Глава 20. Выпьем за удачу…
Осень настойчиво завоёвывала свои права, и сидеть на открытой террасе, да к тому же возле воды, было не совсем комфортно. Зато безопасно.
- Ну что скажешь, Грек? Есть новости?
- Новости есть всегда, Сергей Иванович. Но есть ли от них толк? Вот в чем вопрос.
- Я смотрю, тебя на философию потянуло? – усмехнулся Бульдог.
- Пока всё тихо. За те пару месяцев, что тебя не было, никто из интересующих нас людей не обозначился. Хотя я особо пока не интересовался, у меня были более важные дела, я собирал бригаду.
- Ну и как, успешно?
- Собрать-то собрал, сейчас людей даже больше, но будет ли от них толк? Вот где я найду второго Винтореза? Или Леху Лысого? Это эксклюзив, штучный товар. А пехота… пехоту всегда набрать нетрудно.
- Я про другое. Ты готов работать?
- Есть темы?
- Ну конечно, я ведь не только отдыхал, но и по делам шустрил.
- Конкретней можешь?
- Да сколько угодно. Нужно заново протоптать тропинки, по которым Корнев таскал соболя. А он их, скорее всего, заминировал. Или вообще уничтожил. По Европе я все решил. На таможне тоже пойдем по зеленке. Нужна прямая связь с охотниками, надо проехаться по его следам, найти пункты приема. Он где-то там затихарился, скорее всего, выстраивает новую транспортную схему.
- Работа на периферии имеет свою специфику. И свою цену, - фыркнул Грек.
- Ты не представляешь, какие это бабки? – начал брызгать слюной Бульдог.
- Это у тебя планируются бабки, а что ты хочешь предложить мне?
- Долю! - выдохнул Бульдог, - Долю, Грек! На таком бизнесе глупо экономить. Я тут примерно прикинул, сколько поднял Корнев, не имея никакого административного ресурса, действуя практически нелегально, по-партизански.
- И сколько? - наклонился к нему Грек.
- Много брат, очень много, там цифры с шестью зелеными нулями!
- А какая доля и сколько человек в деле?
- Четверо. Всем по двадцать пять процентов. Мы с тобой, один на западе, таможня и все остальное, здесь мой брательник, нам без его не обойтись, сам понимаешь. И у каждого свои задачи.
- Тема серьезная, - почесал башку Грек, - Как мы будем обозначиваться?
- Все официально брат. Мы с тобой регистрируем контору в равных долях, все бабки через нас. После каждого аукциона считаемся и делим.
- С этим ясно. Какие мысли, с чего начать?
- Есть мыслишки. Надо сделать что-нибудь такое, чтобы он всплыл. Или кто-то из его близких.
- У меня по нему информации ноль, это твоя тема была, и ты меня тупо подставил, - тут же наехал на оппонента Грек.
- Давай договоримся на берегу, больше никаких наездов и тёрок между собой, работаем ровно, в одной упряжке, согласен?
- Согласен, - буркнул бандит.
- Вот и славно. Теперь о деле. Соваться вслепую к охотникам, смысла нет. Надо искать крючок, за который его можно вытянуть, здесь, в городе.
- У тебя хоть что-то есть на него? Откуда он вообще нарисовался?
- Наш, местный. Мозговитый парень. Что мог, я, конечно, пробил, но это крохи.
- Давай, что есть, может, чего нарою. А откуда у него бойцы? Не каждый может Винтореза за корягу завести, не говоря уже про Лысого. У того просто звериное чутье было. А тут поджарили в подвале, как цыплят. Явно военная тема, одна растяжка на все противопехотных, на входе и выходе. Классика, мы так черных выкуривали в … ну это не важно.
- По Москве глухо, там все ушли в подполье, да и деньги гоняли только через помойки, оформленные на подставных. Здесь у него было пару ателье, да магазинчик с шубами и шапками. Все тоже заколочено, но оно было же на кого-то оформлено, даже если на бичей, а вдруг эти бичи живы, это тоже ниточки, верно?
- Ясное дело, если умеет говорить, значит, всяко разно, что-нибудь скажет. Кто предложил, когда?…
- Нужно потрясти людей, работавших около этих заведений, общались же наверно по-соседски. Ну и узнать, какие машины подъезжали, какие люди крутились. Может, что и всплывет.
- Да, тоже тема.
- Я о том же. Вот бойцов его не знаю, это ты через своих пробивай.
- А на самого Корнева есть хоть что-то?
- Там все мутно. Была какая-то возня лет десять назад, тогда всю его семью в машине взорвали, и он мстил потом. Помогал ему кто-то, вроде как из профи. Потом тихо. Ни недвижимости, ни транспорта, ни штрафов и медалей.
- Точно, как партизан. Давай, тащи все, что есть, будем работать.
Хорошенькая официанточка принесла два теплых одеяла и разлила из запотевшего графинчика по резным рюмочкам прозрачную, слегка тягучую холодную жидкость.
- Давай, за удачу.
- Ага, за неё!
Мужчины чокнулись, выпили и с удовольствием принялись за еду.
Ковальчук, собираясь за вожделенным письмом, тоже опрокинул за удачу стакан вискаря, но она почему-то от него отвернулась, послав двух несговорчивых гаишников прямо на выезде и его двора.
