Глава 26. Эва

Утром еле продрала глаза. Без питомца просыпаться оказалось гораздо сложнее. Тем более два утра подряд. Надеюсь, он не разнесет без меня весь дом? Все-таки где его еда, он знает, если что, без проблем справится.

Умывшись, снова нырнула в небольшой чемоданчик. Совесть была заткнута в дальний угол, и я переворошила его содержимое до самого основания.

Помимо вчерашних сокровищ там обнаружился интересный наряд: легкие светлые прямые брюки молочного цвета, в тон им нежнейшая кофта и рубашка.

В восторг привела песочная косуха из потрясающе мягкой кожи неизвестного животного. Прижала ее к лицу и вдохнула исходящий аромат. Она хранила запах предыдущей владелицы!

Недолго думая, натянула брюки и рубашку, подвернула рукава. Вставила пояс марсалового цвета из плотной ткани, затянув на талии. Потом повязала на голову того же цвета, что и пояс, ленту.

В дополнение к образу надела круглые крупные серьги. Посмотрела в зеркало. Оттуда на меня глядела привлекательная молодая женщина с яркими голубыми глазами. Лента выгодно оттеняла прямые каштановые волосы, а фасон рубашки зрительно вытягивал, придавая образу элегантность.

Брюки сидели безупречно, обтягивая бедра как вторая кожа, а наглухо застегнутая рубашка скрывала следы вчерашней встречи с ревнивой Надирой.

Никогда не придавала большого значения своей внешности, но сегодня отметила, что была действительно хороша. Нравилась сама себе. Поэтому даже покрутилась у зеркала дольше обычного.

А потом с тяжелым вздохом повернулась к постели и уставилась на самую невероятную находку в жизни.

В подушках, в углублении, лежало крупное драконье яйцо. Вне сомнения, настоящее. Оно было спрятано в тайнике в полу и лежало там драконову тучу лет!

Но даже несмотря на это, ощущала, как внутри него бьется сердце. Яйцо было теплое, покрытое мягкими мелкими чешуйками. Я сто раз видела такие на картинках и голограммах. Хотя нет… ТАКИХ яиц еще не видела.

Это явно какой-то неизвестный вид. Черное, как нагар, остающийся от пламени дракона, с фиолетовыми прожилками. Оно пульсировало и подрагивало.

Меня неумолимо тянуло к нему. Даже не допускала мысли оставить его там, где нашла. Оно должно быть рядом, постоянно!

Но его размер и вес затрудняли эту задачу, да и люди вокруг… Вряд ли это яйцо не отберут, если кто-нибудь увидит. Прекрасно понимала, что охрана порядка может посадить за хранение подобного.

Подошла к яйцу и положила на него ладони. Невероятная нежность разлилась по телу, а оно задрожало. Словно мы были знакомы много лет.

Яйцо оказалось размером примерно с мяч для футская. Только вытянутое и очень тяжелое. Осмотрелась, обернула его махровым полотенцем и засунула в чемоданчик.

Скажу, что вчера ходила за покупками! А потом, после разговора с мистером «Прыгай ко мне в постель», быстренько притащу домой. Что делать дальше, придумаю позже.

В конце концов, оно столько лет пролежало без изменений. Не представляю, как высиживать, или что там с этими яйцами делают. Бережно укутала сокровище, собрала старые вещи и кое-что из новых, запихнула сверху и захлопнула чемоданчик.

Благо он был на колесиках. Не аэроподушка, но тоже сойдет.

Оглядываясь по сторонам, вынырнула из укрытия и поплелась к лестнице. А чемодан-то тяжелый, и яйцо в нем словно живое бьется. Правда, сдается мне, что чувствую это только я.

Кое-как добралась до верхнего этажа, на котором еще царили умиротворение и спокойствие. Надеюсь, скоро все изменится, так как атмосфера в этом цирке мне решительно не нравилась.

Странно наблюдать, как все здесь делают при виде друг друга каменные лица. За эти дни ни разу не видела, чтобы люди общались между собой. Да что уж, я вообще мало кого видела из персонала Высокого цирка!

