Глава 9. О раненых менталистах, любящих братьях и чья я, в принципе, девушка

После ужина Диего объявил разбор полетов. Мы уселись на диванах в комнате отдыха своего крыла — я подальше от всех, скрываясь от любопытных взглядов, бросаемых в мою сторону.

Выставила перед собой кружку с кофе словно щит и приготовилась слушать.

— Напоминаю суть дела, — старший Фаворра вытащил коммуникатор и пролистал какие-то записи. — Четыре дня назад, 2-го дана, менталист-коппер Второго отряда, Гремуальд Кроуфорд…

— Это он про нашего Грема, — сообщил мне Буч, приподнимаясь и махнув мне, чтобы я точно его услышала, — Эмпат, который до тебя был.

Некоторое время Диего молчал, выразительно глядя на Буча, потом постучал пальцем по экрану и продолжил:

— Итак, Гремуальд Кроуфорд отбывал свой официальный выходной в доме некой мисс Лиззи Рэй, особы э-э-э… ветренной, о которой соседи высказываются весьма неодобрительно.

— Шлюха она, — пробасил Буч, снова развернувшись ко мне. Туманные формулировки нуждались, по его мнению, в конкретизации и заботливый полутролль продолжил меня опекать, помогая, как мог, разобраться в деталях дела.

Вито рассмеялся, но под давящим взглядом командира быстро притих, подумал и отправился к кофе-машине.

— Я знаю кто такая шлюха, — сообщила я коллегам и со стуком отставила чашку на столик. — При мне можно всё называть своими именами.

Диего кивнул, так и не посмотрев в мою сторону. После нашего приключения в клубе он вел себя несколько отстраненно, если обращался, то смотрел поверх головы и на ужине выждал пока я сяду, чтобы разместиться на другом конце стола.

Кроме Буча, который не присутствовал при откровении Клариссы и не был в курсе моей «проблемы», остальные мои товарищи чувствовали себя несколько зажато. Пару раз я ловила на себе сочувственно-поддерживающие взгляды Вито — так смотрят на тяжелобольного родственника, когда ситуация в целом печальная, но есть шанс выздороветь и родня готова приложить все силы для помощи. То есть Вито вполне был готов.

— Ладно, не будем размахивать фиалками. Буч прав. Старину Грема подстрелили на выходе от любовницы, — резюмировал Диего, отложив коммуникатор.

То, что он сообщил дальше, с каждым словом вызывало больше вопросов, чем ответов.

Полицейских менталов грабили, на них наезжали потерявшие управления авто, на голову внезапно падали кирпичи, а хулиганы ходили хороводом исключительно вокруг их домов… Несмотря на вал трагических происшествий, все эмпаты удивительным образом выжили. Хотя и надолго выбыли из строя, физически не способные помогать Отрядам.

Еще более удивительным было то, что следов и запахов на местах нападений не находили. Точнее следы были, но их оставляли случайные прохожие и родственники, ни одна ухваченная ниточка не стала по-настоящему путеводной. Кроме…

Упорный Вито, воспринявший ситуацию как вызов великому таланту, облазил не только сад, двор и выход на улицу у дома мисс Рей, но и все близлежащие постройки и заборы. Каждый запах он запоминал и сортировал, знакомился с соседями, затем вычеркивал лишнее. И судьба щедро наградила фанатичного следопыта… кусочком яблока. Огрызком величиной с ноготь, потерянным в траве. Он слабо пах не только своим природным ароматом, но и — незнакомым оборотнем, что уже было интересно, учитывая, что дело происходило на человеческой улице.

Кусочек почернел и испортился на следующий день, но след подозреваемого Вито успел удержать в памяти, прошел по нему до района Кукловодов, прежде чем тот затерялся. А сегодня следопыт вывел нас к клубу «Корона» и трем переговорщикам.

— Виторио красавчик, дело сделал — мы обнаружили явных подозреваемых, даже узнали их имена. Но! Дальше пошло наперекосяк, соратники мои таланливые, — покачал головой Диего. — Спалились все, я в том числе. Как оказалось, даже Буч при посторонних заявил, что «работает» с Евой.

— Шеф, так мы ж под захваты заточены, — добродушно забурчал полутролль, сам себя спаливший чистосердечным признанием во время ужина, — если нужно заломать или обездвижить — я всегда пожалуйста. А вот хитрости, ля-ля всякие, переодевания — та это не наш профиль!

