Глава 48
Я проснулась от резкого шквала ветра, ворвавшегося в окно моей спальни. И вроде бы все ставни были закрыты. Как?
Мгновение- и я слышу странный звук в комнате. То ли чирикание, то ли курлыканье. Вглядываюсь в темноту, ежась. Понимаю вдруг, что это птица…
В детстве бабушка говорила, что залетевшая в дом птица может предвещать два момента- это либо важное известие, либо…
Смерть… Почему-то сейчас, во мраке ночи, в одинокой холодной постели это слово прозвучало в моего голове с особым первобытным ужасом.
Сердце дико забилось в груди.
В голову полезли нехорошие мысли…
Хотелось сорваться с постели и понестись к Нуру, разбудить его, заставить позвонить Тамеру… Просто услышать его голос… Но я понимала всю нелепость моих эмоций беременной женщины под действием гормональных изменений.
Я так и не смогла заснуть до рассвета. На море разыгралась нешуточная гроза. Раскаты грома и вспышки молнии не давали забыться хотя бы в тревожном неглубоком сне до самого рассвета.
Зародившийся день не принес успокоения. И хотя голубь был давно отловлен и убран из комнаты, его вторгающиеся в тишину и покой ночи звуки были все время в голове.
Когда я спустилась вниз к завтраку и увидела беседующим с Нуром Ахмада, даже не удивилась. Только внутри все резко и больно сжалось, словно бы уменьшилось до размера спичечной коробки.
Он заметил меня сразу- спускающейся по лестнице. Я шла, словно бы на казнь, совершенно уверенная, что он приехал за мной. Неужели все попытки убежать от него тщетны? Тамер ведь обещал, что это место будет безопасным…
-Ты за мной?- спросила без приветствия.
-За тобой, Майя,- ответил он тут же, встав мне на встречу.
Я перевела тревожный взгляд на Нура и не могла не заметить, что он тоже был до предела напряженным… Оба бледные, с напряженными покрасневшими глазами… Нет, тут речь далеко не о том, чтобы просто забрать обратно непокорную русскую девицу…
-Что… что с вами обоими?- надвигающаяся паника накрывала меня как большая волна… Вмиг все мои чаяния отошли на второй план.
Ахмад поджимает челюсть. Делает паузу, словно бы собирается с мыслями, а потом выдает.
-Ты нужна Тамеру, Майя… Он при смерти… Очень хотел тебя видеть…
***
Никогда не думала, что время может так невыносимо долго тянуться. Интересно, путники, умирающие от жары и жажды в пустыни при переходе, тоже такое испытывали?
Мне кажется, что каждая минута- как вечность. Сколько раз я спрашивала у Ахмада, сколько нам осталось? Сколько раз он терпеливо отвечал, словно бы я назойливый ребенок, к которому нужно терпеливо относиться…
Он сейчас совсем другой- строгий, собранный, сжатый и совершенно не высокомерный. Неужели чтобы с людей слетели маски, нужно было дойти до самой смерти…
Смерть. Опять думаю про это проклятое слово и опять в панике дергаюсь…
-Как это случилось?- спрашиваю хрипло и потерянно.
-Далида,- Ахмад отвечает так же,- мать обнаружила, что она не беременна. Я решил… сделать Тамеру свадебный подарок по этому случаю… Он собирался провести с ней обряд джаваз мутъа, а потом тут же развестись, чтобы забрать потом ребенка себе и… ты бы его воспитывала, Майя…
Внутри прошибает током.
- Чернов сказал, что он женится на Далиде… Почему не договорил, что это временный брак?
Ахмад хмыкает.
-У него стоит спросить. Может быть, все еще надеялся предпринять последнюю попытку и тем самым вернуть тебя. А может… У вас все так запутано, что смысла разбираться даже нет…
-Никто не знал, что у Далиды припрятан нож в рукаве. Она поняла, что проиграла- и сделала последний бросок. У Азавл всегда был свой интерес. Он и изначально хотели независимости или хотя бы автономии… Не получили…
-Не удивлюсь, если это будут происки твоего отца…
-Так и есть… Ее подослал Аль-Маррифи…
Дальше я ничего не говорила. Почему, просто почему этот человек такой жестокий? Почему он против счастья своего сына?!
