Глава 12

Вэл чувствовала себя видавшим виды полуспущенным мячом, с которым часто играли босоногие мальчишки в закоулках дворов ее детства. Удар ногой – и мяч летит вверх, ударяясь о стену под радостный смех детворы. Еще удар – и слышится звон разбитого стекла, а затем улицу оглашает громкая ругань, и мальчишки со смехом рассыпаются во все стороны, подгоняемые страхом, смешанным с неудержимым восторгом. Вечером же, когда игры заканчивались и матери собирали своих чумазых сыновей по всему кварталу, подзывая их громкими недовольными криками, мяч оставался на улице, одинокий и грязный, валяющийся в каком-нибудь темном углу, терпеливо ожидая следующего дня, когда он вновь станет желанной игрушкой.

Забавно, но именно это воспоминание так некстати всплыло в голове Вэл, когда Ра вскользь сообщил о том, что какое-то время ей суждено жить у Зеффа.

Какое конкретно время – Раза не уточнил, да и вообще не счел нужным объяснять свое решение. Вэл увидела, как тугой кожаный кошелек, полный монет, перекочевал в большую ладонь удивленно крякнувшего Зеффа, попытавшегося было возражать своему командиру, но тот лишь отмахнулся.

– Купи ей нормальную одежду, на нее невыносимо смотреть. – Раза мельком глянул на Вэл и продолжил: – Мне нужно домой. Завтра все в силе?

– Само собой, Раза. – Кошелек исчез в кармане куртки Зеффа. Вэл почувствовала себя так, словно ее продали, как диковинную зверушку на рынке. – Ну, до завтра тогда!

– Будут проблемы – найди меня, – туманно произнес Раза и наконец обратился к Вэл, стоявшей с застывшим лицом рядом: – Зефф позаботится о тебе, не перечь ему, хорошо?

Вэл сжала губы, приказывая себе молчать. Просто молчать, как бы сильно ни хотелось высказать то, что крутилось на языке.

– Вэл? – вопросительно приподнял брови Раза, не дождавшись ответа.

– Ты меня за идиотку держишь? – отворачиваясь, сквозь стиснутые зубы процедила Вэл. – Я все поняла, не деревянная же.

Черные брови сошлись на переносице.

– Не говори со мной таким тоном, – ровно произнес Раза. Вэл насупилась, не смотря в его сторону.

«Иди уже, – хотелось крикнуть Вэл. – Иди уже к себе домой, к своей драгоценной Дэни, Второй, Третьей, Двадцать Пятой, или кто она там тебе!»

Нужно было перестать изводить себя. Прекратить немедленно.

Чувствуя себя неблагодарной скотиной, Вэл попыталась изобразить на лице подобие улыбки.

Раза спас ей жизнь, взял под свое покровительство и только что недвусмысленно дал понять, что будет продолжать заботиться о ней. По крайней мере, так, как может это делать в сложившихся обстоятельствах.

– Извини. – Вэл выдохнула и заставила себя посмотреть на своего спасителя.

Черные глаза заметно потеплели. Раза шагнул вперед. Губы мужчины мягко коснулись лба Вэл.

Раза отстранился, кивнул на прощанье Зеффу и растворился в толпе.

– Горе ты луковое, – со вздохом произнес бородатый мужчина. Вэл лишь хмуро посмотрела на него в ответ.

Жилище Зеффа приглянулось Вэл. Небольшой одноэтажный каменный дом с двумя комнатами, в одной из которых располагался камин с широким дымоходом, деревянный обеденный стол да пара крепких стульев, а в другой поместилась широкая кровать на толстых ножках, платяной шкаф и большое, во весь рост, старое мутное зеркало.

Отхожее место, дурно пахнущее и давно не чищенное, находилось в доме. Вэл запоздало осознала, что Зефф не из бедных.

