряют!

— У тебя была возможность засадить меня в тюрьму, раз я настолько тебе отвратителен, посадила бы меня и праздновала свою свободу!

— Молотов, по себе людей не судят. Подлость — не мой козырь. Только ты любишь пользоваться своим превосходством и испытывать кайф от унижения и подчинения своей власти другого! Я ненавижу! Как я тебя ненавижу! — проговаривала Рита и испытывала неописуемое наслаждение от того, что может сказать ему это в лицо.

— А я и не прошу меня любить! Просто будь моей женой и все! — развел руками Роман.

— Ты — дурак? Я только что тебе сказала, что хочу нормальных отношений по любви, ты не слышал?!

— И чем это Лунев лучше меня?

— Всем! А главное то, что он мне нравится, а не только я — ему.

— Да? Может быть, ты и к маме на день рождения с ним поедешь?

— Естественно. Меня звали с моим мужчиной, а это сейчас — Лунев! — не зная зачем, соврала Рита.

— Великолепно! Значит за одну ночь, он стал тебе ближе, чем я за три года?!

— Представь себе — значит! А знаешь почему? Потому что вчерашней ночью я впервые занималась сексом по желанию, а не по контракту!

— И ты хочешь сказать, что никогда-никогда меня не хотела? Ни разу не легла со мной в постель по своему желанию, даже когда сама меня туда звала? — недоверчиво спрашивал Роман.

— Так и есть. Я делала так, как хотелось тебе.

— Может быть, ты еще скажешь, что тебе и хорошо не было? — усмехнулся Молотов.

— Не было.

— Ни в жизнь не поверю!

— Почему же? Если я стонала вот так, — сказала Рита и начала исступленно постанывать, — Это еще ничего не значит! Может быть, что такое оргазм я вообще только вчера узнала. О! Как же мне с ним было хорошо, — пошло улыбаясь повествовала Роману Маргарита, с удовольствием наблюдая, как Молотов меняется в лице, — Теперь я понимаю, зачем я тебе понадобилась, а точнее наш контракт. С тобой сексом можно только в условиях оплаты заниматься, поскольку больше все равно никакого проку. Видать не давал никто, а тут я подвернулась, да?! А я уж начала думать, что я фригидная, а оказывается, все зависит от любовника. Сейчас я точно понимаю, что значит, когда говорят «размер не имеет значения», ты своим многосантиметровым так пользоваться и не научился! — войдя в раж давила на мнимую мужскую несостоятельность Молотова Рита, не в силах остановиться, — Ну, что ты надулся? Покраснел как рак? Ну, что ты молчишь, Молотов? Скажи мне хоть что-нибудь! Тварь, ну что ж ты молчишь-то?! — кричала Рита, срывая голос, но никакой ответной реакции не следовало.

Молотов просто стоял напротив и смотрел на нее не моргая.

— Что, его величеству не пристало с чернью пререкаться, так что ли?! Мразь! — с необъятной злобой завопила Рита, а потом просто бросилась на него с кулаками, — Что, все еще хочешь на мне жениться? Урод! Мерзавец! — ударяя Молотова по щекам то с одной, то с другой стороны после каждой фразы кричала Рита, — Подонок! Ненавижу!

Наконец, Роман перехватил ее руки, крепко сжав запястья своими сильными пальцами.

— Ну, ударь меня, ударь, ты же этого хочешь! — продолжала провоцировать она Романа.

Но Молотов не собирался ее бить. Он просто резко опустил ее руки вниз, сложив по швам, и отпустил.

— Дура! Неужели ты не понимаешь, что я тебя люблю?! — выкрикнул он, глядя прямо ей в глаза.

Однако, через долю секунды, поняв, что он сказал, Молотов распахнул дверь и поспешно вышел, щелкнув за собой замком.

Рита стояла у двери неподвижно. Нет, она прекрасно видела, что не безразлична ему, поэтому и старалась задеть побольнее. Она знала, что именно сейчас он беззащитен, и не сможет ответить. Было самое время отыграться за свое потрепанное самолюбие и потоптанную гордость, что Рита и сделала. Она понимала, что сейчас впервые сделала Молотову безоговорочно больно. И можно бы торжествовать, вот только по щекам Риты, одна за одной, почему-то покатились слезы… Она ощущала себя обессилевшей, уставшей, абсолютно пустой внутри. Она постепенно осела перед дверью на колени и, уткнувшись в ладони, заплакала.

Молотов вылетел из квартиры Риты и не дожидаясь лифта помчался вниз по лестнице. Пробежав два пролета, он остановился и со всей силы ударил кулаком в стену, отбив кусок штукатурки и ободрав кулак в кровь. Он облизнул кровь с кулака и сел на ступеньки.