Когда, наконец, я на горизонте появились очертания дворца среди бескрайнего серо-сизого полотна сегодня до предела мрачной пустыни, сердце начинает гулко биться с новой силой. Скоро, совсем скоро, любимый… Только дождись…
Мы вбегаем в покои Тамера и я совершенно не удивлена увидеть там и Зулайху, и Аль-Маррифи. Они тоже бледные, невыспавшиеся, осунувшиеся…
Мы пересекаемся с ними обоими молчаливыми взглядами. У меня слишком мало времени, чтобы понять их взгляды.
Все мое внимание сейчас на бледном, но величественном лице бессознательного тела Тамера.
Подхожу к нему и беру за руку. Крепко-крепко сжимаю.
Пожалуйста, услышь и приди… Вернись ко мне обратно..
Я целую кисть снова и снова.
Снова и снова молюсь, чтобы он услышал меня и очнулся…
-Майя,- слышу окрик Аль-Маррифи,- он без сознания. Ты устала с дороги, у тебя будет ребенок, нужно отдохнуть.
Я перевожу на него глаза и хмыкаю. Внутри зреет такая злость…
- Вы решили вдруг обо мне позаботиться? Похвально… Обойдусь без вашей заботы, которая приводит только к проблемам! Что вообще Вы здесь делаете?! Это Вы виноваты в том, что случилось!
Ярость так рьяно клокочет в груди, что аж давит на меня, распирает.
Чувствую, как Зулайха кладет руку на плечо.
-Успокойся, Майя. Эмоциями сейчас не поможешь…
Хочется взять биту и перевести эти самые эмоции в действия, но строгий голос врача возвращает меня в чувства.
- Шейху Тамеру и правда нужен покой…
Я позову вас, как только будет можно…
***
Я не ухожу в покои. Не могу… Я стою под дверью, как мрачная тень. Потому что жизнь, которая ее отбрасывает- там, внутри. Он моя жизнь. Не хочу ничего без него.
Я не плачу и не волнуюсь. Я словно бы просто на волоске от жизни и смерти сама. Если он умрет… Сглатываю каменный ком в горле. Нет, нет… Я не буду об этом думать…
Через час или полтора выходит доктор. Он уставший. Выглядит осунувшимся и уставшим. Представляю, какая на нем ответственность…
-Вы здесь…- без эмоций, просто констатируя факты.
-Как он?- смотрю на него умоляюще, снизу вверх.
На секунду доктор зависает, словно бы сомневается, что делать и говорить, а потом молча открывает дверь в покои Тамера и пропускает внутрь.
-Кровотечение стабилизировалось. Н даже приходил в себя на мгновение… Произносил Ваше имя вслух…- я дергаюсь, как ужаленная. Внутри клокочет такая дикая радость…
Врач все еще оглядывает меня сомневающимся взглядом, немного тяжелым и напряженным.
-Я хотел позвать за медсестрой, чтобы она дежурила у его постели всю ночь, но… если Вы не спите и не собираетесь уходить… Медсестра может ждать снаружи. Если что-то понадобится, сразу зовите.
Я расцеловать его готова от счастья… Здесь, возле Тамера, мне будет в сотни тысяч раз спокойнее…
Мы остаемся одним. Смотрю на своего любимого. Как же он благороден и красив, как много любви в моем сердце для него… Она еще такая нерастраченная…
Подхожу к нему бесшумно, нежно провожу по тонким аристократичным чертам лица, нежно глажу его. Хочу убрать всю усталость, всю боль, все разочарования.
Здесь и сейчас, перед лицом страшного рока, в шаге от смерти, я отчетливо понимала, что осталась бы с ним на любых его основаниях. Лишь бы быть рядом…
-Майя…-слышу его хриплый слабый голос и вздрагиваю.
Накрываю его руку и ликую внутри, когда он пусть и слабо, но сжимает её.
-Люблю…- шепчу ему и целую в лоб,- я рядом, любимый…
-Нет…- хрипло говорит он, кривясь.
Я вся пугаюсь.
Он в бреду? Что хочет сказать?
-Не в лоб, Майя, словно я покойник. В губы…
Усмехаюсь, смахивая слезы радости.
Наклоняюсь, целую его, замирая от восторга и удовольствия.
Мой Тамер, мой любимый…
-Ложись рядом, баннута… Хочу чувствовать твое тепло, девочка моя…