Глава 8

Проснулась от того, что хорошенько получила по лицу детской ладошкой. Открыла глаза, часы показывали девять тридцать. Рядом беззаботно посапывали Лера и плюшевый Лунтик- еще чуть-чуть и точно выселят, буду спать в детской кроватке. Аккуратно вылезла из объятий и подоткнула одеялом.

Вышла в коридор, спохватилась, что толком не одета, накинула халат. Смирнов грозно храпел, раскинув руки: одну свесил к полу, вторую закинул за голову. Зрелище было презабавное- сфоткать что-ли, хихикая подошла и приложила ладонь ко лбу.

Резко отдернула ладонь, надо прекращать обращаться со взрослым мужчиной, как с ребенком который болен… На столике стояли пустой графин и вскрытая упаковка таблеток, значит температура еще раз поднималась. Надо бы Леру родителям отвезти, не хватало заразить. Прокралась на кухню и сразу набрала Андрею, он сегодня собирался с семьей к бабушке с дедушкой, попросила забрать Леру с собой. А теперь душ и готовить завтрак.

Теплые струи воды смыли остатки усталости и беспокойной ночи, переоделась в легкие штаны и свободную футболку, волосы заплела в косу. Насколько они были шикарны, настолько были с ними трудности. Чего стоило их только высушить, все же стоит убрать длину. Посетила мысль одеть что-то более привлекательное, но отбросила ее сразу же и отправилась варить овсянку. Не знаю, что предпочитает Смирнов на завтрак, с деликатесами у нас напряженка, поэтому овсянка! Или омлет, если уж совсем заартачится, как запасной вариант.

Наливая чай услышала, как Лерка шлепает босыми ножками по паркету:

— Привет, мам, — протянула ко мне руки.

— Доброе утро, солнышко, пошли умою тебя и будем кушать. Скоро за тобой Андрей приедет, они с Викой и Сашей отвезут тебя к бабушке и дедушке. А я потом тебя заберу. Хорошо? — рассказывала план действий, собирая непослушные кудряшки в хвост.

Лера радостно закивала головой в знак согласия. Гостить у бабы с дедой она очень любила, там можно было все и ничего за это не было. Мафия.

По квартире разносился требовательный звонок в дверь чередующийся со стуком, характерные признаки того, что приехал Андрей. Терпения в нем было меньше чем в Лере. Открыла дверь и в мою квартиру влетел тайфун:

— Привет, Кроха, — обнял одной рукой, второй дернул за косичку. — Отрежу ночью и сдам за дорого, — расхохотался от души.

— Сам ты Кроха, — что еще можно ответить, только как, сам дурак. — От тебя пациенты еще не сбегали, Петросян?

— Ага, прям со стола, под наркозом, — хохотнул болтун снимая кеды.

— Привет, моя кудряшка, — схватил Леру на руки. — Доедай кашу, нас там Вика с Сашей заждались, — усадил за стол.

Лера начала активно работать ложкой.

— Что ж ты мамку не уберегла, а? Вот теперь болеет.

— Мама не болеет, это Ярослав заболел. А мама не хочет, чтобы я заразилась.

Тут лицо брата вытянулось и он вопрошающе на меня взглянул. Я пожала плечами и одними губами произнесла: “Потом”. Да какой потом, разве можно остановить поезд на полном ходу? Андрей вышел из кухни в первую очередь заглянув в мою комнату. Совсем одурел! Убедившись, что моя постель пуста, зашел в гостиную, Смирнов надевал футболку и мягко говоря, был удивлен нашему появлению. Со стороны сцена напоминала баянистые анекдоты про то, как муж вернулся из командировки. Брат уверенно шагал к Смирнову, тот поднялся с дивана, на лице было замешательство.

— Андрей, брат Крохи, — протянул руку Смирнову для рукопожатия.

— Ярослав, — произнес с облегчением.

— А я смотрю машина знакомая, надпись- то отмыл? — заговорчески спросил.

Проклятье какое-то, Лёля вчера, Андрей сегодня, у Смирнова точно сложится впечатление, что я только о нем и говорю. Надо им напомнить, что, молчание- золото.

— Отмыл, добрые люди подсказали: растворителем легче всего.

Тут забежала Лера и добила меня окончательно:

— Мама не пускает Ярослава с собой спать, потому что он большой, — и развела руки в характерном жесте.