«Сука, что ж так больно-то! — скрипел от злости зубами Молотов, имея в виду вовсе не разбитый кулак, — Как я мог ей это сказать?! Зачем?! Я себе-то в этом признаться не мог, а тут выдал — люблю! Идиот. Люблю… Но ведь люблю же! — усмехнулся он сам не понимая, как это произошло, — Как же хочется к чертям перевернуть весь этот сраный мир! Идиот! Влюбился, как мальчишка безмозглый. И когда я только успел?! Как же она меня ненавидит… Похоже, абсолютно без шансов. Сидит, сейчас, небось, радостная, сама собой гордится, что нашла момент ужалить в самое больное место. А чего я собственно ждал? Все логично… Ладно, чего расселся, вставай, вали отсюда, в этой парадной тебе уже больше делать нечего.»

— Роман Валентинович, обратно в Москву? — поинтересовался Стас, когда хозяин сел в машину.

— Нет. На дачу, — более чем неожиданно ответил Молотов.

— Как скажете.

— Конечно, как я скажу! Все всё делают, как я говорю, и только она постоянно воротит то, что хочет! — рыкнул на Стаса Роман.

Так, не обращая внимания на то, что рабочая неделя была в разгаре и телефон то и дело трезвонил, Молотов спрятался ото всех и всего на даче. Весь день, до поздней ночи он молча лежал на постели и смотрел в одну точку.

Он вспоминал все, что происходило между ним и Ритой. Их первая встреча, когда он просто увидел пленительной красоты девушку и решил во что бы то ни стало с ней переспать. Вспомнил все свои уловки, чтобы заставить Риту пойти на контакт. Вспомнил, как она напилась в ту самую первую ночь. Вспомнил, что очень удачно на пути Риты попалась Лена, благодаря которой, она таки согласилась на этот контракт, и даже не важно то, что потом благодаря этой же Лене, сам Молотов провел в СИЗО больше месяца. Вспоминал, как все это время вела себя Рита. Первый год, она слова лишнего боялась сказать, робко смотрела на него, как зашуганный зверек, а он упивался своим превосходством. Как во второй год, она начала бунтовать и выводить его из себя. Вспомнил все их скандалы. Оскорбления, унижения, претензии и рукоприкладства. Но в последнее время Молотову искренне казалось, что все хорошо, словно и нет никакого контракта. Неужели она могла так виртуозно играть, лишь бы потом нанести свой удар в спину? Нет, Рита не могла. По крайней мере, сам Роман в это никак не мог поверить. Она же стала такой родной, такой близкой, такой любимой… Сама мысль о том, что Риты больше не будет в его жизни, отправляла Молотова в технический нокаут. Да, он уже не сможет ее заставить, а сама она не захочет. Тупик. Наверное, впервые в жизни, Молотов оказался в полном тупике, когда в голову не приходила ни одна здравая мысль. Как оказалось, любовь действительно не купишь. Молотов привык к тому, что все в его власти, все, но только не чувства другого человека, а в частности Риты. Действительно, и почему тогда в самом начале, ему не пришла в голову мысль, просто поухаживать за ней. Почему он был уверен в том, что деньги — это неоспоримый козырь, предъявив который, он автоматически вызовет жгучий интерес к своей персоне? Зато теперь он точно знал, за что полюбил Марго: за ее непокорность, неприступность и крутой нрав. Да, она так и осталась его непокоренной вершиной, единственной непокоренной вершиной в его жизни, но при этом — самой главной вершиной…

«Наверное, я это заслужил», — смиренно решил для себя Молотов и наконец-то уснул.

Тридцатого июля Рита приехала в Новокуйбышевск. Вполне предсказуемо, первым делом мама спросила у Риты, почему она без Романа.

— Мам, ну ты сама понимаешь, что он очень занятой человек. Мы собирались, купили билеты, но в последний момент перенеслась важная встреча и ему пришлось срочно вернуться в Москву, — не моргнув глазом, соврала Рита, поскольку маму расстраивать ей не хотелось.

— У вас точно все в порядке? — словно что-то предчувствуя, продолжала интересоваться мама.

— Мам, правда, все в порядке. Потом приедешь к нам в гости и во всем убедишься.

— Хорошо-хорошо, верю-верю, — заулыбалась мама, — Надеюсь, вскоре вы поженитесь и порадуете меня внуками.

— Вполне возможно, — уклончиво ответила Рита.

На следующий день, Рита решила прогуляться по городу и совершенно случайно увидела Анну — бывшую одноклассницу, с которой проучилась с первого по одиннадцатый класс. Обрадовавшись неожиданной встрече, девушки решили посидеть в кафе.

