Глава 2

Казалось, что во мне сразу узнают самозванку, и от этого становилось не по себе. Да, документально было не подкопаться: я являлась дочерью госпожи иль Грасс, носила фамилию ее и ее мужа, который в поместье появлялся крайне редко, предпочитая путешествовать по миру. Подозревала, что их брак — чистой воды фикция, но никогда не лезла в дела опекунши.

И все же я боялась, что аристократы сразу же раскусят меня, девочку, которую забрали из приюта, которой дали шанс на новую жизнь. В глубине души я была очень напугана, наверное, так же сильно как в тот день, когда госпожа иль Грасс пришла в приют и, внимательно рассмотрев всех девочек примерно моего возраста, указала на меня. Она долго разговаривала с одной из воспитателей и все кивала, улыбаясь. Эту улыбку я запомнила навсегда. Теперь я знала, что так Иветта улыбалась, когда все шло по ее плану.

С тех пор как я стала жить в ее доме, нас покинуло несколько ее приемных дочерей, но только Артанна была замужем, двое других уже остались молодыми вдовами после выгодных замужеств. Я догадывалась, что их пожилым и состоятельным мужьям помогли скорее покинуть этот мир, но, разумеется, о таком мы никогда не говорили. Молодые вдовы вели достаточно свободную жизнь в обществе. Одно оставалось неизменным: они все еще оставались связаны с госпожой иль Грасс, то и дело посещая ее и привозя ценные сведения. Если честно, я всегда надеялась на такую же судьбу: выйти замуж за богатого дряхлого господина. С моей внешностью это не составило бы труда, а через несколько лет освободиться от него и остаться свободной птицей, имея состояние, положение в обществе, а, если повезет, даже титул. Но судьба распорядилась немного иначе. Первое мое серьезное задание оказалось роковым. Или я получу все, или останусь ни с чем и даже расстанусь с жизнью.

Заметив на горизонте дворцовые шпили, я глубоко вздохнула, прикрыв глаза. Рисковать так рисковать!

Я размышляла, почему король решил женить сына так рано. Правитель больше не имел наследников. А принц вступил уже в тот возраст, когда можно заводить свое потомство. Королевский род ни в коем случае не должен прерываться, жизнь же непредсказуемая штука, и с королем, как и с принцем, могло что-то неожиданно случиться. Короне нужны наследники. Смогу ли я влюбить в себя особу королевской крови?

Для этого нужно было обойти конкуренток. А их будет немало. Это я поняла уже на въезде на территорию королевского дворца. Я здесь никогда не бывала, но предполагала, что такой ажиотаж здесь происходит редко. Широкие кованые ворота оказались раскрыты настежь, однако кареты пропускали по одной.

Там стояли стражи, на которых я не обращала внимания, потому что они застыли совершенно неподвижно. Без соответствующей команды они стояли, словно статуи. К каждой карете, перед тем как пропустить ее на территорию дворца, подходили двое. Один из них явно писарь. По нему это было видно: мужчина средних лет в строгой черной одежде, которая смотрелась на нем несколько мешковато. На белой манжете красовалось небольшое чернильное пятно. Он сильно сутулился, впившись пальцами в деревянный планшет с листами на нем. В правой руке он сжимал перьевую ручку, записывая все, что говорил ему второй человек в военном мундире. Синий цвет указывал на какой-то высокий чин. Надо же, будущих невест тщательно проверяют. Такой подход мне не нравился, но все же я ничего не могла с этим поделать, а потому натянула на лицо одну из самых лучезарных улыбок, которые то и дело тренировала перед зеркалом, и проверила, спрятала ли я подвеску, ведь она совсем не сочеталась с дорогим шерстяным платьем терракотового цвета и светлым плащом. Очень скоро очередь дошла и до меня.

Через открытое окно я видела, как мы приближаемся к встречающим нас людям. Мой взгляд встретился с серьезным взглядом серых глаз мужчины в военном мундире. Он улыбался, легко и непринужденно, но в глубине глаз стояло напряжение. И я видела это, знала, что улыбка ненастоящая, потому что сама пользовалась этим приемом — маской, за которой может скрываться что угодно

Военный выглядел молодо, но, очевидно, уже успел дослужиться до какого-то высокого чина. А значит, скорее всего, побывал на войне. Или был одним из тех молодых людей, которым посчастливилось быть близкими родственниками кого-то из высшего руководства армии. Дворяне обычно не торопились идти воевать, хотя и получали сразу офицерские чины, поэтому последний вариант я отметала. Значит, папенькин сынок какого-то генерала или редкий самородок, добившийся всего сам.

