Глава 28

Я и подумать не могла, какая сложная задача нам предстояла. Книги были тяжеленными и пыльными от корешков до уголков страниц.

Несмотря на десяток заклинаний, которыми нас обложили Филая и Рилан, мы то и дело чихали, открыв очередной том.

К тому же все эти старинные книги были написаны в таких малопонятных витиеватых выражениях, что приходилось по нескольку раз перечитывать предложение, чтобы сообразить, о чем же все-таки там шла речь.

А шрифты! Фигурные, витиеватые, с многочисленными зазубринами и загогулинами на буквах. И в каждой книге – свои собственные, уникальные загогулины, словно бы среди издателей проводился конкурс: кто напишет непонятнее всех. Так что от книги к книге мы двигались ну очень медленно.

И это еще можно было пережить. Самое ужасное, что ничего нужного мы найти так и не могли. Среди тысяч прочитанных слов не было ни одного об абсолютных артефактах или древних печатях.

Зато мы ознакомились с огромным количеством рецептов всевозможных зелий и ядов, со сборниками заклятий и философскими трактатами.

День клонился к вечеру, Рилан уже зажег свет.

Слуги принесли еще чая и несколько подносов с едой.

– Что-то мне кажется, у нас не очень получается… – со вздохом проговорила Филая, потерла покрасневшие глаза и снова принялась листать страницы.

– Впереди еще целый вечер и целый день завтра! – Рилан уж точно не желал сдаваться.

– Книг слишком много… Нам и десяти дней не хватит… К тому же мы ведь даже не можем быть уверены, что тут есть то, что нам нужно…

Я взяла тяжеленный том и потащила его на место, чтобы заменить другим.

Слушать перепалку Рилана и Филаи совсем не хотелось. Да и вообще ничего не хотелось, я устала. Глаза слезились, плечи болели… Казалось, библиотечная пыль плотно забила все внутри. Вот бы выйти на свежий воздух!

Размечтавшись, я споткнулась обо что-то, и оно со скрежетом проехалось по полу. Что там такое?

Я шустро поставила фолиант на полку и обернулась. Картина, густо покрытая пылью. Она не висела подобно другим на стенах библиотеки, а стояла на полу лицом к стене. Интересно, за что ее так… наказали?

Я осторожно развернула ее к себе и застыла на мгновение. На картине был изображен мужчина. Темные волосы, суровый взгляд, черный плащ.

А на плече… На его плече восседала ворона и смотрела серьезно и испытующе. И очень знакомо.

– Карла… – прошептала я. – Не может быть!

Впрочем, я тут же сама себя обругала: просто разыгралось воображение.

Вообще-то, вороны все одинаковые и их полно. С чего я взяла, что на старинном портрете именно моя ворона?

– Аллиона, что-то случилось? – раздался голос Рилана.

И я, торопливо повернув картину обратно, схватила очередной фолиант:

– Все в порядке, уже иду!

А в следующий момент тяжелая книга с грохотом упала на пол, а я вскрикнула.

Белый полупрозрачный силуэт проплыл перед моими глазами и исчез в стене. Призрак! Самый настоящий призрак! Мне показалось, что я даже рассмотрела взлохмаченные патлы и длинную бороду.

Рилан и Филая прибежали тут же. Рилан схватил меня за плечи:

– Аллиона, что тут у тебя? – встревоженно спрашивал он.

– Призрак! – едва разлепив губы, сказала я. – Здесь был призрак, и он исчез в стене.

Рилан покосился на стену. Разумеется, там никого не было.

– Ерунда, – отмахнулся Рилан, – не может такого быть. Тебе показалось. Пыль кругом, темно, может быть, свет как-то неудачно упал…

– Хочешь сказать, что у вас в замке нет призраков? – с сомнением спросила я.

– Вроде был один, – пожал плечами он, – но это не точно. К тому же он редко показывается. И никогда – гостям. Это вроде как семейный призрак.

– Так может не показывался, а теперь раз – и показался, – возразила я.

– Уверен, что нет, – твердо сказал Рилан.

Он поднял фолиант с пола.

– Предлагаю сделать перерыв и перекусить, – объявил он.

Я не возражала. Кажется, я и правда засиделась за толстыми книгами. То ворона на картине чудится знакомой, то призраки мерещатся…

Мы поужинали и снова уселись за книги. Но ничего, абсолютно ничегошеньки толкового не нашли. Изрядно расстроенные, разбрелись по комнатам.