Правда, едва переступив порог, ей сразу стало понятно, что бородач – закоренелый холостяк. Толстый слой пыли, покрывавший каждую вещь, говорил об этом лучше любых слов. Буфет, стоящий у стены близ камина, судя по всему, был полон разнообразных бутылей да фляг, о содержимом которых Вэл даже не хотела думать, а выцветшая тахта, давно лишившаяся одной деревянной ножки и получившая взамен большой подпирающий ее камень, довершала картину.

– Ну, у меня тут негусто, – развел руками Зефф, посматривая на Вэл сверкающими серыми глазами. – Но это лучше, чем ничего, так, девчонка? Не думаю, что ты хотела бы ночевать на улице в незнакомом городе.

– Мне не привыкать, – пожала плечами Вэл и тут же торопливо добавила, не желая обидеть хозяина: – У тебя очень хороший дом. У меня никогда такого не было.

– Прямо уж хороший. Отмыть бы его, да все руки не доходят. По три месяца тут не бываю, вот так, – словно извиняясь за беспорядок, пробубнил Зефф.

– Я помогу тебе убраться, – просто сказала Вэл. Бородач с удивлением приподнял брови. – Я же твоя гостья и должна как-то отплатить за гостеприимство.

– Раза уже отплатил, да еще и на сдачу останется, – махнул рукой Зефф. – Спать будешь на тахте, другого места у меня нет. Но, я думаю, после нашей долгой прогулки она покажется тебе пуховой периной.

Вэл промолчала, размышляя о том, как ей самой отплатить Ра за все – за спасение жизни, за покровительство и заботу, за то, что устроил ее к Зеффу.

Тогда в лесу она не особо задумывалась, как и на что будет жить, когда цель путешествия будет достигнута. Она не знала, что ждет впереди, и не строила никаких планов. Теперь же действительность подмяла под себя, повернувшись пятнистым боком.

Новый город, чистый и благоухающий, как сказочная картинка, новый мир, неизвестный Вэл, таящий в себе столько загадок, но одновременно вернувший все те же старые нерешенные проблемы: как заработать на кусок хлеба и где заночевать, не рискуя своей шкурой.

– Где у тебя здесь ведро? – Вэл обвела глазами комнату. – Схожу за водой да попытаюсь отмыть вековую пыль.

– Не дури, малая, и так нормально, – растерянно пробормотал Зефф, явно удивляясь решимости своей гостьи.

– Я рассказывала, что меня вырастили шлюхи? – Вэл подняла на бородача голубые глаза, и тот отрицательно мотнул головой. – Так вот, живя с кучей женщин, пусть, знаешь, и не самых достойных, я поняла одно – если хочешь, чтобы в голове был порядок, нужно сначала навести его в доме.

– Да порядок у меня с головой, ты че, – обиженно отозвался Зефф, но Вэл уже не слушала его, заметив в углу комнаты ржавое ведро.

Она могла бы многое рассказать Зеффу о том, какие уроки вынесла из жизни со шлюхами, каждая из которых была ей и матерью, и строгой учительницей и каждой из которых она в действительности была глубоко безразлична.

Одним из этих жизненных уроков было то, что когда внутри все сжимается от боли – нет ничего лучше, чем простая физическая работа. И сейчас Вэл как никогда желала убедиться в том, что ее учение не прошло даром.

В отражении мутного зеркала Вэл видела незнакомого себе человека.

Решительно отвергнув простое, но дорогостоящее синее платье, которое ей вручил Зефф, она заслуженно получила неодобрительный взгляд бородача и тяжелый осуждающий вздох. Зефф недовольно пожевал губами, закинул платье в мешок и, хлопнув дверью, оставил девушку.

Новая одежда, которую вскоре принес Зефф, почти идеально подошла по размеру, и бородач, почему-то крайне смутившись искренней благодарности гостьи, скомканно пояснил, что фигура Вэл такая же, как у его племянницы.

Вэл рассматривала себя в зеркале, не веря в то, что простые вещи могут творить с обликом человека такие перемены. Непривычно обтягивающие узкие бедра черные штаны из плотной ткани сели идеально. Она в замешательстве смотрела на ровные гладкие стежки. Это была дорогая и качественная одежда, которую Вэл никогда не могла себе позволить. Белая туника с длинными рукавами была так мягка, что Вэл, оглянувшись, не видит ли бородач, прижала ее к щеке, наслаждаясь новым и чистым запахом.