— Добрый день, госпожа, — сказал он. Его голос звучал очень низко, гораздо ниже, чем я ожидала при такой внешности. Мужчину можно было назвать красивым, но в его красоте не было ни капли женственности. Все лицо будто состояло из сплошных острых углов. Его череп как будто намеренно вылепил какой-то скульптор.

— Я генерал Рокен иль Контаре, рады приветствовать вас в королевском дворце. Могу я узнать ваше имя и цель прибытия?

Он говорил это, а я чувствовала, как у меня все больше расширяются глаза. Генерал иль Контаре! Как же! Это имя я хорошо знала, как и все королевство. Человек, добившийся своего положения сам. Тот, кто пробился на самые верхи из самых низов. Выходец из городских трущоб, он отправился на войну, где доблестью и отвагой получал повышение за повышением, пока не дослужился до чина генерала, а сам король сделал его начальником службы безопасности и пожаловал к его фамилии приставку «иль», которую имели только дворяне. Этого человека следовало опасаться больше остальных, потому что, помимо всего прочего, поговаривали, что он обладает магическими способностями. Наверняка этого я не знала, но лучше переоценить противника, чем недооценить.

Кажется, размышляя об этом, я сделала слишком долгую паузу.

— Госпожа? — вежливо напомнил о себе встречающий.

— Добрый день, генерал иль Контаре, — наконец опомнилась я.

Кажется, моя заминка чем-то позабавила его, он усмехнулся. И на этот раз улыбка дошла до глаз. Да он никак насмехается надо мной?! Чувствуя, что начинаю краснеть, чего со мной уже давно не случалось, я затараторила, протянув документы:

— Госпожа Агнес иль Грасс, прибыла на смотрины.

— Господин Еминей, запишите: госпожа Агнес иль Грасс, — повторил мужчина, внимательно разглядывая мои бумаги с печатями, а потом отдал их обратно. Он словно катал мое имя на языке, как будто пробовал его на вкус. Я смутилась и начала краснеть сильнее, отчего еще больше разозлилась, только на этот раз уже сама на себя.

— Проезжайте! — скомандовал генерал моему вознице, и карета тронулась, а я сжимала кулаки, видя искорки тщательно сдерживаемого смеха в глазах этого нахала. Нет, ничего предосудительного он не совершил, но эта его ухмылочка! От нее все внутренности как будто пылали огнем.

Я прибыла во дворец в числе первых невест. Поняла это по количеству незанятых комнат. Мы с госпожой иль Грасс попытались просчитать, сколько примерно выйдет у меня конкуренток. Сделать это было достаточно легко, потому что на смотрины приглашались девушки исключительно из благородных семей, а таких по всем островам едва ли насчитывалось полсотни. Не у всех имелись девицы на выданье, но в некоторых домах могло оказаться сразу несколько невест, так что в итоге мы получали те же пять десятков участниц смотрин. Приблизительно, конечно же.

Нас располагали в одном из крыльев замка. Я заметила, что на каждую занятую комнату вешали табличку с именем претендентки на роль жены принца. И таких комнат с табличками оказалось пока меньше двух десятков. Многие девицы жили слишком далеко, чтобы добраться быстро.

Я же решила воспользоваться своим преимуществом, чтобы как следует отдохнуть с дороги и выглядеть на их фоне более выигрышно. Ведь прекрасно понимала, что, хотя Иветта и не ограничивала меня во времени, но я должна добыть нужную информацию, а лучше — сам артефакт, если такой действительно имеется, во время смотрин. Как бы я ни была уверена в своих силах, могла просто не понравиться принцу, и тогда все пропало. Нужно быть готовой к любому развитию событий и всегда иметь в запасе другой план.

А посему придется приниматься за поиски уже сейчас. Точных условий в королевском письме, которое направили в каждый дворянский дом, не было. Лишь предложение явиться на смотрины всем благородным девицам, никогда не бывшим замужем, потому что его высочество принял решение жениться. Хотя я была уверена, что это решение вовсе не принца, а его отца. В этом возрасте молодые люди больше думают об охоте, турнирах и покорении новых земель, чем о девушках.

