Глава 43. Об эффекте невидимого кувшина

В любом случае, у Диего на руках не было фактов, лишь подозрения. Обвинение без доказательств, без следов и свидетельских показаний, руководствуясь лишь туманными фантазиями безумного кота… выглядело бы чистым самоубийством.

- Я понимаю, в каком направлении вы мыслите, Тайрен, - Саваон остановился рядом со своими слуа, словно подчеркивая, что не собирается поддерживать чью-либо сторону. – Но больше у вас ничего нет?

Вот и я не знаю, как прижать тех, кто имеет право игнорировать любые вопросы.

- Ну почему же… - Диего с видимым удовольствием размял плечи и начал меняться. Совсем немного. Потемнели волосы, стали грубее черты лица. – Комната блокирует многое, но не моего тигра. До настоящих полицейских нюхачей мне далеко, но специфический запах, с которым я раньше уже встречался, найти смогу. По собранным сведениям… - Красиво он назвал бредовые картинки Кусаки, - есть шанс, что именно в этой комнате создавался или хранился преступный препарат…

- То есть меня обвиняют в трансформации Цэсеи? Оскорбление будет смыто кровью, - прервал его поднимающийся на ноги Йонгар. – Вызываю тебя на дуэль с условием полного уничтожения проигравшего… бывший друг. Да будет Холм нам судьей.

- Но прежде, чем перейдем к дуэли, - подхватил Саваон, - я предпочту посмотреть будет ли найдено орудие преступления. Принц Фаворра, у вас есть время нас впечатлить, воспользуйтесь им.

- Могу, - бархатная хрипотца хищного голоса. И принцесса громко и восхищенно вдохнула.

Кому что, а эта нежная лань думает лишь об одном. Причем о чужом. Смирюсь ли я когда-нибудь, что от одного звука голоса Диего девушки принимаются стонать? Или мне столь мало осталось жить, что и задумываться об этом не стоит?

Кузнечика во мне никто не отменял и подвалы-храны Изумруда по-прежнему жаждут меня в свои объятия.

Командир прошелся по помещению легким прогулочным шагом, не реагируя на полные холодной ярости взгляды Йонгара.

- О, какой сильный аромат, даже я не смог бы ошибиться, - Фаворра дернул за дверцу одного из многочисленных пристенных шкафчиков. Но та не открылась. - Заперта! - бодро возвестил командир и дернул настойчивее. То есть с силой оборотня. Просто вырвав петли из креплений. - Оу, ошибся! Она открыта!

Даже через пол комнаты я услышала, как у Йонгара скрипнули зубы.

Но Фаворре все было ни по чем. Он нагнулся, рассматривая содержимое полки и обернулся уже торжествующим.

- Вот и место для хранения. И по запаху – именно то, что мы ищем. Но, если сомневаетесь, предлагаю позвать свидетеля-коппера, который никогда в этом не ошибается - Вито Ковальски. Он подтвердит, что именно этот аромат был в шатре, когда ее Величество отравили.

- Могли подкинуть, - отрезал наследный принц. Никогда раньше я не видела у него столь холодного выражения лица. И куда делась добродушная маска? – Я воевал на Вуали, а не следил за слугами и не проверял кувшины.

- Уважительная причина. Только откуда знаешь про кувшин?

- Там больше ничего и не могло находиться! Обычный кувшин, - он поднялся с кресла, практически отбросив Кейху назад. И вдруг замер. - Если ты что-то нашел – демонстрируй.

Внимательно его изучающий Фаворра сощурился и - отошел в сторону, открывая вид на шкафчик, который все это время прятал своей широкой спиной командира. С совершенно пустой единственной полкой.

- Я не говорил, что в нем что-то есть, - сообщил Диего. – Я лишь нашел тот самый запах.

Все Полный тупик.

Если с орудием преступления на руках у нас были хоть какие-то косвенные доказательства, то без него… без возможности допросить принца-Видящего вся игра становилась бессмысленной. Командир это понял сразу, обнаружив пустой шкафик. И пытался провести обычную полицейскую обманку.

Увы, она не прошла. Зато мне стало отчетливо ясно – Йонгар замешан. При наличии Тени-менталиста, обладающего яркими переживаниями, наследный принц даже в самые сложные моменты сохранял ровные, выверенные реакции. Эта черта характера странным образом успокаивала меня, в итоге я подозревала его намного меньше, чем ту же Квентариэль.

