Глава 37
Песок везде. В этом сокрушительная сила пустыни. Ты вроде как полностью закрыт, нет ни единого куска тела, который бы был подставлен безжалостным и хлестким потокам. А все равно, чувствуешь, как абразив царапает твои глаза, губы, рот…
Мы пробирались сквозь вихри песчаной завесы долго и мучительно. И мне даже казалось, что песок вот-вот разверзнется и поглотит нас… Это страшно- быть один на один с необузданной стихией среди черной ночи, когда даже звезд не видно.
Нет, это не просто страшно. Это выворачивает твое нутро наизнанку. Уничтожает, расщепляет на молекулы и делает ничтожным на фоне власти необузданной природной стихии.
Когда я увидела вдалеке небольшой огонек, мое сердце радостно забилось. Спасение? Мы дошли до пункта назначения? Или это только мираж измученного и испуганного сознания?
Молча повернула голову на своего не менее уставшего путника. Нет, не видение. Он тоже это видит… Совсем немного, совсем чуть-чуть.
Последние минуты пути были самыми длинными, последние метры- самыми короткими. Мысленно я была уже там, рядом с Даниилом.
И умоляла его спасти меня… Раз за разом прокручивала в голове слова, которые должна сказать ему, чтобы он непременно мне помог.
Нас встретили у входа в какое-то странное место, отчасти напоминающее пещеру Али-Бабы. Я даже мысленно про себя усмехнулась. Вся моя жизнь здесь и правда походила на сказку. Сказку со страшными поворотами сюжета, сюрреалистичными, словно бы щедро политыми сверху опиумом, вызывающим галлюцинации.
Мужчина в балаклаве переглянулся с мужем Мариам, кивнул ему, полностью игнорируя мое присутствие и головой указал следовать за ним.
Маленькая дверь в скале приоткрылась- и мы нырнули внутрь. Каково же было мое удивление, когда внутри скалы я обнаружила совершенно себе современное пространство.
Нет, здесь не было мебели и комфорта, который бы позволял расслабиться, но наличие света, какие-то опознавательные знаки на словно бы выдолбленном в скале пространстве, говорили о том, что этот объект был если не обжит, то служил каким-то функциональным целям.
-Вас ждут, -произнес мужчина на арабском, на этот раз обратившись ко мне. Я тут же последовала за ним уверенной походкой.
Сердце неистово билось в груди, вызывая тремор по всему телу.
Остановились у еще одной внушительной двери. Мужчина громко постучал.
Через мгновение дверь отварилась и я оказалась внутри солидной комнаты. От более контрастного освещения от лампы на столе глаза защипало.
А может быть, это песок, который царапал их, словно наждачная бумага.
- И снова здравствуй,- произнес Даня с печальной усмешкой.
Я скинула с себя абайю, облегченно выдыхая и слыша, как вместе с тканью на пол сыплются тысячи микрочастичек песка.
Чернов быстро оглядел меня. Его глаза, как мне показалось на мгновение, вспыхнули и… тут же потухли. Контроль- его второе имя. Он взял себя в руки.
- Не буду спрашивать, почему ты здесь, Майя. Я уже знаю.
Я молчала. Слова, которые я так упорно проговаривала про себя во время пути, прилепились к моей десне. На душе вмиг стало как-то очень пусто и печально. Это отчаяние? Почему-то казалось, что оно черного цвета…
-Ты предупреждал…- тихо произнесла я пересохшими губами.
-А ты все равно не послушала…- ответил он так же тихо.
Мы молча стояли и смотрели друг на друга. Откровенно и пронзительно. Невыносимо.
Острое, непреодолимое чувство сожаления захватило меня с такой неистовой силой, что я едва дышала. Почему… Почему же я не могла его полюбить? Почему судьба решила проклясть меня любовью к мужчине, которому не дано стать моим…
- Я бы не пришла, Даниил…- произнесла тихо,- не пришла, даже если бы знала, что ты ждешь…
Он усмехнулся и отвел глаза.
- И почему я не удивлен…- глубоко вздохнул,- так почему ты здесь? Боишься за свою жизнь или не хочешь ложиться под Ахмада?