— Опыта нет, согласен. И не только у мисс Нитароки.

Наливавший себе кипяток Вито хохотнул, облился и, от души выругавшись, обжегся еще раз плеснув из едва не выскользнувшей чашки. Хм, пусть так. Я не против дурацких шуток. Это лучше, чем двусмысленное любопытство.

А, гори оно огнем. Почему я должна смущаться? Я откинулась на спинку дивана, приподняла наглухо закрывавшие меня щиты и почувствовала, как утекает накопившееся напряжение.

Фаворра прищурился, обнаружив, что я перестала сутулиться. Поднял бровь. Я подняла в ответ. Что? Ну нет пока у меня опыта. Я ж не этим отделом организма работать буду.

— Ладно… Джок…

Фаворра качнул ладонью, дескать, давай, твоя очередь, хоть ты порадуй. И Джок-Джокович, который все это время молча любовался качеством полировки свои острых ногтей, таки нас порадовал.

— Подозреваемые обсуждали важную перевозку, что-то ценное пойдет маршрутом через наш сектор. Двойняшки напомнили о своих интересах и просили Павлини об услуге. Дальше… ну….

Рассказ Джока прервал шум и сдавленные крики, донесшиеся из коридора.

— Крейг отвлекся на ваш танец, — вампир, как и все мы оглянулся на дверь, подумал и быстро завершил отчет, — когда услышал от нюхача о некоторых интимных особенностях нашего эмпата, то загорелся и побежал знакомиться. На этом переговоры прервались.

Дверь с грохотом распахнулась и в проеме появилась голова Алекса. Мой друг детства с трудом подтянулся на руках, подтягиваясь за косяк и вытаскивая в зону видимости не только свое тело, но и двух висевших на нем полицейских в голубой форме. Знакомых дежурных из приемной.

— Кто такой Крейг и что за интимные подробности? — грозно спросил он, тряхнув всклокоченной шевелюрой и оскалившись.

Ой, я написала ему сообщение и под впечатлением первой ночи работы забыла посмотреть ответ.

Один из полицейских воспользовался тем, что Алекс отвлекся, ухватил его за горло и что-то с силой ткнул под лопатку, отчего младший Фаворра захрипел, задергался и рухнул кулем прямо на пороге.

— Извините, командир Фаворра, — выдохнул дежурный, опуская продолжающий потрескивать шокер и пытаясь одернуть смявшийся и перекошенный в драке китель, — мы знаем, что это ваш младший брат, но порядок есть порядок. Нельзя без пропуска на территорию, объясняли ему, объясняли, а он, прошу прощения, прет.

Парень был человеком, но вместо того, чтобы стесняться «крутых» отрядных двуликих, насупив брови смотрел на Диего. В полной готовности отстаивать свою правоту.

— Впечатляюще, — протянул старший Фаворра, с некоторым недоумением рассматривая валяющегося на пороге родственника. — Хм. Коллега, к вам никаких претензий, правильно поступили… Но с чего это Алекс… Не ждал-не ждал… А можете этого «спящего штурмовика» здесь оставить? Под мою ответственность? Я прямо сейчас схожу к квестору и выпишу на братца пропуск. У него же явно беда какая-то случилось, видели? Иначе бы этот чистюля письмами бы меня мучил, а не ломился сквозь заслоны. В общем, пока он тут полежит, а я вам через минут десять официальные документы принесу. Не понесете же вы его туда-сюда через двор.

Дежурные воззрились на лежащего без сознания здоровяка-оборотня.

— Под вашу ответственность? — переспросил тот, что уложил Алекса шокером. — Тогда ладно, но у вас ровно десять минут. Мы как раз до дежурки дойдем и оформим протокол на применение оружия к гражданскому.

Облегченно выдохнув, они пошли на выход, а Диего, под наши возбужденные обсуждения произошедшего, подошел к брату, легко поднял его на руки и потащил к дивану.

С детства знакомые мне русые волосы с выцветшими на солнце прядями рассыпались по порванному воротнику пиджака, безвольно качающаяся рука заставила сердце сжаться.