В этот момент надо было снимать лица всех присутствующих. Андрей сдержанно давился смехом, потом его прорвало и он начал хохотать. Ярослав нервно кашлянул и поглядывал на меня. Я же готова была провалиться на первый этаж к Болотовым, пусть они меня спрячут.

— Лерочка, пошли я тебя переодену и пора ехать. Ты же не забыла тебя баба с дедой ждут.

Взяв Леру за руку сбежала в ее комнату. Вот же маленькая болтушка и откуда такие мысли в детской голове. Переодев из пижамы в джинсы и маечку, взяла заранее собранный рюкзак с вещами. Мужчин нашла в гостиной за просмотром мультика, что еще могли показывать в субботу утром. Заметив нас Андрей вскочил с кресла, закинул рюкзак на плечо и взял Леру на руки. Ярослав вышел в коридор и оперся о дверной косяк.

— Метеор, ты куда все время спешишь, я же ей не успела кроссовки обуть.

— Ты давай мне ключи от своей колымаги, у меня уже есть на нее желающий, документы потом. Ребята сами ее со стоянки заберут, — присел и стал обувать Леру.

— И когда ты все успеваешь? — удивилась не на шутку. Только ночь прошла, он уже продал мою “девочку”.

— Уметь надо. Кстати, завтра Макс приедет с девушкой знакомить, ты бы не пропускала, такое не часто происходит.

Действительно удивил, единственный раз когда мы видели его девушку, это было в институте, больше, он никогда не приводил своих подруг к родителям.

— Не может быть!

— Может-может, — протянул руку Смирнову. — Был рад знакомству.

— Взаимно.

— Пока, Кроха, — взял Леру на руки. — Скажи маме и Ярославу, пока.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Лера не успела с нами попрощаться, как Андрей с ней на руках исчез в подъезде.

— Я теперь понимаю о чем ты говорила, твоего брата не остановить.

— Это вы еще мало знакомы, — было непривычно видеть Смирнова с спортивках и футболке, передо мной стоял совершенно другой человек. Выглядел мягче и приветливее, даже закралась мысль, что и от овсянки не откажется. — Кушать хочешь?

— Очень, только я умыться не успел.

— Умывайся, жду на кухне.

Поставила еще раз чайник на плиту, надеюсь, теперь-то удастся выпить спокойно чай. На улице светило яркое весеннее солнце, молодые листочки деревьев сверкали на свету. Рядом с подъездом воробьи шумно делили кусочек хлеба, щедро пожертвованный кем-то. Захотелось прогуляться…

На столе телефон разрывался от смс-ок: “Кроха, ну ты даешь!”,- через пару секунд. — “Вика мне не верит, скажи, что это правда!”.

Коротко ответила: “Правда”. А что правда, да кто же знает…лишь бы Андрей успокоился и телефон не пиликал.

“Вика визжит, не пойму от радости, или дети за волосы дергают”

“Смотри на дорогу!!!”- не на шутку начала волноваться.

“Как скажешь, босс. Кстати, он мне понравился, мультики любит”. Тут меня разобрал нервный смех. Неужели успел допрос устроить, пока Леру одевала.

Услышав шаги, убрала телефон на окно, мало ли, любопытство и Вику разберет. Смирнов неуверенно зашел на кухню:

— Мне неудобно перед тобой, ворвался в жизнь, спутал тебе планы…я, наверное, поеду… — почесывал затылок, стоя на пороге.

Редкое зрелище! Господин Смирнов в спортивках, да еще и испытывает неудобство.

— Что за глупость? Нельзя тебе за руль, отлежишься денек и пожалуйста, — улыбаясь, поставила на стол кружки с чаем. — Никаких важных планов у меня не было. Ты овсянку ешь? — спросила с осторожностью.

— Ем.

Как будто у тебя был выбор…

Разложив ароматную кашу с маслицем и медом (никакой овсянки на воде и без соли) по тарелкам, сели за стол.

— Как себя чувствуешь? Я видела, ты еще пил ночью таблетки.

— Да, под утро поднялась температура, — ответил, усердно работая ложкой.

— У тебя и сейчас вид не очень, — добавила, запивая чаем.

— Я бы хотел еще поспать, раз ты меня не выгоняешь, — искренне улыбнулся. — А Макс кто?

— А?

