17

— Добрый вечер, господин Витольд, — Аделиз вплыла в кабинет хозяина и тот, жестом предложил ей присесть.

— Добрый вечер, Адель…верно? — девушка слегка склонила голову в знак согласия.

— Мне понравилось ваше выступление, потому вы здесь. Вы устраиваете меня, как певица, и я предлагаю вам выступать в моем ресторане, — мужчина гордо восседал на кресле, напротив Аделиз. Он был уже не молод, но выглядел привлекательно. Темные волосы, прямой нос, острый взгляд, высокомерное и уверенное поведение, выдавало в нем хозяина положения.

— Я готова рассмотреть ваше предложение, — девушка, внимательно взглянула на мужчину.

— Замечательно, — он выдвинул один из ящиков стола и достал бланк контракта.

— Вот, ознакомьтесь. Если что не понятно, я отвечу на все ваши вопросы, — с довольной улыбкой передал ей бумагу. Аделиз прикоснулась к контракту, не отводя глаз от мужчины.

Пока девушка изучала документ, Витольд не сводил с нее заинтересованного взгляда. Аделиз чувствовала, что тот ее рассматривает и когда мужчина встал, чтобы налить себе вина, девушка провела рукой по бумаге. Магии на документе не было, а это означает, что, как только она его подпишет, а Витольд заверит, что-то изменить в нем уже будет невозможно.

— Меня все устраивает… но вот здесь, — девушка ткнула тонким пальчиком в одну из строк контракта, — я бы хотела, чтобы вы внесли уточнение. Не просто "развлекать клиентов", а "развлекать клиентов ресторана, исполнением песен", — мило улыбнувшись, протянула бумагу Витольду. Бровь мужчины, широкая, но аккуратная, приподнялась в изумлении. Именно такой вариант контракта подписывали все певицы, не задумываясь над его формулировкой, а эта… надо же…

— Конечно, — быстро дописав нужное, Витольд вернул документ Аделиз.

Девушка, вновь проверив его, поставила свою подпись. Дождавшись, когда мужчина заверит печатью, поспешила вернуться за кулисы. Ее выступление продолжалось, после нескольких минут отдыха.

Во время своих выступлений, девушка ловила на себе заинтересованные взгляды мужчин. Ее первой мыслью, была: "Лира будет в гневе"! Как бы Аделиз не привязалась к женщине, она понимала, что рано или поздно, ей все равно придется съехать из гостеприимного дома ее семьи.

Выступление Аделиз закончились за полночь, девушка вернулась в гримерку и ахнула. Комната была заставлена цветами. Несколько шикарных букетов в плетеных корзинах занимали, итак не большую комнатку. Аделиз перенюхала все букеты, с восторгом рассматривая каждый. Ей никогда еще не дарили цветов. И как бы она не хотела забрать их домой, понимала, что Керита тут же расскажет о них соседкам, а девушке ни к чему лишние слухи.

В каждой из корзин были прикреплены карточки от поклонников, с выражением их восхищения ее голосу и красоте.

— Адель, извозчик ждет тебя у запасного выхода, — Карл, вошедший в гримерку даже не удивился, заметив цветущее великолепие.

— Спасибо, — девушка уже переоделась и перед выходом, с сожалением взглянула на букеты.

— Ты не заберешь их? — Карл знал, что Мариса никогда не оставляла в гримерке подарки от поклонников.

— Нет, они могут вызвать много ненужных слухов. Лучше раздайте их девушкам, боюсь, что если Мариса увидит их здесь, от букетов ничего не останется. А так, они хоть кого-то порадуют, — Карл кивнул и проводил Аделиз до выхода.

Домой девушка вернулась в приподнятом настроении, ей хотелось поделиться со всем миром своей радостью.

— Доброе утро, господин Карл, — мужчина удивленно взглянул на вошедшую в ресторан Аделиз.