Но сейчас его выдала именно эмоция. Йонгар удивился. Очень удивился. Предельно. По его мнению, неизвестный кувшин обязан был находиться за дверцей, и его отсутствие шокировало всегда невозмутимого принца.

Вряд ли он стал бы так переживать о простом, неважном для него сосуде. Части мозаики начали складываться. Вот только… доказательств нет.

И в остатке – лишь пустые домыслы. Принцу остается хоть как-нибудь объяснить свой шок Саваону и он навсегда останется вне подозрений.

- Не ожидал от тебя, когда-то ты был моим другом, - глухо сказал Йонгар. Все. Оправдание нашел прекрасное.  – Ты посмел заподозрить меня в нанесении ущерба собственной тете. Я настаиваю на немедленном поединке чести. - Глаза полыхнули огнем. От невидимого ветра приподнялся над плечами шелк золотых волос. От движения его руки входная дверь распахнулась с громким хлопком, разрывая охранный контур. – Я… разочарован.

Йонгар тяжелым шагом вышел наружу. Магическая аура закручивалась вокруг него ревущей воронкой, вбивая флер в стены. Когда за принцем ушел Диего, я отмерла, осознав, что оба серьезно обгоняют меня в скорости.

Из коридора рвануло, опалив косяк жадными языками огня.

Родная пси-энергия слабо, но освежала, расправляя усталые плечи. Не пойму зачем Видящий нарушил блокировку комнаты?

Если бы я была агрессивным кузнечиком, то прямо сейчас уже лихо брала бы присутствующих под контроль. Вон как Трельяк на меня с любопытством поглядывает, ждет, что я с криком: «Попались!» примусь громить дворец.

А. Точно. Я все время забываю, что в глазах окружающих я – Тень. И сейчас, как влюбленная женщина и послушная помощница, автоматически должна выскочить из комнаты вслед за поединщиками, подчиняясь законам Холма.

- Что ты за Тень, которая не спешит на помощь своему лорду? – возмутилась Квентариэль.

- Умная и живая, - пробормотала я, слезая с софы. – Это Йонгар может менять свои Тени как перчатки, а у Диего я одна такая бесценная. И под огнем, которым там мальчики балуются, я не буду стоять с гордой улыбкой. Потому что не хочу испечься до румяной корочки.

Мелкими шажками я подобралась к проему, прислушалась.

- А Тайрен очень умен для такого молодого сидхэ, - заметил Саваон, непонятно каким образом оказавшийся буквально за плечом. – Согласился с моим предложением принести тебя сюда, а теперь оставляет, не опасаясь, что ты сбежишь. Не видел я у него удвоения теней, значит он держит тебя в безопасности и свободной… Неплохая игра с кувшином. С аналитикой у молодого сидхэ отменно, жаль, слишком быстро делает выводы, ошибается.

Командир и половины своего уровня не показывает, уважаемый безопасник. И с интуицией у него все прекрасно. Это ты эмоции не чувствуешь, и у других их плохо отслеживаешь. Но логикой не все дела выигрываются, могу гарантировать как менталист.

Если Диего обвинил Йонгара, значит тигр буквально чует неестественные, искусственные фразы. И личная неприязнь здесь не причем, Фаворра выше этого.

Хм. Только одно не складывается в картину. Зачем прямо перед уходом Видящий повернулся к Кейхе, да еще эмоциями в ее сторону стрельнул? Неужели у них действительно отношения, и он не считает ее лишь инструментом, чтобы подобраться к королеве и захватить Трон.

- Что-то не то… - пробормотала я. – А почему «Я-разочарован» Йонгар говорил не Тайрену, а Кейхе? Он что, решил, что это она украла пропавший кувшин?

Холодок за спиной. Скрежет сдвигаемой тяжелой мебели. Я недоуменно обернулась и увидела, как слуа буквально сносит с пути стол и кресло. Чтобы поднять на руках невесомое, маленькое тело феи. Она выгибалась, задыхаясь.

Вот для чего надо было открывать дверь. Чтобы сработала ментальная закладка на ключевое командное слово. Умрет фея, и уже никто не сможет свидетельствовать против принца. Ни доказательств, ни фактов, только «предавшая королеву служанка не выдержала груза вины». Точка.

- Не дай ей умереть, снимай чужой приказ! – скомандовал Саваон.

