Глава 43

Теодор

Я не знал, насколько долго она еще будет упрямиться и свято уверять меня в нашей несовместимости, но стоило ей произнести мое имя, как лучик надежды проскочил в душу. Сердце забилось чаще, улыбка тут же появись на лице. Когда она так с нежностью и теплотой называет мое имя, мне хочется зацеловать ее. Она тоже скучала, это видно, чувствуется не только по голосу, но и по взгляду, по объятиям.

После ее слов я снова начинаю закипать, ей Богу.

― Сколько можно обижать меня подобными фразами?! Шарлотта, как ты не понимаешь, что ты это наоборот, самое нормальное, самое настоящее, самое светлое и искреннее, что происходило со мной в жизни! Я никогда еще не чувствовал себя так хорошо, когда со мной ты, и как мне хреново, стоило нам на какое-то время прекратить общение. Хватит, пожалуйста, хватит убеждать себя в чем-то, я обычный парень, во мне нет ничего сверхъестественного, я не самый умный, не защищу никаких диссертаций, говорю иногда не складно, не читаю книги ночами напролет, и шучу порой глупо, веду себя как ребенок, но зато это вызывает твою улыбку!

― Не говори так, ты очень умный.

― А ты очень красивая и мы можем бесконечно спорить на эту тему, а можем просто поверить друг другу и наслаждаться друг другом вопреки всему.

― Я не хочу создавать проблем, не хочу ссорить тебя с семьей.

― Семья на то и семья, чтобы принимать мой выбор и уважать. Они сами меня с собой рассорили тем, что обидели тебя. Я им сказал уже, что не буду с ними общаться пока мы с тобой не помиримся.

Я говорил серьезно, мать пыталась даже перезвонить, но я не взял трубку.

― Тео, не нужно!

Пора было уже заканчивать это препирание, потому что спорить можно хоть всю ночь, а прийти к чему-то куда сложнее.

― Ты хочешь быть со мной? Просто да или нет. Без всяких мы не можем и бла-бла-бла.

Я смотрел ей в глаза и даже немного стало страшно, а если она скажет нет. Я не готов к такому ответу. Но ответом было тихое «хочу». Сердце вновь пустилось в пляс, а мне хотелось за обнимать ее и закружить. Вместо этого, я снова поцеловал ее, уже нагло вторгаясь в ее ротик языком. Я жадно срывал ответные поцелуи, чувствуя себя самым счастливым человеком на Земле.

― Мы оба хотим одного и того же. Будь со мной, доверься мне и дай мне сделать нас счастливыми. Ты моя, а я твой, ясно? ― прошептал я ей в губы, все еще держа руками за лицо, хотя я уже точно знаю, что она никуда не денется.

Вместо ответа по ее щечке потекла слеза. Эй, ну кто так делает, такой момент, а я испугался, что слишком грубо сказал ей об этом, что она аж заплакала. Я замялся, а после вытер слезку большим пальцем.

― Ну перестань, я начинаю паниковать, когда ты плачешь, мне сразу хочется извиниться за все, но я вроде ничего не сделал. Перестань, пожалуйста, зайка.

Я крепко обнял ее, поглаживая по спинке, а после отстранился и с улыбкой спросил:

― Может быть покатаемся втроем? Ты, я и наш малыш? ― я игриво заулыбался, но мы оба поняли, о ком я говорю.

Для закрепления результата нам нужная тяжелая артиллерия, не зря же я его прихватил.