Глава 5

Частный самолет оказался роскошнее, чем я могла себе представить в самых диких фантазиях. Белая кожа кресел, золотые детали, тишина дорогих механизмов. Но вся эта красота не могла скрыть главного – я была в клетке. Пусть золотой, пусть летящей в облаках, но клетке. Боже мой, что самое страшное? В этот момент осознаешь, насколько ценными были самые обычные вещи в твоей жизни. Насколько искренней была любовь родителей – пусть и несовершенных, – которые оберегали от внешнего мира. А еще сильнее бьет по мозгам осознание того, какая же ты идиотка. Какая кретинка. Как могла поверить незнакомцу из интернета? Света устроилась в кресле напротив и с восторгом крутила головой, рассматривая интерьер. На ее лице играла улыбка предвкушения, словно мы летели не к хозяину-рабовладельцу, а на медовый месяц. Меня от этой улыбки просто выворачивало наизнанку. – Златка, ты только посмотри. – щебетала она, поглаживая подлокотник кресла. – Настоящая кожа. А эти бокалы. Хрусталь, наверное. Мы же теперь VIP-персоны. VIP-товар, хотелось поправить, но я промолчала. Зачем портить ей радость? Пусть живет в своих иллюзиях до тех пор, пока реальность не ударит по лицу железной рукавицей. Стрекоза… а зима уже у порога. Только я тоже, увы, не муравей. Элен сидела через проход, изучая какие-то документы. Время от времени поднимала глаза и оценивающе смотрела на нас. Особенно на меня. В ее взгляде читалась жалость, смешанная с профессиональным любопытством. Интересно, сколько таких, как я, прошло через ее руки? Сколько жизней она помогла сломать? – Элен, – позвала я дрожащим голосом. – Расскажите нам про… про него. Про шейха. Женщина отложила бумаги и внимательно посмотрела на меня. В ее глазах мелькнула тень. – Что именно хочешь знать? – Все. Какой он? Жестокий? Старый? Страшный? Света оживилась и придвинулась ближе. Даже ей было любопытно, какая судьба нас ждет. Элен помолчала, словно взвешивая, сколько правды можно нам открыть. – Шейху Асаду ан-Нахару тридцать два года, – начала она медленно. – Он красив, умен и абсолютно беспощаден. Управляет одним из самых влиятельных кланов и контролирует значительную часть торговых путей через пустыню. – А жены у него есть? – спросила Света, в ее голосе послышались нотки ревности. – Есть. Официальная жена – Самира бинт Фаисал, мать его сына. Плюс гарем из шести наложниц. Гарем. Слово упало в салон самолета как бомба. Я почувствовала, как сердце провалилось куда-то в пятки. Значит, мы будем не единственными. Нас ждет жизнь среди других женщин, таких же пленниц, как и мы. Конкуренция. Борьба за внимание. Интриги. – И мы будем… седьмой и восьмой? – уточнила я, едва сдерживая панику. – Нет. Вы замените двух, которые… не оправдали ожиданий. Что значит "не оправдали"? Куда девались предыдущие? Вопросы жгли язык, но я не решилась их задать. Кое-что лучше не знать заранее. Но я даже не догадывалась, что именно с ними произошло… Узнаю потом, когда станет поздно о чем-то сожалеть. – А какие они, эти наложницы? – полюбопытствовала Света, и в ее тоне я услышала нездоровый интерес. Элен снова помедлила с ответом. – Разные. Самира – первая жена, неприкосновенная. У нее есть сын, семилетний Халид, наследник. Амира – была фавориткой последние два года. Красивая, но… капризная. Шахина – тихая, покорная, из Ирана. Умеет лечить травами. Нурия – совсем юная, шестнадцать лет, недавнее приобретение. Джанет – досталась шейху от отца, знает много секретов. И Мара… – Элен запнулась. – Мара особенная. Она советница при гареме. – Советница? – не поняла я, но уже предчувствовала что-то ужасное. – Она следит за порядком, разрешает конфликты. Назира организует наказания. Мара старше всех, и она уже давно не посещает покои шейха. Звучало зловеще. Я представила этих женщин – своих будущих соперниц, подруг или врагов. Пока непонятно, кем они для меня станут. Но интуиция подсказывала – ничего хорошего меня не ждет. – А что мы должны будем делать? – спросила я, и голос предательски дрогнул. – Быть красивыми. Быть послушными. Развлекать хозяина, когда он того захочет. Рожать ему детей, если повезет. – Элен говорила сухо, деловито, словно зачитывала прайс-лист услуг. – А если не захотим? – вырвалось у меня. Элен посмотрела на меня долгим взглядом. В ее глазах мелькнуло что-то похожее на сочувствие. – Тогда будет очень плохо. Шейх Асад не привык к отказам. И методы принуждения у него… весьма эффективные. Света вдруг засмеялась – звонко, почти истерично. – Да ладно тебе, Златка. Ну что ты все боишься? Мы же