Глава 30

Все внимание Шторма было приковано к бедняге актеру. Взгляд Дэна обещал парню медленную и очень мучительную смерть.

Охранники клуба и ребята Штормова плотным кольцом обступили нас, отрезая от ненужных зрителей. По правую руку Дэна замер мужчина среднего роста с говорящим бейджем «Администратор» на груди. А мне вдруг стало смешно от этой сцены.

Это позже я поняла, что банально сдали нервы. Но на тот момент я начала смеяться.

— Очень рад, что ты веселишься на полную катушку! — прищурился Денис, переключая внимание своих красивых, злых и колючих глаз на меня.

— Беру пример со старших, дядюшка Дэн! — улыбалась я, а потом поднялась на ноги.

Парнишка-актер вдруг сник, осознав, что едва достает макушкой до моего плеча.

Взгляд Шторма мелькнул неодобрением, словно мое обращение не пришлось ему по душе. А мне было плевать. Он друг отца, а значит, «дядя» вполне уместно.

Убрала телефон в сумку и легко поправила короткую юбку. Штормов проследил за моими движениями и нахмурился еще больше.

— Что ж, вы дальше без меня! — без особого тепла во взгляде широко улыбнулась я танцору, помахала рукой Шторму и попыталась обогнуть одного из охранников.

Дэн перехватил меня за запястье и потащил в сторону неизвестных мне дверей.

— Этого тоже! — кивнул Штормов на горе-стриптизера. А я поняла, что сопротивляться бесполезно.

Меня, словно безвольную куклу, притащили в просторный VIP-кабинет с отдельным пилоном, широкими диванами и креслами.

Штормов выпустил мою ладонь, я вздохнула и буквально упала в первое попавшееся кресло. Охранники впихнули актера следом и закрыли дверь, оставив нас втроем.

— Я вас прервал, — процедил Штормов, сверля меня таким взглядом, от которого хотелось сигануть через окно многоэтажки и превратиться в плоскую лепешку. — Продолжайте!

Актер выпучил глаза, словно Шторм пригрозил ему переломом рук и ног.

— Но…. Это как бы неуместно, наверное… — промычал парень, косясь то на меня, то на Штормова.

Дэн вынул из кармана брюк крупную купюру и небрежно бросил ее на пол. Парень сглотнул. И я поняла, что еще секунда, и танцор вернется к своей работе. Я пришла в ужас, представив его мужское достоинство на уровне своих глаз.

Шторму показалось, что парень не очень торопится отработать свои деньги. Медленным движением Денис нырнул рукой под свой пиджак. А спустя мгновение тихий щелчок заставил стриптизера вздрогнуть.

— Дэн, прекрати! — возмутилась я, не испытывая страха при виде заряженного пистолета.

Я больше переживала, что у парня случится сердечный приступ. Если бы я не знала Штормова так хорошо, а увидела бы его злобную физиономию в эту секунду, то однозначно описалась бы от страха. Судя по всему, парень был в полушаге от этого.

Вместо ответа Штормов шевельнул пистолетом, приказывая парню двигаться в мою сторону.

— Еще шаг и я его вырублю! — прищурилась я.

— Тебе ведь нравилось! — зло выплюнул Денис, глядя только на меня.

— Тебе тоже! Я прекрасно видела вас с той мымрой через окно! — закричала я так громко, что актер и не понял, кто из нас опаснее: Штормов с пистолетом, или я в истерике.

— Ничего не было! — заявил Шторм.

— У нас тоже! — кричала я. — Просто танец!

— Да кончено! Просто ты его за член подержала! — орал Штормов. — И как? Понравилось? Хочешь его? Глянь, чем плох? Молодой, природой не обделен!

— Действительно! — всплеснула я руками и проорала: — Так понравилось, что еще хочется! Руки так и тянутся к мужским яйцам!

— Охренеть, млять! — орал Штормов, нависая надо мной. Он все еще сжимал в руке пистолет, а парень застыл, глядя на нас словно на душевнобольных. — Раздевайся! Видишь, дама желает продолжения!

— Да, раздевайся! — прищурилась я, не глядя на парня. — Сейчас буду сравнивать! А то как-то несправедливо! Тебе по бабам можно, а мне нет.

— Денис Алексеевич, так мне за бабой сбегать? — негромко предложил актер.

— Раздевайся! — рявкнули мы с Дэном в один голос, но не сводили глаз друг с друга.

— Денис Алексеевич, может, я того… пойду? — тихонько предложил танцор, когда понял, что мы практически не замечаем его, а так и стоим, сверля друг друга дикими и гневными взглядами.

— Свободен! — выплюнул Шторм, не двигаясь и не сводя с меня глаз.

— Пусть останется! Я в состоянии оплатить приват! — не унималась я.

— Приват, говоришь? — прищурился Штормов.

Актер уже тихонько проскользнул к двери и скрылся за нею. А я скрестила руки на груди, только сейчас понимая, что ткань блузки слишком тонкая. А ссора с Дэном выходит слишком горячей. И соскучилась я по этому невозможному мужчине тоже слишком. Еще и зла на него просто безмерно. Но вид Штормова, злющего, дикого, властного, с «пушкой» в руках, весьма способствовал тому, что мое тело вдруг стало чрезмерно чувствительным. Словом, возбуждение стремительно мчалось по моим венам.