Мой рыцарь не дождался новостей и поспешил мне на помощь, ворвался, готовый сразить дракона, но, увы, сам пал в неравной схватке с электрическим мечом, вонзенным в спину.

Я была одновременно и горда героическим поступком Алекса, и испугана предчувствием, что оборотень может наговорить, когда придет в сознание.

— Народ, я пока с братом разберусь, узнаю, что там у него приключилось — а вы все свободны, маршрутных карт на задержание сегодня нет. До завтра мы пробьем троицу из «Короны» по архивным данным и продолжим поиски несколькими отрядами одновременно. Отдыхайте. Представьте, что вы все еще клубные повесы.

Под смешки и подначки команды, бодро рванувшей исполнять приказ, командир уложил младшего на диван, проверил пульс. Скорее по привычке, даже в человеческом облике регенерация оборотня не допустила бы серьезных повреждений из-за удара шокера.

Комната понемногу пустела, а я топталась, лихорадочно придумывая причины, как бы остаться в комнате, пока начальник отправиться за пропуском.

— Ева, посидишь с моим братом? — спросил Диего, задумчиво глядя в спину уходящим.

Да! Да! Да!

— Конечно, командир, — сдержанно ответила я.

Удерживая себя изо всех сил, чтобы не броситься стремглав к дивану. Подошла чинно, уселась на краешек в ногах оборотня. Алекс с минуту на минуту должен прийти в себя, и я хочу быть первой, кого он увидит.

— Хотя… Лучше побуду с братом, мало ли как он среагирует в таком состоянии. Рядом незнакомая девушка, а он после драки. Вито, погодь! Сбегай лучше ты за пропуском к Игнацу и передай потом документ дежурным, быстрее будет.

Я прикрыла на мгновение глаза. Считается, только фейри могут использовать магию, но я сейчас готова была испепелять Диего взглядом. Ну что ты творишь?!

— Как он тебе, похож на меня? — пока мне терзали демоны досады, Диего встал рядом и уставился на брата.

Э-э-э, о чем это он? Внешне они отличаются цветом волос и крупностью фигуры, у Диего подбородок помассивней. Но ухмылялись братья одинаково и голову поворачивали… так узнаваемо.

— Мне кажется, похож.

— Он такой милый, когда в отключке. Помню его истошно кричащим младенцем. Этот малолетний монстр спал только, когда все бодрствовали, каждую свободную минуту пытался самоубиться и принципиально не лежал в кровати, успокаивался исключительно на руках.

— А когда стал постарше, вы нашли общий язык?

Некоторое время Фаворра продолжал рассматривать брата. Потом спокойно ответил.

— Еще подростком мне пришлось уехать из дома. Вся родительская любовь и детство в настоящей семье достались Алексу.

От неожиданности я задохнулась. Помедлила секунду и открылась чужим эмоциям. Когда их принимает эмпат, людям становится немного проще, словно они разделяют боль. Не то, чтобы полностью освобождаются, не все тяжести нам дано скинуть. Но рядом со мной Диего будет легче дышать и думать о прошлом.

Грусть Фаворры вилась вокруг него тонкими лентами. Старая, очень старая и не ослабевающая. Совсем мальчишкой ему пришлось расстаться с детством. То-то я за годы нашей с Алексом дружбы никогда не видела лично его старшего брата. Только слышала, что он существует, живет где-то в дальнем далеке.

Тонкие струйки одиночества, отстраненной, горьковатой тоски коснулись меня и почти мгновенно исчезли, старший Фаворра опять брал свои эмоции под контроль. Жесткий, словно он сковывал себя в кандалы наживую.

Не выдержав, я потянулась и погладила его ладонь. Опомнилась. Ойкнула. Что я делаю! Но отстраниться мне уже не дали, командир развернул руку, переплетая наши пальцы, царапая меня буграми мозолей.

— Когда-то давно я очень хотел стать Алексом, — глухо сказал он. — Мечтал, как закончу университет, папа передаст мне дело, я вернусь в родной город и женюсь на хорошей девушке, с которой я встречался в школе или гулял по вечерним улицам.

Хм. Если бы Алекс решил жениться на всех девушках, с которыми он встречался в школе, боюсь, в муниципалитете от него начали бы отстреливаться.