попали в сказку. Дворцы, богатство, красивый мужчина. Да еще и молодой. А ты все ноешь. Я посмотрела на нее с изумлением. Неужели она действительно не понимает? Или просто старается не думать о реальности? – Света, мы рабыни. Нас купили. Мы теперь собственность. – Дорогая собственность. – парировала она с горящими глазами. – За нас полмиллиона заплатили. Это же невероятный комплимент. Элен наблюдала за нашим разговором с интересом ученого, изучающего поведение подопытных животных. – Вы очень разные, – заметила она с едва заметной улыбкой. – Это хорошо. Шейх любит разнообразие. – А что он любит еще? – спросила Света, настроившись на откровенно кокетливый лад. – Красоту. Ум. Характер. Он не любит безвольных кукол. – Элен многозначительно посмотрела на меня. – Но и чересчур строптивых тоже не жалует. – То есть золотая середина? – уточнила я. – Нет. То есть умение чувствовать момент. Знать, когда подчиниться, а когда показать характер. Это искусство, которому не все женщины способны научиться. Самолет начал снижение. За иллюминаторами показались бескрайние пески, перемежающиеся редкими оазисами. Где-то там, в этой золотистой бесконечности, меня ждала новая жизнь. Или то, что должно было ею стать. – Скоро прилетим, – сообщила Элен. – В аэропорту нас встретят люди шейха. Ведите себя спокойно, не привлекайте внимания. Помните – с этого момента вы под защитой дома ан-Нахар. Но эта же защита означает, что бежать некуда. Самолет коснулся взлетной полосы. Дубай встретил нас жарой, которая ударила в лицо, стоило только выйти из кондиционированного салона. Воздух дрожал от зноя, солнце слепило нещадно. Я задыхалась не только от жары, но и от ужаса. Нас ждали машины – черные джипы с тонированными стеклами. Возле одного стоял молодой араб в дорогом костюме. Увидев Элен, он почтительно поклонился. – Ас-салям алейкум, устаза Элен. – Ва алейкум ас-салям, Юсуф. Как дела в доме? – Все спокойно. Господин велел передать, что он встретится с новыми приобретениями завтра вечером. Новые приобретения. Вот так просто и буднично он назвал нас. Товар, который нужно доставить и правильно оформить. Мы выехали из города и помчались по шоссе через пустыню. По обеим сторонам дороги простирались бескрайние дюны, переливающиеся на солнце всеми оттенками золота и охры. Красота завораживала и пугала одновременно. Здесь можно было затеряться навсегда. – Света, – позвала я дрожащим голосом. – Ты правда не боишься? Она повернулась ко мне. В ее глазах я увидела страх, который она так старательно прятала за напускной бравадой. – Боюсь, – призналась она тихо. – Очень боюсь. Но что толку? Назад дороги нет. Значит, надо играть по новым правилам. – А если не получится? – Получится. – она сжала кулаки. – У меня нет другого выбора. Впереди показались крепостные стены – высокие, светло-песочного цвета, увенчанные башнями. За ними виднелись купола и минареты. Дворец шейха выглядел как декорация к "Тысяче и одной ночи" – сказочно и недосягаемо красиво. И абсолютно нереально. – Приехали, – объявила Элен торжественно. – Добро пожаловать в дом ан-Нахар. Ворота беззвучно раскрылись перед нами. Джип въехал во двор, вымощенный цветным мрамором. Фонтаны били серебристыми струями, пальмы склоняли резные листья. Воздух был напоен ароматом жасмина и розового масла. Мы вышли из машины. Жара обрушилась на нас, как физический удар. Света ахнула от восторга, рассматривая роскошь вокруг. Я же чувствовала, как красота этого места давит на меня, словно хочет подчинить, сломать мою волю. К нам подошел высокий мужчина в белых одеждах. Лицо смуглое, красивое, но с печальными глазами. Двигался он плавно, бесшумно. – Это Закария, – представила Элен. – Главный евнух гарема. Он покажет вам дорогу. Евнух. В наше время. Я чуть не рассмеялась истерически. Гарем, евнухи, рабыни… Что дальше? Слово "наложница" красиво прикрывало безвольных кукол. Игрушек шейха. Которых он менял как перчатки. – Элен, – окликнула я женщину перед тем, как мы разойдемся. – А что случилось с теми двумя? С теми, кого мы заменяем? Элен остановилась и посмотрела на меня серьезно. В ее глазах мелькнул ужас. – Одна пыталась бежать. Ее нашли в пустыне через три дня. Вторая… вторая влюбилась. В охранника. – Она помолчала. – Любовь в гареме – смертельно опасная роскошь, Злата. Запомни это. И она ушла, оставив меня наедине с пониманием того, что игра, в которую нас втянули, смертельна. Здесь ошибки не прощают. Здесь слабость равна гибели. Но я не собиралась быть слабой. Я собиралась выжить. Любой ценой.