— Ну, Рит, ты как? Рассказывай! — с любопытством расспрашивала бывшую одноклассницу Аня.

— Хорошо. Сейчас вот к маме не день рождения приехала, а так в Петербурге живу.

— Да, ладно?! Здорово. Я всегда знала, что ты станешь самой успешной в классе, да что там в классе — в выпуске. А я вот все тут живу.

— Я смотрю, ты замужем, — констатировала Рита, заметив обручальное кольцо на правом безымянном.

— Да, дернул черт — вышла замуж!

— За кого?

— За Сашку Милославского, — с какой-то усмешкой сказала Аня, говоря о том молодом человеке, роман с которым у них завязался еще в школе.

— Помню, какая у вас любовь была, я вам так завидовала, ну, по-доброму, конечно, — улыбнулась Рита, радуясь за Аню.

— То-то и оно, что была. Дура я наивная. Выскочила замуж пять лет назад, и как не было у нас ничего за душой, так и нет. Я даже не думала, что любовь так быстро проходит, когда приходится пересчитывать каждую копейку. Начинает раздражать, что кто-то может сходить в клуб, а ты — нет; кто-то может купить такое платье, а ты — нет; кто-то может каждую неделю ходить в салон, а ты — нет; ну, и так бесконечно. И самое гадкое, когда ты начинаешь тихо ненавидеть своего мужа, и винить во всех грехах.

— Ань, все образуется.

— Нет, Рит, с ним — нет. А что самое смешное, как ни встречу кого-нибудь из наших девчонок, практически у всех лабуда в личной жизни. Например, Танька Морозова, вышла за бизнесмена. Да, все есть, но только он жестко все контролирует. Он ее и в грош не ставит. Может орать на нее на всю улицу. Бьет. Унижает. Еще и каждый рубль проверяет: когда, куда, на что. Она слова не смеет сказать. Он ей прямо сказал: захочешь уйти — убью. У Ирины Паниной вообще алкоголик. Так же бьет и ни рубля нет. У Нади Мироновой — постоянный круговорот: один, другой, третий… У Галки — вроде бы, муж как муж. Работает, зарплату ей приносит, ребенок подрастает, но на сына — ноль внимания. И все ему ни так, ни сяк. Чуть что — скандал. Даже из-за жареной картошки может разораться, что корочка не такая! Короче, все они козлы те еще! Пашешь на них, а они и спасибо не скажут. Ладно, хоть бы деньги приносили, чтобы ты могла себя человеком почувствовать, так нет, или хотя бы внимание уделяли, но нет же — слова доброго не дождешься.

— И что, реально у всех такая засада? — изумилась Рита, до последней секунды уверенная в том, что у нее были самые гадкие и мерзкие взаимоотношения, а тут и без контрактов мужики своим женщинам кровь пьют?!

— Нет, у Дашки, все хорошо. Но это скорее исключение. У них с мужем свой бизнес. Кафе и магазин кофе и чая. Две самостоятельные единицы, уважают друг друга, любят, дополняют. Ну, и у Жени Харитоновой тоже не плохо. Он работает, она в декрете. Живут не очень-то богато, но зато не могут друг на друга надышаться. А у тебя-то как?

— Никак.

— Не поверю, что одна! Ты вон какая красавица!

— Было примерно как Морозовой. Тоже бизнесмен. Нет, не орал, конечно, на людях, да и вообще, если его не выводить, вполне уважительно себя вел, и расходы он мои никогда не контролировал. Подарки дарил…

— И что?

— Расстались.

— Бросил, зараза?! — возмутилась Аня.

— Нет, я сама ушла.

— Почему? Изменил?!

— Нет. Просто не люблю, — коротко ответила Рита.

— А он?

— Он, кажется, любит.

— Так это же самое главное!

— Но я-то тоже хочу любить. Да и по отношению к нему это как-то не честно, — пожала плечам Рита.

— Ну, Власова, ты как была дите наивное, так и осталась. Ты все сказки ждешь что ли? Принца на коне, в доспехах? Только ты учти, они для жизни не приспособлены. Они ухаживают красиво, а потом ты всю жизнь им быт обустраиваешь… А что хоть дарил-то? Интересно, что бизнесмены в Питере дарят.

— Много что. Чаще драгоценности. У меня дома целый сейф, как ни выход в свет, так новый гарнитур.

— Вот это любовь! — восхищенно протянула Аня.

— Это не любовь, это понты. Просто желание показать, смотрите, какая у меня невеста. Это просто мужики кошельками меряются.

— Ага, у Морозовой тоже меряется, как ни выход, так вот примерно так же, как у тебя, только кто знает, что он все на прокат берет?! А тебе-то дарил. И это не в количестве денег дело, а в щедрости, поверь мне. Дарил, значит хотел.