Несмотря то, что я почти не общалась со сверстниками-юношами, много о них знала по рассказам госпожи иль Грасс. Ведь помимо обычных уроков: этикета, танцев, истории, географии, иностранных языков и литературы — в доме Иветты проходили и особенные занятия, на которых она рассказывала своим приемным дочерям о поведении мужчин, о том, как они с большей вероятностью поступят в той или иной ситуации и, конечно же, учила очаровывать, нравиться, флиртовать. И у меня это получилось.

Я умела быть кокеткой, когда этого требовали обстоятельства, только мне это никогда не приходилось по душе. С одной стороны, коробило от того, что я вынуждена подстраиваться под мужчин, потому что, как ни крути, но они правят миром. Но с другой — моя опекунша заставила нас смотреть на это под другим углом, чувствовать свою власть, влияние на мужчин, управлять ими так, чтобы они об этом даже не догадывались. Это было высшим мастерством, по мнению Иветты. В какой-то мере я с ней соглашалась, но все же не до конца. Больше всего на свете я хотела сама распоряжаться своей жизнью, но пока этого еще не заслужила. Чтобы к этому прийти, нужно еще поработать и постараться.

Комната оказалась небольшая, но обставленная всем необходимым. Здесь стояла кровать, туалетный столик, ширма для переодевания и даже большой шкаф для нарядов. Очень кстати, потому что платьев пришлось взять с собой много, я не знала, на какое время задержусь при дворе.

Самым приятным для меня стали окна в пол, которые выходили на маленький балкончик. Первым делом, несмотря на осеннюю прохладу, я раскрыла окна и вышла наружу, чтобы оглядеться. С удовольствием вдохнула влажный воздух. Солнце уже садилось. Облокотилась на перила и медленно обводила взглядом территорию. Мой балкон выходил на парадный въезд, как раз на главные ворота, через которые я недавно прибыла сюда. Второй этаж. Я посмотрела вверх, оценивая, что надо мной еще три этажа, и вниз, убеждаясь, что здесь слишком высоко, чтобы прыгать в случае надобности. Да, я сразу же продумывала пути отхода, это был еще один специальный навык, который я получила от госпожи иль Грасс. Лучше не попадаться, но если что, всегда нужно иметь запасной план.

Кареты все продолжали прибывать, а солнце уже почти скрылось за горизонтом. Вдруг я почувствовала на себе чей-то взгляд. И до того он казался тяжел, жег мне грудь, что я принялась искать его обладателя. И почти сразу же нашла.

Генерал иль Контаре не мигая смотрел на меня снизу вверх. И взгляд его был столь серьезен, будто он догадался о моих планах. Пришлось глубоко вдохнуть, чтобы не выдать смятения. Я медленно улыбнулась мужчине, спокойно выдержав его взгляд, а потом для верности помахала рукой. Смотрите, господин генерал, какая я милая и безобидная. Тот сразу отвернулся, но на душе залегла тяжесть. С этим человеком нужно быть особенно осторожной, потому что один его взгляд уже сулит неприятности.

Я разволновалась, сразу же скрылась в комнате, закрыла окно и даже на всякий случай задернула бархатные шторы, отчего покои сразу же погрузились почти в полную тьму. Пришлось даже зажечь свечи. А потом, отдышавшись и подумав, решила, что беспокоиться не о чем. Ну не мысли же он мои прочитал! Просто у человека ответственная должность, а тут невест полный дворец. Его тоже понять можно.

Успокоившись, я переоделась. А примерно через полчаса ко мне постучалась служанка.

— Меня зовут Рикоста, госпожа иль Грасс, — представилась она. — И на время пребывания во дворце я буду вашей помощницей. Если что-то понадобится, вы можете позвонить, — она указала на колокольчик, к которому была привязана веревка, уходившая прямо в стену. — Моя комната примыкает к вашей, чтобы я в любой момент могла помочь вам.

Интересная конструкция, такого я еще не встречала.

— Мне очень приятно с тобой познакомиться, Рикоста, — я хотела понравиться ей, чтобы разговорить, но вообще-то девушка действительно казалась очень милой: примерно моего возраста, симпатичная, хотя наглухо закрытое темно-серое платье мешало по достоинству оценить ее красоту. Я знала, что ей подошел бы алый или бордовый цвет для наряда, потому что она походила на меня оттенком кожи и волос. Только ее локоны были спрятаны под белым чепчиком, но несколько прядей выбилось из-под головного убора.

