32.2

Последние двое суток каждый вечер друг детства бегал в больницу, чтобы развлечь скучающую бабушку и привезти нужные лекарства. А сегодня из-за меня его избил волк.

Но если останусь "посидеть" в гостиной, Диего может сорваться и изойти ревностью. Его и так тигр сходит с ума от избытка адреналина, достаточно еще одной шутки про брак, и он сцепится в драке с Алексом. Нельзя безнаказанно дергать тигра за усы… Даже другому тигру. Проклятие! Придется уходить.

— Надо привести в порядок дом к приезду ба, — сообщила я. — Пойду домой, поставлю чайник и стряхну пыль. Алекс, спишемся еще. Передай своей маме благодарность за гостеприимство.

— Волнуюсь за тебя, — пробормотал младший Фаворра. — Ты расспроси Диего про кузнечика, может тебе расскажет.

— Обязательно!

Старший полыхнул синим взглядом, каменно пережил мои нежные прощальные объятия с Алексом и молча вышел за мной из дома.

От попытки взять за руку я отшатнулась.

— Очень интересно, тигр, что за охоту ты вел на менталисток?

— Это в прошлом. Сейчас я охочусь только на тебя.

— Плохая шутка. Но еще неприятнее узнать, что ты на мне тренируешься.

Мгновение и я врезаюсь в обогнавшего и вставшего прямо на пути оборотня.

— Ева, я хоть раз просил на меня воздействовать? Предлагал тренироваться?

— Не рычи. Я помню, как ты развернул отряд для охоты за кузнечиком. И злился, когда ментальный артефакт вышвырнул тебя из дома психолога. Ты был просто не в себе.

Мы остановились на пешеходной дорожке тихой вечерней улочки и буравили друг друга взглядами.

— Ладно, — горячие ладони легли на мои бедра. — Я расскажу, но предупреждаю: жалеть меня не надо. Все, что со мной было, сделало меня только сильнее.

Я уперла руки ему в грудь, но это было все равно, что останавливать поезд. Оборотень подтянул меня поближе, по-хозяйски заводя ладони на ягодицы. Жар поглаживающих пальцев я остро чувствовала даже свозь плотную ткань брюк.

— Мы везли кузнечика, — сказал тигр, — тихую и очень милую девушку. Как потом оказалось, она несколько лет встречалась с оборотнем, «подсела» на него. А потом… застукала с другой.

— А что еще от вас ждать? — фыркнула я. — И менталист… "прыгнула"?

— Еще как. Мы взяли ее после жалоб соседей на душераздирающие стоны. К слову, это не были звуки удовольствия. Она заставила своего парня сутки не слезать с любовницы.

Меня передернуло. Стало жаль всех троих. Вот уж никому не пожелаю в пару кузнечика, впавшего от ревности в безумие. Берегись, Фаворра! Ты еще не знаешь, по какой грани ходишь…

— Менталистка оказала сопротивление?

— Нет. И это нас подвело. Она молча плакала, смотрела потерянно и горько. В итоге мы все повелись на жалость, а наш командир-высший фейри… решил не вешать на нее артефакт контроля, а успокоить своим флером.

— Получилось?

— Да. Девушка затихла и с удовольствием его обнимала, восхищалась им.

— И?

Он явно пытался о чем-то умолчать, я ощущала волны сомнений и боли, поплывшие вокруг него.

- Бейтстиллинг был моим другом. И я повел себя как молодой идиот, не настоял на выполнении обязательных правил транспортировки. Понятия не имел, что на некоторых менталистов не действует флер сидхэ.

Он помолчал. Тихую, напряженную минуту, а потом продолжил.

— Многие Высшие Лорды интересуются менталистами, держат их при себе как любовников или спутников. Бейтстиллинг думал, что кузнечик — это еще круче, флиртовал напропалую. Болтал. Сообщил ей, что я оборотень. И девушку словно подменили. Она… заставила нас сражаться друг с другом. Хохотала и смеялась, вытирая с лица брызги крови…

Он замер, смотря куда-то вдаль, словно видел не темную улицу, а нечто давнее, навсегда отпечатнное в памяти.

И зашептал. Отчаянно, на резких выдохах.

— Ты к этому не имеешь никакого отношения, поняла, Ева? Ни-ка-кого! Ты моя! Особенная, другая, самая нежная и чистая. Моя Недотрога…