— Возможно… Вообще, если так разобраться, он дал мне все. Квартира в центре, с видом на Мариинский театр, две машины. И еще две я разбила. И поверь, это были очень дорогие машины. Один «Maserati» чего стоил! Он открыл на мое имя счет с кругленькой суммой. Помог организовать бизнес. У меня свой бренд одежды и магазины в Питере и в Москве. И это все сделал он, — проговорила Рита и только сейчас действительно поняла, что Молотов слишком много ей дал.

— И ты ушла?! Рит, ты меня прости, но ты — дура, — развела руками Аня.

— Но я же не люблю… И вообще, ты много не знаешь…

— Понимаю, но все же все перечисленное тоже чего-то стоит. Мужчина просто так ничего не делает. Если бы он хотел, чтобы ты была его собственностью, он посадил бы тебя дома, выдавал энную сумму на расходы и еще чеки просил, вот как раз, как у Морозовой, а он делал из тебя равную себе. Это несколько другое.

— Может быть, ты и права… Может быть, я слишком предвзята. Порой сложно посмотреть на ситуацию со стороны, когда ты в нее эмоционально включен. Мне самой все виделось иначе, пока я не начала это проговаривать сейчас вслух…

— Ты подумай, может все вернешь?

— Подумаю…, но вряд ли, — все же решила Рита.

Девушки разошлись, а Рита все прокручивала в голове их разговор. Так или иначе, в отношениях всегда партнеры зависят друг от друга. Ведь в чем-то и Молотов от нее зависел. Зависел от того, как она будет вести себя на людях, от того засадит ли за решетку, да и вообще насколько ему будет с ней хорошо… Ведь она тоже могла запросто подпортить ему настроение, а при желании и финансовое благополучие, могла бы что-нибудь рассказать прессе, или начать его шантажировать этим же самым контрактом. Почему она так однозначно приписала себе роль жертвы, а из Молотова сделала тирана? Может быть, ему тоже бывало несладко? И скорее всего так, только он это не показывал, дабы не подрывать свои имидж и авторитет, а Рита не замечала.

«Ладно, подумаю… Хотя, все-таки он — деспот. Хотя, я тоже та еще язва. В принципе, им же можно управлять, он почти всегда, так или иначе, делал, как хочу я, а если нет — я устраивала спектакль. Да, выходит я была не так уж и бесправна? Ну, а сейчас мы могли вообще бы быть на равных… Да, нет, он не простит измены» — пытаясь зацепиться хоть за что-то, лишь бы выкинуть из головы крамольные мысли о возможности жизни с Молотовым, Рита завершила свои размышления.

— Мам, ну что за привычка слушать новости во время ужина? — возмущала Рита, сидя вместе с мамой и Илоной на кухне.

— Нужно же знать, что происходит, — высказала свою точку зрения мама.

— Лучше бы музыкальный канал включила. Ну, что ты интересного узнала?

— Наводнение в Индии, потом в Англии еще несколько человек умерли от свиного гриппа, один испанец выиграл в лотерее больше миллиона евро, и селекционеры вывели какой-то новый сорт морозостойкой вишни, — отчиталась мама.

— Да, без этих знаний и жизнь была бы пуста, — лишь развела руками Рита, Лучше бы «Звездный экспресс» по Первому с Ариадной посмотрела. А то от новостей у меня несварение будет, это точно.

— Ну, хорошо, пока ты дома, можем смотреть «Звездный экспресс», — смирившись, пообещала мама.

На следующий день Рита и Илона встали пораньше, чтобы успеть все подготовить. Гостей планировалось немного, только самые близкие люди: несколько родственников и две мамины подруги. Вечер прошел на «ура»! Все веселились, вспоминали яркие события, шутили, хохотали, а мама просто светилась от счастья. Еще бы, за столько лет, Рита приехала на ее День рождения! Разошлись все только под ночь.

Рита договорилась с Илоной, что в Питер они полетят вместе, чтобы сестра успела подать все документы, посмотреть университет, в котором собиралась учиться, попривыкла к городу, и начала более-менее ориентироваться в пространстве. Поэтому параллельно с празднованием маминого дня рождения, девушки паковали чемоданы. Конечно, мама понимала, что если есть возможность, нужно уезжать в крупный город, но ей так не хотелось оставаться одной… Рита неоднократно предлагала маме поехать с ними, но та никак не решалась. Тем не менее, Маргарита смогла убедить маму в необходимости переезда и та согласилась, правда после нового года, чтобы спокойно собрать все вещи, продать квартиру и попрощаться с этим городом навсегда. Радости девочек не было предела. Наконец-то они снова окажутся все вместе, как в детстве!