Глава 19

Обратную дорогу домой меня занимали мысли о моём сне, который никак не выходил из головы. Я хотела поговорить об этом с Адамом и расспросить о том, что ему известно о тайной жизни его погибшей жены. А может она и не была тайной вовсе и об этом знали все? Хотя нет, это исключено, тогда бы вездесущая миссис Андерсон не терялась в догадках, что же могло повлиять на перемены, происходящие с Мэган. Вероятно, об этом ее секрете знал только один человек – тот, который был с ней вечером в спальне, которому она доверяла. Но как же я скажу об этом Адаму?

«Похоже твоя мёртвая жена пытается передать послания через меня с того света…» – представив начало нашего диалога на эту тему, я окончательно решила, что он сочтет меня сумасшедшей, даже не дослушав. Но я не могу просто взять и забыть об этом. А что, если она будет преследовать меня всю жизнь? Да уж, такая перспектива совсем не радовала.

– Тебя что-то беспокоит? Ты выглядишь мрачнее, чем непогода на острове в нашу первую ночевку в Дуверане.

Я, наконец, оторвалась от своих мыслей и взглянула на мужчину за рулем, который пытался подбодрить меня своим замечанием.

– Я просто задумалась…

– Если хочешь, давай поговорим. Лучше я буду знать, о чем ты думаешь заранее, чем потом это будет сюрпризом.

Похоже этот опыт Адам вынес из семейной жизни со своей бывшей женой, с которой были и скандалы, и истерики. Я минуту помедлила, собираясь с мыслями, а потом решила начать разговор издалека:

– Мне кое-что не дает покоя. Помнишь, ты говорил, что чувствуешь между мной и Мэган связь? Можешь мне рассказать о ней побольше? Ведь ты пригласил меня в Шотландию по этой причине.

Наверняка, такой вопрос мой спутник ожидал услышать меньше всего. Возможно, он думал, что я в тяжелых раздумьях по поводу произошедшего в этой поездке, мучаюсь от нелегкого выбора между мужчинами или сожалею о чем-либо… Но уж точно ему не пришло бы в голову, что сейчас я захочу обсудить его мертвую жену, с которой даже не была знакома.

– Ну… Даже не знаю. Ты точно хочешь поговорить об этом?

– Прости, я бесцеремонно лезу не в свое дело. Если тебе неприятно вспоминать, то я пойму, – сказала я и, снова замолчав, погрузилась в себя.

– Да нет, уже прошло много времени, и я отношусь ко всему пережитому в прошлом гораздо спокойнее, просто не ожидал такого вопроса от тебя, – мужчина улыбнулся.

– Мы, творческие люди, такие спонтанные и внезапные, – улыбнулась я ему в ответ, как будто эта фраза должна была всё объяснить.

– Ну хорошо, если тебе интересно… Мы были женаты почти три года. Во второй половине супружеской жизни начались проблемы, и мы разъехались. Вернее, я уехал из поместья, потому что Мэган не хотела больше жить со мной. Я думал, дать ей время в надежде, что она передумает, но через несколько месяцев она написала, что хочет развода и мне пришлось вернуться…

На мгновение Адам замолчал, погрузившись в воспоминания, а потом продолжил:

– Я всё меньше понимал её. То она меня ненавидела и хотела избавиться, а то вдруг начинала вести себя, как любящая жена и примерная хозяйка, выпекающая булочки для любимого мужа, по которому долго скучала. В такие моменты я переставал узнавать ее. Ты знаешь, она же вообще не умела готовить.

Я смотрела на профиль мужчины, его сосредоточенный взгляд был устремлен на дорогу, а сам он находился где-то далеко, в том промежутке времени, в который я его отправила, попросив вспомнить и рассказать о событиях прошлого. Он же никогда так и не узнает, что тогда – это была я, в тот момент, который ему так запомнился, в теле Мэган была я! К моему горлу подкатывал предательский комок, я не хотела плакать, это было ощущение бессилия, когда очень хочешь в чем-то признаться, но не можешь в силу различных мешающих обстоятельств. В тот миг, когда я увидела его, впервые оказавшись в незнакомой для меня обстановке – в чужой стране, чужом доме, он подошел и обнял меня. Тогда я ничего не знала ни о нем, ни о себе, но именно тогда я и влюбилась в него. Это было невероятно теплое чувство защищенности и уюта, которое неожиданно накрыло меня с головой в объятиях совершенно незнакомого мужчины. У всех это случается по-разному, у меня случилось в теле его бывшей жены, которая хотела с ним развестись, как бы странно это не звучало.

– Ты не знаешь, что могло ее так изменить? – осторожно спросила я.