— Андрей говорил про Макса, которой приедет с девушкой знакомить.

— Ааа, так это брат, младший.

Смирнов кивнул и чему-то довольно улыбнулся.

После завтрака разошлись по своим комнатам. Блаженно развалилась на постели и рассматривала тени на стене отбрасываемые узорчатыми гардинами. С улицы шли звуки выходного дня: дети играли на площадке, кто- то собирался на дачу и пара спорила о том стоит ли брать с собой кота, извечные бабушки- партизаны обсуждали новую “вертихвостку” с 4 этажа. На удивление, но под всю эту какофонию я смогла задремать. Снилась какая-то глупость, как будто Смирнов стоял рядом с моей кроватью и смотрел на меня. Подошел ближе, аккуратно присел на край постели, убрал волосы с моего лица, медленно наклонился ко мне и нежно так, кааак заверещит на ухо трелью дверного звонка. От неожиданности я подскочила и со всего размаха приложилась головой о нос Смирнова- по-настоящему!

— Там кто-то пришел, — хватаясь за ушибленный нос, указал в сторону двери. — Несколько раз звонили, ты не просыпалась, прости, что напугал.

Я что-то пробормотала, болела щека, а почему- то отказал язык. За дверью стояла раскрасневшаяся Лёлька:

— Ты чего на телефон не отвечаешь?! — накинулась с порога, — И что у тебя с лицом, — ткнула пальцем в раскрасневшуюся щеку.

— Лёля, блин, спали мы, спали! Вот звук и отключила.

Ярослав стоял рядом и держался за нос, из под пальцев показалась капля крови.

— У тебя кровь, надо приложить холодное, а то через час можно будет снимать передачу про домашнее насилие, — Лёлька глазела на нас еще с большим волнением.

Та закивала головой и схватив меня за руку потащила на кухню, усадила на подоконник, а Смирнова за стол. Достала по упаковке замороженных овощей, мне аккуратно протянула, а Ярославу швырнула, чуть ли не с проклятиями.

— Хочешь, чтобы и фингал появился? — прикладывая к носу “холод”, огрызнулся.

Лёлька на него шикнула. Я округлила глаза:

— Тебя какая муха укусила? — обратилась к подруге.

На вопрос она отвечать не собиралась:

— Марусь, он что тебя ударил? Не бойся, мне можешь все рассказать.

В один голос со Смирновым вскрикнули:

— Что?!?!

— Оля, ты сериалов пересмотрела? Что ты выдумала?

— Да что я могла еще подумать, уже полдень, ты трубку не берешь, на сообщения не отвечаешь…я вот…переволновалась, — заламывала руки. — Все таки он неизвестно кто! — указала пальцем на Ярослава.

Неизвестно кто не остался в долгу и размахивая пакетом со следами крови, зашипел:

— Логично все…Не поспорить. Ты меня прервала, я еще и съесть ее собирался! — клацнул хищно зубами в нашу сторону.

Прыснула от смеха и взяв Лелю под локоть культурно направляла к выходу.

— Это я. Я случайно ударила Ярослава, испугавшись резкого звука. Все хорошо. Обещаю, буду отвечать на все твои смс, — успокоила подругу.

С кухни доносились тихие ругательства и роптания на род женский.

— Я все слышу, — выкрикнула Лёля.

— Я на это и надеялся.

— Ну все, хватит! — громко сказала. — Ване с Мишей привет. И спасибо, что беспокоишься обо мне.

Проводив подругу вернулась на кухню. Смирнов сидел на том же месте и злобно пыхтел. Не то от боли, не то от обиды, что в маньяки записали.

— Дай посмотрю.

Осторожно убрала заморозку от лица, все было не так страшно, как представляла. Легким движением прикоснулась к переносице, Ярослав яростно зашипел от боли и выругался. Я испугавшись отдернула руку, а он лишь засмеялся глядя на мое растерянное лицо.

— Не смешно, — ткнув пальцем в плечо обидчика, выхватила пакет с овощами и приложила к своей щеке. — Он все равно тебе не нужен!

— Не жадничай, хочешь, чтоб у меня синяк на пол лица был?

Пряча руку со вторым пакетом слегка подтаявших овощей за спину, отступала мелкими шагами:

— Не преувеличивай, если и будет, то небольшой синячок. И всем известно, что шрамы украшают мужчину, а вот женщину… — демонстративно приложила и второй пакет.