А вот короткая черная куртка с капюшоном вызвала двоякие чувства. Она не была кожаной, как куртка Раза, но ее цвет смутил, словно, облачаясь в цвета Ра, она становилась к нему ближе. Зефф, казалось, умел читать мысли и, посмеиваясь в бороду, хлопнул Вэл по плечу:

– Черный тебе к лицу, малая, хоть ты и выглядишь как нежный паренек.

Вэл хотела было что-то ответить, но Зефф уже протягивал ей новую пару черных сапог, и она только сглотнула, понимая, что сказать-то совершенно нечего.

Вечером, отмыв до неузнаваемости дом бородача, который, пока Вэл тщательно избавлялась от окружавшей ее пыли и мусора, лишь ходил да недовольно бурчал себе под нос, но явно радовался происходящим переменам, она нагрела воду и тщательно соскребла с себя всю грязь.

Вэл намылила едким мылом спутанные длинные волосы, натерла жесткой мочалкой спину и грудь до красноты и, лишь когда вода полностью остыла, а кожа покрылась мурашками от холода, заставила себя прекратить затянувшиеся водные процедуры и одеться.

– Ого, – присвистнул Зефф, откидываясь на спинку жалостливо скрипнувшего деревянного стула. Его серые глаза удивленно рассматривали Вэл, в нерешительности застывшую перед мужчиной.

– Я чувствую себя девицей на выданье, – призналась Вэл, присаживаясь на соседний стул. – Чего ты так на меня смотришь?

– А ты, оказывается, милашка. Даже без платья, – глубокомысленно заявил бородач, складывая руки на объемной груди. – Завтра командир обомлеет, я тебя уверяю.

– Завтра? О чем ты? – поинтересовалась Вэл, впервые за долгое время ощущая себя чистой и посвежевшей. Это подзабытое чувство добавляло ей уверенности в себе, пусть немного, но все же настроение улучшилось, перестав окрашивать мир в темные тона. И даже упоминание о Раза не омрачило настрой.

– Как же? – удивился Зефф, словно Вэл ляпнула что-то предельно глупое. – Мы же вернулись, мать его! Живые и невредимые! Это отличный повод выпить!

Вэл промолчала, вопросительно приподняв брови.

– Ну, малая, традиция у нас такая. Пьем, когда отправляемся в дозор, и, когда прибываем, тоже пьем. Заодно и с Дэни познакомишься, – хохотнул Зефф, но Вэл не поддержала его шутку.

Отлично. В животе неприятно заныло, будто она съела что-то неудобоваримое.

Просто отлично. От хорошего настроения не осталось и следа.

– Это что – Вэл, что ли? – Рам ударил кулаком по столу, и пивная кружка рядом подпрыгнула, разливая белую пену по щербатой поверхности. – Ого, как приоделась, так и не узнать!

Вэл, внутренне собираясь в тугую пружину, изобразила на лице улыбку и села рядом с заметно повеселевшим от изрядного количества выпитого дозорным.

– Отмылась, скорее, – натянуто пошутила она, и тут же рука Рама легла на ее плечо. Девушка едва успела удивиться такому дружелюбию, как дозорный, обдав ее пахнущим пивом дыханием, зашептал в ухо:

– Видишь вон ту девчонку? Это Лили. Обалденная, да?

Вэл подняла глаза, рассматривая темноволосую девушку, разносящую гостям таверны полные кружки пива и горячие дымящиеся сковороды с рассыпчатым картофелем. Грудь внушительного размера, подчеркнутая белым лифом платья, ясно давала понять, что такого в Лили обалденного.

– Не то слово, – согласилась Вэл, стараясь не думать о том, что сама она в глазах Рама явно превратилась в существо, лишенное пола.

Возможно, не стоило быть такой категоричной в отношении синего платья.

Глупые мысли.