– Я винил себя в том, что мало уделял ей внимания, часто уезжал по делам и оставлял одну. Ей оставалось развлекать себя приемами и вечеринками с кучей гостей, так она чувствовала себя, как раньше. До нашего знакомства она вела активную светскую жизнь, путешествовала от одной мировой столицы к другой. Собственно, так мы с ней и познакомились на благотворительном вечере в Венеции. У нее тогда был контракт с какой-то косметической компанией, она была моделью и участвовала в рекламных съемках, поэтому проживала там некоторое время. А после нашей свадьбы Мэган сама отказалась от работы, иначе нам пришлось бы жить порознь. Но, видимо, её решимости хватило ненадолго и в шотландской глуши ей стало невыносимо скучно. Я постепенно замечал, что с каждым моим приездом у нее все больше портилось настроение, мы стали чаще ссориться. Однажды она заявила, что изменяла мне и не один раз. Уж не знаю, так ли это было на самом деле или она хотела позлить меня, но в тот же день я собрал вещи и съехал из поместья.

Мужчина замолчал и какое-то время мы ехали в тишине. Хоть он и говорил, что прошло время и прежние чувства улеглись, но я видела, что своими расспросами затронула боль, которую он долго прятал в глубине души. Я больше ничего не выясняла, решив, что на сегодня хватит, но тут услышала голос Адама, такой глухой и бесцветный:

– Мы так и не успели развестись. Я уехал из дома, а на следующий день мне позвонили с сообщением, что Мэган разбилась на машине, сорвавшись в ущелье.

Похоже, он и правда ничего не знал о том, как жила его жена и как она умерла. Я не хотела спорить с фактами, но не могла отделаться от мысли, что с ее смертью что-то не чисто. Ведь я до сих пор помнила тот жуткий сон, от которого проснулась в холодном поту. Крича и моля о помощи, я задыхалась, чувствуя нечто тяжелое, навалившееся на меня всей своей массой и сдавившее горло. Когда всё прекратилось, я увидела напуганное бледное лицо несчастной девушки с растрепанными рыжими волосами. Она уже не подавала признаков жизни.

От этих леденящих кровь воспоминаний меня бросило в дрожь, я непроизвольно ощупала свою шею и глубоко вздохнула.

– Ты хорошо себя чувствуешь? Если тебя укачало, я могу остановиться, и мы немного пройдемся, – обеспокоенно поинтересовался мой спутник.

Мне было приятно, что он заботится обо мне и замечает различные мелочи, поэтому я успокоила его, заверив, что со мной всё в порядке и останавливаться нет необходимости.

– Мы дома, миссис Андерсон! – с порога крикнул Адам, когда поздним вечером мы, наконец, уставшие вошли в дом.

Нам открыл пожилой дворецкий, поприветствовал и распорядился насчет багажа несмотря на то, что его было немного. Мария, почему-то, не отзывалась и мы направились в гостиную. Адам зашел первым и остановился, что меня очень заинтриговало, секунду спустя я и сама увидела причину.

– Я тоже дома, дорогой! – услышала я уже знакомый ласковый голосок.

Обладательница этого голоса сидела в гостиной на диване с миссис Андерсон и пила чай. Мария виновато взглянула на меня и опустила глаза. Длинные ноги гостьи, обутые в модные туфли на высоком каблуке – это первое, что бросилось мне в глаза, пробежав мельком по ее фигуре, я отметила ее любимый деловой стиль и платье «карандаш». На ее шее и руках поблескивали украшения и, я уверена, довольно дорогие. Это я была тут в гостях, а она скоро станет хозяйкой этого дома и на ее фоне сейчас, я выглядела просто серой мышью в кроссовках, джинсах и толстовке.

– О, милый, пожалуйста, не ругай свою экономку за то, что она не сообщила о моем приезде. Я хотела устроить сюрприз! – «губастая» широко улыбнулась, изо всех сил показывая свою доброжелательность, в которую я, честно говоря, верила с трудом.

– Здравствуй, Линда, – произнес, наконец, Адам, который, тоже не ожидал ее сейчас здесь увидеть, но виду не подал. – Ты уже завершила дела в Милане?

– Нет, но я очень соскучилась по тебе, поэтому решила приехать пораньше, – с этими словами она подошла к мужчине и, притянув к себе, смачно поцеловала в губы, оставляя следы красной помады, как метку «занято».

За этим наблюдать я уже не могла, тем более было совершенно очевидно, для кого этот спектакль планировался. Сперва могло показаться, что она полностью игнорирует моё присутствие, демонстрируя этим, что я здесь никто и ничего не значу, но я всё быстро поняла. Как же, соскучилась она! Из ревности примчалась, побоялась оставить своего ненаглядного одного без присмотра. А вдруг уведут? Хотя, с другой стороны, не зря боялась…

Пока возлюбленная Адама изо всех сил пыталась показать мне, кто в доме хозяин, я молча развернулась и ушла к себе в комнату. Мне было все равно, будет он ей отвечать или же станет сопротивляться, я почувствовала себя опустошенной и присутствовать дальше при этой «радостной» встрече была не намерена. А чего я ожидала? Я знала, что сказки вечно не длятся и когда-нибудь всему приходит конец. Вот только в реальности заканчиваются они всегда внезапно.