- Я пришла сюда из-за Тамера, Даня…- нервно облизала губы, выдохнула,- из-за Тамера и его ребенка…
Опустила руку на живот. Его глаза проследовали за моими руками. Челюсти сжались. А потом я заметила, что не только челюсти, но и кулаки.
- Я не буду вывозить тебя в Россию, Майя,- произнес он решительно,- потому что это бессмысленно. Просто сумасшествие. Они найдут тебя. И Тамер, и Ахмад, и Аль-Маррифи. Ты навеки пленница этих песков. Это твой выбор. Ты могла…
-Не могла…- тихо говорю и чувствую, как одинокая слеза невольно начинает медленное движение по запыленной щеке…- любви невозможно противостоять…
Он делает ко мне несколько размашистых шагов. Злой, подавленный, усталый… Я вижу это по его напряженному лицу только сейчас- сблизка… Этот Чернов совсем иной. Далеко не тот, кого я видела в Москве, когда не знала даже кто я сама…
-Я же смог…- хрипит мне почти в губы, хватая за талию и сильно дергая,- смог, Майя… И ты бы смогла…
Его боль передается и мне. От нее все сложнее дышать.
Я прикрываю уставшие глаза и уже не могу остановить потока из глаз.
Кладу руки на его напряженные плечи.
-Нет, Даня… У тебя не любовь… Поверь мне, наступит день, и ты встретишь её… Единственную… И тогда ты поймешь, что не сможешь противостоять этому чувству. Что вообще ничему не сможешь противостоять. Ты будешь в таком вихре эмоций, что… что сам себе уже не будешь принадлежать…
Мы снова смотрим друг на друга. Каждый пытается свыкнуться со своей правдой, каждый пытается усмирить своих демонов…
-Я хочу рассказать тебе всю правду… Она жжет меня, выслушаешь?
Он словно бы колеблется пару мгновений, но потом кивает.
-Только прежде давай ты примешь душ и перекусишь. Дорога была сложной. Тебе следует прийти в себя…
Спустя час мы снова вместе. Ужинаем молча и с аппетитом. От стресса все это время мне казалось, что я не испытываю голода, но как только в нос ударил аромат еды, поняла, что в буквальном смысле умираю от желание сейчас поесть…
И только насытившись и попив сладкого чаю, мы снова переходим к разговору… Моя история хаотично и бессвязна, но я щедро поливаю ею Даниила. Возможно, потому, что у меня самой она просто не укладывается в голове. Это сложно и запутано. Но ключ к выходу только там… В этих самых дебрях…
-Правда близка, как и развязка, Даня… Я оставила записку Тамеру. Остается только надеяться, что он ее прочитает и… поймет меня… Примет мой выбор…
-И каков же твой выбор?- спрашивает он меня и мне даже на мгновение кажется, что в его глазах загорается слабая искорка надежды.
-Я ухожу из жизни этого мужчины. Навсегда… Ради него… Ради себя… Ради нашего неродившегося ребенка…
Лицо Даниила вытягивается.
-То есть ты хочешь сказать, что не открыла ему всей правды? Хотя бы в письме? Не сказала то, что узнала? Про то, кто его отец, а кто мать… Про Мо… Да про все, Майя… Черт возьми, неужели?!
Я твердо качаю головой.
-Это не моя правда… Он должен узнать сам… Единственное, что в моей власти- вывести себя из игры, чтобы не быть предметом раздора. История не повторится…
-Раздор уже есть,- усмехнулся Даниил,- они не помирятся… А ты не исчезнешь…
-Исчезну…- говорю ему тихо,- у меня к тебе одна-единственная просьба, Даня… Переправь мнея к Агиласу и Элиссе… Прошу…
Он глубоко вздыхает. Потирает глаза устало.
-Маленькая девочка, которая заигралась в игры взрослых мужчин… Ты и так уже в Кабилии, Майя… И Агилас знает о твоем появлении здесь. Только… Он не оставит тебя у себя…
Я в ужасе слушаю Чернова- и понимаю, что мой план сейчас рассыпается точно так же, как песок сейчас за пределами этого странного места, запрятанного в скале…