Вэл не любила подчеркивать свою женственность, а потому только глубоко вздохнула.

– Вэл, – Кену, сидевший напротив, протянул руку через стол и дернул ее за рукав новой черной куртки, – знакомься, мой Второй – Гарт.

Вэл, еле освободившись от тяжелой руки Рама, с улыбкой повернулась к дозорному, с искренним интересом рассматривая мужчину рядом с ним.

«Вот и узнаю, на что похожи эти вторые, – пронеслось в голове. – Особенно если это и не женщина вовсе».

Ничего удивительного она не увидела. Симпатичный, лет двадцати пяти, может, чуть больше, темные короткие волосы, обыкновенные карие глаза, вежливая улыбка.

– Привет, ты что – действительно человек? – Гарт рассматривал Вэл с тем же неприкрытым интересом, что и сама Вэл рассматривала его самого.

– А ты действительно неизвестное мне сказочное чудовище? – смело парировала Вэл, и дружный смех грянул вокруг.

– Вы ей не говорили? – удивленно поинтересовался Гарт, старательно пряча улыбку за своей пивной кружкой.

– Не нам решать, – отозвался Кену, насмешливо поглядывая на Вэл. – Как командир скажет, так и будет, сам знаешь.

– О, а вот и он, легок на помине, – хмыкнул Зефф. Девушка вдруг пожалела, что решилась прийти сюда, в эту таверну со странным названием «Полуночная дева». Опустила глаза, старательно избегая смотреть по сторонам, не желая всем сердцем видеть того, кого одновременно хотела видеть до сумасшествия. Боль, разъедающая изнутри с того момента, как Ра оставил ее на попечение Зеффа, всколыхнулась, поднимаясь и расцветая пышным цветом.

Ножки отодвигаемого стула шаркнули по деревянным половицам. Вэл услышала сдержанный голос Раза:

– Про меня, как обычно, забыли?

– Ты что, командир, вот твое пиво! – рьяно возразил Рам, двигая через стол большую пивную кружку.

Вэл сглотнула возникший в горле ком, коря себя за трусость, и, нацепив на лицо натянутую вымученную улыбку, подняла голову. Черные глаза удивленно распахнулись, встречаясь с голубыми. Рука, сжимающая тяжелую деревянную кружку, замерла в воздухе. В груди Вэл молотом бухнуло сердце.

Раза смотрел на нее, не отрывая взгляда, и Вэл показалось, что прошла вечность, прежде чем за его спиной возник тонкий силуэт.

Смеющиеся неестественно темные глаза, длинные пряди светлых волос, собранных в простую, но приятную глазу прическу, смуглая кожа, острые ключицы в вырезе серого платья.

Вэл моргнула, ощущая, как холодеют кончики пальцев. Загорелая нежная рука с обвивающим запястье тяжелым золотым браслетом легла на плечо Раза, и Дэни, меряя Вэл изучающим взглядом, равнодушно произнесла:

– Это и есть та девочка, Ра? Которую ты притащил с болот?

– Да, – ответил Раза, и наваждение пропало. Он пригубил из кружки и отвел взгляд от Вэл, обращаясь к Зеффу: – Где Кара? Еще не пришел?

– Скоро будет, куда он денется, – отозвался бородач, но Вэл уже не слышала его, борясь с захлестнувшей тошнотой. Мерзкое, противное чувство, будто вляпалась в дерьмо, окатило горячей волной, уничтожая, сминая в ничто всю ее, только-только собравшую себя в единое целое.

Красивая, женственная Дэни назвала Раза коротким именем. Не Раза – Ра.

Во рту поселился неприятный, едкий и весьма ощутимый привкус желчи. Вэл опустила глаза, рассматривая нацарапанную кем-то на поверхности деревянного стола давно затертую надпись. Буквы еле узнавались, но она без труда прочитала написанное неизвестной рукой изречение – «Грызи свободу».

Смешно и, что самое грустное, в самую точку.

Девочка, которую Ра притащил с болот. Вот кто она такая. Просто девочка, которую Раза притащил с болот.

И больше никто.