Большую часть грязной работы выполняли бытовые роботы, а остальные «подсобные» участники труппы предпочитали не высовываться, чтобы не нарваться на грандмэна или местных звезд.

Хотя из наездников тут была одна звезда мирового масштаба, звезда «на любителя» в виде Надиры Вумен и молодые братья-близнецы, которые летали на одинаковых, как две капли воды, земляных мстителях. Они только прибыли.

Атмосфера этого места кардинально отличалась от теплоты и гостеприимности «Бейли». Даже наши гости на фоне высокородных господ, не менее чем сотых в поколении, выглядели душевнее.

Эти же приходили за билетами лично и иногда буквально требовали себе лучшие места, на весь коридор громогласно повествуя, какие они родовитые. Стала свидетелем подобного дважды, и, судя по всему, здесь к такому давным-давно привыкли.

За этими размышлениями все-таки добралась до нашей гримерной. Прямо у ее входа встретила Меделу. Она выглядела странно. Ее волосы были выпрямлены и уложены в высокую элегантную прическу, а привычный и удобный комбинезон сменило платье-футляр.

Правда, из-за него она казалась едва ли не тростиночкой. Мне не очень нравилось. А учитывая огромные каблуки… Башня, а не женщина.

Она заметила меня и тоже стала рассматривать. Должно быть, мой наряд ее также не впечатлил, так как она поджала губы и процедила:

– Привет, а что это на тебе надето? Я думала, ты вчера не собиралась домой.

Открыла было рот, но тут же его закрыла. Ее тон и взгляд не располагали к откровенности. Хотя еще недавно мне хотелось поделиться с ней правдивой историей и большей частью своих находок.

Сейчас же прижала чемоданчик с яйцом и ответила:

– Да вот, прошлась вчера по барахолкам, наткнулась на неплохие вещи! Нравится? Домой вообще поздно приехала, еле нашла нужный аэробас, деньги-то все спустила на это…

Указала рукой на себя, и Медела снова прошлась по мне недовольным взглядом. Но тут из-за ее спины показались знакомые усы.

– Эва! Выглядишь, как моя мать в лучшие ее годы, колоритно! Ты почему вчера не сказала, что вы с Меделой будете тут допоздна? Я даже заснул перед телевилтом, пока ждал свою женушку.

Не успела и слова вставить, как рыжеволосая женщина защебетала:

– Да вот с Эвой на барахолку заходили. Я ее отговаривала – видно же, что ворованое, но она слушать не стала.

И она, схватив меня за локоть, затолкала в гримерку, захлопнув дверь прямо перед носом своего мужа. Удивленно на нее смотрела. Чтобы выдумывала такую откровенную ложь да еще и впутывала меня в нее…

– Вери Дюран, вы что…

Но меня перебили, закрыв ладонью рот. Потом сделали знак молчать и отпустили. Ее глаза гневно сверкнули в мою сторону.

– Помолчи, Эва! Давай договоримся так: ты сейчас подтверждаешь все, что я сказала, а я никому не рассказываю, что ты ночевала в цирке и стащила из какой-то хламовни эти шмотки. Хорошо?

Смотрела на нее во все глаза, словно видела впервые. Еще вчера такая участливая и милая, сегодня выглядела как мегера. Но выбор небогат, особенно учитывая то, что в чемодане лежало запретное драконье яйцо.

– Хорошо. Но я не воровала эти вещи.

Она хмыкнула и отворила дверь. Бейли смотрел на нас с подозрением. Особенно на меня. Очевидно, новый образ его жены не вызывал у него такого живого интереса, как мой, что ей, скорее всего, было на руку.

Она чмокнула его в щеку:

– Я пошла искать наездников и заставлю их поторопиться. Все-таки сегодня генеральная репетиция шоу, которое мы по-нормальному ни разу не прогоняли! Это будет просто катастрофа!

Медела оставила нас вдвоем. И, судя по всему, беспокоить некому как минимум полчаса. А значит, смогу попробовать узнать у Бейли про тот случай с его даром.