По правде говоря, лицо уже жгло от холода, но упрямство и обида на глупую шутку притупили боль.

Заметив мое отступление Смирнов встал, резким движением перехватил мою левую руку с заморской и приложил к своему носу:

— После первой встречи с тобой я ходил с огромной шишкой на затылке, — гнусавил сквозь пакет.

— Ооо, так это не я, а та женщина, к ней все претензии, — почувствовав бедрами, что уперлась в кухонный гарнитур.

Отступление провалено… надо было пятиться в сторону коридора.

Кажется, история повторяется…

Смирнов опять прижал меня своим телом, отрезая пути отступления. Свободной рукой поглаживал спину, проводя пальцами вдоль позвоночника, вызывая волну мурашек, жадно изучая мою реакцию. Я одновременно чувствовала холод от бортика раковины и жар тела Ярослава, неестественный жар.

— У тебя судороги на фоне высокой температуры, — указывая на руку гуляющую по моей спине, — пора выпить жаропонижающее и умыться не мешало бы.

Ярослав выпустив меня из рук, взял ковшик из нержавейки и старался рассмотреть себя в дне.

— Не хочу ни на что намекать, но, кажется, температура сильно отразилась на твоих умственных способностях, — заливалась смехом. — В ванной есть зеркало- не чета ковшику.

Смирнов обиженно поставил ковш на стол и поплелся в ванную, бросив на меня душераздирающий взгляд, от чего смех разбирал с новой силой.

Осмелела- то как: шучу, подначиваю. Всего лишь надо было увидеть человека в домашней обстановке.

Остаток дня провели курсируя между кухней и лежбищами. Откровенно изнывала от безделья: ответила на все смс Лёльки, а потом Вики, чуть позже мамы Лены, которой рассказала Вика, которой рассказал Андрей…так, осталось по кругу повторить рассказ "Как завести в доме мужика!?" всего пару раз, только Максу и папе Саше. Задрав ноги на стену читала книгу- легкий романчик. Даже легкий, я бы сказала, легенький, никак не мог усвоиться в моей голове. Все! Баста! Хочу на улицу!

Было, как-то стыдно уйти из дома, когда в нем остается гость, так еще и с температурой, конечно, он мог о себе позаботиться, но совесть не позволяла мне этого сделать. Зато выйти за хлебом на 15–20 минут, это же не преступление?! Эта мысль крепла во мне с каждой минутой, отбросив книгу, сбросила ноги на пол и встала, слишком резко…спокойно, Маша, тебе уже не 18…зажмурилась, приложив пальцы к глазам, пытаясь подавить головокружение.

— Еще будут акробатические номера в твоем исполнении?

Приоткрыла один глаз, в проеме стоял Смирнов и ухмылялся.

— Не думаю, возраст не тот, стара я, кхе- кхе и немощна, — кашлянула для убедительности еще пару раз. — Я хочу за хлебом сходить…

Мне не дали договорить:

— Я с тобой! Устал лежать, все бока болят.

Отлично… Теперь точно придется идти в магазин, прощай парк!

— Хорошо, я переоденусь.

Через десять минут мы уже наслаждались свежим весенним воздухом. Втянув аромат сирени, растущей рядом с подъездом, полной грудью, блаженно выдохнула:

— Скааазка…

— Куда идти, в какой стороне магазин?

Смирнов не меньше моего был счастлив размять косточки. Я кивнула головой направо и мы медленным прогулочным шагом направились в сторону продуктового. Во время прогулки я выяснила две вещи: во-первых, Ярославу было гораздо лучше; и во-вторых, почувствовала запах малины и пиона (как заявлял производитель на упаковке) — он мылся моим гелем для душа.

После ужина меня пригласили на просмотр фильма, причем в мою же гостиную. Никогда еще не добиралась на свидание так быстро, буквально пара секунд я и моя любимая подушка заняли облюбованное мягкое кресло:

— Что сегодня показывают?

— Сейчас узнаем, — присаживаясь рядом с полкой полной дисков, Смирнов начал тщательно их изучать. — Тааак, мультик, мультики, о чудо, это же очередной диск о прекрасной принцессе…Боже, Титаник! И как часто ты его смотришь?

— Редко. Но! Имею полное право, если ты не заметил, то я девочка. А девочкам, даже взрослым, тоже нужны сказки!