– Видно, зря мы сюда приехали, – сказала я Филае, когда мы с наслаждением отмылись от пыли и уже ложились спать.

– Похоже, зря… – Она и не думала возражать. – Но завтрашний день у нас все равно есть, так что сделаем все, что от нас зависит.

Я вспомнила бесконечные ряды с книгами, и по всему выходило, что наткнуться на что-то полезное можно лишь случайно, если повезет. Но поскольку амулета абсолютной удачи у нас не было, а к вечеру следовало возвращаться в школу, я уже почти смирилась с тем, что миссия провалена.

Сил не оставалось даже на то, чтобы переживать из-за этого.

Дрема уже окутывала меня, когда то-то светлое и полупрозрачное метнулось вдоль стенки. Я открыла глаза и резко села на кровати: призрак. Он висел в воздухе у стены. Все верно: лохматые волосы, всклокоченная борода и белый саван на тощем теле.

Я бросила растерянный взгляд на Филаю, но та спала в своей кровати, тихо посапывая.

Нет, на этот раз я была точно уверена: пыль и усталость тут ни при чем.

Убедившись, что я его увидела, призрак просочился сквозь входную дверь и исчез в коридоре.

Ну и что теперь делать?

Впрочем, долго я не думала. Набросила поверх ночной сорочки халат и выскользнула вслед за призраком. Теперь я уж точно его догоню!

Он висел посреди темного коридора и даже не собирался исчезать или убегать. Темные провалы глаз рассматривали меня с любопытством.

Я понятия не имела, как нужно обращаться с призраками, да и нужно ли с ними вообще как-то обращаться. Возможно, лучшее, что я сейчас могу сделать – это подскочить и в панике побежать, не разбирая дороги и оглашая замок криками о помощи. Он же может быть опасен!

Теперь я уже пожалела, что так опрометчиво выскочила в коридор.

– Доброго здравия, сирра! – проскрипел вдруг призрак.

Боги, он еще и разговаривает!

– Здравствуйте, – растерянно пробормотала я.

– Новое лицо в этом замке? Приятно видеть такую очаровательную обитательницу.

– Я не обитательница. Просто приехала в гости… Меня зовут Аллиона Брентор. А вас? – тихо проговорила я.

А что, вежливость и хорошие манеры еще никому не повредили. Даже в общении с потусторонним существом.

– О, милочка, обойдемся без имен… – скрипуче рассмеялся призрак. – Мое вам вряд ли что-то скажет, а своего вы не знаете.

Я не нашлась, что ответить.

– Сегодня в библиотеке… Это ведь были вы? – спросила я.

– Да-да, в библиотеке, – проворчал призрак. – Вы торчали там весь день! От вас столько шума, просто невыносимо… И что вам там понадобилось? Молодые люди должны пить вино и целоваться на закате… А не глотать библиотечную пыль. Вот в мое время!..

Мне вдруг пришла в голову безумная мысль.

– Вообще-то нам нужны какие-то книги о древних печатях. Для учебы. Как только найдем, сразу уедем, и в библиотеке наступит тишина. А если не найдем, придется сидеть день за днем, пока не отыщем. Возможно неделю. Или даже месяц… – я с надеждой смотрела на призрака.

Вдруг и правда подскажет, где искать, лишь бы избавиться от нашей шумной компании.

– Месяц?! – в ужасе воскликнул призрак.

Я притворно вздохнула:

– А что поделать… Я бы и сама с радостью уехала пить вино и целоваться… Но учеба есть учеба.

– Древние печати? – он задумался. – Было кое-что. Если в труху не рассыпалось, конечно. Вот что, сирра. Поутру, как придете в библиотеку, ступайте выбирать книги одна, чтобы никто не ошивался рядом. А я, так и быть, укажу нужную. Если, конечно…

Я закивала:

– Ну да, если, конечно, она не рассыпалась в труху.

– Очень сообразительная сирра, – хмыкнул призрак. Затем прислушался к чему-то и тотчас исчез в стене.

В следующее мгновение и я услышала шаги. Дробные, легкие и почти невесомые. Из-за угла появилась стройная фигура в пеньюаре. Сирра Огелен, мать Рилана.

Она приблизилась и окинула меня подозрительным взглядом:

– С кем это ты тут разговаривала?