- Ну вы чо, в натуре, как не родные? - искренне поражался адвокат твердолобости сотрудников, - Я же к вам со всей душой и сердцем, - напирал он, размахивая обеими руками, в одной из которых были зажаты деньги а в другой его адвокатское удостоверение.
- У нас рейд начался, месячник по борьбе с нетрезвыми водителями.
- Так я же трезвый, вы чего? - он для убедительности ткнул себя в нос бордовой корочкой, - Видите, с координацией всё в порядке?
- Да не можем мы? – наконец вспылил один из них, - Мы уже сообщили везде, пройдите в нашу машину для оформления протокола.
- Ну вы в натуре деревянные, сейчас я позвоню…, - начал он ковыряться в своем телефоне.
В это время около них остановился большой, черный Мерседес, из которого вылез грузный мужик в полевом офицерском кителе. Гаишники тут же вытянулись по стойке смирно.
- Что тут у вас за цирк с конями?
- Да вот, товарищ генерал. Выпивши, не подчиняется, деньги сует, удостоверением каким-то машет. Грозит неприятностями.
- Чтооо!? – полезли на лоб густые брови генерала, - А ну-ка вызывайте наряд, мерзавца в отделение, сам проконтролирую, лично! Машину на штраф стоянку. Бегом исполнять!
Ковальчук сначала оглох от грозного рыка так не вовремя подъехавшего генерала, а потом просто вдруг все забегали, засуетились, тут же подъехало ещё несколько экипажей, у него мгновенно отобрали удостоверение, телефон, водительские права и как самого настоящего беглого зека, окольцевали наручниками и запихнули в собачник, непонятно откуда взявшегося воронка. Ковальчук ошалело вертел головой, все ещё не веря в происходящее, и лишь когда бобик натужно взревел, и весело подпрыгивая на кочках, понес его в неизвестном направлении, он понял всю глубину своего попадоса. Через полчаса жуткой тряски он определил, что его доставили в Октябрьский отдел милиции, где тут же запихнули в тигрятник под лестницей, ещё к десятку таких же бедолаг. Неприятности на этом не кончились, пытаясь отыскать себе место в камере, он наступил на чью-то ногу и сразу же схлопотал в пятак от какого-то грузного армянина, после чего постарался слиться с окружающим пейзажем и обессилено затих. Отпустили его только к следующему вечеру, вытянув из него все жилы, соки и прочие внутренности. Телефон и документы ему так и не вернули, не найдя их в образовавшемся, от такого количества задержанных, бардаке. Плюнув на машину, документы, сорвавшиеся планы и данные кому бы то ни было обещания, он вызвал такси, доехал до дома, влил в себя остатки алкоголя из начатой бутылки и забылся в беспокойном, тревожном сне, предварительно выдрав провод из аппарата домашнего телефона.
Не дождавшись обещанного звонка от конченного извращенца, и по совместительству её адвоката, пройдохи-Ковальчука, Надежда Петровна Еремеева решила скоротать время проверкой своего любимого детища и основного источника стабильных доходов, восстановительного центра ‘Орфей’. Ещё, будучи поломойкой, и доступной во всех отношениях, молодой девушкой, она поняла одну удивительную вещь, которая впоследствии всегда помогала ей в жизни – ‘не верь своим глазам’! Перебегая из кабинета в кабинет с ведром и тряпкой, она меняла не только помещения, она, бывало, оказывалась на разных планетах. Сначала это её забавляла, потом стало интересно, и девушка принялась наблюдать и анализировать, пока не пришла к удивительным открытиям. Оказывается, люди только с виду похожи друг на друга, ну или стараются походить, две руки, две ноги, голова и прочие атрибуты хомо сапиенс, а по сути, они не только из разных миров, но и в каждом из них кроются совершенно разные сущности, которые они пытаются скрыть от окружающих. Казалось бы, с виду совершенно два одинаковых человека, получив совершенно одинаковые преференции, используют их диаметрально противоположно. Один продолжает развиваться и совершенствоваться, а второй тут же использует полученные преимущества для удовлетворения своих низких, животных потребностей, которые до этого приспокойненько спали у него внутри, дожидаясь своего часа. Проследи десять разных человек и получишь десять разных результатов, совпадения начинаются намного позже. Но как бы кто не скрывал свои сущности, они все равно иногда проявляются в мелочах, которые любопытная девушка научилась безошибочно распознавать. Она поняла, что самый простой способ, это тупо напоить человека, но такая возможность была не всегда, после этого она создала целую систему мелких провокаций и анализировала реакцию на них интересующего её человека. Потом создала элитный, восстановительный центр ‘Орфей’, предварительно натыкав его аппаратурой. Её потуги оценили некоторые компетентные структуры и вместо того, чтобы прикрыть, стали активно использовать в своих целях, позволяя женщине обогащаться на людских пороках. Но закон она старалась не нарушать и поэтому необычная просьба Ковальчука все это время не давала ей покоя. Проверив бухгалтерию и общее состояние предприятия, женщина решила навестить ненавистного внука и заодно проверить работу няни. Подъехав к нужному дому она увидела пацана, играющего на детской площадке. Он был чистенько одет, хорошо выглядел и с удовольствием играл с соседской детворой. Няня сидела недалеко на скамеечке и внимательно наблюдала за его перемещениями. Передумав подходить, женщина крепко задумалась над тем, как бы технично отказать извращенцу и не навредить сыну.