— Заметил, что не мальчик. Ты хоть бы сказки со счастливым концом выбирала.

Я лишь фыркнула. Ничего не понимает в женской натуре, должен быть в коллекции такой фильм, который смотришь, когда все очень плохо. Ты его включаешь, и вот уже Ди Каприо замерзает в ледяной воде держась за дверь, и ты проклинаешь Кейт Уинслет, которая не догадалась подвинуться, чтобы спасти своего любимого. И тут вступает Селин Дион, а ты сквозь слезы пытаясь ей помочь: "Эври найт им май дримс, ай си ююю ай фил ююю", наступает апогей! Слезы льются ручьями и захлебываешься в рыданиях, а после, идут титры и под опустошенные всхлипывания, понимаешь, что злиться, психовать и расстраиваться уже нет сил. Как говорится, клин клином вышибают.

— Так, а вот это уже интереснее… ужастики любишь? — быстро перебирая стопки дисков, уточнил Смирнов.

— Люблю, но теперь редко удается смотреть, как ты заметил, в приоритете принцессы. Я лишь покупаю диски и складываю.

— Вот и отлично. "Оно" смотрела?

— Новый, нет.

— Сеанс начинается, — зловещим голосом оповестил Ярослав. — Выключай свет.

— Я в коридоре оставлю.

— Трусиха!

Усевшись удобнее в кресле, обняла подушку- эдакий буфер от всяких ужасов происходящих на экране. Когда совсем страшно, можно и спрятаться. Да, я люблю ужасы, но это не мешает мне бояться и вздрагивать каждый раз, когда кто-то резко выскакивает или кричит.

На экране мальчишка уже отправился пускать свой злополучный кораблик. Вроде бы знаешь, чем сейчас дело кончится…но все равно предательски пискнула, когда его утащили в канализацию.

— Садись ко мне на диван, здесь не так страшно, — издеваясь, подначивал Смирнов.

— Сомневаюсь…Ты большой, пусть тебя съедят первым, до меня, может, и очередь не дойдет, или убежать успею, — довольная собой, лучезарно улыбалась.

— Ну раз так, тогда нас съедят вместе.

Поднявшись с дивана, легким движением рук, меня вместе с подушкой переместили и усадили рядом с собой. Захватив в объятия, уткнулся носом в мою макушку и шумно вдохнул:

— Как я давно мечтал это сделать.

Удивленно подняла глаза. Действительно, не знала, как реагировать. Глубоко в душе я понимала, что на друзей мы мало походили. НО, признаться в этом было тяжело. Признаться- иметь надежду, а нужно ли?

— Не смотри на меня так, — прижал меня сильнее. — Я давно хотел тебя обнять.

— Ты это делал и не раз…

— То не в счет, ты всегда от меня сбегала.

— А почему думаешь, что в этот раз не сбегу? — неуверенно спросила.

— Я не думаю- надеюсь… И куда тебе сбегать, мы же у тебя дома, — добавил со смехом.

Не поспорить, убежать не так просто. Тут возникает вопрос, а хочется ли?

На экране сверкали полицейские мигалки и была суета.

— Не сбегу, — произнесла шепотом.

Устроившись поудобнее в объятиях, отложила подушку в сторону, хотелось избавиться от лишней преграды Фильм начал терять всякий смысл. Дети сновали туда- сюда, о чем-то возбужденно разговаривали, я пыталась уследить за происходящим. Но чувствовала только легкие движения пальцев по моей спине. Которые поглаживали вдоль позвоночника снизу вверх, останавливаясь, то на талии, и продолжали свое движение вдоль линии джинс, то, возвращались и поднимались вверх к шее, нежно массируя.

— Дыши, — прошептал над ухом.