Диего улыбнулся, наблюдая как ворочается и что-то бормочет приходящий в себя брат. Я осторожно потянула на себя руку, вытаскивая пальцы из переплетения. Первые секунды меня удерживали, потом медленно выпустили на свободу.

— Но ты же вернулся в родной город, — мягко сказала я.

— Нет.

Не поняла.

В каком смысле «нет»? Кардегон не его родной город или он душой не здесь?

Разгадывать загадки не было времени — младший Фаворра открыл глаза и мне не оставалось ничего другого как быстро сложив перед собой руки, уставиться на него, строго буравя взглядом:

— Удачного времени суток, уважаемый. Как себя чувствуете?

И одним глазом — тыц-тыц. Мигала изо всех сил.

Родненький, не подведи! После сегодняшних новостей о моем жалком личном опыте Диего ни за что не поверит, что мы встречались Ага, человеческая девушка и половозрелый оборотень. Да я уже много раз должна быть не-девственница.

Кое-то точно поймет, что его водят за нос и очень разозлится.

— Где? Что? — удивленно пробормотал Алекс, пытаясь сфокусироваться и приподнимаясь на локте.

— Девушка спрашивает, как твое здоровье? — Диего помог брату сесть.

— А! — тот помотал головой, видно пытаясь понять — это у меня тик или его так подкруживает. — Кровавый ад, к тебе не прорваться. Я… выпил, заскучал… и решил тебя кое-куда пригласить. Кхм. Крошка, — он подарил мне широкую мальчишескую, очаровательную до одури улыбку. На которую у меня иммунитет еще с той поры, когда Алекс пытался списывать у меня математику, вместо того, чтобы разобраться самому в формулах. — Давай познакомимся? Смотрю на тебя, словно всю жизнь знаю и …

Ты ж мой умница! Гений, пусть так и не разобравшийся в математике.

— Стоп. Прекращай кадрить моего менталиста, — рыкнул Диего.

— Не понял, — угрожающе сказал Алекс, — почему твоего.

Его глаза сверкнули желтым, как в редкие случаи, когда он начинал терять контроль за животным.

Ох, шиза-а-а. Проклятые собственники. Давно заметила, как только у Алекса просыпается животная натура, он становится просто невменяемым.

— Подождите…, - начала я.

— Не мешай, — отрезал Диего. — А ну-ка братец, давай с этого места поподробнее. С каких пор ты на мою территорию лезешь?

И от него дохнуло угрозой. Пока предупреждающе, сдержанный намек, своего зверя он умеет держать, не помню, чтобы я видела отчетливые пробуждения хищника. Но сама его должность командира и как слушались остальные, намекали на сущность немалы размеров.

Вообще размеры второй ипостаси напрямую зависели не только от вида оборотня, но и от его статуса, наличия стаи и уважения окружающих. У вожаков стай зверь вырастал вдвое, а то и больше. У того же Вито леопард был небольшой и юркий, ухитрялся по легким оградам прыгать. И понять какой уровень у двуликого можно было только при обороте, чего я сейчас не хотела совершенно.

Алекс вскочил с дивана. На щеках появилась золотистая щетина, отчетливой лимонной желтизной, уже без намека на человеческий голубой, налились глаза. Его тигр, сумасбродный и эгоистичный вступал в права.

Первый раз, когда друг обернулся во время одной из наших игр в догонялки, просто не справился с охотничьим инстинктом, я была без ума от его солнечного и пушистого тигренка. Тогда мне казалось, что он навсегда останется милым и смешным, безопасным даже в потасовке.

А теперь тигренок вырос.

— С каких пор ты Еву своей территорией считаешь? — процедил мой друг.

— А откуда ты знаешь ее имя?

Мамочки. Вот и все.

Алекс послал в меня извиняющийся взгляд, дескать, прости-прости, засранца, ты же всегда прощаешь. Я, дескать, старался, делал как ты сигналила, но всему же есть предел, вот и сорвался, никак не мог иначе.

Фаворра младший не особенно заморачивался случайными провалами. Ну, случилось, ну и что. Ему, баловню судьбы, любая ошибка или каверза сходили с рук.

Пожав плечами, он твердо заявил брату.

— Ева — моя девушка.

Я застонала, накрыв лоб ладонью.

Сама виновата, моя же была дурацкая идея. «Я тебе не скажу, друг, что происходит, но мне парень нужен прям горит». И как он должен был среагировать? Алекса хлебом не корми — дай меня позащищать.