— Сейчас, млин, я покажу «приват»! — угрожал Шторм.

А я «залипла». Он реально начал раздеваться. Щелкнул предохранителем, бросил пистолет на диван, далее пиджак, отстегнул кобуру.

— Не вздумай! — скомандовала я, не двигаясь, а лишь крепче сцепила руки, уговаривая свое тело не поддаваться на провокацию.

Штормов, разумеется, не послушался. Ловко расстегнул рубашку и вытянул ткань из брюк.

— Мне не нравится! Можешь одеваться! — прищурилась я.

— Это потому, что ты не участвуешь. Ты его трогала! Это часть выступления, да? Так что, вперед! — цедил Штормов, надвигаясь на меня. — Теперь и меня потрогай!

Я шагнула назад, наткнулась на мягкую мебель и рухнула на диван.

— Не стану я к тебе прикасаться! — заявила я, но легче остановить локомотив на полном ходу, чем Шторма.

Денис ухватил мою ладонь, расправил пальцы и прижал к своему паху. Я выдохнула, когда ощутила, как сильно он возбужден. И пальцы, против моей воли, сжались на внушительном бугре.

Штормов навис надо мной, опираясь руками в мягкий диван, а колено устроил между моих ног.

Он молчал, сверлил меня злобным взглядом.

И я молчала, отвечая ему тем же.

Но мои пальцы непроизвольно выводили замысловатые узоры на плотной ткани брюк, лаская возбужденную мужскую плоть.

И Штормов вдруг не выдержал. Шумно выдохнул, склонился ближе.

— Я хочу убить его. Голыми руками сломать хребет за то, что на нем были твои руки, — прохрипел Штормов, а я прикусила губу, чтобы заставить себя молчать.

— Зачем ты ее целовал?! Зачем спал с ней? Тебе мало меня?! — все же не смогла я сдержать обвинений, смешанных с болью и отчаянием.

— Все не так, маленькая, — прошептал Шторм, водя носом по моему виску. — Ты не досмотрела представления. Не видела концовки. Лиза хотела, а я нет. Я отдал ей бумаги и проводил до двери. На этом все. У меня больше не будет общего бизнеса с ней. Мы больше никак не пересекаемся. Жалею, что не передал документы через охрану. Я дурак, знаю.

Я боялась поверить ему. Но с другой стороны, если бы он действительно мне изменял, то отец давным-давно был бы в курсе. Выходит, Шторм говорит правду.

— А я ударила тебя, — вспомнила я свое буйное нападение на Дэна.

— Заслужил ведь, — улыбнулся Штормов.

Одной рукой мой мужчина скользнул по моей талии, а потом и ниже, к бедрам.

Юбка быстро закончилась, а Шторм судорожно выдохнул в мое плечо.

— Вот же…. — пробормотал он, а я прогнулась в его руках, подстраиваясь под возбужденное тело.

Моя одежда ни капли не мешала и не стесняла движений. Штормов перестал хмуриться и немного отклонился, выпрямляясь.

Я лежала на спине, мои руки тянулись к его плечам, но, не добравшись до желаемого, скользнули по груди, по животу и замерли на бедрах.

Дэн дышал тяжело, рвано, а мое тело погрузилось в жидкий, расплавленный огонь. И я первая потянулась к ремню на его брюках.

Кажется, мои пальцы никогда так ловко не справлялись с застежками. Всего одно мгновение, и Шторм уже прижал мое тело к мягкой обивке дивана.

— Черт! Какой только заразы здесь нет! — простонала я, понимая, что оголяться в VIP-кабинке стрип-клуба, это как сунуть голый зад в муравейник. Обязательно прилипнет какая-нибудь дрянь.

Штормов не возразил, дернул меня с дивана и впечатал в свое тело, закидывая мои ноги на свою талию. Всего один шаг, и мой мужчину уже держал меня, прижимая спиной к стене. И одновременно проник в мое тело, сдвинув трусики в сторону. Предательница юбка уже сама «подпрыгнула» до самой талии, не создавая Денису препятствий.

Я не могла ни о чем думать, кроме как о горячих руках Шторма, удерживающих мои ягодицы, о его твердой плоти, проникшей глубоко в меня и о его жадных губах, прильнувших к моему рту в страстном поцелуе.

Штормов двигался во мне, а я цеплялась за его широкие плечи, кусала его жадные губы, и кричала о том, как сильно люблю его и как сильно по нему соскучилась.

Денис проникал в мое тел настолько глубоко, ярко и сильно, что я не понимала, как дышать без него. Он словно окончательно поработил меня, подчинил себе, своей силе и воле. Я чувствовала его пульсацию и понимала, что мое тело готово рассыпаться на мелкие осколки, на крошечные яркие звезды.

— Люблю! — стонала я, впиваясь ртом в его плечо, прикусывая зубами смуглую кожу и наслаждаясь его ответом. Таким же жадным и горячим.

— Ты только моя, — рычал Штормов, крепко удерживая меня за затылок широкой ладонью и прикипая ртом к моим губам, — Моя, Тоня!

Я чувствовала, как Штормов замирает прежде, чем излиться в мое тело. Его рваное дыхание огнем опаляло мою шею. Все тело била крупная дрожь, а я лишь крепче обняла моего мужчину.

***