От чего по всему телу прошла горячая волна. Я попыталась глубоко вдохнуть, но дыхание сбивалось. Обняв Ярослава одной рукой, повторяла движения его пальцев. Выводя причудливые рисунки на животе и груди чувствовала, как под подушечками пальцев напрягались мышцы. Поднявшись выше, щекоча невесомыми прикосновениями шею, хотела подобраться к уху, но меня остановили и приложили ладонь к губам. Было одновременно щекотно и невероятно приятно. Поцеловав ладонь и каждый из пальчиков, он отпустил мою руку, которая полыхала огнем и наклонился к лицу. Встретившись взглядом, не нарушая тишины, наши пальцы совершали свой трепетный танец. Мои руки осмелели первыми и я запустила ладони под футболку, продолжая прогулку по уже обнаженной коже. Но этого было катастрофически мало, хотелось большего, прижаться всем телом- ощущать тепло. Высвободившись из объятий, ловко оседлала бедра Смирнова. Наши лица оказались в непосредственной близости друг от друга. Яр несколько мгновений внимательно всматривался мне в глаза, верно ощутив в моём вожделеющем взгляде и неровном дыхании просьбу «не останавливаться», хмыкнул, и жадно впился в губы, попутно помогая стягивать с нас ненужную одежду. Я справилась первой с футболкой Смирнова, хотя, подозреваю, что мне поддавались. Немного отстранилась и с удовольствием рассматривала мужское тело, очерчивая упругие мышцы рук, груди…живота.

Последние упорно державшиеся пуговицы на моей рубашке полетели по комнате, звонко ударяясь о паркет. Вслед за ними улетела и сама рубашка.

— Моя любимая…

— Завтра купим новую.

Меня подхватили на руки и опрокинули на диван, при этом я грациозно задела столик с графином левой ногой, который только чудом не разбился о пол, упав с оглушающих звуком.

— Сейчас твоя подруга прилетит тебя спасать.

Рассмеявшись притянула Ярослава к себе, взаимное страстное желание немедленно ощутить жар тел друг друга овладело нами.

Поцелуи продолжались в сумасшедшем ритме, переходя от легких прикосновений губами и языком, к чувственно-болезненным покусываниям и превращались в жадные проникновения, которыми невозможно было насытиться. Когда я начала задыхаться, Яр ослабил напор. И вот уже через секунду, принимая на своей шее и груди невероятно приятные ласки от его рук и губ, я смогла почувствовать, как в меня упирается налившаяся кровью твёрдая плоть.

Невольно я вспомнила наш первый физический контакт около уборной. Тогда, когда и подумать не могла, что так захочется ощутить его внутри как можно скорее.

В спину нещадно что-то впивалось, достав из под себя пульт от телевизора нажала кнопку выключить и отбросила его в сторону.

— Он меня тоже раздражал, — прошептал на ухо, обдавая горячим дыханием. Тело моментально отреагировало. — Приподнимись немного.

С меня стянули джинсы и я осталась в одном белье.

— Пойдем ко мне, диван слишком узкий.

— Знаю, я на нем спал, — подхватив меня. — Держись.

Обняв за шею и обхватив ногами, прижалась всем телом, пока мы пересекали коридор, добираясь до кровати.

Аккуратно опустил меня на матрас, нетерпеливо стаскивая с нас последнюю одежду- пылающей кожей почувствовала прохладу простыней, от чего по телу пробежали мурашки, Яр продолжил исследование моего тела, одаривая поцелуем каждый сантиметр, спускаясь от ключицы к животу и поднимаясь обратно. Выгибаясь на встречу ласкам я теряла терпение, хотелось ощутить тяжесть его тела на себе, его силу, его страсть.

Я не могу больше терпеть!

Из моих уст вырвался неожиданно громкий стон, когда язык Яра в очередной раз коснулся напряженного соска. Заметив это и с хитрой улыбкой взглянув исподлобья на моё желающее немедленных действий лицо, он приостановился. Я тут же взяла инициативу в свои руки, и, приподнявшись, села к нему на колени, приняв горячую плоть блажено застонала. Опробовав пару плавных движений, довольно зажмурилась и приняла нужный темп. До сладкой дрожи в коленках я чувствовала всю мощь и жар его мужского достоинства, раз за разом входящего в моё возбужденное податливое тело. Смирнов при этом, довольно закинув голову и жадно схватив меня пальцами за бёдра, пытался с силой подталкивать их в такт движениям, иногда меняя скорость и оттягивая финал.

Каждый толчок сопровождался моим стоном. Мы совершенно забыли о фильме, о времени и о живущих за стеной соседях. Мы наслаждались друг другом и не могли насытиться, как будто остались одни во вселенной и завтра должны были исчезнуть по щелчку чьих-то злых пальцев. Так продолжалось до рассвета и ещё не раз наши чувства достигали пика наслаждения, отзываясь пульсацией и сотнями приятных покалываний на мокрых от пота и страсти телах.