Эпилог

Прошло четыре месяца

Ибрагим

– Вот там выгружайте, – крикнул крановщику, и обратил внимание, что в нескольких сотнях метрах от нас едет грузовик с щебенкой.

Вот млять умеют они “вовремя”, все друг за другом. Сейчас еще и песок привезут.

– Стой! Стой! – крикнул Андрей, размахивая руками перед грузовиком.

Я выматерился и перевел взгляд на Есю. Она сидела на любимом крыльце – только не на полу, как раньше, а в раскладном кресле. Октябрь в этом году выдался хоть и теплым, но рисковать своим здоровьем – не вариант. Как и здоровьем малыша. Укутавшись в шаль, она наблюдала за мной, смущенно улыбалась и прятала носик в уголке теплой ткани.

Я всегда восхищался ее красотой, но сейчас она расцвела сильнее. Бред, когда говорят, что девочка забирает у мамы всю красоту. Наша девочка только сильнее украсила нашу маму.

Животик у Есении был небольшой, и ей очень идет беременность. Я каждый день с удовольствием наблюдал за изменениями ее тела – это было прекрасно. Она вся была прекрасна. Наверное, я до сих пор не до конца осознал, как сильно изменилась моя жизнь с ее появлением. И я очень рад, что встретил эту девушку.

– Да, давай сюда выгружай, – проорал Андрей, указывая водителю на свободное место.

Да, мы затеяли грандиозную стройку. Изначально я предложил Есении снести ее дом и построить на нем новый, больший по размеру. Но жена отказалась, пояснив, что хотела бы оставить память о бабушке. И потому я решил, что будет лучшим провести в ее домике капитальный ремонт и реставрацию. Я ценил ее желание сохранить дом в память о бабушке, и потому не стал спорить. Но и от своего желания тоже не отказался. Выкупил тот участок, где летом сам останавливался, снес старый дом и начал строить новый, большой.

Есения пока не знает, чтот этот дом будет ее. Я подарю ей его за дочь. А молчу пока что, потому что знаю, как она отреагирует: будет ругаться, плакать, обижаться, а потом примет подарок, но прежде вымотает мне нервы. А я не хочу, чтобы она волновалась. Для нее такой подарок будет слишком большим. Несмотря на то, что она много лет жила с мужем в роскоши, в ней не было ни капли корысти. Еся хотела всего лишь счастья, обычного, семейного. Какого хочет любая женщина. А мне хотелось ее баловать, и я не собирался отступать от намеченных целей.

Оставив ребят командовать, сам направился к Есении. Она уже заварила чай и ждала меня, то и дело бросая в мою сторону игривые взгляды.

– Тебе повезло, что в доме работают люди, – хмыкнул я, присаживаясь в свободное кресло рядом с женой и целуя ее в губы.

– А что было бы? – на ее губах все та же нежная улыбка.

– Ну, например, я бы занес тебя в комнату, поставил бы тебя на четвереньки…

– Ммм…

– Да, я бы, конечно, перекинул тебя через колено, но сейчас нельзя.

– Ага. Продолжай-продолжай, – кивнула она, отламывая кусочек мясного пирога и отправляя его в рот.

Я сглотнул.

– Стянул бы с тебя одежду и ладонью прошелся по пятой точке, – она удивленно округлила глаза, а потом, отломив еще кусочек, поднесла его к моему рту.

Я с удовольствием забрал его, не забыв лизнуть ее пальцы.

– Пока что, любимый, тебе остается довольствоваться пирогом и своими мыслями.

– Пирог невероятно вкусный, – приблизился и оставил нежный поцелуй на ее губах. – Через пару часов поедем домой.

– Хочешь, чтобы я еще один пирог приготовила?

– Угу, еще один.

– Люська, – Еся кивнула в сторону дороги, и я обернулся в указанном направлении.

Люська – все та же стерва, только теперь окольцованная каким-то местным парнем.

– Не понимаю, вроде замуж вышла, вроде поговаривают, ребенка ждет, а чего злая такая?

Я усмехнулся и, не желая смотреть на эту выскочку, вернул свой взгляд жене.

Слышал, что она соблазнила парня и залетела. Только вот насколько я знал, парень был не в восторге. Но так, как это деревня, и земля слухами полнится каждый день, выхода другого у него не было. Ну а что, сделал дело, бери ответственность.

– Дура она. Там парень такой, что днем с огнем в селе не сыщешь, ей бы держаться за него.

– В город девка хотела. Счастья своего не понимает. Ну их нахрен, иди ко мне.

Я перетянул Есю к себе на колени и отвернулся к морю. Смотреть на глупых малолетних девиц не было никакого желания.

Мое счастье – в моих руках, и я собирался держать его крепко, чтобы никто не посмел отнять.

– Любимый.

– М?

– Сегодня малышка шевелилась. Впервые, представляешь?

Я резко повернул ее к себе и заглянул в глаза.

– Правда?

Она сжала губы и кивнула. А я сделал глубокий вдох и лбом прижался к ее виску.

– Как же я люблю тебя, Еся. Так сильно люблю, – произнес шепотом, словно боялся, что кто-то услышит.

– Я тебя чуточку сильней.

Я хмыкнул. Спорить не стал –  Еся все равно не уступит. Но вот я уступать ей готов всегда. Если дело касалось ее счастья.