Глава 65
Теодор
Я так долго добивался доверия Чарли, что сейчас, потеряв его, умом понимаю насколько сильно и, отчасти невозможно, будет заполучить его вновь. Но выбора у меня не было, я совершил ошибку и в моих интересах и желаниях все исправить. Я ни есть не могу, ни спать, даже тренировки даются мне с трудом. Я так сильно стал зависим от этой малышки, что потерял самого себя. А может и не было меня, был просто каркас, а она помогла слепить из него что-то наподобие человека, кто знает. Я стал лучше с ней, стал внимательнее и стал замечать куда дальше чем собственный нос. Оглядываясь назад понимаешь насколько можешь быть эгоистичным, циничным, хладнокровным человеком, который лишь использовал девушек совершенно не думая об их чувствах. Ладно, многим из них и не нужно было больше, но тем не менее порой я вел себя как ублюдок и теперь понимаю это.
Сидя на крыльце ее общежития, в томительном ожидании, у меня было много времени поразмыслить, придумать дальнейший план действий, но все было слишком сложно. В голове моделировались сценарии наших диалогов, но зачастую все диалоги в голове никогда не становятся реальностью, а человек всегда говорит то, что ты не успел продумать. Я бы так хотел, чтобы моя детка сказала мне что хочет быть со мной, что просто сейчас сильно на меня обижена, но у меня есть все шансы растопить ее сердце и вновь быть с ней. Но она явно такого не скажет, это лишь мои желания, но никак не ее.
Пёс бегал около здания и отчасти я ему завидовал, ведь на него она не дуется, он радуется жизни и получает удовольствие даже от таких мелочей как божья коровка, ползущая по асфальту или бабочка, пролетающая мимо.
Знакомый силуэт заставил мое сердце забиться чаще, я понятия не имел, что она сделала с моей поделкой, но надеюсь хотя бы открыла ее. Пёс тут же помчался к ней, а она с широкой улыбкой встретила своего друга, он ведь не делал ей больно. Я подошёл к своей девушке и собаке, заставляя тем самым напомнить о своем существовании. Чарли хотела многое мне сказать, но просто устала, устала разбираться, устала что-то решать, устала что ей делают больно, но я ведь не осознанно. Внимательно слушаю каждое ее слово, понимаю что она права возможно, но я не могу так просто взять и исчезнуть, я как минимум дал ей обещание, что всегда буду рядом, а как максимум я всё ещё искренне надеюсь на наше с ней воссоединение.
— Чарли…, — шумно выдыхаю пряча взгляд в пол, но после собираюсь с мыслями, как бы ни было больно слышать от нее о расставании, и продолжаю. — Я обещал тебе, что всегда буду рядом. Я хочу этого, пусть и не заслуживаю, но разве ты хочешь, чтобы я исчез? Я исчезну не один, а с ним.
Рукой указываю на пса, который весело виляет хвостом.
— Он почему должен лишаться такого любящего друга как ты?
Давлю на больное, раз от меня она может отказаться, так пусть не отказывается от пса, а он будет нашей единственной связующей нитью. Это запрещённый прием, я понимаю это, но у меня нет другого выбора.
— Я твой друг, я облажался с нашими отношениями, поэтому получать по заслугам должен я, а не ты или наш пес.
Я протянул ей поводок и с виноватой улыбкой глянул на девушку:
— Пойдем прогуляемся с ним, он ещё не делал свои дела, а заодно зайдём куда-то я куплю тебе покушать.
Мы неспешно шагали в сторону ближайшего сквера, пёс все так же резвился, бегая то к нам, то от нас, ловя то, что ему казалось очень интересным. Мне бы его беззаботность. По дороге к северу у нас был кафетерий, где я взял покушать не только Чарли, но и себе, чтобы сидя в сквере на лавке, мы покушали и немного поговорили. Я нес целый пакет еды, который нам наконец сделали, а также две колы в руке, пока Шарлотта еле поспевала за Чарли, который рвался к голубю чуть впереди нас. Видя ее улыбку, ее развивающиеся волосы, мне так хотелось достать телефон, сфотографировать ее, запомнить эту улыбку, что в голову пришла идея о фотосессии. Я могу прикинуться тем, что эти фото будут для пса, но ее в кадре часто будут так же ловить.
— Давай, садись кушать, он все равно сейчас забьет на голубя и будет клянчить вкусняшки у тебя, — с улыбкой сказал я, стараясь быть тем самым другом, которым обещал, но глаза явно меня выдают, потому что любовь во взгляде скрыть невозможно.