На челюсти Диего вскипели желваки.

— И давно вы встречаетесь? Свидания, жаркие ночи?

Я тихо пискнула и меня тут же прожгли предупредительным взглядом. Все, откуда не возьмись, появился зашибись.

— По полной программе, даже не сомневайся, — гордо сообщил мой самоуверенный друг.

— Хватит врать, Лекс, — Диего шагнул к брату, холодно буравя его синевой. — Я устал от твоего вранья. Ты хоть в курсе, что она девственница?

— Кто? Ева?… Вот же… Конечно в курсе! Я ее готовлю к своему огромному бойцу, это требует времени. Твою ж мать, Ева, закрой немедленно уши! И вообще забудь, что услышала. Кхм. Диего… А ты откуда в курсе?! Эй, ты к ней лез? Что-о-о-о?!..

А-а-а-а. Они что, из-за меня подраться решили? Сейчас же на шум народ набежит.

— Прекратите! Немедленно прекратите! — я встала между ними, упираясь руками в обоих и не давая им сблизиться.

В университете нам вдалбливали, что нельзя влезать между агрессивными оборотнями, они даже не заметят, как прихлопнут постороннего, но я почему-то была уверена в здравомыслии обоих, они не причинят мне вреда.

— Все! Хватит! Вы же братья, одумайтесь.

Очень хотелось сказать, что я своя собственная, но это означало, что я позвала на помощь, а потом сама же подставила друга. И побили Алекса за просто так, и с братом рассорился без причины. Ух. Безвыходная какая-то ситуация.

— Да, мы встречаемся с Алексом, но, как это сказать… пока несерьезно! Присматриваемся друг к другу. Алекс, кому я сказала — прекрати рычать, у меня ухо от твоих рыков глохнет.

— Почему это несерьезно? — несколько обиделся тот. Но рычать перестал.

Диего поднял бровь и с неверием посмотрел на быстро успокаивающегося брата. У того даже шерсть на скулах исчезла, за долгие годы он привык с подругой-человеком осторожничать и мгновенно остывал, если для меня становилось опасно.

Все, теперь до обсуждения ночного проникновения в окно комнаты Алекса — рукой подать.

— Босс! — мы отвлеклись, и никто не услышал заглянувшего из коридора Вито. Вот же шельмец, передвигается так, словно по воздуху плывет. Сейчас он с большим интересом рассматривал двух скалящихся братьев и меня, бесстрашно их удерживающую. — Квестор Игнац очень извиняется, но пропуск разрешил выписать только на выход. Говорит, времени разбираться нет, из-за событий последних дней гражданским лучше не оставаться в отрядном корпусе, даже родственника. И мне было велено проводить твоего брата до проходной.

— У, как у вас строго. Ладно, Диего, еще встретимся и поговорим, — бодро сказал Алекс, радуясь прекрасной возможности свалить, пока окончательно не напортачил. — А ты, Ева… в общем, увидимся скоро. Я с отцом поговорю, чтобы он тебя к нам в компанию на практику устроил.

На брата он предостерегающе зыркнул, дескать, "мое", только попробуй покуситься.

И пока я стояла столбом, аккуратно обнял, быстро чмокнув в щеку.

Какая еще практика в компании?! Нельзя мне в компанию. И откровенничать насчет своих опасений не могу.

С тоской во взгляде я проводила ловко смывшегося спасителя. Немного протормозил, но все же ушел за Алексом с любопытством оглядывающийся Вито.

— Выходит, ты у нас занятая девушка? — спросил Диего, когда мы остались один в опустевшей комнате.

— Выходит, так, — выдохнула я и с трудом разорвала контакт с гипнотизирующей меня глубиной синих глаз. Как не посмотрю, проваливаюсь. — Ой, извини, я же вещи до конца разобрать не успела. Надо бежать…

Только бы не остановил, только бы расспрашивать не начал. И так красная по уши. Ну, да, это Я с тобой целовалась, Я стонала как больная, когда ты меня обнимал. Но! Может я твоего брата представляла. Не тебя же…

Эх, и ведь действительно думала, что меня обнимает Алекс. Какой стыд!

По коридору я мчала так, словно за мной высшие менталы мчались с ордером на проверку уровня.