— А…

— Сегодня моя смена, — девушка прошла мимо метрдотеля с хитрой улыбкой. Она не собиралась бросать должность разносчицы. Во всяком случае, не сразу.

— Аделиз, ты слышала, что было вчера? — к ней подошла Ана, которая уже переоделась в униформу.

— Ты же мне сама рассказывала, — наигранно удивилась девушка.

— Да нет! — женщина махнула рукой, — После… вечером… — Аделиз неуверенно пожала плечами.

— Карлуша нашел-таки замену Руте. И она произвела вчера фурор! А еще… все наши разносчицы и даже несколько помощниц повара, ушли с работы с цветами! — Аделиз склонилась над обувью, чтобы женщина не увидела ее улыбку.

— Мне ее жаль… — женщина поймала на себе растерянный взгляд Аделиз.

— Жаль?

— Мариса… Когда она узнает… Как же! Больше она не лучшая. Не завидую я Адель. Хоть и жаль ее, видимо хорошая женщина.

Аделиз и сама понимала, что Мариса не упустит возможности поквитаться с новой певицей. Но это не сильно пугало девушку, больше она все же переживала за Лиру, которая не одобрит ее новую работу.

Весь день, несмотря на вчерашнее приподнятое настроение, девушка чувствовала тревогу. Снова, как тогда с Лирой. Она с нетерпением ожидала конца рабочего дня, который сегодня, был, как никогда, бесконечным.

Лишь переступив порог дома, она увидела Кериту, которая выбежала ей навстречу, заламывая руки. Ее глаза опухли, и девушка расслышала всхлипы, которые грозились перерасти в истерику.

— Керита, что случилось? — девушка поддержала женщину и усадила ее на диван в гостиной.

— Марек… мой мальчик… Как только ты ушла, я собиралась покормить его завтраком…,- Керита утирала платком слезы, — Но он отказался… даже от твоих булочек…

— Керита, что с Мареком?!

— У него жар! Я сразу послала за лекарем, но он так и не пришел, а уже вече-е-е-р, — женщина разрыдалась, но Аделиз некогда было успокаивать ее, девушка бросилась в комнату Лиры, где на кровати в бреду, метался мальчик.

Аделиз прикоснулась к горячему, как печь тельцу и поняла, что это не простуда. У мальчика началась магическая адаптация. В такие моменты, рядом с ребенком должен находиться один из родителей, от которого и передался дар, чтобы облегчить принятие магии, организмом ребенка.

Керита, как и Лира не обладали магией, поэтому не смогли бы увидеть разницу между адаптацией и обычной простудой. Аделиз понимала, что используя имеющуюся у нее магию, лишь приближает "тот самый" день…

Плотно прикрыв дверь в комнату, девушка сосредоточилась на энергетических потоках тела Марека. Именно их закупорку она и должна была снять, чтобы магия плавно двигалась в теле ребенка. Это было завораживающее зрелище. Хоть раньше Аделиз знала о нем лишь в теории, но в жизни все оказалось куда интереснее.

Цветные нити окутывали тела Марека, перетекая из одного цвета в другой. Аделиз "настраивала" каждый канал по отдельности. Нельзя открывать их все полностью, ведь каждый из них отвечал за жизненную энергию человека и должен быть открыт на определенный диаметр раскрытия.

Когда работа была закончена, Аделиз прикоснулась к телу Марека, заметив, что температура уменьшилась. Теперь, мальчик просто спал.

— Аделиз, я принесла ему отвар из зимней ягоды, — в комнату вошла, уже успокоившаяся женщина, неся кувшин с отваром.

— Хорошо, ему уже лучше, не стоит сейчас его тревожить, — девушка встала с кровати и пошатнувшись, ухватилась за тумбу. Слишком много сил ушло на лечение.

— Иди, детка, я лягу с малышом и ты поспи, — Керита прилегла рядом с племянником, облегченно выдохнув, после того, как провела рукой по его лбу.