Глава 34
-Только Айя,- разрывает он звенящую в моего голове тишину.
-Не понимаю…
- Айя не умерла, Майя. Зулайха- это и есть Айя… Вечная пленница этого дворца. Низложенная королева. Женщина, обреченная на вечный плен, на изощренную пытку… Женщина, которая была лишена права называть своих сыновей сыновьями…
-Стоп… Это какой-то бред…- снова отшатываюсь я от него, -Айя погибла, когда Тамеру было уже под восемь лет… Я была на ее могиле в Асуане…
Ахмад скептически пожимает плечами.
-Не тот возраст, когда пропавшая на пару лет женщина после якобы смерти твоей матери снова появляется в образе ее родной сестры... Айя и Зулайха по легенде должны были быть очень похожи друг на друга… Мы все купились на ту правду, которую принес нам отец… Детское сознание такое, Майя. Оно верит тому, что дает ему безоговорочный авторитет…
-Хорошо,- пытаюсь я снова уцепиться за рациональное зерно,- кто же тогда похоронен в Асуане? И вообще, зачем это всё?
Опять легкая усмешка и взгляд вдаль.
-Ты слышала, что у шейха Аль-Маррифи был брат?
Я не перебивала Ахмада. Казалось, от каждого его слова зависит всё и даже больше…
- Так вот, дорогая Майя. Самая страшная правда в том, что Тамер не является сыном Аль-Маррифи. Он сын его старшего брата. Того мужчины, которого в Асуане когда-то действительно полюбила Айя. Того, за которого вышла замуж. Того, от кого понесла…
-Не понимаю…-снова начала отступать в волнах усиливающейся паники. Что он нес? Господи… Господи… От ужаса этой правды я даже зажмурилась.
-Страшно, Майя? Правильно, дорогая. Бойся… Потому что эта правда может разрушить этот дворец по кирпичику… Тамер и Мухаммед были рождены от другого мужчины… Она была счастлива с ним. Она с ним активно путешествовала. А потом… Приехала с мужем на родину, где ее увидел молодой и амбициозный родной брат мужа… Спустя полгода, Майя. Аль-Маррифи захватил власть, объединил земли, убил своего брата, чтобы забрать его женщину… Вот она правда… Правда, которая стала прошлым. В настоящим же тот факт, что Тамер не имеет никакого права на престол, если его происхождение откроется. Именно поэтому Мо и умыл руки. Он всегда был слишком слаб, чтобы ввязываться в драку и принимать чью-то сторону…
-А ты? Ты будешь драться и дальше?
Он усмехнулся.
-Я предпочитаю наблюдать, Майя… Затаиться и ждать… Правда на моей стороне. Я единственный истинный наследник Аль-Маррифи. Просто…- снова подходит ко мне, теперь бесцеремонно поддевает край абайи и трогает кончиком пальца оголенную кожу,- появилась ты…
-Не смеши меня… Я никто для таких, как ты… На свете море блондинок…
-Тшшш.- накрыл пальцами мои губы,- не думала, что это наследственное? Может быть, у нас в крови так рьяно желать любимых женщин своих братьев?
Я отчаянно застонала от беспомощности, снова прикрыв глаза.
-Почему Айя стала Зулайхой?- спросила теперь уже безжизненно… Вокруг было только отчаяние.
-Она так и не смогла полюбить моего отца и со временем наскучила этому уроду. Но он не желал ее отпускать, решив наказать за невзаимность самым изощренным из способов…
Понимание накрывает меня огненной лавиной. От ее силы меня даже качает…
- То есть вот в чем был смысл переворота… Ты мстил Аль-Маррифи за мать?
-Старый козел смертельно болен,- жестко выдает Ахмад,- у него рак. Но он отчаянно цепляется за жизнь, наслаждается молодыми женщинами, выкачивая с них энергию и красоту, хочет прожить вечно… Я искренне хотел, чтобы он прочувствовал боль… Чтобы увидел, пока не помер, что все, что он создал, для чего пустил в жертву нас всех, развалено навсегда…
-Он знает, что Тамер не его, но назначил его наследником…-тихо говорю я…
-Он боится междоусобицы, Майя… Для таких, как шейх, власть и наследственность важнее родной крови. Ты до сих пор не поняла? Он готов подсунуть Тамеру любого ублюдка в наследники, лишь бы его власть была прочной… Лишь бы никто не сверг клан с престола Киренаики… Она-его главная любовь и любовница… И он не один такой. История знавала немало правителей, кто предпочитал чужих детей своим только потому, что они были более пригодны для престола… Мо- не вариант. Я…- он усмехается,- для Аль-Маррифи я напоминание нелюбви женщины, которую он дико желал… Он насиловал ее- и родился я… А Тамер- сын брата… Возможно, старик думает о том, что придется отвечать за грехи перед Всевышним или встретиться в лучшем из миров лицом к лицу с братом…
Его правда продолжала бить наотмашь… Я грязла в ней, как в зыбучем песке. И уже не понимала, как выкрутиться из нее…
-А если я тоже не полюблю?- спрашиваю, смотря в самую душу Ахмада.
И снова усмешка. И снова до невозможности самоуверенная…
-Полюбишь… Потому что ты дорожишь головой своего драгоценного Тамера, Майя… И потому заставишь весь мир поверить в то, что любишь меня. И себя в том числе. Или я уничтожу его- тем или иным способом, но уничтожу… Лишу власти и заберу своё… Мне ведь всего лишь нужно обнародовать факт того, что он не сын Аль-Маррифи…
Ахмад резко разворачивается и идет на выход, оставляя меня с разбитым сердцем и надеждами…
-А если я… скажу тебе «да»? Ты не тронешь его? Все останется, как есть?- кричу в спину, пытаясь добиться сама не знаю чего…
Поворот головы. Улыбка.
-Видишь, мы вернулись в самое начало, дорогая…
Он тут же становится до предела серьезным.
Два больших шага- и Ахмад снова оказывается возле меня.
Подхватывает на руки, резко прижимает к стене, заставив обвить свое тело. Я чувствую дикую, распирающую штаны эрекцию.
Он жадно впивается в мои губы, кусая до металлического привкуса во рту.
– Завтра ты станешь моей, Майя. Официально. Без отлагательств. Вот ключ к спасению Тамера. Мы уедем вместе. Тебе понравится там. Я люблю земли на юге намного больше этой бескрайней безжизненной пустыни. Там моя жизнь. Там наше будущее… Наступит день, я отберу власть и у Ашанти. Мы создадим свое великое государство… Ты будешь рядом, моя белая королева… Я заставлю тебя забыться от экстаза в моих объятиях, я сотру его образ в твоей памяти навсегда, Майя… Он станет миражом…
-Подожди… Как… Никто не говорил о таких сроках… Зачем так быстро…
Он делает резкий рывок бедрами в мою сторону, заставляя почувствовать свою «решительность».
-Я достаточно ждал, Майя. Завтра с утра во дворец прибудет кади. Мы совершим никях. И уже ночью ты станешь моей во всех смыслах этого слова. Не говори об этом никому, будь умной девочкой. Мы преподнесем им сюрприз, которого никто из них не ожидал… Отец уверен, что ты отвергнешь меня- и тогда его руки карать тебя будут развязаны. Но как только я заберу тебя себе, он не сможет ничего сделать. Потому что сам обозначил эти правила игры. Сам публично заявил, что ты можешь быть моей… Аминь…
Резко отступает и отпускает меня. А я оседаю по стене, осознавая свое безнадежное положение…