Надо же… как у него все просто. Прыгай, кузнечик, теперь по команде сидхэ. Беда в том, что я полностью отдала себя Вуали. Во мне энергии лишь на поддержание блоков, да пару слабых щупов. Именно поэтому Йонгар спокойно вышел за дверь, он знал, что помочь маленькой фее я со своими жалкими остатками сил просто не способна. И с Владимира, того, кто едва не разнес Холм, слуа блокираторы не снимет.

- Я в нуле.

- Кейха, - он встряхнул фею, словно тряпочную куклу. – Ты умираешь! Но я могу даже твое посмертие сделать страшным. Или помочь. Соберись! – Во рту слуа блеснули удлинившиеся клыки. - Ответь мне только на один вопрос. Йонгар замешан в отравлении королевы?

И она… кивнула.

- Самодовольный эгоист, - выдохнул безопасник. И практически кинув мне в руки Кейху, беззвучной молнией рванул наружу. К сражающимся принцам.

Я в ужасе заозиралась, понятия не имея что делать.

- В этом все сидхэ, - прокашлял Владимир. – Все, кто слабее их – просто материал, который они выбросят, когда посчитают ненужным.

По сути, он прав. Не зная деталей – попал в точку, потому что бедной Кейхой пользовались все, кому не лень. Сначала королева указывала ей под кого лечь. Экзотически меняющая рост фея, скорее всего, очень нравилась местным извращенцам. Потом ее обидой и унижением воспользовался Йонгар, подарив иллюзию близких отношений. Даже мне он показался заботливым и добрым, что уж говорить о бедной глупой низшей фейри. А теперь она умирает, потому что слишком много знала.

- Эм. Я могу наложить на нее стазис, остановить все процессы, - тихо проговорила Квентариэль, подходя ближе. Тонкой рукой она провела над затихающей, голубеющей от нехватки воздуха малышкой. – Вылечить не получится, но до помощи контролеров она доживет. Мы с ней… почти дружили. Глупенькая, кто же доверяет мужчинам?

Хм. Я, например. Просто важно выбрать своего правильного мужчину. И не пытаться его использовать, чтобы он тоже тебе доверял.

К приоткрытой двери мы подошли уже вместе. Осторожно выглянули. Я беспокоилась об обмякшей на ладони фее, но оставить ее где-нибудь показалось кощунственным. Вроде бы – злая она, и королеве, будем логичными, именно она отраву подсунула. Но все равно жаль.

Оу. Следующая комната впечатляла. Во всех смыслах.

Когда-то там явно был роскошный кабинет с большими, почти под потолок окнами и многочисленными стеллажами с кристаллами. Теперь большая часть из них валялась на полу, а со стеклами и вовсе была полная беда. Ни штор, ни свитков или декоративных украшений. Все, что могло сгореть или развалиться это сделало.

У ближней стены стоял Тайрен, продолжая контролировать вход в нашу комнатушку. Рубашка на нем почти истлела, позади в каменной кладке зияла огромная дыра, а под ногами валялись обломки чего-то брошенного и почти долетевшего.

А с другой стороны, сверлили друг друга глазами Йонгар и Саваон. За спиной Йонгара темной массой кто-то лежал. Скорее всего – вызванный магией Мерфи. Да только хорош он был бы у Вуали, а здесь – принц опять просто потерял Тень.

- … Получив неопровержимые свидетельства участия в покушении на королеву, что привело к последующему ослаблению Изумруда и открыло дорогу врагам сидхэ, принимаю решение лишить Йонгара, старшего принца Изумруда, крова и помощи. Ты отлучен на все время дальнейшего расследования. Я – Закон. Я. Есть. Холм. – негромко говорил слуа.

И теперь я понимала, почему его так опасаются.

В шелестящем голосе не было сомнения или жалости, участия или злости. Но с каждым словом Саваон словно делал вдох, с шипением втягивая воздух.

И под этот ритм с Йонгара сползала золотая аура, втягиваясь в слуа. Разлитый по кабинету личный флер последнего из Видящих бледнел на глазах. Породистые черты лица серели, плечи опускались. И ужас. Ужас непонимания, протеста, отрицания в глазах. Сидхэ терял магию, не сопротивляясь, не в силах даже пошевелиться.

- Никогда бы на Йона не подумала, - прошептала сзади Квентариэль. – Он был таким милым братом. Но решил, что вне закона и теперь стал никем. Зато я буду королевой.

Никто.

Королева.

Диего, а давай вернемся к бабушке? Она нас ждет.