— Ужин через полчаса, госпожа, — склонила голову служанка.

— Спасибо, — улыбнулась я. — Скажи, а много ли прислуги выделено для обслуживания возможных невест его высочества?

Я сидела за туалетным столиком и расчесывала волосы, чтобы переплести дорожную простую прическу на что-то более изысканное для ужина.

— Ожидается, что у каждой госпожи будет личная помощница, — отчеканила девушка. — Если невест не окажется больше, чем предполагали.

— А сколько предполагается? — решила уточнить я.

— Ну, я только краем уха слышала, — замялась служанка.

Я оставила расческу и подошла к девушке, взяла за руку и подвела к кровати, усадив ее рядом с собой.

— Я буду очень рада, если поделишься тем, что слышали эти чудесные ушки, — рассмеялась благодушно.

Служанка смутилась, но улыбнулась в ответ.

— Тридцать шесть писем управляющий получил в ответ на известие о грядущей свадьбе.

— Тридцать шесть… — повторила я, покусывая нижнюю губу.

— Сорок две невесты должны прибыть, — быстро добавила Рикоста.

Я улыбнулась. Это меньше, чем мы рассчитывали, но тем лучше для меня.

— А как его высочество будет выбирать невесту? Есть какая-то программа? — продолжила расспрос.

Девушка пожала плечами.

— Боюсь, что этого, госпожа, я не знаю. Это держат в секрете.

Я побарабанила пальцами по колену. Ну, что-то такое я и предполагала.

— Хорошо, хорошо… — произнесла задумчиво, а потом вытащила из кармана золотую монету и подала ее служанке: — Спасибо тебе за помощь.

У нее слегка расширились глаза.

— Ну что вы, госпожа! Не стоит…

Она уже подскочила, чтобы отказаться, но я встала и, взяв ее руку, уверенно вложила монету.

— Еще как стоит! — снова улыбнулась. — А теперь помоги мне, пожалуйста, заколоть волосы.

Пока Рикоста заплетала золотистые пряди в высокую прическу, я думала. Не сегодня так завтра доедут и остальные девушки. Интересно, когда нас представят его высочеству? А правителю? Королева скончалась от лихорадки несколько лет назад, и теперь королевская семья состояла только из отца и сына.

— А его величество не думал о том, чтобы жениться второй раз? — посмотрела на служанку в зеркало. Она, сосредоточенная на процессе, пожала плечами.

— Говорят, что он всю жизнь любил одну женщину и никогда не думал о других, — вздохнула она.

— Правда? Должно быть, ему было невыносимо потерять королеву так внезапно.

— Да, это большое горе для всех жителей островов и особенно для его величества, но я имела в виду вовсе не ее величество.

— Вот как? — подняла я брови.

Вот так сплетня! О таком я и не слышала!

— И кто же она, эта женщина? — не выдержала я, заметив, что служанка говорит о ней в прошедшем времени. Значит, она не живет при дворе.

— Об этом никто не знает, — вздохнула Рикоста. — Когда все произошло, я и на свет еще не появилась. Но… — девушка наклонилась к самому моему уху и зашептала: — Но поговаривают, что она была нездешняя, король познакомился с ней, еще будучи принцем, когда совершал путешествие по островам, и не смог привезти домой.

— Какая печальная история любви! — покачала я головой и вздохнула, но не совсем искренне. На самом деле я плохо понимала, каково это — любить. Мне не доводилось испытывать даже симпатии за всю жизнь, а все разговоры с мужчинами, молодыми или в возрасте, сводились к долгу.

Из книг я знала, что люди ради любви идут на страшные вещи, порой даже жертвуют собой. Но сама не принимала этого. Я была сама по себе с самого нежного возраста, и то, что меня взяла под крыло госпожа иль Грасс, ничего не меняло. Чтобы получить благополучие и идеальные манеры, я отдала свое детство, свою свободу. Наверное, я любила Иветту. В каком-то смысле этого слова. Но как можно любить мужчину — никак не могла взять в толк. Да это и хорошо, ведь я никак не могла позволить себе такую слабость, как любовь. Это все глупости и прихоть, а я занимаюсь более важными делами — шпионю в королевском дворце.