Глава 3

Меня повели дальше по коридорам. Запах дорогих духов, кожи, денег – все здесь пропитано властью и богатством. Дверь распахнулась – каюта-кабинет, роскошный до неприличия. Золото, мрамор, персидские ковры. За массивным столом сидел мужчина лет сорока. Смуглый, с аккуратной бородкой, в дорогом костюме. Глаза темные, внимательные. Рядом стояла европейка – блондинка с короткой стрижкой. Симпатичная. – Вот она, – сказал мой конвоир. – Злата. Восемнадцать лет. Девственница. Здоровая. Мужчина за столом встал. Высокий, статный. Подошел медленно, неторопливо. Я стояла, опустив глаза. Сердце билось так сильно, что казалось, его слышно всем в комнате. – Подними голову. Голос обманчиво мягкий, с легким акцентом. Я подняла глаза. Он смотрел внимательно, изучал каждую черточку лица. Потом обошел вокруг. Я чувствовала этот взгляд на спине, на волосах, на фигуре. – Красивая, – произнес он наконец. – Очень красивая. Имя тебе подходит. Злата. Золотая. Он что-то сказал на арабском моему конвоиру. Тот кивнул и вышел. Женщина осталась. – Меня зовут Ибрагим, – сказал он, садясь за стол. – Я советник и друг шейха Асада. А это Элен, она будет твоей… наставницей. Указал на кресло напротив. Я села, сжав руки в замок. – Ты боишься? Я молчала. Конечно боюсь. До дрожи в коленках, до холодного пота. – Это нормально, – сказал он спокойно. – Как тебя сюда привели? – Обманули, – выдавила я. – Понятно. Работу предложили? Или любовь? Я не хотела рассказывать об Абдуле и просто кивнула. – Классика, – усмехнулся он. – Каждый год сотни девочек ведутся на эту удочку. Откуда ты? – Из России. – Город? – Воронеж. – Семья есть? – Есть. – Ищут тебя? – Не знаю. Он налил себе воды из графина, сделал глоток. В его движениях была неторопливая уверенность хищника, который знает – добыча никуда не денется. – Слушай внимательно, сука. – Голос Ибрагима стал холодным как лед, но лицо сохранило вежливое выражение. – Ты теперь собственность шейха Асада. Он заплатил за тебя большие деньги. Ты – вещь. Игрушка для его развлечений. Будешь жить в его доме в Эмиратах. У тебя будет комната, одежда, еда. Все, что он сочтет нужным дать. Контраст между спокойным тоном и чудовищными словами парализовал. – Взамен ты будешь выполнять желания хозяина. Любые. Без вопросов, без возражений. Когда скажет лаять – будешь лаять. Когда скажет ползать – будешь ползать. Когда захочет трахнуть – раздвинешь ноги и будешь благодарить. Понятно, шлюха? Я сглотнула. Горло пересохло. Слезы жгли глаза. – А если я откажусь? Он засмеялся. Смех злой, презрительный. – Откажешься? – резко ударил ладонью по столу. – Ты ничтожество. Ты никто. У тебя нет права отказываться. Встал, подошел вплотную. Схватил за волосы, дернул назад. Больно. – Видишь ли, дрянь, у шейха есть люди в России. Найти твою семью – минутное дело. Адрес, работа, школа твоих сестренок. Все известно. Кровь застыла в жилах. Он знает про семью. Про сестер. – Ты же не хочешь, чтобы они сдохли в канаве? – Нет, – прошептала я. – То-то же, сука. Кстати, о сестрах. Младшей сколько лет? – Пятнадцать. – А-а-а, – протянул он с усмешкой. – Пятнадцать. Самый сок. И наверное хорошенькая, раз ты такая красивая получилась. Я не ответила. Он дернул за волосы сильнее. – Я спрашиваю, тварь. – Да… красивая. – Вот и славно. Запомни накрепко, мразь. Одно неповиновение – и шейх прикажет привезти ее сюда. Молоденьких здесь берут нарасхват. Слезы потекли по щекам. Я зажала рот ладонью, чтобы не зарыдать в голос. Сестренка. Моя маленькая Ленка. Я не хочу ей такой участи. – Плачешь, дрянь? – он отпустил волосы и отошел. – Хорошо. Слезы тебе пригодятся. Шейх Асад любит, когда его игрушки плачут. Сел обратно за стол, налил воды. Как будто ничего не произошло. – Если будешь послушной шлюхой, с семьей ничего не случится. Шейх даже будет переводить им деньги. Тысячу долларов в месяц. За твои услуги. Тысяча долларов. Большие деньги для моей семьи. Цена моего тела и души. – Видишь, как просто. Ты служишь шейху, семья получает деньги и остается живой. Всем хорошо. Он встал, подошел к окну. За стеклом море. – Шейха зовут Асад, – сказал он, не оборачиваясь. – Обращаться к нему только "мой господин" или "хозяин". Никаких имен. Завтра утром полетишь в свой новый дом на частном самолете. Персонал объяснит остальные правила. Их много, и за нарушение любого – наказание. Обернулся ко мне. Глаза холодные, жестокие. – Есть вопросы, сука? – Я смогу связаться с семьей? – Нет. Никаких связей с прошлой жизнью. Ты умерла для них. Теперь ты собственность шейха Асада. Элен что-то записала в блокнот, не поднимая глаз. Как будто обсуждали покупку мебели. – Отвезите эту в отель, пусть готовится, – приказал Ибрагим. – Номер готов. Завтра в восемь утра вылет. – Хорошо. Ибрагим подошел вплотную. Схватил за подбородок, сжал пальцы. Больно. – Запомни главное, шлюха. Шейх Асад – твой хозяин и бог. Ты – его вещь. Будешь послушной сукой – проживешь дольше. Будешь упрямиться – сдохнешь в муках. И семейка твоя следом отправится в землю. Я стояла на подкашивающихся ногах. Меня било ознобом, вдоль позвоночника тянулись искры ужаса. Элен взяла меня под руку. – Пойдем, девочка. Мы вышли из кабинета. В коридоре меня сразу окружили охранники – молчаливые, мрачные мужчины в черных костюмах. Повели вверх на палубу. – А где Света? – спросила я у Элен. – Ее тоже забирают. Будет с тобой. На палубе нас ждала Света. Стояла рядом с охранником, выглядела довольной, даже счастливой. Увидела меня и подмигнула. – Ну что, подружка, едем к новой жизни.