Глава 36

Рамиль ибн Шариф Этот господин Сергей Маслов не вызывает у меня доверия. Внутреннее чутье призывает не верить этому человеку, возможно он играет в какую-то свою игру. Я позвонил родителям Эльзы, представился полным именем и назвал свой титул. Тотчас раздался грохот, и в трубке воцарилась тишина. – Алло, вы меня слышите? – Как вы сказали? – наконец заговорила женщина. – Правитель Мактуба?! – Да. У меня для вас важные сведения. Ваша дочь жива, она потеряла память и находится сейчас в моем дворце. – Я… я просто не знаю, что сказать, – трубка разразилась рыданиями. – Я чувствовала, что моя деточка жива. Спасибо вам, господин. Спасибо! Мы прилетим за ней первым же рейсом. – Границы Мактуба все еще закрыты из-за вируса. Поэтому я отправлю за вами свой личной самолет. Ждите звонка от моего пилота. – Даже не знаю, как вас благодарить! – До скорой встречи. Отдаю телефон детективу Маслову и выжидающе смотрю на него. Несколько минут назад я рассказал ему, что случилось с Эльзой, а теперь хочу получить от него информацию. – Итак, господин Маслов, где же мой сын? Я больше, чем уверен, что вы знаете об этом. – Нам придется прокатиться в дом Халидов. – Шейх Алишер умер, а Муслим не живет в доме своего отца, – замечаю хмуро. – Именно. Он держит там ребенка. Поехали, шейх Рамиль. Вы должны поговорить с другом детства, как мужчина с мужчиной и выяснить отношения. А я буду в роли рефери, чтобы вы не натворили глупостей. Что ж, если мой ребенок там, то это всё меняет. Я поеду в дом Халидов и заберу его. Если это ловушка, то очень непродуманная – со мной куча охраны. Не дай бог со мной что-то случится, все причастные будут приговорены к смертной казни. Мне не терпелось посмотреть в глаза предателю, с которым я провел счастливое детство. Мы вместе катались на верблюдах по пустыне и охотились с соколом. Вместе мечтали, как построим сильное и справедливое государство. А что стало с нами потом? У Муса не хватило мужества в тот злополучный вечер заявить свои права на девчонку, и он поступил как настоящая крыса, устраивая козни за моей спиной. Бывший друг ждал нас в гостиной, покуривая кальян. При моем появлении он даже не встал с дивана, как того требовал обычай. – Ас-саляму алейкум, шейх Рамиль. Как поживаешь? – насмешливо спрашивает он. – Ты прекрасно знаешь, шейх Муслим, – еле сдерживаюсь, чтобы не наброситься на его бородатую рожу с кулаками. – Друзья, отдайте своё оружие охране и велите им ждать на улице, – миролюбиво предлагает детектив. – Поговорите спокойно, без пальбы. – Идет, – усмехается бывший друг и протягивает охраннику свой пистолет. – Говорят, ты торгуешь оружием? – спрашиваю у него. – Врут, – отвечает Мус с наглой усмешкой. Забрав наше оружие, охрана выходит из гостиной. Никто не замечает притулившегося возле кадки с фикусом моего советника Хамзата. Он такой тощий, что вполне может сойти за пальму. Не доверяет им, мой старичок. Решил присмотреть за ними. – Значит, из-за девчонки весь сыр-бор? – с горечью киваю. – Из-за твоего неуважения к другу детства. Ты тронул моё! – Я не знал, что она с тобой! – Мог бы и узнать, прежде чем распускать свои лапы. – Я слышал, что ты её похитил. Законы наши знаешь, я могу приговорить тебя к смерти за это. – И оставишь трех прекрасных женщин без мужа и шестерых детей без отца? – Ты собирался меня убить! Почему я должен жалеть твою семью? – Прошу прощения, господа, – влезает в наш разговор Сергей Маслов, – могу я отлучиться в туалет? – Прямо по коридору и направо, – подсказывает ему Мус. – С чего бы тебе сотрудничать с этим чужеземцем, мм? – киваю в сторону, куда ушел сыщик. – Ведь это ты ему рассказал большую часть всего, что произошло в Мактубе? – Допустим, и что? – Кто он? Мус ничего не успевает ответить, как Сергей возвращается с наставленным на нас оружием: – Я ваша смерть, – отвечает он. – Какого шайтана? – Вы – два ублюдка, убили мою дочь. Единственную и неповторимую! Мисс Россию, Мисс Арабскую ночь, двукратную чемпионку по танцам живота. Девочку, которая знала в совершенстве три языка. Её звали не Персик! Её звали Анна. Анна Маслова. И вы погубили её. – Сергей, давай поговорим… – пытаюсь наладить с ним контакт. Шайтан! Никакой он не детектив. Он просто косил под него, взял себе нелепый образ Пуаро, чтобы припереть меня к стене, а потом собрать нас с Муслимом вместе и свершить правосудие – расстрелять. – Заткнись! А то отправишься первым к праотцам и не сможешь насладиться смертью своего недруга. Чтоб вы знали, этого хрена я собираюсь расстрелять первым, – Маслов указывает пистолетом на лоб Муса. – Этот ублюдина приехал в Москву и увез с собой мою кровиночку. Мы безоружны. Охрана на улице. Все просчитал – хитрый гаденыш. Я не готов умирать. У меня есть маленький сын, любимая женщина и пустыня. Я не могу умереть здесь и сейчас. У меня ещё столько дел… – Сергей, не пори горячку, – поднимаю обе ладони вверх. – Если ты нас убьешь, то тебе не уйти из дворца живым. – Мне уже нечего терять. Жизнь без моей дочери не имеет смысла. Вы обошлись с ней жестоко. Отправили её в притон, где ее день и ночь насиловали чертовы вонючие бедуины. За что? За её красоту? – Во-первых, я ее никуда не отправлял. А во-вторых, у тебя есть внук. – Мне не нужен этот арабчонок, так и знайте. – Слушай, Сергей, мы заплатим тебе… золотом… бриллиантами – чем хочешь! Только не убивай нас, – умоляет Муслим и падает на колени. – Вы убогие людишки, вы недостойны править даже такой мелкой страной, которой нет на карте мира, – отвечает Маслов брезгливо. – Вы никчемные, жалкие бараны. Смерть – это ваше освобождение от той темной оболочки, в которой вы сейчас живете. Отправляйтесь в ад! Сергей выстреливает в Муслима, и тот падает на пол, брызгая кровью. На его лице застывает маска удивления, он до последнего верил, что спасется. Всевышний, как же он нас лихо провёл – этот чужак! Стравил, чтобы рассчитаться с нами одновременно, по красоте, так сказать. Я виноват – не спорю. Но и умирать не готов. Маслов переводит дуло пистолета на мою грудь и говорит: – Твое место тоже в аду, отправляйся туда вместе со своим дружком. А потом… Падает лицом в пол. Позади его стоит Хамзат и, как крутой киллер из боевика, дует на остывающее дуло своего пистолета. – Спасибо, Хамзат. А теперь помоги найти ребенка. Кажется, я слышал детский плач… Поднимаюсь по лестнице на третий этаж, толкаю дверь и вижу испуганную Аишу, трясущую малыша. – Он… Он плачет постоянно. Я ни в чем не виновата, – говорит она дрожащим голосом. – Дай его сюда, – протягиваю руки и забираю ребенка. – Никому ни слова. Вниз пока не спускайся. Поняла, Аиша? – Да-да, Ваше Высочество… Я всё поняла. Моего брата больше нет в живых? – с надеждой в голосе спрашивает она…