Я схватила его за рукав:

– Вер Дюран, мне очень нужно с вами поговорить. С того самого дня, как вы использовали свой дар, со мной творится странное. Что произошло? Мне это крайне важно!

Дергая его за руку, заметила, как забегали глаза. Ну точно же знает, в чем дело! Чувствовала это. Осталось вытащить из него эту информацию.

– Вер Дюран! Это очень важно, особенно учитывая мою новую роль во всем…

Обвела руками пространство вокруг нас. И да, бессовестно давила на его чувство вины. На то, что он втянул меня в историю, представив режиссером-постановщиком шоу драконов.

С облегчением заметила, как в желтых глазах мелькнула обреченность. Хвала правящим, а то уже стала переживать, что не удастся расколоть грандмэна. Все-таки не была мастером по этой части.

Бейли потрепал усы и заметил:

– А в тебе и вправду что-то изменилось. Стала намного свободнее. – Он посерьезнел. – Не вздумай трепать об этом! То, что я сейчас тебе скажу, не стоит рассказывать на каждом углу. Для тебя это может плохо кончиться.

Ох, шеф, да за последние сутки во мне тайн больше, чем воздуха, побывало. Но я лишь сдержанно кивнула. Проникнуться моментом не составило для меня никакого труда.

– Что ты знаешь о блоках? Тех, которые ставят одаренные?

Нахмурилась и напрягла память. В общем-то, вопрос был немного не по адресу: мало знала.

– Только то, что среди всех представителей даров встречаются те, которые могут блокировать определенные способности, чувства… – Я осеклась. – Мне что, поставили блок?

И как эта мысль раньше не пришла в голову? Ведь все сходится! Теперь внутри словно рухнула стена. Но это же жутко небезопасно…

– А разве подобное не запрещено?

Бейли стал разглаживать свои усы. Взгляд его уперся в окно.

– Конечно, запрещено, запрещено под угрозой пожизненного нахождения в отходнике, но до сих пор одаренных это не сильно смущало.

Руки его с усов переместились на макушку. Он стал чесать ее, все еще не прекращая смотреть в окно на утренний полис.

– Но кто будет отслеживать? Охране порядка это, само собой, не требуется, а пострадавшие чаще всего и не знают, что они пострадавшие. Да и одаренных с такими способностями крайне мало. Я вот только парочку таких за всю жизнь видел. Точнее, слышал.

Я тоже слышала, но никогда не придавала этому особого значения. Ну, дар и дар. Сколько их вокруг с цветными глазами ходит. Совсем мало…Между нами все равно навсегда будет пропасть непонимания.

– А как этот блок ставится и на что влияет? Разве вы способны на такое?

Он замялся и даже немного покраснел. Странно было наблюдать большого и смущенного усатого дядю с бегающими глазками.

– Нет, мой дар действует иначе. Просто блок иногда можно сломать. Ну, как тебе объяснить… – Лицо Бейли стало краше самого спелого торуза. – В общем, если переборщить с воздействием, можно просто вытеснить его. Выдавить под напором нового дара. Вот я и переборщил.

Положила ладонь на его плечо и с благодарностью в голосе сообщила:

– Спасибо!

А потом, не стесняясь, бросилась на шею к своему грандмэну. Он даже представить не может, что для меня сделал!

Ведь по правде сказать, оглядываясь назад, с ужасом понимала, насколько серой была моя жизнь. Словно кто-то запер все положительные эмоции, настроив их на унылую волну.

– Я не представляю, как жила раньше с этим блоком. А можно найти того, кто его поставил или хотя бы примерно узнать время?

Он покачал головой:

– Это вряд ли. Могу только сказать, что блок довольно старый. Скорее всего, был установлен еще в детстве. А это самый опасный возраст! Как ты вообще выжила с ним? Очень многие заканчивают жизнь самоубийством в таких случаях…

Он покосился, а я отвела глаза. Ох, дорогой грандмэн, ты даже представить не можешь, насколько была близка к этому… Пока в моей жизни не появилась Мими.

– Главное, что я сейчас здесь и дышу полной грудью. А теперь, думаю, нам пора идти делать шоу, чтобы сразить наповал всех этих задавак!