Глава 4. Шторма больше нет

Карина

Я радовалась хотя бы тому, что мне не нужно ни перед кем объясняться и оправдываться по поводу своего внезапного отъезда в Лондон.

Родители в другой стране – гостят у Феликса. Мама говорит, это их первый нормальный отпуск в Париже, но папу не исправишь. Всё равно впахивает будь здоров.

Феликс, мой сводный брат, уже чуть больше двух лет живёт во Франции.

Ему пришлось лечиться после неудавшегося покушения. К несчастью, большой бизнес – это дело опасное. Не угадаешь, кто из конкурентов и в какой момент захочет тебя «грязно убрать».

Реабилитация должна была продлиться около трёх месяцев, но в итоге ему настолько там понравилось, что он решил развивать семейный бизнес в городе всех влюблённых.

Теперь наша большая семья периодически живёт на две страны.

Пусть и чисто биологически папа и Феликс для меня и Кира не родные.

Мама вышла замуж за Романа Вершинина, когда мне было два года, а Киру – четыре. Но какая разница одна кровь или нет? Взять хотя бы нашего биологического отца – за все годы ни разу не вспомнил о том, что у него есть дети. Как бросил мать шестнадцать лет назад – с тех пор больше и не объявлялся. К счастью.

Наша мама, Арина Столетова, единственная и любимая дочка успешных ювелиров, в первый раз вышла замуж не по любви. Родители заключили договорной брак с другим состоятельным семейством. До свадьбы молодые люди даже не успели толком познакомиться.

Вначале новоиспечённый муж пылинки с неё сдувал, а после оказалось, что он заядлый игрок и алкоголик. Очень быстро лишился своего состояния, а его собственные родители сделали вид, словно у них нет в помине никакого сына.

Через год бабушка с дедушкой с маминой стороны обанкротились и уже не помогали финансово своей дочке так, как раньше.

Само собой разумеющиеся – папаша активно загулял, начал ходить налево, но продолжал тянуть из дома всё возможное. Кирилл помнит, как он и руку на маму поднимал. В то время Роман Вершинин как раз был нашим соседом по лестничной клетке. Всё время вмешивался, если слышал громкий скандал.

В один прекрасный день отец просто исчез. Растворился. Никто нисколько не расстроился. Бабушка с дедушкой сперва корили себя, проклиная тот день, когда выдали единственную дочку замуж.

Мама не унывала, да и некогда было слёзы лить. С двумя маленькими детьми-то. Квартиру продала, переехала к родителям за город.

Занялась бизнесом, сама встала на ноги за какие-то полгода. Открыла маленький салон авторских украшений, в котором и повстречалась спустя время со своим будущим мужем.

Всё началось с невинной чашечки кофе. У них закрутился роман, а через месяц мы стали жить все вместе. Было непросто, не стану врать. Феликс ревновал папу, Кирилл – маму. Но со временем мальчишки подружились.

И, говоря о дружбе.

Подруг я за всю жизнь толком и не завела. Как-то не вышло. Может быть, всё дело в том, что я ставила большой упор на Дэна Решетова. Всё делала для того, чтобы завоевать его сердце. А сейчас сижу и думаю – ну ради чего, Карина? Ради кого…

Идиотка.

Бросила фигурное катание, в котором была неоспорима хороша. Меня ждало прекрасное будущее. Но я вбила в голову дурацкий чирлидинг. Ведь эти девочки до безумия ему нравятся…

Супер, да!

Мало того, что из спорта ушла, так ещё и сладкому пришлось сказать железное «нет». А я вам так скажу – ни один парень в мире не стоит того, чтобы из-за него отказываться от шоколада.

Подруга у меня появилась только на втором курсе.

С Дашей Лариной мы познакомились совершенно случайно, когда одна неуравновешенная стерва заперла её в раздевалке спортивного зала. Милая и открытая, добрая искренняя Даша – она сразу понравилась всем девочкам из «ледяных лисиц», нашей университетской группы поддержки.

Очень напомнила мне себя на первом курсе. У меня всё тоже складывалось не особо гладко. Самая популярная девочка в группе решила, что будет кошмарить Карину Вершинину.

Ну-ну!

В общем, вы поняли, мы как-то быстро с Лариной поймали синхронный ритм. К тому же, вскоре выяснилось, что Даша и мой брат Кирилл вроде как в отношениях. У этих двоих был свой персональный Ад, период отчуждения, расставания и вот они всё-таки вместе. Любят друг друга до безумия. Сейчас улетели на Мальдивы до конца летних каникул.

