Глава 7

Глава 7

Рассвет настал без предупреждения. Пустыня совсем утихла. Воздух стал прозрачным, беззвучным. Ветра больше не было. Только покой. Только безмолвие, нарушаемое лишь моим редким дыханием.

Я лежала на его груди, опустошенная и напоенная одновременно. Сил не осталось совсем. Тело было мокрым, липким, но все еще трепещущим от произошедшего. Я закрывала глаза - и вспышки этой ночи вновь и вновь пронзали разум.

Его губы на моей груди. Его пальцы, рвущие ткань и преграды моей пристойности. Рык в его горле, когда он входил в меня. Его жажда. Его молодость. Его неуемность. Бог мой… он не знал усталости. Казалось, он пил меня, как воду, и не мог утолить жажду.

Я прошептала его имя снова, не осознавая, что говорю это вслух. И в ответ он шевельнулся, его ладонь легла на мой живот.

- Ты вся дрожишь, - пробормотал он, сонно, но с улыбкой.

Я коснулась его лица, провела по линии скулы, по губам. Он был нежен. Странно нежен.

- Все это неправильно… - прошептала я, почти не веря, что говорю эти слова.

Он посмотрел на меня. Глубоко. В самую суть.

- Нет такого понятия, как «неправильно», Марго. Это снова нелепые преграды европейцев, живущих по чужим законам… Есть только «Мактуб». Проведение…- произнес одними губами.

Предначертано.

Я знала это почти сакральное слово для всех арабов…

Так много и так мало в нем.

Так страшно и так влекуще…

Я хотела возразить, но он снова прижал меня к себе, поцеловал в висок, и я растаяла в этом прикосновении.

Снаружи пустыня светлела. Лучи рассвета прокладывали себе дорогу сквозь полог. Тишина стала почти звенящей, как перед грозой.

- Что будет дальше?- испуганно прошептала я. Когда я нервничала или боялась, я начинала очень много говорить, - машину, должно быть занесло песком? Я видела такое в фильме «Английский пациент». Там было про попавших в египетской пустыне в песчаную бурю путников… Там…

Шериф не дал мне договорить непонятно что… Просто взял и одним рывком притянул к губам, остановив словесный поток.

Глубоко поцеловал, страстно, со смыслом…

Потом заглянул в глаза. Глубоко-глубоко…

- Ты самая красивая женщина, которую я видел в этом мире, Марго…- улыбнулся мягко… Так щемяще искренне, что у меня сердце зашлось…

- Не придумывай… Я… обычная… старая…

- Какая чушь в этой умной европейской головке…- тронул меня игриво по волосам,- нет такого понятия, как возраст, у женщины. Вы, европейцы, утверждаете, что свободны и продвинуты, а сами как ходили под стол в Средние века, когда в арабском мире уже была великая цивилизация, так и ходите… Мудрость и ум народа не в прогрессе техники, которая в одночасье встанет, если природа перестанет давать человечеству естественные, казалось бы, вещи- свет, солнце, ветер, газ и нефть, воду… Мудрость в понимании истины… Женщину судят не по ее годам, а по ее харизме, внутреннему свету, сексуальности… Знаешь про Джейн Дигби? Отважную англичанку, которая бросила английский двор и свою гламурную жизнь и переехала в дикую сирийскую пустыню к молодому бедуинскому вождю? Она каждое утро омывала ему ноги, а он…

Шериф снова улыбнулся и опрокинул меня на подушки.

Опять готов… Какая же все-таки сила и энергия в этих молодых мужчинах… Неистовая, воскрешающая…

Мое дыхание тоже сбилось от нарастающего возбуждения.

В этот момент я услышала – шум и шаги.

Тихие, осторожные. Кто-то приближался к нашей палатке.

Шериф замер, резко поднявшись на локтях.

- Шаги по песку. Человеческие. - прошептал он. Его голос стал снова твердым, как клинок.

Мое сердце в тот же миг сорвалось в бешеный галоп. Я метнулась к своим вещам, хватая одежду, вернее то, что от нее осталось. Он молча натягивал свою.

- Это охрана, - сказал он, подойдя к входу и приникнув к расщелине между тканями. - Они пришли за нами.

Я одевалась дрожащими пальцами, волосы спутаны, тело еще влажное от его поцелуев. Мысли метались, как испуганные птицы.

Про себя возрадовалась, что поверх поло надела пиджак- сейчас он единственный прикрывал мою наготу после его страстных порывов. На шее замотала платок, которым прятала лицо. Не нужно было смотреться в зеркало, чтобы понимать, что шея вся в следах его страсти…

Он повернулся ко мне.

- Расслабься, Марго. Во время бури в пустыне действуют другие законы. Они отличны от законов, придуманных людьми. Тебе не о чем сожалеть или стесняться…

Я кивнула. Он смотрел мне в глаза, как будто впечатывал в них себя.

Явно хотел что-то еще сказать, но не успел…

Снаружи кто-то кашлянул и негромко окликнул:

- Ваше Высочество?

Я в последний раз посмотрела в глаза Шерифа- нет, не наследника престола богатейшей страны, впереди у которого яркая жизнь, тысячи женщин и больших свершений. В глаза моего дикого неистового бедуина, показавшего мне, кто такой пустынный джинн и как быть женщиной…

Запомню этот момент.

Зависну в нем.

Это мое самое яркое, самое животворное и важное воспоминание…

Возможно, судьба не зря послала мне все то, что было до, чтобы случилась эта ночь…

Вот так в полотне всей жизни важным на поверку может оказаться только короткое мгновение в масштабах твоего бытия…

Мгновение - и все оборвется.