Я на мгновение замешкалась с ответом, но потом решила говорить правду. Пусть меня примут за сумасшедшую, но уж точно я не буду лгуньей.

– Я разговаривала с призраком. Кажется, – не очень уверенно сказала я.

Сирра Огелен едва не поперхнулась.

– С призраком? – переспросила она, глядя на меня так, будто я сама была призраком.

Я кивнула.

– И о чем же вы говорили? – продолжила допытываться она.

– Да так, пустая светская беседа. Ничего особенного…

– И ты, значит, его видела? – она словно бы не могла мне поверить.

Я кивнула.

– Как вас сейчас. Вернее, не совсем как вас, он-то почти прозрачный.

– Прозрачный… – задумчиво кивнула сирра Огелен, и добавила смягчившимся голосом: – Ступай в свою комнату, милая. Призрак не опасен, не бойся. Он никогда не причинит вреда никому из… – она запнулась, – …никому из обитателей замка. Или гостей… Да, он совершенно безобидный.

– Благодарю вас, сирра, – я присела в реверансе и быстро шмыгнула за дверь нашей спальни.

Проснувшись утром, я сгорала от нетерпения: скорее бы в библиотеку. Я надеялась, что призрак не обманул и действительно покажет нужные книги.

Я наскоро умылась, причесала волосы и косилась на Филаю, которая спросонья ворчала, мол, в ком-то по утрам слишком много энергии.

Но тут же отправиться в библиотеку нам не удалось.

Сирра Огелен решила, что нам просто необходим еще один совместный завтрак. Так что я, Рилан и Филая понурым строем отправились в малую гостиную.

В этот раз мать Рилана вместо того, чтобы окинуть нас с Филаей ледяным взглядом и больше не обращать внимания, тепло меня поприветствовала:

– Доброе утро, Аллиона…

Братцы Рилана ошарашенно переглянулись и уставились на нее во все глаза.

– Садись ко мне поближе, – между тем ласково пропела она, кивнув на стул возле себя. – Так ты, значит, первокурсница?

Я растерянно кивнула, покорно опускаясь на краешек сидения. Что-то вчерашняя сирра Огелен нравилась мне больше. Холодная, отстраненная, надменная, но, по крайней мере, понятная. А чего ждать от этой, я и представить не могла.

А она все расспрашивала о родителях, об учебе. Братья Рилана явно забыли про свои тарелки, Филая и Рилан тоже бросали на нас недоуменные взгляды. Я же вообще не помню, что подавали на завтрак, глотала, не чувствуя вкуса. И отвечала…

Когда мы наконец выбрались из-за стола и отправились в библиотеку, Рилан задумчиво протянул:

– Кажется, ты ей понравилась.

– Честное слово, я нечаянно, – буркнула я.

Час в гостиной и без того показался мне вечностью: все эти ласковые расспросы, а еще и взгляды со всех сторон. Нет, к такому я точно не была готова.

– Пойду, поищу книгу, – пробормотала я и скрылась между стеллажей.

Я смотрела на книги, ожидая, появится ли призрак. И он появился. Мелькнул на мгновение и исчез среди полок, зацепив один из корешков.

Я схватила тяжелый том, не слишком рассчитывая на удачу.

Но едва открыв его, в оглавлении увидела: «Печати древних. Правда ли, что их возможно снять».

– Есть! – воскликнула я. – Кажется здесь у меня то, что нам надо!

Рилан и Филая тут же оказались рядом.

– Не может быть!

– Да как тебе удалось?!

– Кажется… просто повезло, – неуверенно сказала я.

Призрак просил, чтобы я шла искать книгу одна. Значит, по какой-то причине он не хотел, чтобы о нашем договоре знали остальные. Что ж, имеет право. В конце концов, какая разница, как я достала книгу, ведь главное, она у нас.

Мы притащили книгу за стол, сели рядышком и стали вместе читать, торопливо переворачивая страницы и жадно вглядываясь в строчки в надежде найти там какую-то подсказку. Впрочем, страниц через сто наш энтузиазм начал иссякать. А могло ли быть иначе, если на каждой странице мелким шрифтом было написано приблизительно одно и то же: «Существуют ли абсолютные артефакты? Мы можем предположить, что существуют, потому что никаких доказательств обратного нет, а некоторые упоминания об этих артефактах в древних книгах есть. Хотя это и не доказывает, что абсолютные артефакты действительно существуют, это доказывает лишь, что они могут существовать». А далее эта глубокая мысль повторялась множество раз в бесконечном разнообразии формулировок.