К лучшему.

Не готова выслушивать многочисленные нотации от брата. Мы с Киром очень близки. Да и он прекрасно осведомлён о моих чувствах к его лучшему другу. Не идиот, сложил бы два плюс два.

К откровениям с лучшей подругой настроена точно так же. Даша всегда умеет найти нужные слова и поддержать, но мне нужно немного одиночества, покоя и тишины.

Другая страна, учёба и ничего, чтобы напоминало о Дэне. И тогда я справлюсь. Обязательно справлюсь со своей затянувшейся любовной лихорадкой.

В Лондоне у меня не оставалось времени абсолютно ни на что. На практику с филфака отправились только я и ещё две девочки – отличницы. Остальные предпочли учёбе каникулы.

Первую неделю мы только осваивались. Привыкали к новому часовому поясу. Обустраивались в своих комнатах в общежитии при Университете Гринвича. Ходили на экскурсии и осматривали местные достопримечательности. Не обошлось без головокружительного шоппинга. Потом началась усердная и кропотливая учёба. На выходных с девочками выбирались на прогулки – по музеям и выставкам, а вечерами открывали для себя новые пабы. Пару раз бывали на рейвах.

И где-то тут я поняла, чётко осознала – есть жизнь вне Дэна Решетова. Это огромный мир, который лежит прямо передо мной. Нужно только сделать шаг к нему навстречу.

Я не скажу, что мне было легко. Выкинула Дэна из головы и окунулась в другую вселенную.

О, нет.

По большей части, чувствовала себя дерьмово.

Ночью рыдала в подушку и одновременно называла себя дурой. Потому что сколько можно убиваться по тому, кто и не вспоминает обо мне? Но раненному сердцу не прикажешь. Оно всё равно любит, какой бы тупой нож в него не вонзили.

Со временем становилось лучше, терпимее. Боль притуплялась. Если каждый день делать одно и тоже, мотивировать себя, то однажды отпустит. Рано или поздно. Не факт, что получится, но опускать руки – самое простое из всех вариаций будущего и настоящего.

Сжала зубы и терпела. Жила, вдыхая воздух полной грудью.

Снова начала кататься на коньках, стала больше читать и общаться с другими парнями. Ходила на свидания – не совсем успешно, но хотя бы ради себя, а не ради него.

Пару раз меня навещали родители, в конце лета прилетали Даша с Кириллом. Рассказали, что Феликс вернулся, оставив дела во Франции на своего заместителя. Подозреваю, брат и подруга не просто так прикатили, но я убедительно делала вид, словно не замечаю их многозначительных взглядов.

Пять месяцев медленно и уверенно подошли к концу, как и наша практика. Уезжать не хотелось. Мне казалось, что я совсем не готова вернуться к былой жизни. Снова лицезреть Решетова каждый божий день…и ни то, чтобы не готова – я тупо этого не хотела. Видеть его, слышать, мне это больше не нужно.

Перегорела или отпустила в свободное плавание. Сожгла все мосты между нами, но по итогу их и не существовало никогда, этих мостов. Как можно уничтожить то, чего нет?

С самолёта меня встречали Даша и Кир. Но по каким-то чудесным стечениям обстоятельств в машине брата оказался и Решетов. Сидит на переднем сидении и улыбается. Когда-то его улыбка зажигала во мне огонь.

Я не стану говорить, что ничего не почувствовала. Иначе придётся соврать.

Но сердце по привычке не замерло, несясь к нему оголтелым галопом. Смотрела и не понимала – что я в нём нашла?

Загадка природы.

Что-то между нами было – больная страсть, одержимость. Но любовь ли? Как я могу знать об её значении?

А хороший секс – это далеко не показатель.

Уезжала маленькой влюблённой девочкой, а вернулась той, кто знает себе цену, способной перешагнуть через Дениса Решетова.

Спокойно расположилась рядом с Дашей на заднем сидении, пока Кир утрамбовывал в багажник мои чемоданы.

— Привет, — слышу голос Дэна.

Раньше я таяла от одного его тембра, теперь же лёд только становится толще.

Медленно поднимаю глаза, безразлично смотрю на него и отвечаю:

— Привет.

Шторма больше нет.