Глава 12

Незаметно пролетел год, миновал второй. Корделия внешне все еще оставалась ребенком, да и в социальном плане только-только перешла из категории «девочка» в категорию «подросток», но ее работы с зельями котировались на уровне взрослой ведьмы с огромным стажем работы. Девочка экспериментировала, бесстрашно смешивала, разливала, изучала свойства полученных составов, и порой выливала результаты в ведро, или выбрасывала за окно, спасаясь от едкого запаха или вонючего дыма.

Север и сам не заметил, как привязался к малявке и перестал вздрагивать от словосочетания «твоя невеста». Невеста, так невеста. Только бы пальцы в кислоту не совала, и не пыталась на себе проверить результат замачивания зубов летучей мыши в отваре болиголова.

Однажды принцу пришлось даже вытаскивать дуреху из лаборатории за подол – не смотря на ежедневно поновляемую защиту, рыжая умудрилась устроить локальное возгорание, с выделением летучих веществ в атмосферу, а потом потерять сознание прямо на лабораторном стуле. После этого приключения родители заперли каморку на целый месяц, а Север, приняв человеческий облик, зашел в храм Светлой Матери, с букетом цветов и пучком свечей – в благодарность за то, что дверь из каморки открывалась наружу.

Между тем политическая жизнь в стране не прекращалась ни на минуту. Принца все чаще выдергивали во дворец, все дольше он должен был присутствовать на важных переговорах и совещаниях и Берт Авиньон не везде мог его подменить.

Путем некоторых экспериментов, проведенных магистром Ванимаром, удалось выяснить, что шарфик с шеи девчонки помогает удержать человеческий облик примерно на три часа, а ее перчатка всего на час. Стянутая из корзины с бельем нижняя сорочка давала пять часов стабильного оборота.

Это было важным открытием – принц все глубже погружался в политическую жизнь страны, и все реже появлялся в доме ведьмы и мага. В конце концов, король приказал ему отправиться в короткое путешествие по стране, дабы продемонстрировать подданным наследника, и убедить всевозможных противников династии в том, что король растит себе достойную смену.

Север и Берт сели в роскошно убранную карету, помахали провожающим, и двинулись прочь от столицы. Примерно на десятой версте, принц вновь стал беспородной рыжей дворнягой, и даже нижнее белье будущей невесты не сумело вернуть ему человеческий облик. Пришлось возвращаться, и объявлять народу о внезапном насморке – единственной болезни, которую не в силах были вылечить ни маги, ни ведьмы.

⁂

Едва Север принял человеческий облик, в его опочивальне собрались все, кто знал о проблеме.

– Девчонку надо забрать во дворец! – рубанул воздух ладонью король.

– Ваше Величество, – осторожно заговорил магистр Ванимар, – месси Корделия еще очень молода, ее нельзя разлучать с родителями, вы же знаете, как важно для ведьмы или мага расти рядом с близкими.

– Знаю, – отмахнулся отец, – и то, что почти женатый наследник тоже мало кому будет интересен, а у нас переговоры на носу, но тянуть еще восемь лет?

– Ничего не поделаешь, – развел руками магистр, – семья Деллкруз слишком известна в магическом мире, чтобы внезапно исчезнуть или переехать во дворец.

– А если пригласить их работать на Корону? – прищурился маг, страхующий Берта на публичных мероприятиях.

– Так они и так на Корону работают, – вздохнул Север, – и пользы от их мастерской побольше, чем от некоторых мануфактур. Слышали, взрыв в лаборатории при королевском заводе случился? Взрыв-трава упала с полки на металлический перегонный аппарат.

Магистры с ужасом переглянулись. Взрыв-трава называлась так потому, что одним прикосновением разносила любой металл на осколки.

– Раньше из-за одного косорукого лаборанта пришлось бы всю лабораторию хоронить, а теперь только стекло вымели, да оштрафовали всех на половину зарплаты.

– Все остались живы? – чуть не хором спросили магистры, – как?

– Защитная одежда пошитая по лекалам мастерской «Маг и Башмак», из ткани, пропитанной запатентованным месси Корделией составом, – рассказал Север и добавил: я сам ее осматривал, накидки конечно пришлось выбросить, ткань в дырах, но на телах лишь пара легких царапин!

Маги переглянулись, и принц про себя хмыкнул – явно сегодня же дверь мастерской слетит с петель, впуская торопливых магистров.

– Все это прекрасно, – вернулся к теме разговора король, но еще восемь лет прятать наследника от посторонних глаз слишком глобальная задача.

– Так может отправим в путешествие милорда Авиньона? – пожевал губу магистр Ванимар.

– А потом Берт будет мне рассказывать, где, с кем и когда он познакомился, чтобы я не таращил глаза на послов и шпионов? Нет уж, – отверг идею принц.

– Место фрейлины для месси Корделии? – заикнулся камердинер принца.

– Девушка откажется, – вздохнул Север, – да и нет у нее аристократической родни, способной пригласить ее на службу во дворец.

– Бабушка, – напомнил слуга, – супруга магистра Деллакруза бывала при дворе, имеет влияние и связи. Стоит ей намекнуть, что есть возможность устроить внучку в свиту принцессы, и она сама привезет ее во дворец!

Отец и сын переглянулись. Юной принцессе Алиссандре только-только исполнилось шесть. При ней состояли взрослые дамы – няньки, гувернантки, иногда приводили сверстниц из знатных семейств, чтобы поиграть вместе в куклы, но девочка постарше? Ведьма, освоившая свою силу?

– Это может быть интересно! – хором сказали они.

Через минуту все сбились в кучку, негромкими голосами обсуждая возможность заманить Корделию во дворец, на должность фрейлины юной принцессы.