В общем, содержание первой половины книги можно было смело свести к короткому «возможно, артефакты существуют, а может, и нет». Чертовски содержательно.

– Из пустого в порожнее, – пробурчала Филая.

– Да уж, – вздохнул Рилан. – На редкость глупое и бесполезное чтиво.

– Погодите, мы прочитали только половину, даже меньше. Вдруг дальше будет что-то толковое?

– Ну да, ну да, – усмехнулась Филая. – Дай угадаю: есть вероятность, что абсолютные артефакты действительно существовали. Но, как понимаете, вероятность – не значит очевидность.

Рилан фыркнул.

Ну и пусть. Пусть веселятся, а я продолжу читать. Я нахмурилась, уткнулась в книгу и стала переворачивать страницы.

– Эй, аккуратнее, – окликнул меня Рилан. – Ты их так порвешь. Все же старинный фолиант, хоть и бесполезный…

Я сердито покосилась на него: еще и критикует.

– Не злись. У нас все равно нет выбора, придется дочитать этот шедевр научной мысли до конца. Поскольку он – единственное, что у нас есть.

И мы продолжили читать все вместе. Во второй половине книги дело пошло веселее. Видимо, автор закончил с введением и наконец перешел к сути. Здесь уже были приведены упоминания об абсолютных артефактах в работах стародавних мудрецов и магов. Большинство из них выглядело совершенно фантастично или просто-напросто непонятно. Но, по крайней мере, это было уже что-то.

А то, что интересовало нас на самом деле, оказалось на самой последней странице.

«Нам попал в руки один древний документ, подлинность которого вызывает сомнение, но в нем почти наверняка говорится о том, как снимаются древние печати. Документ не содержит конкретного ритуала, однако в нем есть явный намек:

Для снятия первой из них необходимо пожертвовать зверем малым или пичугой безобидной.

Для второй потребуется расправиться с нечистым созданием, непорабощенным, но сохраняющим добрую волю.

На третью нужно сердце мага, отважное и живое, в котором все еще бьется жизнь».

Мы переглянулись. По спине побежали мурашки. Сердце мага! Все ведь так и было. Теперь уже никому из нас и в голову не пришло бы позевывать от скуки или иронизировать, мы жаждали прочитать дальше.

«Чтобы сделать четвертый шаг, понадобится уничтожить чей-то родовой фамильяр, что весьма сложно и под силу лишь самым искусным магам.

Для пятого шага жертв нужно много, и сами они должны быть согласны проститься с жизнью.

Для двух последних шагов условия, увы, неизвестны, ибо документ попал нам в руки неполным».

Книга закончилась. Дворецкий самолично принес нам чай с пирожными, и как только он вышел за дверь, мы начали торопливо обсуждать прочитанное.

– Итак, – сказал Рилан, – чтобы снять первую печать, жертва должна была быть не совсем серьезная, обычный мелкий зверек. Для второй понадобилось убить кого-то из нечисти, это тоже понятно. В третий раз – живое сердце.

«Живое», – мысленно повторила я про себя, и внутри все сжалось. Я представила, как убийца вырывает сердце из груди Арлетты, и пока оно продолжает пульсировать в его руках, совершает какой-то свой жуткий обряд.

– Но с четвертым шагом, – продолжил Рилан, – наш убийца перехитрил сам себя.

– Это почему? – мы с Филаей удивленно уставились на него.

– После того, что случилось с Арлеттой, большинство благородных семейств забрали своих детей из академии. Разумеется, вместе с их родовыми фамильярами. Так что, если в прошлый раз у убийцы был выбор, в конце концов, у каждого студента имеется сердце, то сейчас он весьма ограничен. Думаю, на всю Школу чернокнижников осталось не больше десятка толковых родовых фамильяров.

– И ты знаешь, у кого из студентов есть фамильяры? Ну, то есть, родовые, – с надеждой спросила я.

– Разумеется, все это знают.

– Значит, – сказала Филая, – нам нужно как можно быстрее вернуться в школу. Выяснить, кто из родовитых студентов остался. И следить уже за ними, точнее, за их фамильярами.

Мысль была отличная.

В школу мы возвращались в приподнятом настроении: наконец-то у нас что-то получилось, и выходные мы потратили не зря.